Часть 10

      Всю рабочую неделю Гермиона действительно работала. Она почти не отвлекалась на свои личные дела, за исключением того, что во вторник с утра сходила на пляж, так как за несколько дней в Лондоне успела соскучиться по тёплому морю и жаркому солнцу.       Самоучитель итальянского грустно пылился на кухонном столе, никем не тронутый и всеми забытый. Единственное, что Гермиона продолжала делать, — это повторять глаголы-исключения.       К четвергу она благополучно дописала последнюю главу, оставив эпилог на Дафну. Самой Грейнджер на самом деле сказать было больше нечего. Она знала, что Гринграсс отметит и поблагодарит её в конце книги не один раз.       Все, что оставалось самой Гермионе, — это последние несколько вычиток и редакция всего написанного. Вечером четверга Дафна пришла к ней, и они с помощью магии объединили все свои черновики во что-то более целесообразное. Теперь на руках у каждой было по два экземпляра полноценной книги, только без послесловия автора. Гринграсс, взяв два экземпляра, объединила их связующий магией, для того чтобы все пометки и ремарки девушек отображалась сразу в обоих. И у Дафны, и у Гермионы.       Их работа действительно приближалась к кульминации.       Всю пятницу обе девушки перечитывали написанное, исправляя и подправляя друг друга, хоть и на расстоянии. Поэтому первые несколько глав почти однозначно были готовы.       Ближе к вечеру работу пришлось прекратить, так как они обе должны были отправиться с друзьями в будущий заповедник Луны. Гермиона заранее купила дорогую бутылку белого вина, чтобы поздравить бывшую когтевранку с новым этапом в жизни. Проект был серьёзным, и поздравлять действительно было с чем.       Гермиона связала магией оба своих черновых варианта книги и одну из рукописей сунула в сумку. Возможно, у неё будет время немного поработать. Следом полетели плед, комплект запасной одежды, две бутылки воды, бутылка вина, несколько зелий на все случаи жизни, и, конечно же, телефон для связи с Гарри. Она предупредила их с Джинни о своей поездке, но все же, зная Поттера, лучше было перестраховаться.       На самом деле друг довольно спокойно отреагировал на планы Гермионы. Чего нельзя было сказать о Джинни. Она занервничала сразу. Начала задавать Грейнджер тонну вопросов о том, куда именно они отправятся, будет ли там Малфой, виделись ли они за прошедшие дни и как Гермиона планирует себя с ним вести.       Ответов у Гермионы не было. Она сама немного нервничала, хотя всю неделю настраивала себя на предстоящую поездку. И заставляла себя не думать о нем.       В какой-то степени у неё это даже получилось. Она была в таком предвкушении перед окончанием книги, что её эмоций хватало только на странные и запутанные сны об Эйдане, в которых он то и делал, что, превращаясь во что-то странное, исчезал.       Стоя у шкафа Гермиона долго размышляла над тем, что ей надеть. Сейчас ещё было достаточно жарко для джинс, но тем не менее вечером в шортах ей будет холодно. В конечном итоге Гермиона остановила свой выбор на лёгких брюках и тонкой рубашке с длинным рукавом. В случае чего плед вечером её согреет.       Выйдя из дома, Гермиона пешком добралась до дома Блейза, где они все встречались. Власти Сицилии выдали Луне портключ до нужного места, поэтому и встречались они все в одном месте и в одно время.       Грейнджер пришла одной из первых, в саду у дома уже сидели Блейз и Ларри. Последний, заметив подругу, радостно улыбнулся, помахав рукой. Когда она подошла ближе, они даже обнялись.       Вслед за ней пришли Луна с Инди, и через пару минут из дома Блейза вышла Дафна в длинном летнем платье и с завязанными в пучок волосами. Заметив Гермиону, она подошла к ней, и они без приветствий начали обсуждать книгу. Блейз и Ларри, смотрящие на них, выглядели разочарованными. Забини уже был готов подойти и прервать их, когда к дому не спеша подошёл Малфой.       Гермиона видела, как взгляд Блейза переходит с её лица куда-то вдаль и, задержав дыхание, обернулась.       Сердце дрогнуло, дыхание сбилось, но уже через мгновение она почувствовала себя значительно лучше.       И это всё?       Почему-то ей казалось, что если они встретятся вновь, мир перестанет вращаться. Она разобьётся, развалившись осколками чего-то, что раньше люди называли её именем. Но это был всё тот же Малфой. Просто Малфой. Неприятный, саркастичный и чужой. Конец света не случился. Он не прожёг в ней дыру своим скучающим взглядом.       Гермиона, сглотнув, повернулась назад к Дафне и продолжила разговор. Она даже не сбилась.       Глупо было бы отрицать, что она чувствовала его присутствие своей спиной. Казалось, каждый волос на её голове был сосредоточен. Она слышала его тихий голос, хоть и не различала слов, чувствовала, как он кивает в ответ на реплики Блейза, но она сама была спокойна. Сердце перестало отбивать барабанную дробь, мурашки исчезли. И, несмотря на небольшое напряжение, она спокойно слушала и понимала Дафну.       Через пару минут Инди подошёл ко всем собравшимся и достал портключ, завёрнутый в небольшой платок. На счёт «три» все ухватились за потрёпанную рамку без фотографии внутри, и их засосал водоворот из лиц и тел. Уже через несколько секунд Гермиона приземлилась на землю, неприятно ударившись копчиком.       Она, хмурясь от неприятных ощущений, поднялась на ноги и начала оглядываться. Они были на территории огромного поля, окружённого деревьями и горами. Где-то оставались обломки бывшего здания больницы, некоторые из которых заросли травой и цветами. Краем уха Гермиона слышала журчание воды, но, покрутившись вокруг себя, никакого водоема не заметила.       Это место было прекрасно. Тихое, солнечное и бесконечно зелёное. Территория была огромной. Посмотрев на друзей, она увидела в их глазах тот же восторг, что переполнял и её. Здесь хотелось просто лечь на траву с книжкой и каким-нибудь летним лимонадом, чтобы отдаваться лени и приятному солнечному дню.       Ребята разбрелись по территории, дыша чистым и свежим воздухом, а Луна подошла к Гермионе:       — Какие защитные чары лучшего всего здесь приживутся?       Гермиона задумалась, рассматривая огромное поле. Им однозначно нужно наложить заклинание, отталкивающие маглов по всему периметру, лучше даже захватить больше территории, чтобы не было никаких конфузов.       Лавгуд говорила, что из-за магии, напитывающей эти места, маглы сами сюда не суются, но перестраховка всегда была лучшим другом любого волшебника.       Помимо этого здесь должны стоять антиаппарационные чары, как в Хогвартсе. Место в любом случае по большей части было предназначено для детей и подростков, поэтому рисковать не стоило. Нужно было также наложить чары невидимости на всю территорию тоже для маглов и усовершенствованный «оглохни», который будет преграждать звук. И только после этого можно будет переходить к самому важному — охранным чарам для будущих тварей, обитающих здесь.       Гермиона пересказала все свои идеи Луне, и та, кивнув, позвала друзей, чтобы девушка повторила всё то же самое ещё раз. Закончив, она повернулась к Луне и сказала:       — Защита территории займёт у нас, скорее всего, весь оставшийся вечер. Предварительно нам ещё придётся обозначить границы чар, чтобы мы все заклинания накладывали равномерно. Защитные заклинания для животных придётся отложить на завтра. У тебя есть план того, кто где будет располагаться?       Луна кивнула, мягко улыбнувшись, и Гермиона продолжила:       — Отлично. Дашь мне вечером его посмотреть? Я смогу понять, какая магия где лучше приживается. Но мне нужна будет информация о них, чтобы мы вместе в случае чего могли контролировать градус тепла, мягкость почвы и всего остального. В общем, обсудим это уже вдвоём, да?       — Ты с таким энтузиазмом за это взялась, спасибо, — Лавгуд продолжала улыбаться, наблюдая за девушкой, — но заклинания такого рода у меня уже внесены в схему, ты можешь не переживать. Нужна только защита, чтобы животные были в безопасности. Не хотелось бы угрозы от волшебников или от других зверей. А в этом ты профессионал.       Гермиона улыбнулась в ответ, кивнув, и повернулась к друзьям. Им нужно было «выдать задание».       — Мы с Дафной будем накладывать отталкивающее маглов заклинание. Так как именно это заклинание лучше наложить на территорию, захватывающую и земли без магии, нам лучше взять ещё кого-нибудь. Ларри?       Он широко улыбнулся, кивая.       — Отлично. Блейз, Малфой, на вас антиаппарационные чары. — Гермиона проглотила его фамилию, лишь мазнув по нему взглядом и сразу же повернулась к Лавгуд. — Инди, Луна, на вас чары невидимости. Остаётся только «оглохни», его, думаю, наложим все вместе, когда каждый закончит со своими задачами. Всех всё устраивает?       Блейз кивнул, Ларри сказал «ага». Луна с Инди сразу же отправились выполнять свою часть, не считая нужным что-то отвечать. Дафна пошла навстречу Гермионе, а Малфой, конечно же, закатил глаза, что-то тихо говоря Блейзу.       Что ж, это можно было ожидать.       Взяв под руку Дафну, Гермиона пошла вперёд, болтая с Ларри. Она хотела показать наглядно, по какому маршруту и до какой точки ему нужно будет следовать, накладывая заклинания. Они шли не менее двадцати минут, прежде чем дошли до нужного места. Оставив Ларри, они развернулись, но уже быстрее шагая, чтобы также поставить в правильном месте Дафну.       Оставив подругу, Гермиона почти бежала, чтобы начать колдовать как можно раньше. В конечном итоге одно только заклинание, отталкивающие маглов, заняло у неё почти два часа. Она ужасно устала, и, когда возвращалась обратно к полю, всё, чего ей хотелось, — это рухнуть на землю и ничего не делать.       К тому же Гермиона ощущала, что начинает хотеть есть, и это также её напрягало.       Когда она вернулась, ребята уже развели костёр, а Ларри боролся ножом с большим куском мяса. Вначале Грейнджер нахмурилась, не понимая, почему друг не воспользуется магией, но когда она подумала о том, как сама себя чувствует, все вопросы отпали.       Блейз, заметив её, быстром шагом пошёл навстречу. И уже через пару минут, оглядев её, спросил:       — Устала?       Гермиона просто кивнула, и он, вздохнув, ответил:       — Да уж, мы все тут из последних сил. Не думал, что это будет так энергозатратно. Если хочешь, можешь помочь Ларри. Он будет готовить на нас ужин.       — Нет. Я знаю, что колдую я куда лучше, чем готовлю. Пока у меня ещё есть силы, я сделаю то, что принесёт больше пользы. Потом будет приятнее отдыхать.       Она вымученно улыбнулась, и Блейз понимающе кивнул, поворачиваясь обратно к друзьям.       Все вместе они управились меньше, чем за полчаса. К тому моменту ужин был почти готов. Ларри, не сидевший без дела, вытащил из палаток небольшие кресла и расставил их вокруг костра, поэтому, вернувшись, Гермиона с наслаждением села у огня, чувствуя, как гудят ноги.       Медленно подтягивались и остальные, со вздохом облегчения также садясь у костра. Грейнджер наблюдала за кусочками мяса, которые шипели, выпуская тонкие струйки жира. За этой картиной было настолько приятно наблюдать, что глаза девушки постепенно начали закрываться. Хрустящий огонь и негромкие голоса на фоне тоже делали своё дело.       — Одуванчик!       Гермиона подскочила на месте, резко выдохнув от неожиданности. Она обернулась и увидела приближающегося Блейза с бутылкой вина в руках. Он довольно улыбался, и в его глазах не было ни капли усталости. Рядом с ним шёл посмеивающийся Малфой, которой продолжал игнорировать девушку.       — Гермиона, будешь вино?       — Нет.       Она облизнула губы, чтобы продолжить. Чтобы сказать, что ужасно устала и вообще она не в состоянии пить так часто, но Малфой, впервые напрямую посмотрев на неё, с омерзительной ухмылкой медленно проговорил:       — Что и требовалось доказать.       Он пожал плечом, поворачиваясь к Блейзу, а Гермиона моментально почувствовала, как сон исчезает, а на его место приходит ярость. Ярость и ненависть к нему и к игре, которую они начали. Которую она не может проиграть. Не после того, что между ними было.       — Просто я взяла себе своё вино. — Гермиона обворожительно улыбнулась Блейзу, скрежеща зубами от злости. Она открыла сумку и достала на свет свой не подаренный Луне подарок.       Малфой удивлённо выгнул бровь и усмехнулся, но уже иначе. С интересом.       Но Гермионе уже было плевать на его интерес. Ей хотелось придушить его голыми руками. И Блейз, судя по всему, это заметил:       — Сходим вместе за бокалами?       — Да, конечно. — она продолжала улыбаться, чувствуя, как вместе с улыбкой натягиваются и её нервы.       Они отошли вглубь поля, к палатке Блейза, и он, пропустив её внутрь и развернувшись в поисках стакана, спросил:       — Ну и что у вас с ним происходит?       Был бы этот вопрос задан в других обстоятельствах, Гермиона, скорее всего, занервничала бы. Но он был задан сейчас. Здесь.       — Он меня провоцирует, — она сжала кулаки. — И занимается этим постоянно. Мерлин, он делает это с первого курса. Когда я в первый раз увидела его у тебя дома в июне, я думала, что он повзрослел. Идиотская мысль. Малфой как был ослом, так им и остался.       — Но ты же сама позволяешь ему крутить собой, как ему угодно. Если бы ты не реагировала, он бы давным давно перестал цепляться к тебе. Но ты зажигаешь в нем желание продолжать эти ваши перепалки, — Блейз, найдя наконец-то бокал, повернулся назад к подруге и легонько сжал её плечо. — Я его не защищаю. Но в твоих силах прекратить это. Разве нет?       Конечно, это было в её силах. Не обращать внимания, как она делала это на последних курсах учёбы. Игнорировать его. И избегать таких истерических припадков злости. Но…       Но в отношении него всегда было «но».       Гермиона закусила губу, смотря на Блейза с сомнением и тоской. «Но» заключалось в том, что как бы Малфой ни выводил её из себя, ей нужна была эта встряска. Скорее всего разрыв с Эйданом сделал из неё мазохистку, но она понимала, что ей нужна эта игра. Эта ненависть. Эта странная, прожигающая душу болезнь.       — Ты прав. — она нервно качнула головой, не зная, что ещё можно добавить.       Блейз открыл для неё вино и налил в один из найденных в палатке бокалов. Гермиона сделала несколько больших глотков и сразу же об этом пожалела. Живот недовольно заурчал от голода, а она почувствовала в голове лёгкий туман.       Вернувшись к костру, Гермиона, крепко сжимая бокал и всеми силами стараясь игнорировать присутствие Малфоя, ждала свой ужин.       Луна довольно быстро начала разговор о том, что именно им следует сделать завтра, и время потекло быстрее. Ларри разложил им мясо по тарелкам, в то время как Лавгуд, развернув свои схемы и планы, показывала, в каких частях поля будут располагаться определённые звери.       Она, не обращая никакого внимания на еду в своей тарелке, рассказывала о нужных заклинаниях, о земле, о магии этого места и о том, откуда каких тварей ей привезут.       Несмотря на то что Гермионе всегда было интересно изучать новое, в этот момент ей хотелось пристрелить девушку. Голова гудела, и последнее, чего хотелось в эту минуту, — думать и анализировать. Она незаметно оглядела всех присутствующих и с облегчением выдохнула. Все были ужасно вымотаны и слушали Луну вполуха.       Дафна, съевшая свой ужин буквально за пару минут, в коматозном состоянии смотрела на свой бокал с вином. Время от времени она как будто приходила в себя и с тоской смотрела на говорившую подругу. Гермиона ей улыбнулась, но Гринграсс, поняв, что Луна всё ещё говорит, вернулась к разглядыванию бокала.       Блейз с Драко играли в переглядки, медленно пережёвывая мясо. Гермионе хотелось понаблюдать за ними подольше, но, учитывая присутствие Малфоя, — это было недопустимо. Она закусила губу, наблюдая за озорными искорками в глазах Забини. Хоть кто-то мог веселиться в судный день Гермионы.       Повернувшись к Ларри, она хотела обернуться назад, но задержала свой взгляд, пытаясь сдержать рвущуюся из груди ухмылку. Он ел и пил в одинаковых пропорциях. Буквально. За кусочком мяса шёл приличный глоток вина. За вином снова мясо, и так по кругу. У его ног стояла открытая бутылка вина, поэтому доступ к горячительному напитку был в данный момент безграничный. Сам Ларри с невероятной печалью и тоской в глазах смотрел прямо перед собой. Наверное, его состояние, как и состояние Дафны, точно можно было назвать коматозным.       В конченом итоге после того, как все закончили есть, Инди, до этого момента внимательно слушавший Лавгуд, встал и откашлялся:       — Луна, если хочешь, мы можем поболтать об этом вдвоём, но ребята очень устали. Посмотри на них, — он махнул в сторону зомби, что раньше назывались их друзьями. — Мы можем обсудить всё это вместе завтра. А сейчас им нужно немного отдохнуть.       — Немного — это огромное приуменьшение, — она улыбнулась в ответ. — Доброй ночи, друзья. Спасибо, что помогли сегодня. Всем до завтра.       И снова улыбнувшись, она, качая головой в такт музыки, которой не было, пошла в сторону своей палатки. Инди, неловко помахав остальным рукой, пошёл вслед за девушкой, кинув на прощение «доброй ночи».       Гермиона снова нахмурилась, думая, какие же все-таки отношения связывают этих двоих.       Но времени размышлять не было. Дафна приободрилась моментально, подскакивая на месте одновременно с Ларри. Они, будто впервые увидев друг друга, начали о чём-то перешёптываться, пока последний обновлял бокал девушки.       Блейз слегка толкнул плечом Гермиону, привлекая внимание:       — Ты как?       — Чуть не уснула, но снова в строю. Сегодня ни о чем толковом говорить я точно не смогу.       Малфой, громко хмыкнув, наклонился, врываясь в личное пространство Блейза и Гермионы:       — Не думал, что когда-нибудь услышу эту фразу от тебя.       — Так ты вообще думать не умеешь, — она махнула рукой, отворачиваясь от ядовито холодных глаз.       Блейз улыбнулся, давая ей «пять». Гермиона ответила, после чего неожиданно для самой себя показала Малфою язык. Наверное, в любой другой ситуации это было бы неуместно и даже глупо, но Забини сам смог превратить колкость в шутку. А она ему просто подыграла.       Драко отвернулся, закатив глаза, но она услышала его тихое «ненормальная».       Возможно, её появившаяся из ниоткуда улыбка была немым подтверждением его слов.

***

      После почти целой бутылки вина Гермиона решила пройтись и проветриться. Ноги были ватными, и ей поскорее хотелось лечь спать, но перед этим хотя бы немного протрезветь. Каждый раз, когда она ночью засыпала после вечеринок у Блейза, утро было совершенно ужасным.       Уходя всё дальше вглубь тёмного поля, она пожалела, что не взяла с собой плед. Ночь была не просто прохладной, а по-настоящему холодной, и, если бы не алкоголь в крови, она бы давно замёрзла.       Подойдя к деревьям, означавшим конец поля, она развернулась назад в сторону палаток. Обнимая себя руками, Гермиона думала о том, насколько всё же круто повернулась её жизнь. Заповедник Луны, их с Дафной книга, Блейз в роли друга и Малфой в роли… А в роли кого вообще он был? Гермиона хмыкнула себе под нос, понимая, что таких слов ещё не придумали.       У их отношений не было названия. Слово «игра» подходило, конечно, отлично, но любой другой человек бы просто не понял. Да она сама-то не совсем понимала.       — Заблудилась?       Гермиона дёрнулась, выныривая из своих мыслей. Ей навстречу шёл человек, но в темноте совершенно не было видно лица.       Так бы она написала, пиши она любовный роман или рассказывая Джинни события нынешнего вечера. Но ей не нужен был свет, чтобы знать, кто перед ней. Небрежная походка и ледяной голос безмолвно выкрикивали имя своего хозяина.       — А ты беспокоишься? — ответила она вопросом на вопрос. Сердце снова забилось быстрее. Нелепое сердце. Чёртово вино.       — Маленькая и беззащитная пьяная Грейнджер, — она видела, слышала, чувствовала его ухмылку издалека, — вдруг потеряешься, и тебя обнаружит кто-то плохой?       Её сердце окончательно полетело к чертям, и она почувствовала ком в горле. Руки моментально стали влажными от волнения, и Гермиона прокляла бы себя, если бы могла анализировать происходящее. Но она не могла. Холод августовской ночи превратился в жаркий полдень. Её тело сходило с ума.       Они наконец-то преодолели разделяющее их расстояние, и она, подняв голову, твёрдо сказала:       — Уже обнаружил.       Рука Малфоя неожиданно быстро и мягко оказалась у неё на талии. Он наклонился ниже, почти касаясь губами её уха:       — Раз я плохой, почему ты не бежишь от меня, м?       Гермиона чувствовала себя маслом, тающим в его руках. Шоколадом, размазанным по его телу. Она растекалась, желая насладиться каждой буквой, каждой секундой этого момента. Не понимая, как она могла хотеть уйти от этого.       — Я тебя не боюсь, — с придыханием, которое она так отчаянно надеялась скрыть от него.       Он улыбнулся ей в ухо, даря новую волну мурашек, вызывая очередную бурю во всем её теле. И после этого медленно отодвинул своё лицо.       Гермиона была готова взывать. Это шутка? Он издевается? Она была готова признать поражение здесь и сейчас, только чтобы он ещё раз поцеловал её.       Но ей не пришлось. Он коснулся пальцами её подбородка, аккуратно поднимая его. Разглядывая её пьяные глаза и губы, которые она всеми силами старалась не облизнуть. Держалась из последних сил.       И через мучительные тысячи секунд он наконец наклонился, чтобы поцеловать её. Снова провалиться в безумный ураган, рушащий всё на своем пути. Он снова прижимал её к себе, врезаясь губами в её губы, ломая и строя вселенные внутри неё. Она задыхалась его поцелуями, понимая, что не в состоянии оторваться ни на секунду. Задыхалась, ощущая, что только так может по-настоящему дышать.       Драко обнимал её, но эти объятия не были нежными. И Гермиона отвечала ему тем же. Не потому что привыкла всегда отвечать ему грубостью на грубость. Просто иначе они не умели.       В этих движениях не было любви. В этих движениях была жизнь. Их игра и была жизнью.       — Гермиона, ты здесь?       Они отскочили друг от друга, тяжело дыша. Снова. История повторялась, и сейчас ей ужасно хотелось придушить Блейза. Если в следующий раз (а она больше не сомневалась в том, что следующий раз будет) он появится так же в самый неподходящий момент, она совершенно точно кинет в него аваду.       — Да, я тут. Уже иду в палатку.       — Малфоя не видела? — Блейз вышел из-за палатки и, увидев их на расстоянии не меньше двух метров друг от друга , грустно вздохнул. — Уже успели покусать друг друга, или я пришёл слишком рано?       Гермиона невольно подавилась смешком. Её сердце всё ещё бешено билось о рёбра, а живот неумолимо тянуло вниз из-за возбуждения и, пожалуй, азарта.       — Мы столкнулись пару минут назад, не переживай за крылышки своей пташки, — Драко цокнул языком и направился назад к костру, а Гермиона слегка нахмурилась.       Слишком много льда в его голосе было. А вдруг он ревнует? Она усмехнулась абсурдности собственной мысли. Драко Малфой её ревнует. Можно открывать колонку с анекдотами в «Ежедневном пророке».       — Вы точно не поцапались? — Блейз подошёл ближе, кивая в сторону палаток, и Гермиона наконец-то сдвинулась с места.       — Не переживай. Ничего не было.       И этой фразой она обозначила свой самый большой секрет в жизни.

***

      Проснувшись утром, Гермиона почувствовала адскую боль в горле и закашлялась. Палатка скрывала от неё солнечный свет, а также все звуки, поэтому точного времени она знать не могла. Зажмурившись, она встала с кровати и выползала в тёплый солнечный день.       Ребята уже вовсю работали над заклинаниями, и Гермиона прикусила губу, не зная, сколько времени она провела в постели.       Через пару минут, заметив подругу, Дафна, махнув Блейзу рукой, направилась к Грейнджер. Она выглядела сосредоточенной и серьёзной:       — Как ты себя чувствуешь? Температура не спала?       — Темпера… — но Гермиона не смогла договорить слово, закашлявшись. — Она у меня есть?       — Мерлин, как же ты хрипишь, — Дафна недовольно пожала плечами, открывая палатку и жестом показывая девушке, что ей нужно вернуться назад. — Ты не помнишь, что я утром тебя будила?       Гермиона вздохнула и отрицательно покачала головой. Как же всё это не вовремя.       — Проснувшись, я разбудила тебя, ты даже глаза открыла, но начала нести какой-то бред. Я потрогала твой лоб, а у тебя огромная температура. Пришлось напоить тебя зельями, нашла их в твоей сумке. Ты как чувствовала, что они понадобятся.       — Я всегда стараюсь брать с собой всё, что может оказаться необходимым, — вяло прохрипела Гермиона, возвращаясь в постель.       Дафна, покопавшись в сумке подруги, достала две баночки и вернулась к больной. В данный момент она чем-то напоминала Молли Уизли, и Гермиона улыбнулась бы, будь у неё хотя бы немного сил.       — Зачем зелье сна без сновидений? — она почувствовала, как резко стало холодно, и вжалась в одеяло.       — Ты как маленькая, — Дафна закатила глаза, — так твоё тело справится с инфекцией быстрее. Я разбужу тебя, когда мы будем возвращаться назад. Блейз хочет, чтобы ты осталась у него, чтобы мы могли за тобой понаблюдать, пока тебе не станет лучше.       Гермиона распахнула глаза, с ужасом глядя на Дафну. Но та выставила руку вперёд, оставаясь непоколебимой:       — Даже не смей мне ничего говорить. Хватит думать, что справишься сама. Всем и так понятно, что ты справишься. Но это не означает, что другие не могут хотеть помочь тебе. Ты поживёшь с нами, а мы о тебе позаботимся, пока ты не станешь здорова. Ясно?       Гермиона выдохнула, закрывая глаза и чувствуя, как она потихоньку начинает проваливаться в сон.       — Вот и славно. — Дафна развернулась к выходу из палатки, но через несколько шагов остановилась, добавляя: — Кстати, забавно, что в бреду ты говорила про Драко. Я вначале удивилась, но когда потрогала твой лоб, все вопросы отпали.       Гермиона услышала это. И ужаснулась бы, не провалились она в то же мгновение в темноту.