Chapter 5 : До свидания, Блум

Вхожу в просторный зал. До объявления мероприятия считанные минуты. В нём собралось большое количество людей.  Некоторые из них пришли, чтобы выступить с чтением любимых стихотворений.  И я в их скромном числе. От волнения сушит горло.     В программу так же включена встреча с лучшими поэтами нашего города. Я бы с удовольствием послушала о том, как начинался их путь. И как они смогли преодолеть неуверенность.       Заглядываюсь на сцену, осторожно проходя мимо рядов стульев. Ненароком касаюсь тёплой руки.   — Мисс? — тут же одергиваю её, слыша непонимающий возглас незнакомого человека. — Простите, — неловкая улыбка тут же появляется на лице, — Я ищу своё место. В самом деле, почему я не вижу здесь своего номера?.. — Блум! — из оживленного гула толпы доносится далекий голос Стеллы. Оборачиваюсь на зов и замечаю сидящую за одним из дальних столиков подругу. Она забронировала место в первом ряду. Аккуратно пробираюсь вперёд, стараясь никого не задеть. Успешно дохожу до нужного столика. Стелла встречает меня крепким поцелуем в щеку. — Какое прелестное платье! Ты выглядишь потрясающе! — радости подруги нет предела. — Добрый вечер, — радушно кивает нам рыжеволосый мужчина в золотистом костюме. Он занял место рядом со Стеллой. — Блум, это мой папочка!  — и как я не догадалась по цвету одежды… Девушка бросается ему на шею. — Рэймонд Францес, — улыбка освещает его лицо. — Стелла о вас много рассказывала. Мужчина выглядит солидно и совсем не отталкивает. Я бы не назвала его типичным бизнесменом. Семья Стеллы владеет сетью электростанций. — Приятно с вами познакомиться, — добавляю с неменьшей искренностью. — Вы сегодня выступаете? — интересуется он. — Да. А вы… — Папа приехал лично пожертвовать деньги в фонд, — предугадывая мой вопрос, вмешивается Стелла. — И конечно, увидеть тебя, радость моя, — впервые наблюдаю за тем как Стелла крепко обнимает отца.  Мой, к сожалению, не смог прийти. У него   дежурство в пожарном депо. Да и это не так важно для его имиджа, как для Рэймонда. И тем не менее, я вижу, что целью его приезда стала возможность провести время со Стеллой. А мне выпала честь сидеть рядом с ними.     Гул затихает. Ведущий выходит на сцену.  Он приветствует нас и благодарит за то, что мы пришли. Не забывает оценить и вклад спонсоров. Внимательно слежу за его речью и вовремя поддерживаю аплодисментами. Вступительная часть заканчивается и он приглашает первого чтеца. Юноша выходит, делает долгую паузу. Он начинает выступление с риторического вопроса. Театрально отвернувшись, резко поворачивается к нам и захватывает слушателя в плен интонации. Варьируя ей так плавно и виртуозно, он затрагивает тему вечности. Добра и зла. В потоке прекрасной игры я забываю о том, что меня волновало. Мой отдых для души. Он здесь. Среди таких же заинтересованных и благодарных слушателей. Чтецы сменяются и в каждом из них есть свой герой. У кого-то нежный и любящий, у другого — изгнанный и отверженный, но знающий себе цену. Каким же будет мой?.. Я оставляю посеребренный в лучах света ридикюль. Медленно поднимаюсь по низким ступеням, слыша проигрыш прекрасной мелодии. Она увлекает меня в безмятежность. Ею наполнен мой маленький рай. — Я долго жил в краю, где портиков колонны Усыпаны игрой бесчисленных огней, И на закате дня столпам их нет сродней Базальтовых пещер, чьи недра пышнолонны, — я мягким, почти шепчущим тоном неспешного повествования рисую перед слушателями картину. Мы укутаны вечерней зарей глубокой Элиды. Уходящее до утра солнце играет на вершинах колонн последними лучами. — И волны, небеса которыми полонны, Торжественно ложась на берег из камней, Рождали музыку из шорохов, и с ней Мой взор сплавлял зарю, огни чьи долгосклонны Погружаю их в грезы у берега Аракса, и мои слова подобно волнам легкого прилива ласкают их слух. Я ощущаю под ногами теплые каменные плиты. Подолы белого платья колышет ветерок. Их обрамляет узор павлиньих перьев. Белоснежные босоножки растворяются плетением янтарных сандалий. Крохотной кистью руки мягко обхватываю воздух, предаваясь упоению. Музыка продолжает играть. — Там, грезя наяву, средь зыби, синевы Я прожил свою жизнь в спокойных наслажденьях И голые рабы при ваях для главы Мне освежали лоб, уставший в изможденьях, Качая их над ним, чья цель была одна: Секрет мой углублять, в котором нету дна. Я ведаю им о том, каким чувственным бывает усталое выражение глаз. О глубоких размышлениях. Внутри каждого кроется загадка, полное раскрытие которой нам неподвластно. Мечтательно-печальная мелодия затихает, унося с собой мгновение мирного дыхания. Взгляд опускается на очарованных стихотворением гостей. Их чарующее рукоплескание успокаивает. И лишь возвращаясь назад, замечаю в первых рядах неожиданного гостя. Он награждает меня за труды довольной улыбкой. Сердце вновь пропускает глухие удары. Гость подходит к нашему столику во время перерыва. Стелла ушла фотографироваться с Рэймондом, а я отказалась идти с ними, находясь под впечатлением. — Я говорил вам, что у вас изысканный вкус, мисс Эванс? — Здравствуйте, — отвечаю в растерянности и зачем-то задаю странный для себя вопрос. — Вы…здесь одни? — Мне составил компанию ваш голос, — с тем же довольствующим спокойствием поясняет Вальтер. — Бодлер был бы тронут таким исполнением. Не меньше меня. Не могу поверить в то, что это происходит наяву. В последнее время я представляла что приду сюда, обнимая под руку Ская. Но вместо него передо мной мужчина, с которым меня не раз сводит судьба. Нет. Его любезность граничит с абсурдом. Зачем ему делать мне такие комплименты? Внимал бы он так же моим словам, стой я там в синеватой блузке в цветочек? Той, что Стелла благополучно забраковала. — Спа…сибо, — выдавливаю из себя в прострации. — Вы не хотели бы ко мне присоединиться? Непроизвольно из груди вырывается глухой прерывистый звук. Вальтер спокойно ждёт моего ответа. Кажется, впервые, когда он не пытается меня подловить. Или не раскрывает намерений на лице. — Я… со Стеллой… — внезапно исправляюсь. — Мисс Францес… Это будет… невежливо. Он понимающе улыбается. Мне нужна помощь. — Я хотел бы обсудить с вами дела фонда, представителем которого вы являетесь. Вот почему он так странно на меня смотрел во время интервью! До сих пор не понимаю, как он одним присутствием повергает в неописуемый ужас. Радует, что его слова о моем чтении Бодлера — лишь попытка быть галантным. — Вы можете обговорить их с Люсиль, я её… — у Вальтера и Стеллы есть общая черта: с напором любят меня перебивать. — Я хочу поговорить об этом с вами, — как холодно… Неправильно называть меня представителем. Я рядовая помощница, и делаю всё, что в моих силах. Он должен об этом знать. Тогда чего хочет Вальтер?.. Мужчина протягивает мне серебристую визитку. Я не верю…  — Оставьте голосовое сообщение по номеру. Так я буду знать, что звонили вы. А потом… он сам мне позвонит? … Окончательно выпадаю из реальности. Рэймонд возвращается вместе с дочерью. Стелла шутит с Вальтером, а тот ведет себя так, словно не помнит о глупых вопросах. — Она выступила прекрасно! Неправда ли? — Вне всяких сомнений, — он продолжает на меня смотреть в упор. — Вы бы видели ту красивую блузу! Она бы и в ней покорила всех слушателей! Уже дома до меня доходит смысл сказанного ими. А в ушах эхом отдается: «До свидания, Блум.»