Глава 22. Звездопад. Часть девять. Эшара Дейн. Часть три.

На следующий день.

POV. Вориана Дейна.

      Сегодня я направлялся к своей сестре, Эшаре. После вчерашнего разговора Эшары с Недом и моего последующего визита к ней с Мейстером, я так с ней и не поговорил.       Я спешил, так как перед этим успел ответить на жалобы людей с моих близлежащих земель, изучить отчеты патрулей и ответить на три важных письма из Королевской Гробницы, Солнечного Копья и Поднебесья.       Мне предстояло поговорить с младшей сестрой и убедиться, что она действительно намерена жить, а не прыгнет с башни. Как она впервые пыталась это сделать, услышав о смерти Эртура и о возможном другом ребенке Неда.       — Мой господин! Рад приветствовать вас. Со вчерашнего дня никаких происшествий не было, — чётко ответил стражник.       — Хорошо. Продолжайте нести службу, — сказал я, проходя мимо них. Достав ключи и открыв дверь, я увидел Эшару, сидящую за столом и едящую приготовленную ею самой еду.       После рождения ребенка и тех слухов, она с невероятным упорством отказывается от любой помощи слуг, что меня во многом раздражает. Но сейчас это не так важно.       Её взгляд, когда она подняла голову, был полон решимости, но в нём промелькнула и тень усталости. Волосы были уложены более аккуратно, чем обычно после слухов. И она выглядела более довольной и спокойной.       — Вориан. Ты пришёл, — произнесла она. Её голос был ровным, без тени той истерики, что я помнил у неё вчера.       Я кивнул, подходя ближе. По сравнению с едой, приготовленной слугами, запах, исходивший от еды Эшары, был более… омерзителен. Не понимаю, как она это ест.       — Я пришёл, чтобы убедиться, что ты в порядке, Эшара. И чтобы узнать, как ты себя чувствуешь после разговора с Недом, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.       Она отложила вилку и посмотрела на меня прямо. В её глазах не было ни страха, ни отчаяния, только та самая упрямая сила, которая всегда отличала её. И ту, которую я уже не надеялся увидеть в этой жизни.       — Почему ты не спросишь у Неда, как прошёл разговор? — спросила Эшара.       — Он мог чего-то не увидеть в тебе. А во-вторых, я хочу пообщаться со своей сестрой. И был бы рад услышать это от неё, — отвечаю я.       — Понятно, — сказала Эшара и затихла, потихоньку взяв вилку и начав ковыряться в тарелке.       — Этот разговор мне помог. Он… меня чуть успокоил, но не опроверг ни один из слухов, — сказала Эшара, удивив меня.       — Все? Но у него не было бастарда с собой. Да и все твои мысли о нём, Эшара, не подтвердились, — спокойно говорю я.       — Да, не было. Потому что он не с ним, а с его оставшимися тремя друзьями. Они заботятся о матери и ребёнке, — сказала Эшара, всё так же спокойно, что меня насторожило.       — Ты украла у мейстера яд и выпила его, Эшара? — строго сказал я. Эшара лишь выпучила на меня глаза, а потом засмеялась.       — Нет, Вориан, я не отравилась. Я просто… приняла, что Нед меня больше не любит. Точнее, не любит так сильно, как мне бы хотелось. Чувства из него прорываются ко мне, к моему ребёнку. Но он меня не любит так, как в Харренхоле. Всё, что я напридумывала о нём, — ложь. Неправда и ложь, — отсмеявшись, с грустью ответила Эшара.       Я смотрел на неё, пытаясь понять, что произошло. Её слова противоречили всему, что она говорила до этого. Ведь в первый раз, когда она узнала о ребёнке у неё от Неда, о свадьбе с Кейтилин, она сказала мне: «Это всё неважно. Он точно посетит Звездопад, и тогда он бросит эту рыбу ради меня». А услышав о его бастарде, она полностью утвердилась в том, что: «Нед Старк — полная тварь. Как я могла поверить в его любовь? Такой обманщик и м*дила».       — Но как? Как ты могла так измениться за одну ночь? — спросил я, не в силах скрыть своё удивление.       — Я не изменилась. Просто Нед кое-что мне предложил, — сказала Эшара.       — И что же? — спросил я.       — Он предложил мне стать септой для его детей и переехать вместе с ним, — сказала Эшара с горящими глазами. Всё ясно. Любовь в ней всё ещё горит. Так же ярко, как и раньше.       — Ты ведь понимаешь, что он никогда больше к тебе не притронется? У тебя больше никогда не будет детей от него. Ты будешь лишь наблюдать, как он строгает детей со своей женой Кейтилин. И при этом будешь воспитывать его детей вместе с его бастардом от чужой женщины и со своим ребёнком! — сказал я, не выдержав в конце и повысив голос.       Эшара опустила взгляд на свою тарелку, но в её глазах не было прежней истерики, что я видел, когда мы обсуждали Неда. Вместо этого там читалось странное спокойствие, смешанное с какой-то новой, неведомой мне решимостью.       — Я понимаю, Вориан. И я готова к этому, — сказала Эшара с невыносимым для меня спокойствием.       Её слова прозвучали как приговор для меня и для той прежней Эшары, которую я знал. Той, что жила мечтами о любви и верности, той, что готова была на всё ради любви.       — Готова? Ты готова стать нянькой для чужих детей, когда твоя собственная жизнь будет разрушена? Ты готова видеть его рядом с другой, когда сама будешь лишь тенью его прошлого? — мой голос дрожал от смеси гнева и отчаяния. Я не мог понять, как она могла так легко принять это. Я любил её, но этого я… никогда не пойму.       — Я не разрушена, Вориан. Я обрела новую цель. Нед дал мне шанс. Шанс быть рядом с ним, быть частью его жизни, пусть и не так, как я мечтала. Я буду заботиться о его детях, о нашем ребёнке. Я буду рядом. Этого достаточно, — ответила она мне.       Она подняла на меня взгляд, и в нём я увидел не слёзы, а стальную волю. Это была не та Эшара, что пыталась спрыгнуть с башни. Но при этом и не та Эшара, что я знал долгие годы её жизни.       — Но это не любовь, Эшара! Это самообман! Ты будешь страдать каждый день, видя его с Кейтилин, зная, что он никогда не будет принадлежать тебе полностью! — я никогда не был так эмоционален. Никогда.       — Любовь бывает разной, Вориан. Ты это знаешь получше меня. И иногда, чтобы сохранить её, нужно отказаться от собственных желаний. Я выбрала путь, который позволит мне быть рядом с ним. И я не жалею о своём выборе. Как твоя сестра, я прошу тебя помочь мне с этим путём, — сказала Эшара. Я никогда не мог отказать своей семье. Этот раз не исключение.       — Что нужно сделать? — спросил я.       — «Я — Эшара» должна умереть. Чтобы «Я — септа Лемора» могла отправиться в путь с Недом Старком. Все должны это увидеть и увериться в том, что Эшара умерла от горя о своём брате и забранном ребёнке, — сказала Эшара.       — Полагаю, я должен убедить нашего септона сделать тебя септой и при этом подготовить твою маскировку? — сказал я с упадническим голосом.       — Именно так, Вориан. Септон наверняка согласится помочь, но нам нужно время и полное доверие. Никто не должен заподозрить обмана. Я должна исчезнуть для всех, чтобы Лемора могла появиться на свет.       Я глубоко вздохнул, чувствуя, как груз ответственности ложится на мои плечи. И всё ради хотелок сестры.       — Ты уверена, что сможешь выдержать это? Жить в тени, притворяясь кем-то другим, скрывая свою боль и настоящие чувства? — спросил я.       Эшара кивнула, и в её глазах мелькнула искра решимости, которая не знала сомнений.       — Я не боюсь, Вориан. Я боюсь только потерять его навсегда. Если это цена — я заплачу её без сожаления, — твёрдо ответила она.       Я подошёл ближе и положил руку ей на плечо.       — Тогда мы сделаем всё, чтобы этот обман был совершён безупречно. Ты не одна. Я помогу тебе пройти через это. Завтра я выведу тебя из этой комнаты, и ты отправишься в другую комнату в главной башне с огромным окном. Там ты переоденешься. Тебя заменит похожая на тебя служанка — бастардка нашего деда. А после ты будешь проверять свои знания у местного септона, которого я найду. Он посвятит тебя в септы, а после… Он неожиданно умрёт от болезни. А служанка, тебя изображающая, сбросится с башни в день отплытия Неда и тебя, — сказал я.       — Спасибо, брат. Я в долгу перед тобой, — сказала моя сестра.       — Ничего страшного. Чего я не сделаю ради семьи? — сказал я, вставая со стула и направляясь к выходу. И прямо у выхода я снова спросил:       — Ты точно в этом уверена? — спросил я.       — Да, уверена, брат, — ответила Эшара.       — Тогда я пойду. И помни, что ты сама выбрала этот путь. Я не смогу тебя вернуть, если ты передумаешь, — сказал я, открывая дверь.       Я вышел из комнаты, оставив Эшару наедине с её новой реальностью. Стражник у двери склонил голову, когда я проходил мимо. Я кивнул ему в ответ, но мои мысли были далеко. Я думал о том, как это всё реализовать и не допустить утечки информации.       Я шёл по коридору, чувствуя тяжесть принятого решения. Я знал, что это будет непросто. Обман такого масштаба требовал не только хитрости, но и железной выдержки. И я не был уверен, что Эшара, несмотря на свою новую решимость, сможет выдержать все испытания. Но она была моей сестрой, и я не мог бросить её.       Я остановился у окна, глядя на раскинувшийся внизу плац. Там я увидел Неда Старка, моего друга, спасителя моей сестры и её будущего мучителя. Он спарринговался с Герольдом, или, точнее, он вытирал им плац. Судя по всему, Звездопад покинет не только Эшара.       Я направился на плац. Я должен был поговорить с Недом и, возможно, с Герольдом. После уже начну всё готовить к становлению Леморы.       Спустившись вниз, я почувствовал прохладный утренний воздух, смешанный с запахом конюшни и свежескошенной травы. Нед, облачённый в лёгкие тренировочные доспехи, двигался с поразительной грацией, его меч мелькал в руках, отражая лучи восходящего солнца. Герольд, напротив, выглядел измотанным, но всё ещё держался, пытаясь парировать удары.       — Нед! — окликнул я, подойдя ближе. Он повернулся, его лицо было покрыто лёгкой испариной, но глаза светились энергией.       — Вориан! Доброе утро. Не ожидал тебя здесь увидеть так рано, — ответил он.       — У меня есть к тебе разговор, Нед. Важный, — сказал я. Его взгляд сразу стал серьёзным.       — Полагаю, нам нужно отойти от людных мест для обсуждения этого важного вопроса, — кивнул он, откладывая меч. Герольд, воспользовавшись моментом, отступил, тяжело дыша. Я согласился. Нед подозвал своих товарищей, и мы отправились в менее людное место, точнее, в мой кабинет. Дойдя до него и когда Герольд с его друзьями заняли места на стреме, я начал разговор.       — Речь пойдет об Эшаре, — начал я, наблюдая за реакцией Неда. Он не изменился в лице.       — Я знаю, о чем ты с ней вчера говорил. И сегодня она приняла решение. Решение, которое изменит ее жизнь навсегда. Я прошу сберечь её и позаботиться о ней. Она приняла это решение ради тебя, и это решение полностью было принято в угоду твоего эгоизма. Я слишком люблю сестру, чтобы с ней спорить, — сказал я.       — Я понимаю, Вориан. И я обещаю тебе, что сделаю все, что в моих силах, чтобы она была в безопасности и не чувствовала себя одинокой. Я сделаю все, что в моих силах. Клянусь этим Старыми и Новыми богами, — ответил Нед.       Я почувствовал, как часть груза свалилась с моих плеч. Теперь оставалось только воплотить этот безумный план в жизнь. И…       — Ах, да, чуть не забыл. Прочитай. Это от Дагоса Манвуди, а это от Дорана Мартелла. Они присланы мне, но тебе, я думаю, тебе это тоже нужно знать, — сказал я, передавая ему письма. Он прочитал их быстро и, судя по всему, был шокирован содержанием. После прочтения он сказал:       — Это ведь всё усложняет, не так ли? — спросил Нед.       — Не так уж и сильно. Я, конечно, не буду вас провожать, но организовать все сумею до своего отъезда. Лирия легко завершит начатое, — ответил я.       — Хорошо. Вам с Дагосом не понадобится помощь? — сказал Нед с намеком.       — Нет, это будет излишне. Это внутренние дела Дорна, — отвечаю я.       — Тогда получается, все… Нет. Я принял решение принять Герольда как своего оруженосца. Он не может узнать её? — спросил Нед. Я покачал головой.       — Он ни разу её не видел. Когда он стал моим оруженосцем, она уже была в столице. Прибыв сюда, он её не увидел, так как отправился к себе в Горный Приют собирать часть войск от дома Дейнов, а после он её не видел, — ответил я.       — Он её точно не узнает? — переспросил Нед.       — Не переживай, Нед. Я сделаю так, что даже мы с тобой её не узнаем. Не то что другие, — ответил я.       — Хорошо. Я обещаю, Вориан, я о ней позабочусь, — сказал Нед.       Я кивнул, чувствуя, как в груди разливается тепло от его слов. Нед за эти пару дней стал для меня прекрасным другом. Я был уверен, что он сможет позаботиться о моей сестре.       — Хорошо, Нед. Тогда я приступаю к подготовке. У нас мало времени. Лирия будет твоей главной помощницей в этом деле, — сказал я.       Мы вышли из моего кабинета, и я направился к покоям Лирии, чтобы начать планирование. Каждый шаг должен быть выверен, каждая деталь продумана. Эшара, или теперь уже септа Лемора, должна исчезнуть без следа, а её новая личность – быть безупречной.       По пути я размышлял о письмах, которые передал Неду. Они действительно усложняли ситуацию, добавляя новые переменные в и без того запутанную ситуацию в Дорне. Многим не особо это понравится, и немногие будут рады условиям, что поставил Доран. Как бы против него не подняли восстание, но если такое и будет, Дейны поддержат его при любом раскладе.       Я остановился у двери Лирии, глубоко вдохнул и постучал. Время действовать. Время превратить отчаяние Эшары в новую жизнь, пусть и полную самопожертвования. И я, Вориан, буду тем, кто поможет ей пройти этот путь.       — Входи, Вориан, — послышался голос Лирии. Я вошел в её комнату, где она сидела и прихорашивалась, при этом читая старые книги её отца, наполненные описаниями Дощатого города.       — Дорогая, нам предстоит выполнить очень деликатное поручение. Оно касается моей сестры, Эшары, — сказал я. Она сразу навострилась и отложила все, что у неё было, подальше.       Я рассказал ей о плане, о необходимости исчезновения Эшары и появлении септы Леморы. Лирия слушала внимательно, улыбаясь. В её глазах я видел неодобрение действий Эшары.       — Я понимаю, муж мой. Это будет непросто, но я сделаю все, что в моих силах. Эшара заслуживает шанса на новую жизнь, даже если она будет такой. Хоть я никогда и не смогу её понять, но я должна помочь своему мужу с его сестрой, — сказала она с улыбкой.       Мы провели следующие несколько часов, разрабатывая детали. Со служанкой Лирия сказала, что разберется сама. Я займусь поиском септона и подготовкой документов.       Мы договорились, что я лично отведу Эшару к Лирии на следующий день, чтобы начать её преображение. Затем я должен был встретиться с септоном и начать подготовку к "смерти" Эшары. Все должно было быть сделано быстро и незаметно. Под конец нашего разговора я чувствовал себя невероятно уставшим, и Лирия, почувствовав это, сказала, что сегодня мы отдохнем в её спальне, а не в моей. Последнее, что я помню, — это её игривый смех, а после лишь наше с ней неземное наслаждение.