Глава 29. Дорнийский Казус. Часть шесть. Дела в Гробнице.

Спустя пару часов

      Я вздохнул. Я сидел в своём кабинете, и передо мной стояли глава моей охраны и мой стюард.       Они докладывали мне, что приказал им сделать мой мейстер.       — По настойчивой просьбе мы разместили всех гостей в день прибытия по отдельности, хоть я и говорил мейстеру, что это нарушение и все спутники лорда Старка должны быть либо в соседних комнатах, либо в одной большой. Также я по приказу мейстера отправил слуг со шлюзами, они взяли специальную еду, которая должна была развязать ему язык. Так мейстер планировал проверить честь лорда Старка, а после — расспросить его поподробней… О его планах и о том, что он собирается делать дальше… — рассказал мой стюард.       — Почему мне об этом не сообщили? — прервал его я.       — Мы… Мейстер убедил нас, что так будет лучше для вас, — ответил мне глава моих стражников. Прекрасно. И ведь они даже не врут. Казнить-то их не за что. Они просто действовали, по их мнению, для моего блага.       — Продолжайте! — срывал я голос на них.       — После я приставил стражников и к лорду Старку, и к его спутникам. Их задачей было при подаче сигнала убить их и ни в коем случае не мешать их возможному убийству. Контролировать их ход по замку, не допускать в запретные зоны… Стражники очень хорошо общались со спутниками лорда Старка. Поэтому я считаю, что я просто обеспечил дополнительную безопасность, — сказал глава стражи. И это моя стража. Это величайший позор в истории дома Манвуди.       Звучит всё, что они говорят, хорошо. Защита от возможного врага. Обеспечение безопасности. И далее, далее. Но… Видно, что придумывают это они постфактум, чтобы прикрыть себя — стюард трясётся и потеет. Глава моей стражи не может стать уже спокойно. Всё время хватается за меч, будто собираясь прорываться из окружения, что нервирует и меня, и стражников, стоящих в кабинете. Осталась ещё пара вопросов.       — Лорд Старк отправлял письмо, что с ними произошло? — спросил я.       — Ничего. Как мне известно, мейстер их отправил. И не нашёл их подозрительными или опасными для вас. Это и заставило нас поверить, что лорд Старк не опасен, — ответили мне. Просто прекрасно!       Бдух.       — Тогда какого чёрта мой мейстер отправил письмо моему дяде с просьбой убить лорда Старка как врага, нарушившего законы гостеприимства?! К вашему невероятному счастью, это всего лишь черновик письма, выкинутого моим мейстером как слишком лживое! Иначе бы вы с ним уже висели на петле?! — ору я, не сдерживая себя. То, что устроил мой мейстер, невероятно плохо. Не такое ужасное действие, как у лорда Фаулера, но очень близко. Эти деятели хоть и не говорят, но видно, что они были в курсе действий моего мейстера. И не особо-то и были против. Просто прекрасно! Наверняка сообщили об этом и лорду Фаулеру о том, что они не против помочь с лордом Старком.       Неудивительно, что меня отпустили! Неудивительно, что лорд Фаулер был так добр со мной! Фаулер просто щёлкнул меня по носу, типа как наставление неразумному дитя. При этом забрал жизни части моих подчинённых как ещё один «урок». Это… невероятно бесит!       — Понятно. Вы двое, бросьте бывшего стюарда и бывшего главу стражи в темницы. Также притащите сюда служак, что разговаривали со спутниками лорда Старка и что были с лордом Старком. Также позовите сюда слуг, что подавали еду лорду Старку. И ещё всех, кто в хороших отношениях с ними, тоже бросить в темницу, — наконец закончив их материть, уселся я. И… судя по их лицам, я не особо их впечатлил возможными карами.       Стражники, стоящие в кабинете, переглянулись и начали действовать. Связали моих стюарда и главу стражи, повели в темницу. Лица их изменились. Вроде бы, эти ребята из группы, бежавшей со мной — их командир попросил выделить этих ребят со мной. Мда, мне везёт очень сильно.       Ну, наверное, надо провести предварительные результаты? Да, нужно. Мои войска обезглавлены, управление обезглавлено, связь обезглавлена. Я теперь ненавижу своего дядю и сидеть в замке не собираюсь точно. Я очень хочу разбить ему морду и покарать его.       Конечно, возможный глава всей моей стражи имеется. Тот стражник, что помогал мне сбежать. Как его там… Герд, вроде бы? Не уверен.       Со стюардом всё потяжелее. Когда я стал лордом, я не стремился устанавливать своих. Считал, что люди отца послужат мне также верно. Я явно ошибся и теперь мне придётся, скорее всего, вычищать всю стражу… И возможно, эти ребята захотят устроить бунт. Пекло!       В дверь постучали.       — Кто там? — подскочил я.       — Это Герд, ваша милость, — ответили мне.       — Заходи, — отвечаю, садясь обратно. Ложная тревога. Надо успокоиться, я слишком себя накручиваю. Герд вошёл с кучей стражников и слуг. Без бывшего стюарда и главы стражи.       — Милорд, я привёл тех, кого вы просили. Мне покинуть комнату? — спросил он. У меня уверенность, что он тоже знал о заговоре против лорда Старка. Но, увидев мою реакцию, подстроился под меня либо ради должности, либо из чести. В любом случае передо мной стоит будущий глава всей моей стражи, а не только мелкой части, как было до этого у Герда. Ладно, пора начинать допрос.       — Нет, Герд. Останься. А теперь начнём, — он встал рядом со мной и подал сигнал, чтобы вывели вперёд.       Первым вывели слугу, который подавал еду лорду Старку. Он был молод, с испуганными глазами, и дрожал так, что, казалось, вот-вот рассыплется.       — Ты... Скажи мне, тебе было известно о приказе мейстера о подмешивании в еду ядов? Ты это делал? — спросил я.       Слуга замялся, оглядываясь на Герда, словно ища поддержки.       — Нет, милорд, мне не было известно об этом. Я просто нёс фрукты и ничего не подмешивал, — испуганно ответил слуга, поглядывая на меня… или на Герда?       — Понятно. Тогда почему, ты так мнёшься? И неуверенно говоришь? — спросил я.       — Я б-боюсь, м-м’лорд, — ответили мне.       — Кого ты боишься? Или чего боишься? — спросил я. Бросил взгляд на меня… Нет, всё-таки на Герда.       — В-вас… — тихо прошептал он.       — Уведите его в сторону и позовите другого такого же слугу, таскавшего еду лорду Старку, — приказал я.       Слугу увели. Дальше все речи во многом были похожи. Нервные слуги, боязнь и бросания взглядов на Герда. Так продолжалось, пока не привезли слугу, что командовал этим парадом.       — Я знал о приказе мейстера и сам лично всё подсыпал в еду и вино, — сказал он мне.       — Почему вы мне не сообщили? — спросил я.       — Я мелкий слуга, я не имею права вмешиваться в дела господ. Все подчинённые мне слуги были не в курсе этого. Я всё сделал сам. Если кого и нужно винить, так это меня, — ответили мне. Он говорил это с обречённостью в голосе и сильной грустью. Хоть и видно, что он был… в гневе? Ну, всё сошлось.       — Уведите его в темницу. Пока никого не впускать, — сказал я.       Как только все вышли, я спросил у Герда:       — Это было обязательно? И зачем?       — Все очень любят вас, милорд. И каждый слуга, когда несёт еду, нет-нет, но попробует её. Если вы хотите покарать всех тех, кто вам не сообщил и знал, что лорда Старка могли, возможно, убить… Тогда вам придётся перебить половину слуг и половину стражи, — отвечает он мне.       Всё, что я сделал на его слова… Это просто вздохнул. Это худший день в моей жизни.       — Ты предлагаешь убить лишь четырёх человек? Людей, имеющих высокие должности? — спросил я.       — Да, так и есть. Все люди делали это из любви к вам, но как лорд, вы должны покарать изменников. С наиболее высокими постами их мало и их можно заменить. Всех, кроме мейстера, — отвечает мне. И он прав.       — Хорошо. Так и сделаем. Хоть это мне и не нравится, но лишь из-за конфликта с Фаулером я согласен на это. Заводите дальше стражников, говоривших со спутниками лорда Старка, — говорю я.       Стражники вошли один за другим, каждый с видом, выдающим смесь страха и недоверия.       Первым вывели стражника по имени Роланд. Он был крепкого телосложения, с суровым взглядом и шрамом на щеке — видимо, не раз видел бой. Я посмотрел на него и спросил:       — Роланд, расскажи, что ты знаешь о лорде Старке и его спутниках? Были ли у тебя подозрения, что они могут представлять угрозу? Вы с ними разговаривали? — спросил я.       Роланд замялся, потом ответил:       — Милорд, я был с ними по приказу, но не видел в них врагов. Они вели себя достойно, не нарушали правил. Но… я слышал разговоры между мейстером и некоторыми слугами. Говорили о том, что лорд Старк может быть опасен. Но Брандон, Тео, Теон и Роннел были очень добры. Мы с ними очень хорошо выпили, — закончил он в конце с улыбкой. Все улыбались и поддакивали.       — Это очень мило, но… Ты видел, кто именно говорил? — спросил я, ожидая услышать отговорку.       — М-м-м. Вроде бы, они были близки со Стюардом? Но я не уверен, — ответили мне.       — Понятно. Можешь идти, — ответил я. Так я прошёлся и по остальным, хотя при этом чувствовал себя отвратно. Сначала я не распознал интриги знакомых мне людей, потом не сообразил, что об этом наверняка знали все люди в замке, а не только главные. Теперь, по сути своей, делаю бесполезную работу, пытаясь запугивать своих слуг, стражников, чтобы они намёками поняли, чтобы больше таких интриг не было. Ни сейчас, ни когда-либо.       — Герд, забирай этих стражников, и можешь идти. Ты теперь глава всех стражников Королевской Гробницы. Принимай обязанности и подготавливайся к выходу. Если знаешь хорошего управляющего, отправь ко мне. Я его проверю. Также притащи мейстера в воронятню. Я скоро туда подойду, — сказал ему я.       Герд склонил голову.       — Будет исполнено, милорд. — с улыбкой сказал он и вышел вместе со стражниками.       Я встал и подошёл к окну, глядя на замок. Все эти интриги, предательства… Это было слишком. Я чувствовал себя опустошённым. Но в то же время во мне росла решимость. Я не позволю никому больше играть со мной. Я разберусь со своим дядей. И я сделаю это так, чтобы никто больше не смел поднимать руку на меня или моих гостей.       Чуть-чуть постояв, я взял письмо, которое планирую отправить в Солнечное копьё, и отправился в воронятню. Посижу пока там.       В воронятне было прохладно и пахло птичьим помётом. Я сел за стол рядом и начал перебирать вещи: письмо, воск, личные рукописи и многое, многое другое. Тут я решил попробовать отправить письмо вороном самостоятельно. Конечно, я никогда не учился ухаживать за вороной, но, думаю, нет ничего сложного в отправлении одного письма?       Я осторожно взял птицу за крыло, стараясь не напугать. Она слегка вздрогнула, но не пыталась улететь. Взгляд её был острым и внимательным, словно она понимала всю важность момента. Я аккуратно прикрепил письмо к лапке, проверил, чтобы оно было надежно закреплено, и тихо прошептал:       — Лети в Солнечное копьё. Быстро и без ошибок, — сказал я.       Ворон взмахнул крыльями и взмыл в воздух, исчезая за окнами воронятни. Я остался один в тишине, и мысли снова начали накатывать волной. Одни за одной.       Я собирался уже выходить, как только что затащили мейстера. Я сказал:       — Я уже отправил письмо. Можете тащить его обратно в темницу.       — Я прошу, не спешите, милорд! Дайте мне посмотреть, куда вы отправили ворона, — сказал он.       Пусть, в принципе, посмотрит. Лишним не будет.       — Отпустите его, пусть он поработает и проверит. Вряд ли он сможет повлиять на отправленное письмо, — сказал я.       Мейстера освободили, и он начал ходить вокруг воронов, кормить их, абсолютно не прикасаясь к клетке, откуда я выпустил ворона. Я дал сигнал, чтобы мейстера чуть-чуть подтолкнули к правильной клетке. После этого он быстро сообразил и начал смотреть на клетку.       — Куда вы планировали отправить ворона? — спросил он.       — А куда, по-вашему, я мог отправить письмо после всего? Конечно же, в Штормовой Предел, чтобы войска северян вторглись в Дорн при моей поддержке! — ответил я. Что я говорю? Ну, я надеюсь смутить его, а то он легко может сказать, что я ошибся, и послать письмо в Поднебесье. Лорд Фаулер обрадуется этому письму несказанно.       — Можете не шутить со мной. Вы послали письмо в Солнечное Копьё. Всё правильно. Мне послать письмо вассалам вашего дома о сборе знамён? — спросил мейстер.       — Чтобы ты при этом послал ворона в Поднебесье? Ни за что! Уведите его обратно. Трёх остальных пленников притащите на плац, на казнь. Также сообщите Герду, чтобы он послал курьеров с письмами к моим вассалам. Это медленней ворона, но так лучше всего. Тем более я не смогу действовать, пока нет разрешения от Солнечного Копья, — сказал я.       Мейстер кивнул, не скрывая своего недовольства, но молча подчинился. Я наблюдал, как его лицо сжалось в тонкой гримасе, словно он пытался подавить внутренний протест. Я не ошибся, реально хотел отправить письмо в Поднебесье. Это… очень обидно. Лорд Фаулер для него важнее того, кого он учил и в воспитании кого участвовал?       Когда мейстера увели, я остался один в воронятне, и тишина вокруг казалась почти осязаемой. В голове крутились мысли о предательстве, о том, как тонка грань между верностью и изменой.       Внезапно дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Герд. Его взгляд был серьёзен, но там читалась решимость.       — Милорд, я уже дал распоряжения по подготовке казни. Курьеры готовы отправиться в путь, и стража приведена в боевую готовность. Но есть ещё одна новость. Один из стражников сообщил, что очень часто видел маленького человека низкого роста. Он подозревает шпиона, — сказал Герд.       — Вы его привели? Что его выдало? И что он совершил? — спросил я. Он замялся.       — Я расспросил других. Он приходит примерно из Штормовых земель. Ничего особенно не делает, просто пьёт и рассказывает слухи с Ночной Песни. Ничего критического и опасного. Прослушав слухи, я могу утверждать, что они… очень глупые и иногда бессмысленные, — отвечает мне. И зачем об этом докладывать?       — Раз он никуда не лезет, то пусть делает и дальше. Раз от него нет угрозы, но… Всё-таки следите за ним. Мало ли что он там может сделать, — сказал я.       — Хорошо, господин. Мы идём на казнь? Палач готов, — спросил Герд.       — Да, идём, но перед этим… принесите мне полуторный меч и отзовите палача. Я всё сделаю сам, — сказал я и увидел, как расширяются глаза Герда.       — Я вас понял. Хоть я и должен предупредить, что не все смогут понять ваше решение, но, думаю, из стражников вас поймут все и зауважают ещё больше. Слышали приказ? Быстро, выполнять! — говорит Герд после, обращаясь к страже рядом с ним.       Мы вышли из воронятни и направились к плацу, где уже собралась небольшая толпа. Площадка для казни была расположена на открытом пространстве, окружённая высокими каменными стенами замка. В центре стоял деревянный помост с массивной плахой и несколькими камнями, на которых лежали преступники.       Воздух был прохладным, и лёгкий ветер колыхал пыль на земле. Несколько стражников стояли по периметру, внимательно наблюдая за происходящим. Атмосфера была напряжённой, но в ней чувствовалась и некоторая торжественная серьёзность.       Мы подошли к помосту, и палач, не отводя взгляда, передал мне полуторный меч. Его рукоять была обтянута тёмной кожей. Это был обычный, среднего качества меч из обычной стали. Я сжал рукоять.       Толпа молчала, лишь изредка прерывая тишину приглушёнными вздохами и шёпотом. Среди зрителей были стражники, слуги, несколько вассалов и даже несколько горожан — все пришли увидеть, как будет вершиться правосудие. Правосудие по-северному.       Передо мной полулежали трое пленников. Бывший стюард, бывший глава стражи и слуга. Лишь глава стражи держался, но не стюард и не слуга. Я подал сигнал разместить.       Я поднял меч и обратился к собравшимся:       — Сегодня мы вершим справедливость. Предательство — тяжкое преступление, и никто, даже из числа наших собственных, не может быть выше закона. Пусть этот день станет уроком для всех, кто осмелится предать доверие и честь моего дома.       Я сделал шаг вперёд к первому из осуждённых, чувствуя, как внутри всё сжимается от напряжения. Но сомнений не было — это необходимо.       Первый преступник, слуга, опустил голову, принимая свою судьбу. Я поднял меч и одним точным движением завершил казнь. Звук катящейся головы эхом разнёсся по плацу.       Второй и третий последовали за ним. Бывший глава стражи принял это смиренно, стюард сопротивлялся, его держали. Но от правосудия он не ушёл. Отдав меч, я произнёс речь и пошёл спать. Сегодня был тяжёлый день.