Глава 10. Петля затягивается

Дверь в её каморку захлопнулась. Спина ударилась о дерево. Дыхание перехватило.    Пальцы впились в картонную обложку блокнота. Теперь любая утечка информации с этих страниц в Берию будет прямой уликой против неё.    Граната. В руках у нее была граната с выдернутой чекой.   Почему я? Почему сегодня? Что он ЗНАЕТ?!   Резкий стук в дверь заставил её вздрогнуть, оттолкнувшись от косяка. — Павлова. — Голос Глеба Ивановича. Ровный, но с непривычной, как натянутая струна, напряженностью. — В мой кабинет. Сейчас же.   Девушка позволила себе один глубокий вдох. Пальцы сами потянулись к пучку, поправили и без того идеальную гладкость. Хорошая секретарша. Испуганная, но опрятная.    Затем, прижав блокнот к груди, она вышла в общий секретарский зал, отделявший её каморку от кабинета главного секретаря, и коротким шагом пересекла его.   Когда Виола вошла, он жестом велел закрыть дверь. Молча указал на стул. Она села, не выпуская блокнота из рук.    Глеб устало провел рукой по лицу. В его глазах мелькнуло что-то пугающе близкое к беспокойству. — Один вопрос, Виола. Только честно. — Его голос был тихим. — Вы в порядке?   Она посмотрела на него, и без слов было понятно — она не в порядке. Она позволила этому естественному живому страху, этому замешательству выйти на поверхность, сделать глаза широкими, губы — беззащитно подрагивающими.   Ее пальцы сжали блокнот.    — Глеб Иванович, не думаю, что в порядке. Меня беспокоит это. — Голос дрожал, а жесты были суетливыми.— Я не стенографист. Я ваш помощник. Я не понимаю, почему мне приказали это делать.   Она умоляюще посмотрела на него, затем перевела взгляд на злополучный блокнот. — И этот блокнот... его надо куда-то сдать? Я даже не знаю куда! Там же... — она замялась, — ...государственные тайны. Планы. Где хранят стенограммы такого уровня?   Глеб замер, его взгляд уставился на блокнот в ее руках. Он сглотнул и, не отрывая от него глаз, отчеканил каждое последующее слово.   — Стенограммы с совещаний Его Превосходительства не покидают его кабинет. Архив находится внутри.     Сердце упало. Замерло. Превратилось в комок льда в груди. Такие записи никогда не должны покидать его кабинет. Она заставила себя вдохнуть, почувствовав, как холод расползается по телу.    — Что же мне делать? — её голос прозвучал слабо, почти по-детски.   Пальцы Глеба на мгновение дёрнулись, словно он хотел забрать у нее блокнот. Его взгляд метнулся к двери, проверяя, закрыта ли она, прислушиваясь к шагам в коридоре.   — Не сдавать. — Он прошептал так тихо, что слова едва долетели до нее. —Нет… если он вам прямо не прикажет.   Он замолчал, снова и снова обдумывая невысказанное... Затем медленно, будто каждое движение давалось ему с огромным усилием, открыл нижний ящик стола. Внутри, в идеальном порядке, лежали стопки одинаковых блокнотов с архивными номерами. Протоколы с обычных, рутинных совещаний.   — Но это... не простой протокол, — он стиснул зубы, бормоча будто сам с собой, его взгляд блуждал где-то в пространстве. — Но, с другой стороны... отправлять неподготовленного помощника... для записи… совещание такого уровня... это не в правилах…этого не должно быть…   Он бормотал это в пустоту. В глазах читался ужас человека, столкнувшегося с хаосом, который вносил в его упорядоченный мир сам источник порядка. И ему оставалось только подчиниться, надеясь, что грядущая лавина, запущенная сверху, похоронит под собой не его.   Звонкий удар дерева о дерево. Глеб резко захлопнул ящик. Его лицо снова стало непроницаемой служебной маской.    — Выполняйте, как вам сказали, — его голос прозвучал механически, слишком громко и четко для кабинета, где они были одни. — Расшифровка ваша. До дальнейшего уведомления. Храните у себя.   Он уткнулся взглядом в бумаги на столе — ясный сигнал, что разговор окончен. А между строк смысл яснее, чем слова. Береги это как свою жизнь. Вы под следствием.   Выходя из кабинета, она услышала, как он снял трубку телефона. А за дверью, едва она закрылась, послышался приглушенный голос Глеба:   — Да. Она уже была здесь.    Виола вернулась в свою каморку, держа в руках не просто блокнот.    Она прижала его к груди и почувствовала как невидимая петля медленно качнулась в воздухе. Теперь она знала наверняка: петля затягивалась.