Глава 29

Глава 29 Просыпаюсь в гордом одиночестве. Дверь хлопает. В одиночестве… ну-ну. Перед глазами маячат начищенные до блеска ботинки. Упираюсь взглядом в пол, намеренно не поднимая голову – не хочу видеть их владельца, мерно шагающего ко мне. – Попей, – протягивает бутылку. Бросаю вверх злобный взгляд и отворачиваюсь, чтобы не видеть соблазнительно переливающийся на свету сок. Сколько я не пила? Сутки? Больше? – ХОЧУ!!! – Заткнись! – Яблочный, – мечтательно-жалобно скулит внутри. – Замолчи! Хмыкает. – Не будешь? – присаживается на корточки, бесцеремонно взбалтывая. Откручивает крышку и пьет, пьет… не сводя с меня глаз. Кадык ходит вверх-вниз… вверх-вниз… – М? – аналогично «может, все-таки будешь?» сует горлышко под нос. В ответ я презрительно стреляю глазами в сторону плещущегося оазиса. Усмехается. Ставит бутылку рядом. Как только бандит скрывается за дверью, гордость мгновенно улетучивается – кидаюсь к бутылке и в несколько глотков осушаю ее содержимое, забывая про брезгливость. Действительно, сок. Яблочный. Так, теперь можно относительно спокойно подумать, как отсюда свалить. Сбежать не пытайся? А что, может быть еще хуже?! – Может! Да, действительно… Может… Сомневаюсь, что он отдаст меня «своим людям». Я его добыча, Зверь это ясно дал понять. Поэтому шанс есть. Мизерный, но есть. Встаю, обходя комнату и внимательно осматривая стены. Тут должна быть потайная дверь. Главари всегда так делают на случай засады. Однако то ли я плохо смотрю, то ли Зверь – вовсе не главарь, то ли он просто отказался от этой затеи – дверь тут одна. И она закрыта. Можно попробовать поискать ключ. Затея наитупейшая, но хоть какую-то надежду дает. Где таковой может быть? В столе, где-то в постели или в каком-нибудь потайном ящике. Начну со второго. Приближаюсь к кровати, чувствуя вибрирующую дрожь в руках. Спокойно, Анют, ты ведь хочешь домой, да? Да! Прощупываю матрас. Поднимаю подушку… Вот так ключик! Передо мной – пистолет. Взять? Я ведь понимаю, что не смогу выстрелить в живого человека. Даже в Зверя. И он это понимает. Поэтому на вряд ли… Кто-то входит. В голове переклинивает, и я, не раздумывая, хватаю оружие. – Не подходи! – разворачиваюсь, направляя на него дуло. Пальцы трясутся. Это и покушением-то назвать сложно. – Я… я выстрелю! – Ты хоть с предохранителя снимать умеешь? – саркастично ухмыляется, и не думая останавливаться. – Надеялась его этим запугать? Серьезно? Резкий выпад выбивает ствол из рук – оружие отлетает в сторону, а еще не забывшее предыдущее насилие запястье вновь зажато стальными тисками его пальцев. – Я предупреждал, что накажу, – заявляет мрачно. – Вставай… сюда, – толкает к стене. Отходит на какое-то расстояние. Разворачивается. Металлический блеск ударяет в глаза и что-то врезается в стену совсем рядом. Нож! В сантиметре от горла! Разглядывая лезвие, едва не перерезавшее мне шею, я словно забываю, где и с кем нахожусь. Мысли только об одном: я едва не погибла. Снова. Который раз за последние пару суток?.. Вздрагиваю от того, как Зверь выдергивает впившееся в стену оружие. Бросает едкий взгляд, явно довольный эффектом, и снова отходит. Складываю руки на груди. Вскидываю подбородок, сощуриваясь. Звонкий свист обдает ухо струей воздуха. Затем шею. Опять. И опять... Острая боль ржавым штырем впивается в плечо, выдавливая из груди крик. Под тяжестью безвольного, сползающего по стене тела колени сгибаются. Одежду мгновенно пропитывают алые разводы. Туман, обволакивающий сознание, свербит ругань на непонятном языке. Или это галлюцинации… – Давай сюда, – грохается рядом. Откидывает руку, стягивая с меня футболку. – Очень по-мужски! – Я тебя вообще-то перевязываю. – Какое благородство! Сначала почти убить, а потом оказать первую по… Ффф! – втягиваю воздух в ничтожной попытке заглушить боль бинтуемой раны. – Потерпи. – А я что, по-твоему, делаю?! – изо всей силы закусываю губу, чтобы не разреветься. Очертания комнаты вместе со Зверем сначала модифицируются в силуэты, а затем и вовсе пускаются в пляс, сливаясь в один цвет. – Эй, не отключайся! – легкие хлопки по щекам приводят в чувство, только ненадолго – все вокруг снова начинает плыть. Ощущение холода возвращает к реальности. По лицу стекают ледяные ручейки… Хорошо хоть воды. Закончив перевязку, помогает просунуть в рукав сначала раненую руку, потом здоровую. Натягивает горловину. Кое-как очухавшись, поправляю футболку внизу. Рана пульсирует, отдавая жгучей болью во всем теле. – Ничего не хочешь сказать? Неосознанно поджимаю губы. Молчу. – Ммм? – фиксирует подбородок, въедаясь взглядом. Слегка сжимает плечо – по телу разливается раскаленная лава, взрывая каждую молекулу. Молчу. Сжимает сильнее. Молчу. И он молчит. Наблюдает за реакцией. Металлический привкус во рту чуть отрезвляет сознание, которое тут же пьяняется новой порцией боли. – Ублюдок! – выплевываю сквозь зубы. Бандит долго смотрит в глаза, гипнотизируя пугающим взглядом. Подавляет мощью дьявольской энергетики... А затем встает и просто уходит. Классика жанра... Я так и засыпаю. Сидя. Прижавшись к стене. Обхватив плечо рукой. Надеясь, что очнусь в своей кровати, а рядом будет мама. Желательно, с папой. Надеясь на то, что все это окажется одним долгим, страшным, всего лишь чересчур реалистичным кошмаром…