Глава 42

Глава 42

Иногда, чтобы понять друг друга, нужно просто помолчать.

Артем Анюта почти не запыхалась, несмотря на долгие подъем. Неудивительно, судя по тому, какие кренделя она выписывала на турнике. Перед нами – поле, окруженное небольшим сосновым лесочком, позади, в низине – хвойный лес. Мое любимое место. Мы часто гуляли здесь семьей. Ане должно понравиться. Девушка подбегает к полю, буквально ныряя в него, и кружится среди огромного множества диких колосьев, доходящих ей до пояса. Кружится и… смеется. Впервые после нашей прогулки на набережной. – Что ты мне хотел показать? – снова подбегает ко мне, смешно сдувая выбившуюся прядку. Волосы непослушно падают на лицо, и Аня заправляет их за ухо. – Вот, – чуть разворачиваясь, окидываю рукой пространство позади себя. Заглядывает мне за спину, медленно окидывая взглядом безграничные просторы. Подходит к краю ската. Опускается, обнимая колени. – Нравится? – сажусь рядом. – Очень! Молчание. – Необъятны просторы, и земли бога-а-аты… М-м-м…[17] – тихонько напевает небольшой отрывок. – Спой что-нибудь. У тебя очень красиво получается, – невольно вспоминаю сегодняшнее утро. – Я не умею петь на публику, – шепчет скромно. Дальнейшее молчание, которое я расцениваю, как отрицательный ответ, неожиданно прерывается: – В конце тоннеля яркий свет слепой звезды... Подошвами сухой листвы оставил следы…[18] Поет тихо, медленно, иногда делая небольшие паузы между словами, пропуская слова через себя, наполняя их глубоким смыслом. Рассказывает историю, к которой ощущаешь себя причастным. – Не плачь, я боли не боюсь, ее там не-е-ет. К тебе я больше не вернусь, а, может, я с тобой останусь… Для нее это не просто фразы и предложения. Целая жизнь. – Очень люблю эту песню, – признается, закончив. – Она мне напоминает… – говорит задумчиво, но запинается. – Что? – Да так, – слегка машет рукой, – неважно. Снимает резинку, пальцами зарывается в самые корни пушистых волос. Чуть мотает головой, позволяя ветру подхватить распущенные пряди. Вечернее солнце играет лучами, придавая волосинкам рыжеватый оттенок. Смотрит вдаль, тепло улыбаясь чему-то. И эта непринужденная улыбка для меня, кажется, дороже всего на свете. Всего, что осталось… – Что-то не так? – неожиданно переводит взгляд на меня. – Ничего, просто… – Анюта выжидающе смотрит. Только уже без испуга, как раньше, а с оттенком любопытства. – Улыбайся чаще. – Постараюсь, – лепечет, смущенно отводя взгляд. Наскоро заворачивает хвост в шишку, и ложится, подкладывая локоть под голову. – Ты когда-нибудь падал в небо? – Что? – спрашиваю недоуменно. – Когда смотришь туда. Чувствуешь, что падаешь. Такое… незабываемое ощущение. Откидываю голову, вглядываясь в еще не затянутый сумерками небосвод, в котором я уже тону. Падаю. Вверх. – Интересно… Перевожу взгляд на спутницу. Прикрыла веки. Губы вновь тронуты легкой полуулыбкой. Наверняка что-то вспоминает. Что-то приятное, дорогое. Распахивает глаза. Выворачивает руку, привставая на локте. С подозрением оглядывается. – Что случи… – Тише! – осекает, прислушиваясь. – Слышишь? Сюда кто-то идет...