○ СДЕЛКА С СОВЕСТЬЮ

Каждый мой новый день стал похож на бесконечный день сурка: я просыпалась, прогуливалась по городу, покупала кофе, бежала к Августу, теша себя напрасными надеждами на долгожданное письмо, затем расстраивалась и на обратном пути заглядывала в библиотеку, залезала в архивы, а после — возвращалась в отель, чтобы провести остатки дня, трудясь над уже написанными главами. Я добавляла детали, описания персонажей, разбавляла диалоги… Но все это едва ли добавляло красок в мои серые будни. Работа остановилась, а вместе с ней будто всю мою жизнь поставили на паузу. Первое время я ездила на руины лечебницы, копалась в разбросанных на полу бумагах, выворачивала содержимое столов, исследовала каждый миллиметр незапертых помещений, пока не выучила коридоры чуть ли не наизусть, а потом мне наскучило и это. Новостей от Сидни не было, аноним не спешил передать мне новый материал, а Роберт застрял в Сторибруке и не мог приехать ко мне даже на один день. — Видимо, все эти сделки сильно ударили по нервам Её Мэрского Величества. Прости, Белль, я не могу уехать. Боюсь, как бы она дел не наворотила без присмотра. — Что с ней? — Скажем, на ней сказывается напряжение. Она боится не оправдать ожиданий, из юбки вон лезет, чтобы добиться более выгодных условий, но каждый раз натыкается на непреодолимый камень мужского недовольства тем, что городком руководит женщина, — я клянусь, что я буквально почувствовала, как он ухмыляется в трубку! — Роб, не хорошо злорадствовать. Такое отношение мужчины к женщине, занимающей руководящую должность, в нынешние времена попахивает варварством. Ты бы лучше помог ей, ты же по части сделок мастер. — Это не в моих интересах, дорогуша. Во-первых, наши с ней отношения едва ли можно назвать дружескими и меня всегда забавляет видеть, как она мечется между молотом и наковальней, так что я абсолютно не горю желанием лишать себя такого удовольствия. А во-вторых, если наша Мадам мэр теряет хватку, будет лучше найти ей замену, поэтому я с интересом наблюдаю за плодами ее трудов, пытаясь минимизировать ущерб ее взрывного характера. — Этим вроде бы обычно Эмма занимается… — Да, но она не особо преуспевает на своем поприще. Ее благоверная срывается на всех и каждого. В последний раз по шапке получила владелица «У бабушки» за то, что заказ принесли на минуту позже, чем обычно.  — Лихо она… — Ты постарайся не увязнуть в своей хандре, Белль. Займись учебой, ты говорила, что у вас уже стартовал выпускной семестр. — Да, я смотрела учебный план… мне дали рабочие программы, но сейчас там ничего интересного не происходит, идет стандартная вычитка лекций, так что веселить мне себя особо нечем. — Так приезжай ко мне сюда. — Не могу, ты же знаешь, я жду материалы… — Тебе передавали их и здесь. Это не проблема. — Да, но мне намного удобнее координировать работу отсюда. Здесь есть человек, который работает как посредник между мной и заказчиком. Я не смогу каждый раз кататься туда-сюда, Роб… Роберт некоторое время молчал, видимо, пытаясь подобрать пару-тройку еще не озвученных ранее аргументов в пользу моего переезда. Так заканчивался любой наш разговор — он пытался убедить меня вернуться, а я в прах громила каждый его аргумент. — Ты дашь мне посмотреть над чем ты работаешь? Я бездумно листнула документ в ворде на первую попавшуюся страницу и уставилась в слова, которые читала уже сотню раз: — Дам, когда работа будет готова. Не люблю показывать людям полуфабрикаты. — Хотя бы намекни, что именно ты расследуешь. Я бы мог помочь, ты же знаешь. — Я справлюсь сама, Роб. — Я нахмурилась и попыталась интонацией донести до него, что продолжать спорить смысла нет. — Я не сомневаюсь, но, возможно, с моей помощью было бы быстрее? — Вряд ли… Я и так цепляюсь за каждую ниточку. Похоже, сейчас единственное, что мне остается — ждать. Мой палец остановился на колесике мышки. Вдруг все звуки вокруг стали приятнее, мир приобрел яркие краски, вкус кофе, глоток которого я сделала буквально мгновение назад, терпким приятным теплом разлился по рту. В ушах чуть ли не буквально заиграла музыка. Я готова была воспарить от радости. Ко мне в голову пришла великолепная идея! — Белль? — Зачем мне ждать, если я могу проследить за посредником и выйти на заказчика… — Плохая идея искать того, кто хочет оставаться анонимом. — Завтра же попробую! Роб долго пытался меня переубедить, но я быстро с ним попрощалась, прекрасно осознавая, что дальше нам не удастся построить разговор, ведь все мои мысли сейчас были направлены на обдумывание плана по выведению на чистую воду моего заказчика, а мысли Роберта — на то как бы меня отговорить. То, что мой аноним был знаком с Робином Локсли не представляло ни малейших сомнений — врач был ему близок, он сам сообщил мне об этом в письме. А значит, я смогу вытрясти из автора саркастических посланий все детали, которые он так старается утаить! Окрыленная этими мыслями, я быстро уснула, радуясь, что, возможно, моим мучениям пришел конец и я, наконец, получу долгожданные страницы дневника. Весь следующий день я места себе не находила от нетерпения. Обычные свои рутинные действия я совершила в два раза быстрее, чем обычно и рядом с Августом оказалась намного раньше, чем планировала. — Белль, какой сюрприз. — Не делай вид, будто удивлен, — я улыбнулась, опускаясь на край фонтана. — У тебя есть что-то для меня? — Увы, не сегодня. Я безразлично пожала плечами и посмотрела по сторонам. Люди, не торопясь, прогуливались по фонтанной площади, и я в который раз поймала себя на мысли, насколько сильно здешние жители отличались от сторибруковцев. Там люди улыбались и дружелюбно относились ко всем, отовсюду был слышен смех и веселые разговоры. Здесь же беседы велись шепотом и с оглядкой на каждого прохожего, местный люд так рьяно стерег собственные тайны, что в любом человеке рядом видел угрозу. Всегда проницательный художник заметил, что я на взводе, но я спихнула все на лишнюю порцию выпитого кофе и стала с интересом наблюдать как он работает над портретом. Август все еще выводил чей-то глаз, в этот раз, добавляя коричневые оттенки в практически черную радужку. Мы даже толком не разговаривали, мужчина спокойно относился к моему присутствию и лишних вопросов не задавал. Изредка мы беседовали об искусстве, но разговор быстро тух потому, что я постоянно теряла мысль. В конечном итоге я сослалась на необходимость продолжать мой ежедневный путь и встала с края фонтана, одергивая платье. — Рад был пообщаться, Белль. Я вижу, как тебе не терпится продолжить работу, и очень надеюсь, что ожидание надолго не затянется. — Я тоже, — я безмятежно улыбнулась и быстро попрощалась с художником, затаившись в кофейне. Из окна было хорошо видно то место, где трудился Август, я изредка поглядывала на него, попивая кофеек. В конце концов, Август стал собираться домой и спустя пару мгновений двинулся вглубь города. Я выждала пока он отойдет на безопасное для слежки расстояние и тихонько юркнула за ним. Он шел медленно, сильно прихрамывая. Я и раньше замечала за ним эту особенность, но сегодня она бросалась в глаза в разы сильнее, поскольку мне приходилось постоянно останавливаться и прятаться, чтобы он не заподозрил преследование. Сердце мое колотилось о ребра, как бешенное. Такой любимый мной адреналин заполнил меня до кончиков пальцев, и я впервые за несколько дней почувствовала себя живой. Август все шел в сторону выезда из города, я уже было подумала, что он собирается пешком добираться в соседний городишко, как вдруг на узкой проселочной дороге он свернул налево. Кругом был сплошной лес, и мне приходилось прикладывать немало усилий, чтобы сильно не отставать и не терять его из виду и при этом не попадаться ему на глаза и не наступить на сухую ветку, которая бы выдала все мои намерения. Спустя минут двадцать наших скитаний по лесу мы вышли на небольшую лужайку, на краю котором стоял маленький бревенчатый домишко. — Еще и живет в лесу. Господин художник, да вы настоящая загадка, — тихо шепнула я сама себе, прячась за ветвистой ивой. Август вошел в дом и долгое время не показывался. Мне ничего не оставалось, кроме как ждать и наблюдать за всем вокруг. Должна сказать, место было невероятно живописным. Тишина окутала всю местность. Но это была не та тревожная тишина, которая пускала сердце галопом, а очень уютная и комфортная, лишенная урбанистической какофонии, которая так сильно действовала мне на нервы в последнее время. Солнечный яркий свет освещал цветущие полевые цветы, которые источали такой приятный аромат, что мне захотелось похитить его и принести хотя бы малейшую частичку себе в номер. Поляна будто сама светилась изнутри. Словно молчаливые гвардейцы, защищая неприкосновенность этого лесного чуда, со всех сторон росли небольшие кусты, усыпанные сочной ежевикой. Где-то в кронах деревьев громко и задорно щебетали птицы, а совсем недалеко журчал небольшой ручеек. Это место сильно отличалось от города, и глубоко в душе я понимала, почему Август сбежал именно сюда. Выждав примерно час, я осторожно двинулась в сторону дома. Из открытых окон так сильно пахло свежей выпечкой, что мой желудок не удержался и издал рев умирающего кита. Мне хотелось верить, что за пением птиц его арию слышала исключительно я. Я осторожно прокралась ближе и присела под окном, из дома раздавались голоса — мужской, который, вне всяких сомнений, принадлежал Августу и женский, который я до этого ни разу не слышала. Он был очень приятным: мягким, но достаточно звонким. — Я схожу в город за продуктами. — Отчеканил мужчина. Казалось, он был чем-то недоволен. — Спасибо большое, извини, что не хватилась раньше. — Нужно взять что-то еще? Лекарства? — Нет, Август, у меня все есть. — Хорошо. Послышался звук открываемой двери, и я быстро юркнула за угол, наблюдая как Август покидает свои владения. Практически добравшись до кромки леса, он оглянулся, а я едва успела спрятаться. Но он двинулся дальше, а значит, меня не заметил. Я вернулась к окошку и заглянула в дом. Комната за окном была безумно уютной. Солнечный свет заливал буквально каждый угол. Это, вне всяких сомнений, была гостиная. Прямо под окном стоял диван, усеянный маленькими разноцветными подушками в наволочках в пастельных оттенках. По обе стороны от дивана расположились книжные полки, сверху донизу уставленные книгами. Практически под самым потолком на брусчатых стенах висели сказочные иллюстрации, явно выполненные Августом — в каждом рисунке улавливался его неповторимый стиль. В центре комнаты находился небольшой столик, по обе стороны от него — два уютных кресла, в цвет дивана. На полу лежал ковер, который был очень кстати — благодаря ему мое приземление в комнате произошло совсем бесшумно. Где-то глубоко внутри совесть отчаянно сопротивлялась и буквально орала на меня, что я поступаю неправильно, что это самый настоящий взлом, но интерес взял свое. Удрать я всегда успею. Пора бы научиться заключать сделки с совестью. Бесшумно я прокралась к камину и осмотрела каминную полку. Она вся была уставлена снимками в рамках и на каждом снимке были Август и какая-то женщина, немного старше него, но при этом намного ниже. На одной из фотографий у нее были длинные каштановые волосы, волнами спадающие на плечи, карие глаза светились янтарным светом, а пухлые губы были растянуты в красивой белозубой улыбке. Давний снимок — Август еще совсем юный парень. Девушка рядом с ним была красива, как кукла. На каждой фотографии Август крепко обнимал ее, но в этих объятиях не было ничего собственнического и сексуального. — У него есть сестра, — шепнула я, проводя пальцем по другому снимку, на котором волосы у девушки уже были подстрижены по плечи. Странно, но семейного сходства между ними я не находила. Возможно, сводные? Или приемные? На третьем снимке совсем маленькие Август и девчушка были сжаты в объятиях родителей, а чуть поодаль в дверях застыла фигура высокого мужчины с густыми бакенбардами. Я вспомнила, как Реджина описывала своего охотника и внимательно вгляделась в фото. Сходство с ее описанием было поразительным, я быстро сунула рамку себе за пазуху. Позже мне придется серьезно разбираться со своей совестью, но эта фотография могла быть важной зацепкой. Из соседней комнаты послышались шаги, я быстро спряталась за диваном, надеясь, что сестра Августа не заметит вторжения. Женщина неспешно вошла в комнату и протянула руку к окну — мое сердце упало в пятки, один взгляд вниз — и разбираться мне придется не только с совестью. Я крепко зажмурилась, готовясь к неизбежному, но раздался звук закрываемого окна и следом за ним — неспешно удаляющиеся шаги. Великолепно. Беззвучно открыть окно я не смогу, придется выбираться через дверь. Быстро прокравшись к выходу из гостиной, я заглянула за угол — бинго! Парадная дверь открыта. Брат с сестрой явно не опасались грабителей, да и кто, кроме меня, станет ломиться в дом на опушке леса? Прикинув в уме насколько далеко от меня слышен шум, я решила, что я могу безопасно добраться до двери и быстро ретироваться. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить колотящееся сердце, я медленно вышла из комнаты и нос к носу столкнулась с… Я не смогла сдержать крик, вырвавшийся из моего горла. И причиной ему был вовсе не эффект неожиданности, с которым сестра Августа застала меня с поличным. А она сама. Я в жизни не видела ничего, хотя бы отдаленно похожего. Ей было не больше тридцати, она была так же красива, как и на фотографии, вернее правая половина ее лица была так же красива, а вот левая… Левая была вся покрыта пурпурными бороздами и белыми рубцами — сильнейший ожог испоганил некогда красивое кукольное личико. Не в силах вглядываться в ее раны, я опустила глаза ниже и заметила, что левая ее рука выглядит еще хуже, чем лицо — пальцы до конца не распрямлялись, и, будучи стянутыми рубцовой тканью, больше напоминали куриную лапу, чем человеческую ладонь. — Признаться честно, мы не ждали гостей, — женщина спокойно смотрела на меня, прижав раненную руку к груди. — Прошу прощения…дверь была открыта. Я ищу Августа — я пыталась быстро придумать оправдание своему присутствию здесь. Руки дрожали, во рту пересохло так, будто я воду не видела уже несколько дней. — Но я поняла, что его дома нет, я зайду позже. — Вы можете подождать его здесь, он скоро вернется. — Нет, спасибо, мы лучше встретимся в городе. Извините меня за реакцию, Вы застали меня врасплох, я думала, дома никого нет, и Август забыл запереть дверь. — Ничего страшного, — женщина пожала плечами, внимательно разглядывая меня, — я привыкла. — Еще раз прошу прощения за вторжение. — Вы уверены, что не хотите дождаться его? Я заварю чай, мы на днях обзавелись безумно вкусным шотландским. — Женщина кивнула в сторону стоявшей на столе бутылке виски. — Нет, благодарю. Извините, я пойду… — я сделала несколько шагов в сторону двери. — Прошу прощения, — окликнула меня женщина в спину, — Вы не представились. Что мне сказать Августу? Кто его искал? Понимая, что в любом случае придется отвечать за свои поступки, я вздохнула и протянула руку: — Извините, очень невежливо с моей стороны, я забыла представиться. Меня зовут Изабелла Френч, мы с Августом работаем вместе над одним проектом… Женщина протянула мне здоровую руку и крепко ее пожала: — Ах, Белль, безумно рада с Вами познакомиться. Меня зовут Айви. В моем мозгу что-то щелкнуло, я уставилась на Айви, как баран на новые ворота, не в силах вымолвить ни слова. — Вы уверены, что не хотите чая?