2. Падение

«Реальность не выбирает время и место»

Блу бежала. Долго бежала. Ноги горели, дыхание срывалось. За спиной она слышала рев чудовищ, но чем дальше она углублялась в лес, тем меньше доносилось звуков. Сначала лес был мёртвым. Сгоревшие деревья торчали, черные и сухие, словно скелеты, их ветки тянулись к небу. Земля была усыпана пеплом из-за недавних пожаров. Чувствовался запах гари. Но через несколько минут лес начал меняться. Обугленные стволы постепенно уступали место живым, пожелтевшим и вечнозеленым деревьям. Листва становилась гуще, свет уже едва прорывался сквозь кроны. Ветер шуршал в ветках. Погоня, казалось, осталась позади. Блуберри остановилась, опершись на колени, и тяжело выдохнула. Вокруг стояла тишина. Она подняла руку, попыталась сконцентрироваться и вызвать магию, но… ничего не произошло. Магия исчезла. Пропала полностью. Блу попыталась создать портал, хотя уже знала, что это бесполезно! И тут до нее дошло еще одно: она заблудилась. Лес казался одинаковым со всех сторон. Всё вокруг сливалось в сплошную зелень и желтизну. Блу сделала шаг вперёд, потом ещё, осторожно и нерешительно. Она попыталась вспомнить, из какой стороны она бежала, но тщетно. — Господи, о нет, — пробормотала Блу и вдруг побежала вперед, крича: — Дрим! Инк! Блуберри бежала ещё какое-то время — может минуту, может десять, может, как ей казалось, целую вечность. Уже трудно было понять. Она почти не видела, куда бежит — просто вперед, лишь бы не стоять, лишь бы не думать о том, насколько жутка правда. Паника обуяла ее целиком. — Дрим!! Инк!! — голос сорвался на крик, но лес ответил только эхом. Она ускорилась, но ноги уже не слушались. Они были ватными, тяжелыми, будто их связали. В конце концов, Блу споткнулась о корень, торчавший из земли, и упала вперёд. Тело ударилось о влажную, поросшую мхом почву. Лицо коснулось травы. Боль не была сильной. Просто тупой удар. Она попыталась подняться — и поняла, что не может. Просто не может. Ее тело отказалось двигаться, потому что она уже устала, устала до изнеможения. Блуберри медленно перевернулась на спину, глядя вверх. Кроны деревьев закрывали небо почти полностью, но между веток уже виднелась синь, темнеющая к краю. День заканчивался… — Да что же… — выдохнула она, закрывая ладонью глаза. Внутри всё дрожало. От страха? От усталости? От одиночества? Скорее от всего сразу. Зачем Блу здесь? Она же шла спасать жизни. Она видела детей, людей, монстров, всех, кто просто хотел жить. А теперь сама просто лежит тут. Вдруг Дрим ранен? А если Инк тоже заблудился? А если паразиты еще ищут ее? Блуберри вжала ладони в лицо, чтобы не разреветься. — Детка, ты же герой. Герои не плачут, кроме того… — она медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться. Это немного помогло. — Я — Королевский страж! Одна из Звездных! Что я тут лежу?! Небо действительно темнело. И холод уже начинал просачиваться в воздух. Значит, нужно срочно найти укрытие, чтобы переждать ночь. Блуберри с трудом перевернулась на бок и, держась за ствол, поднялась на ноги. Огляделась. Лес был тих… слишком тих… Блуберри пошла вперёд. Медленно, без суеты. Сначала немного шаталась, но потом шаг стал ровнее. Всё-таки отдохнула пару минут, и тело немного послушалось. Воздух становился всё прохладнее, тянуло сыростью и вечерним холодом. Где-то вдалеке потрескивали ветви. Может, зверь? А может, просто ветер. Что Блу искала? Укрытие, или хотя бы то, что походит на него. Небольшую нишу, расщелину, сойдет даже место под деревом… Блуберри вдохнула глубже, чувствуя запах влажной земли и чуть-чуть дыма. Осенний вечер сгущался, и ей захотелось завернуться в одеяло дома и заснуть. Но одеяла не было. Только тьма и холод. Вдруг нога Блуберри провалилась в какую-то кучу веток и мха. Пытаясь выдернуть ее, Блу дернулась и чуть было не упала. В этот момент она заметила кривую дыру на склоне холма, находящегося прямо перед ней. Это была пещера, едва различимая в сумерках. Лес вокруг холма был отличным: некоторые деревья росли неровно, ведь их гнули ветра, и корни их торчали со всех сторон. Не медля, Блу начала подъем. Лес вокруг холма менялся с каждым шагом. Чем выше она поднималась, тем больше было низковатый листвы над головой, и появлялись низкие кусты, колючие и острые, а еще старые поваленные деревья, через которые Блу приходилось пробираться. Ветер усилился. Он дул с вершины холма. Листья неприветливо шуршали над головой. Блуберри глотнула воздух, вдыхая запах сырой земли, который показался ей ядреным и насыщенным. Небо над головой темнело всё сильнее, тучи собирались плотной серой массой. Собирался дождь, судя по всему. — Физическое явление; Надежда, добро, спасение… — сипло подпевала она. Холм становился все круче. Камни и валуны выглядывали из земли. Пошёл последний рывок. Корни торчали так густо, что приходилось взбираться почти как по лестнице. Иногда приходилось цепляться за ветки руками, подтягивая себя. Мох под ногами скользил. Блуберри кидала взгляды на сухие ветки, торчащие вокруг, и стала наконец собирать их, пока поднималась выше. Веток было мало, и почти все были сырые от вечерней росы. Она старалась выбрать самые сухие, чтобы можно было разжечь костер. Блуберри, наконец, добралась до укрытия. Перед ней открылась кривая дыра в склоне холма. Пещера была примерно на голову выше Блу и едва заметна, но это было отлично. Внутри пещеры не было видно почти ничего, кроме темноты, в которую Блу инстинктивно шагнула, стараясь не шуметь. У порога почва под ногами была мягкой, влажной, местами скользкой, но это только у порога — дальше был рельефный, бугристый каменный пол (если такое вообще можно назвать полом). Поверхность стен была шероховатой, камни влажные и холодные на ощупь. Видимо, в Кемистритейле влажный климат. Блу сложила хворост в дальнем конце пещеры и вдохнула сырой, чуть затхлый запах пещеры, и это, на удивление, немного успокоило. Здесь, в темноте и в сырости, она была хотя бы с крышей над головой. О безопасности же не могло быть и речи. Она осмотрела свое убежище, а затем решила попробовать разжечь костер. Из подходящих форм камней она соорудила полукруг у стены — что-то вроде очага — и положила в эту окружность сухую половину хвороста. Собравшись, Блу достала из кармана пачку спичек. Она прижгла одну спичку и приложила её к самому сухому концу веточек. Пламя вспыхнуло с трудом, но всё же разгорелось, давая слабое, но тёплое мерцание в углублении пещеры. Блу села у маленького костра, который потихоньку разгорался. Теперь темнота вокруг стала казаться менее страшной. Блуберри прижала к себе колени, обняв их руками, и позволила себе закрыть глаза. Лес продолжал шуршать за пределами пещеры, но внутри было тихо. Блу все глядела, глядела на огонь, пока ее не стало клонить в сон, а глаза не начали слипаться. Не успела волна беспокойных мыслей накрыть ее, как она уснула, улегшись на бок.

***

Утренний свет бледными полосами падал на землю, освещая остатки костра. От хвороста осталась только тёмная кучка углей да тонкие спирали дыма, уже почти незаметные. Блу, проснувшись, подтянула ноги, села ровнее и заморгала, пытаясь понять, где находится и все вспомнить. Лес стоял на холмах, на бесконечных подъемах и спусках. В низинах оставалась туманная влага. Листья старели и опадали, окрашивая землю и тропинки в золотисто-коричневые тона. Сухие листья тихо шуршали, подгоняемые осенним ветром. Солнце только поднималось, и его тонкие лучи пробивались сквозь редеющие кроны. Там, где ложились полосы солнечного света, поблескивала влажная от ночного дождя зелень. Тонкие лучи делали видимым лёгкий туман, блуждающий между деревьями. Везде искрилась капельками вода, которую оставил дождь. Где-то недалеко гулко шумела река. Дождь, который прошёл ночью, сделал её воду быстрой и шумной. Поток переливался и хлестался о камни. Этот гул был буйным, почти постоянным, но настолько громким, что слышала даже Блуберри, стоящая у порога своего унылого убежища, хотя река явно была далеко. Что беспокоило, так это то, что нигде не было видно ни небоскребов, ни клубов дыма, ни сухой части леса. Только сплошная желтизна, зелень на холмах. Она провела рукой по лицу. — Ну и влипла же я, — пробурчала Блуберри, спускаясь с холма. В голове роились мысли, тяжёлые и давящие. Она был одна. Полностью одна. Магия исчезла. Никакой защиты от опасности, кроме собственной смекалки. Дрим и Инк где-то далеко, и кто знает, выбрались ли они вообще. И Бед трио наверняка тоже прочесывают лес. Нашел ли Даст своих товарищей? Точно нашел, ведь Даст вряд ли в панике убегал черт знает куда, как Блуберри. Блу почувствовала, как к ней подступает напряжение. Нужно было подумать. Первым делом — еда. Она не ела уже долго. В голове Блу появился план: искать ягоды, корни (она об этом где-то читала, хотя понятия не имела, что это за корни), что-то съедобное. При этом нужно быть внимательной, смотреть под ноги, не вкушать ядовитые растения и не издавать лишнего шума… Второе — хворост. Нужно думать о дровах на несколько дней вперед на случай, если придётся остаться здесь надолго. Третье — пещера. Нужно обустроить ее как-то. Как-то надо убрать опасные выступы, чтобы можно было лечь ночью и не пораниться. Блуберри глубоко вздохнула, успокаивая себя. И всё же мысль о том, что, возможно, придётся остаться здесь надолго, вызывала отчаяние и тревогу, но ту, которая заставляет собраться, действовать. Она села на корточки и стала мысленно перечислять, какой пункт выполнить сначала, но голод уже решил это за нее. Она осторожно спустилась с холма, выбирая путь между корнями и камнями. Голубые ботинки то и дело проваливались в размякшую землю, выпавшие листья шуршали под ногами, а каждое движение сопровождалось хрустом веточек. Лес выглядел совсем по-другому в дневном свете. Впереди простирались осенние склоны, усыпанные желто-красной листвой. Где-то вдали слышалась трель птиц, а легкий ветер доносил запах хвои. — Что-то резко здесь осень наступила, — размышляла вслух Блу. — Хотя… я, наверно, от паники просто не заметила. Она осознанно заменила слово «страх» на «панику». В том, что она испугалась, Блуберри ни за что б не призналась. Теперь она заметила красные крапинки в зелени. Блуберри начала осматривать красные ягоды. Она наклонилась, сорвала пару ярких ягод с кустика и осторожно попробовала. Сладковато-кисло, терпко. Победоносная улыбка растянулась на ее лице. Она сорвала все ягоды — их было не в изобилии — и наполнила ими карман. Блуждая дальше, Блу заметила маленькую полянку, освещённую солнечным светом, где росли деревья хурмы. Она подошла, осматриваясь по сторонам, и, выбирая, сорвала пару плодов. Попались мягкие, насыщенно-оранжевые и покрытые черноватыми трещинками. Откусив плод, Блуберри улыбнулась — хурма была сладкой, сочной и лишь у плодоножки немного вяжущей. Она слегка подпрыгнула, когда с ветки упала капля воды и стукнулась о плечо. Блу рассмеялась и присела под деревом хурмы, прислонившись спиной к шероховатому стволу. Солнце пробивалось сквозь ветви, освещая улыбающееся лицо Блу. Она устроилась, вытянув ноги, и почувствовала, что от напряжения не осталось и следа. Так хорошо было лежать тут, под деревом, под последними, прощающимися лучами солнца! Блу прислушивалась к лесу. Птичьи трели, шелест листвы, шум реки — все это казалось почти музыкой. Она чуть нахмурилась, когда вдруг вспомнила о паразитах, о Бед трио, потом и о товарищах. Интересно, что они все делают в этом лесу? Как провели дождливую ночь? Даст наверняка нашел товарищей. Бед трио, наверное, продолжают свое поганое дело. Дрим с Инком ищут ее, Блу. А паразиты… если быть реалистом, то все еще рыщут по лесу в поисках жертв. Да, Блуберри понимала, что пока ещё не в безопасности. Кстати, магия всё ещё отсутствовала. Но сейчас не было ревущих паразитов, не было Бед трио, не было гари и пожаров, а в Дриме и Инке Блу не сомневались. Она решила осмыслить своё положение. Холмы скрывали прямую видимость, но позволяли ей видеть хоть что-то. Река где-то внизу — значит, есть чистая вода. Ягоды и хурма — есть еда. Тут же едва заметная пещера — убежище. И всё же тревога не уходила. Она был одна, в лесу, где магия не работает, а любые привычные инструменты защиты бесполезны против паразитов. Кроме того, воспоминания про жителей Кемистритейла глубоко расстраивали ее. И мысль, что ее друзья где-то рядом и всё ещё в опасности, грызла изнутри. Если Блуберри не соберется, если не будет рационально использовать то, что есть, шансов выжить у нее почти не будет. Она почувствовала тяжесть ответственности за себя и за тех, кого не успела спасти. Тяжело сглотнув, Блуберри отогнала все мысли и вернулась к атмосфере под деревом хурмы. Она выживет. Просто потому, что иначе нельзя. Внутри Блу была детская уверенность, что жизнь может быть простой и доброй, если не смотреть слишком далеко вперед. Сейчас вот она выжила, сейчас она нашла немного еды, и сейчас лес казался просто лесом, а не ловушкой, как вчера. Это ощущение, эта маленькая победа над страхом, поднимало ее настроение. Наконец, Блуберри поднялась с земли. Она потянулась, сняла перчатки, сунула их в свободный карман и сорвала один плод, затем другой и далее. Сорвав всё, что было в пределах ее досягаемости, она начала подниматься по стволу, опираясь на ветви. Пора было думать про запасы. Взяв в руки около пяти плодов, Блуберри направилась в сторону пещеры. Через двадцать или более минут Блу снова вышла к дереву хурмы. Утренний туман медленно рассеивался. Блу сорвала ещё несколько плодов. После семи заходов она уселась в пещере, прислонив спину к стене. Руки вымазались в сладком густом соке, зато Блу была удовлетворена. Она бросила взгляд на кучку плодов и пересчитала их. Получилось чуть больше сорока. Блуберри слегка наклонила голову, закрыла глаза и на секунду провела рукой по лицу, чтобы резко вскочить и чертыхнуться. Она испачкала лицо липким соком. — Да ну! — воскликнула Блу и случайно облизнулась. Сладкий сок. Ситуация была настолько нелепой, что она рассмеялась. — М-хехех, ну ладно! И так, где эта река? Таким образом Блу поддерживала свой настрой. Она осторожно спустилась с холма. После минут спуска, Блу поспешила в сторону шума реки. Она ускорила шаги, осторожно перебирая ноги. И наконец, он оказалась на её берегу, где струя бежала быстрым потоком, шумела и взбивала пену о камни. Река бурлила, вода хлестала о камни и разлеталась брызгами, оставляя на поверхности белые всплески. Блу присела на камень, опустила руки в холодную воду и почувствовала мгновенное облегчение — прохладная струя освежила ладони. Она несколько раз погружала руки полностью, наблюдая за расплывчатым видом своих пальцев. Внезапно раздался оглушительный рев. Блу зажмурилась и прижала мокрые ладони к вискам, пытаясь приглушить раскалывающий звук. Поток реки слился с невыносимым ревом в один непрекращающийся рокот. Рев был не просто громким — он был очень близко, совсем рядом, вот тут где-то… Блу вскочила, наспех натягивая перчатки. Ужас разливался по всему ее телу. Она пыталась думать, пыталась сосредоточиться, но глаза сами бегали по лесу, вдоль берега, по той стороне, откуда доносился рев. Блуберри замерла, оцепенела. Рев продолжался, и мурашки пробежали по спине. Она чувствовала себя словно загнанный зверь, уставший и уязвимый. И вдруг, как будто инстинкт включился сам, Блу резко дернулась к ближайшему хвойному дереву. Она цеплялась руками за шершавую кору и ветки, ноги ловко находили опору. В последний момент она с трудом, но успела забраться на достаточно высокую, пышную от листьев ветку, чтобы скрыться. Ветки скрипели под весом, но она не обращала внимания. Сидя там, Блу опомнилась от ступора и, наконец, затаилась, не отрывая взгляда от земли. Рев не стихал, только приближался. Из-за деревьев донёсся тяжёлый, мерный топот. Каждый шаг отзывался вибрацией в воздухе и в земле. Дерево, на котором Блу вцепилась в ветку, затряслось. Прислушавшись, Блуберри услышала другие звуки — быстрый бег. Бег был легким и торопливым, явно принадлежащий какому-то человеку или монстру. И вдруг… силуэт мелькнул между деревьями, бегая так, будто на волосок от смерти. — Даст?.. — прошептала Блуберри в изумлении. Даст был мокрый от дождя, а на лице у него было пустое равнодушие. Блу на мгновение забыла, где находится. Что она делает. Почему она вообще сидит на дереве. Даст мгновенно скрылся в кустах впереди, и дерево затряслось сильнее. Затем, сначала Блу увидела только панцирь — массивный, бугристый, тёмно-зелёный с прожилками черноты. Под ним мелькали толстые лапы, облепленные мхом и грязью. Глаза паразита Блуберри не видела, только панцирь, лапы и часть головы, круглой и массивной, похожей на утолщённый шлем. От бега чудовища земля вибрировала и содрогалась. Блуберри тяжело сглотнула, боясь издать звук. В голове у нее роились тысячи мыслей. Но именно в этот момент под ней предательски затрещала ветка… И вдруг ветка под ней резко хрустнула. Блу вскрикнула и полетела вниз. Она ударилась о что-то твёрдое и подвижное. Под руками шершавый, грубый, скользкий панцирь… прямо под ней! Она приземлилась на спину чудовища! Прямо на паразита! Панцирь оказался твердым, как камень, и удар выбил из нее воздух. У Блуберри перекосилось лицо. — Звезды святые… — она стиснула зубы. Она вцепилась в край панциря у шеи паразита. Чудовище заревело, дернулось в непрерывном беге и начало пытаться скинуть тяжесть с себя, махая лапами в разные стороны. Затем паразит постарался замахнуться за спину, но лапы были коротки для такого массивного тела. Паразит делал резкие манёвры, крутясь и пытаясь скинуть Блу с себя, но одновременно гнался за Дастом. Он не хотел упускать жертв. Блу держалась изо всех сил, пытаясь не соскользнуть, хотя из-за каждого скачка паразита она ударялась о твердый панцирь. Но Блуберри быстро надоели эти скачки. Она начала продвигаться к самой голове чудовища, стараясь не думать о том, что произойдет в случае случайной ошибки. Она обвила ногами голову паразита, схватилась за правое ухо и, придвинув к уху уста, прокричала что есть мочи: — Да остановись ты наконец, бестолковый живоглот! Прекрати, говорю! Услышав крик Блуберри, Даст на мгновение повернул голову. Ничего не дрогнуло на его лице, когда он увидел своего врага, лицо осталось холодным и непробиваемым. Даст не проявил ни малейшей эмоции и не замедлился. Он просто оценил: Блу — на паразите, каким образом — неясно, паразит — за ним, ситуация — проблемная. И тогда в его голове будто щелкнул выключатель, и он целеустремленно ринулся влево, к низине. Хладнокровный Даст решил воспользоваться ситуацией. Блу прижалась к шее паразита, когда тот резко повернулся и понесся вниз. Ноги чуть было не соскользнули, но она вцепилась мертвой хваткой. А Даст бежал прямо в низину. Земля наклонялась. Блу чувствовала и видела, как паразит буквально летел по склону, и скорость его повышалась благодаря наклону и собственной тяжести. Он настигал Даста. Перед ними вдруг открылась гладь воды. Озеро. Спокойная, почти зеркальная поверхность, отражавшая серое небо и кроны деревьев. Блу замерла на долю секунды, не веря своим глазам — они достигли озера. Даст добежал и совершенно неожиданно застыл на самом краю водной глади. Он обернулся к приближающемуся чудовищу и с абсолютно безразличным лицом стал ждать. Паразит взревел, сокращая дистанцию. В последний момент Даст метнулся вбок — чудовище промахнулось и пошатнулось… Блу не успела среагировать, и паника вновь обдала ее. Ноги потеряли опору, руки отцепились от панциря — и Блу спрыгнула в воду. Паразит с грохотом рухнул в озеро с оглушительным плеском, вода поднялась волнами, которые подтолкнули Блу к берегу. Блуберри всплыла, вылезла на сушу и поднялась на ноги, кашляя и проглатывая воду. Вода была холодной. Блу принялась отжимать одежду, а зубы стучали от холода. Она глянула на озеро. Паразит ещё несколько секунд барахтался под водой. Рёв, который вырвался из его пасти, походил скорее на разрывающий горло вопль. Неуклюжая тяжесть тащила его вниз, в глубину озера. Блу видела, как последний раз вздулась поверхность пузырьками. Но она не почувствовала жалости. Тварь убивала людей. Монстров. Детей. Сжирала их так, будто они ничего не значили, разрывала на части. И если бы она не потонула, концовка могла быть куда хуже. — И правильно, — решила Блу, отводя взгляд. — Так тебе и надо. Она повернулась к Дасту, чтобы понять, какого черта это было, но того и след простыл. Блу постояла в нерешительности, но затем махнула рукой и пошла обратно. Одежда прилипла к телу. Осенний ветер специально бил ей в лицо, и от него Блу сильнее ссутулилась, ведь она и без того промерзла. Дойти б побыстрее, дойти до этой чертовой пещеры, пока ноги совсем не откажут! Когда Блуберри наконец увидела знакомый склон холма, она почувствовала облегчение. На подъеме она споткнулась пару раз и чертыхнулась. Пещера встретила ее сыростью, но Блу решила на этом не заморачиваться. Она зашла в свое убежище, подняла глаза и выдохнула: — Ты?!