Глава 2

      Конечно, толковой беседы с мэтром не получилось. Еще когда они поднимались по лестнице, тоже сработанной из белоснежного камня, Кира почувствовала, как ее глаза слипаются. В кабинет она вползла сонной мухой и почти сразу уселась на стул, пытаясь сдержать зевоту. Мэтр Ардан, прищурившись, смерил ее внимательным взглядом.       — Вы принимали синекорень? — уточнил он, и Кира вяло кивнула. — Это один из побочных эффектов — чрезвычайная сонливость.       — Сначала эйфория, потом сонливость… Нет в мире совершенства, — пробормотала она, потирая глаза. Ардан еле заметно улыбнулся.       — Полностью согласен… Вы как, хотите услышать все сейчас, или попозже?       — А можно кратко? В двух словах? — взмолилась Кира. — А то все вокруг понимают, а я вот ничего вообще…       — Хорошо. Если кратко — есть множество миров, и некоторые из них оказываются связаны друг с другом. Чаще всего связь эта длится несколько минут, изредка — часов. Таких гостей из иных миров мы называем фантомами. Выглядят они как полупрозрачные силуэты.       — А… призраки, — Кира заставила себя сесть прямо. — В моем мире тоже иногда говорят, что видели призраков, но чаще всего это либо буйное воображение, либо, кхм, последствия алкоголя.       Ардан улыбнулся, садясь за крепкий стол из темного дерева.       — Возможно, в некоторых случаях это действительно фантомы из иных миров.       — Ладно… А я кто? Я, вроде, не полупрозрачный силуэт, — Кира с сомнением оглядела себя.       — Вы — воплощенный фантом, явление более чем редкое. За всю историю есть всего шесть упоминаний о таких случаях. Вы — седьмая. — Ардан, заметив ее взгляд, поспешил объяснить: — Воплощенные фантомы вселяются в тело человека, живущего в этом мире. Но не в любое. Есть строгое условие — это должен быть человек, который умер, не успев осознать этого.       — Так, стоп. Я что — мертвец? — Кира вскочила на ноги. Всю сонливость с нее как рукой сняло. Она принялась лихорадочно ощупывать себя, пытаясь вспомнить, когда начинается трупное окоченение и не развалится ли она на части прямо сейчас.       — Нет. Киран умерла, но в ее тело сразу притянуло ваш… дух, если можно так выразиться. Поэтому у вас бьется сердце, вы дышите, видите, чувствуете тепло и холод, можете испытывать голод и усталость… Вы живы. Просто в чужом теле.       — Охренеть, — выдала Кира, без сил опускаясь на стул. — Охренеть можно. А как умерла… ну, получается, она?       Ардан развел руками, а затем чуть склонил голову набок.       — Рискну предположить… Возможно, взрывной волной от огненного шара ее отшвырнуло в сторону, и она ударилась о камень. Если позволите…       Ардан поднялся со своего места и осторожно протянул руку к ее голове. Кира настороженно следила за ним, но мэтр так и не коснулся ее волос, только смотрел, прищурившись, будто читая мелкий текст. Кира ощутила странное покалывание в голове, и дернулась от неожиданности. По спине пробежали мурашки, и она поежилась.       — Да, травма головы, трещины, отек… Не волнуйтесь, уже ничего нет, — поспешно добавил он, увидев, как ее глаза начинают округляться. — Я залечил все травмы, включая небольшое растяжение и пару трещин в ребрах.       — Охренеть, — Кира не стала оригинальничать. — А… что теперь мне делать?! Я хочу вернуться в свой мир… если я там, конечно, живая, я ж ведь тоже грохнулась головой в асфальт… — добавила она, потрясенно. Ардан отвел взгляд, рассеянно растирая руки.       — Никто не знает, как вернуть вас обратно. В случае с обычными фантомами, как я уже говорил, через несколько минут или часов они исчезают. Воплотившиеся же… Живут неопределенно долго.       — В смысле?!       — Рано или поздно они… исчезали. Никто не знает, куда и как. Последний воплощенный фантом явился в наш мир почти две сотни лет назад, и пропал через два года.       Кира замерла, глядя перед собой. Перспектива вырисовывалась отвратительная. Неопределенно-долгая жизнь в чужом мире, в чужом теле… А потом — таинственное исчезновение в никуда. Она зажмурилась, сосчитала до пяти, и распахнула глаза, разглядывая кабинет мэтра. Что угодно, лишь бы отвлечься от навалившейся апатии.       Через широкое окно напротив двери светило солнце. По неправдоподобному синему небу лениво плыли мягкие, словно из ваты сделанные, облака. Кира пару минут медитировала на них, убеждая себя, что не все так плохо, и могло бы быть хуже… «Куда уж хуже-то?!» — назойливой мухой вертелась мысль, но Кира упорно ее отгоняла. Она скользнула взглядом по левой стене — там тоже была фреска, но уже не с лесом, как внизу. На этой был изображен высокий рыжеволосый мужчина в белоснежной хламиде — наконец-то она вспомнила нужное слово — поверх бриджей и рубашки. В одной руке он держал букет трав, а в другой — тонкий серп.       — Это Кархт маб Даани, сын Праматери Даани, — негромко сказал Ардан, заметив ее взгляд. — Покровитель целителей, первый лекарь мира.       Кира бездумно кивнула. Ей было абсолютно безразлично, кто это, чей он сын и чем занимается, просто взгляд зацепился за ярко-рыжие волосы.       — Знаете, — Ардан присел рядом с ней на корточки, глядя в лицо. — Мне кажется, сейчас вам лучше отдохнуть. Идемте за мной.       Он отвел ее в отдельную комнату — хотя, наверное, лучше ее называть палатой? Вот только не обычной, на шесть коек с облупившейся краской на стенах, а эдакой вип-палатой, с одной единственной кроватью, которая так и манила к себе. Едва за мэтром Арданом закрылась дверь, как Кира рухнула на постель, погружаясь в сон.       Проснувшись, она несколько секунд полежала с закрытыми глазами, всем сердцем надеясь, что это был всего лишь сон: реалистичный, потрясающий и яркий, но все-таки сон… Увы, стоило открыть глаза, как она сразу уставилась на потолок, которого в ее мире просто не могло быть.        …Вот она и лежала, прокручивая в голове события прошлого дня, пока не скрипнула дверь. Кира приподнялась на локтях и чуть поморщилась — мало того, что не разделась, так еще и не разулась… «Ну и свинья же ты, КирСанна!» — подумала она, лихорадочно соображая — то ли вскочить на ноги и сделать вид, что уже оделась, то ли набросить одеяло поверх… Дверь приоткрылась, пропуская темноволосую женщину. Она доброжелательно улыбнулась Кире, даже не отреагировав на ее вид, и подошла к кровати.       — Вам уже лучше? — спросила она. Кира неуверенно кивнула, и женщина отточенным до автоматизма жестом коснулась ее лба кончиками пальцем. — Да, действительно лучше. Меня зовут мэтресса Дана, а вы?       — Кира, — представилась она, чувствуя, что организм у нее очень даже живой. — А… где тут…       Она замялась, пытаясь сообразить, как назвать туалет понятным и привычным для этого мира словом, но мэтресса поняла ее с полувзгляда.       — Прошу за мной.       В той же комнате, за частью стены, была уборная. Кира с немалой радостью увидела, что здешний «белый друг» мало отличается от привычного ей. Ну, подумаешь, форма немного странная и больше похожа на трон — ну хоть без железных мечей, и то хорошо… Рядом же находилась вполне удобная деревянная бадья, в которую мэтресса Дана помогла ей забраться. Не успела Кира задаться вопросом, а как тут мыться, как Дана прикоснулась к выпуклым рисункам на бортике — и бадья сама собой наполнилась горячей водой.       — Цивилизация… — простонала Кира, блаженно закрыв глаза. Мэтресса хихикнула, прикрыв рот ладонью и вышла из палаты, прихватив с собой ее вещи. В горячей воде было легко потерять счет времени, и Кира почти задремала, очнувшись только когда дверь вновь скрипнула.       — Я принесла вам одежду на первое время. — Дана вновь коснулась выпуклого узора, и вода исчезла, словно испарившись. Кира выбралась из бадьи и надела на себя что-то вроде длинного платья, похожего на одежду мэтрессы Алайны — только не белого, а светло-зеленого цвета. Судя по всему, либо к этому наряду нижнее белье не полагалось, либо в этом мире вообще предпочитали естественность. Кира поежилась от непривычных ощущений, радуясь, что ткань достаточно плотная, а само оно длиной до щиколотки, и ничего лишнего нигде не мелькнет. На ноги надевалось что-то вроде тапочек со шнуровкой, над которой пришлось попотеть.       — Сейчас вы позавтракаете, а потом я отведу вас к мэтру Ардану, — сказала Дана, ставя на кровать поднос с тарелкой каши, смутно напоминавшей овсянку и небольшим яблоком ярко-красного цвета. Запивать все предполагалось водой, которую мэтресса налила в деревянную кружку. Кира сглотнула набежавшую слюну — только сейчас до нее дошло, насколько голодной она была. Расправившись с завтраком, она пошла следом за Даной в кабинет мэтра. У дверей они распрощались, и Кира, борясь с неожиданной робостью, коротко стукнула в дверь.       — Да, проходите.       Ардан стоял у окна, любуясь видом. Кира, переборов себя, подошла и встала рядом. Да, здесь никакая живая изгородь не мешала осмотру. Из окна был виден город — широкая улица, в которую, словно весенние ручейки, вливались узкие улочки. Рыночная площадь постепенно заполнялась людьми, откуда-то донесся мелодичный перезвон — и Кира увидела шпиль здешнего храма, который не имел ничего общего с привычными взгляду церквями ее мира. Он больше походил на какой-нибудь готический собор, но никакого давящего чувства не вызывал, напротив — построенный из золотистого камня, храм словно парил над землей.       — Это храм Праматери Даани, — объяснил Ардан, проследив за ее взглядом. Кира неуверенно кивнула. — Вижу, вам сегодня лучше. Продолжим беседу?       — Я бы с радостью, только… я вообще не знаю, о чем спрашивать, — призналась Кира, садясь на уже полюбившийся ей стул.       — А вы спрашивайте о том, что первое придет в голову, — посоветовал Ардан, остановившись возле своего стола и слегка опираясь на него. Кира прикусила губу и выпалила то, что не давало ей покоя:       — В это мире есть магия?       — Разумеется, — удивленно ответил Ардан. — А в вашем?..       — Нет, у нас никакой магии… Только техника и наука.       — Интересно… — в глазах Ардана зажегся огонек любопытства. — И что может ваша техника?       — Да… все что угодно, — растерялась Кира. — Ну, в пределах разумного. Вот телепортов у нас точно нет.       — Чего?       — Ну вот этих… штук, при помощи которых меня сюда отправили.       — А, вы о порталах, — Ардан, повернувшись к столу, сделал пару заметок. — А как вы тогда переноситесь на большие расстояния?       — Поезда, самолеты, если по городу — то машины, автобусы, метро, или там, электрички…       Если еще пару минут назад Кира не знала, о чем спрашивать, то теперь вопросы хлынули рекой, причем, с обеих сторон. Ардан вскоре просто сел на стол, записывая ее рассказы — Кира обратила внимание, что использует он не перья и чернила, а что-то наподобие карандаша. Постепенно она узнавала о своем новом мире, в который ее занесло.       А занесло ее в королевство Алгриф, причем, на самый его северный край, в город Эрлис. Город этот входил в число так называемых «городов-крепостей», растянутых по всей северной границе королевства. Причем, оборонялись здесь не от соседей и не от варваров, а от самого леса, точнее, от того, что из него выходило.       — Внутри каждого человека есть частичка живого огня, которой его наделила Праматерь Даани, — мерно рассказывал Ардан. — Когда человек умирает, эта частица гаснет, чтобы спустя какое-то время разгореться в другом человеке, который появился на свет. Но иногда случается так, что огонь гаснет, а человек продолжает жить. Он ничего не чувствует, ничего не хочет, он просто существует, без цели и без смысла. Таких мы зовем Померкнувшими.       — Это получается, что-то вроде живого мертвеца? — уточнила Кира. Ардан, задумавшись, неуверенно качнул головой.       — Не совсем. Огонь можно разжечь вновь, самому или же с помощью другого человека… Хотя, я слышал, что одного Померкнувшего вытащили из леса благодаря коту.       — В смысле? — не поняла Кира. — Что значит, вытащили из леса?       — Помните фреску на первом этаже? Говорят, этот лес скрывает Сердце Тумана, место упокоения Барлора Злоглазого — и именно туда тянет всех, чей огонь в душе погас.       Кира потрясла головой и поняла, что ни черта не понимает. Зажмурившись, она с силой потерла глаза руками и попросила объяснить поподробней и делая скидку на ее иномирское происхождение.       — Когда Праматерь Даани и ее дети создали людей, владыка хаоса, Барлор Злоглазый, разозлился. Ему нравилось, что в мире бродят только его чудовищные создания. Он наслал на людей чуму и лихорадку, а Кархт Врачеватель набрал себе учеников, которых потом наделил силой исцелять все болезни. Барлор нагнал на небо тучи, погрузив мир в вечную тьму, но Луан Копьеносец прогнал ее своим солнечным копьем и научил воинскому искусству людей. Разгневавшись, Барлор создал самых страшных чудовищ, огнедышащих, стоглавых и столапых, но Бриад Луноликая заморозила их и расколола на части своими волшебными стрелами из молний. Она научила людей письменности и счету, особо старательных наградив даром магии льда и молнии. Тогда Барлор бросил вызов самой Праматери Даани, и они сошлись в великой битве.       Ардан, не прерывая рассказа, подошел к книжному шкафу и достал книгу в кожаном переплете. Протянул ее Кире и та чуть слышно охнула — а тяжелый был здешний гранит науки. Кажется, даже Большая Советская Энциклопедия весила меньше… Раскрыв книгу, Кира увидела рукописный текст: буквы были странными, чем-то похожими на английский и греческий алфавит, но она ни слова не могла разобрать. Зато иллюстрации были понятны и без чтения: рыжеволосая высокая женщина в белоснежном доспехе, в одной руке у которой пылало пламя, а в другой она держала меч с волнистым лезвием — видимо, это и была Праматерь Даани. Кархта-целителя она уже видела, а вот двух других рассматривала с любопытством. Тоже рыжеволосый воин с копьем и в золотой броне — Луан, а Бриад, получается, вот эта хрупкая беловолосая девушка в темно-синем платье, в одной руке — лед, в другой — молния.       — И что случилось в этой битве? — спросила Кира, аккуратно закрывая книгу и положив ее на колени.       — Праматерь Даани и Барлор смертельно ранили друг друга. Барлор рухнул на землю, и в последние мгновения проклял место своего упокоения. Его черное сердце все еще живо, и теперь оно притягивает к себе тех, в ком угасло пламя Праматери Даани. Они идут через лес, невидимые для тех темных тварей, что его населяют. А когда они достигают Сердца Тумана… Они становятся Искаженными. Сосудами ненависти Барлора.       Киру передернуло — по спине словно мазнуло ледяной лапой. Что-то этот мир ей резко разонравился. Ардан, заметив это, перевел тему:       — Но, помнится, ваш первый вопрос касался именно магии. Так что, возвращаясь к нему, да. Магия в нашем мире есть и мы ее используем. Создание артефактов, оберегов, изучение тонких материй… Признаться, Светочи Мудрости тщательно хранят свои секреты, и для не-мага в этой науке много тайн.       — А вы разве не маг? — удивилась Кира. Ардан улыбнулся и вновь указал на фреску с изображением рыжеволосого божества.       — Я целитель. Это совершенно иная область. Мы изучаем человеческие тела, работу внутренних органов и потоки ауры. Маг не сможет исцелять, целитель не сможет поразить врагов льдом или молнией.       — О, кстати! — Кира подпрыгнула на стуле и, не в силах сопротивляться, встала на ноги с хрустом размяла спину. — Когда меня только перенесло, я случайно выпустила молнию и лед… Как у меня это получилось?       Ардан задумчиво обошел ее кругом, и, попросив разрешения, еле ощутимо коснулся ладоней.       — В моменты душевного разлада магия выходит из-под контроля. Опытный маг умеет себя контролировать в любой ситуации, но вы, все-таки, из иного мира, и у вас отсутствуют… нужные навыки.       — Так это мне что, постоянно ваш синекорень пить, чтоб быть спокойной? — спросила Кира, тайком разглядывая собственные руки. Мда, перспективы — одна краше другой. Ардан весело рассмеялся.       — Нет, что вы! Я полагаю, что тело Киран еще помнит необходимые навыки. Вам просто нужно немного потренироваться. Но, — добавил он, воздев палец к потолку, — это уже вам придется делать либо в Цитадели знаний, либо же на полигоне. В доме Кархта лучше не швыряться молниями и никого не замораживать.       Кира, не выдержав, рассмеялась. Ну ладно, лиха беда начало, не боги горшки обжигают, и как там дальше? Живут же здесь люди, и она сможет. А там, глядишь, и найдется способ вернуться в свой собственный мир, и вспоминать обо всем произошедшем, как о забавном сне.       Задав еще несколько вопросов о ее мире, мэтр Ардан предложил выйти на улицу. Кира с готовностью согласилась — раз уж ей придется тут жить, то незачем оттягивать момент знакомства с миром и зря трепать себе нервы. Ардан, извинившись, ненадолго скрылся за дверью, которая практически сливалась со стеной, и появился уже в повседневной одежде — во всяком случае, Кира решила назвать этот наряд именно так. Рубашка с вышитым воротом и манжетами, поверх которой был надет плотный кожаный жилет, скреплявшийся на поясе ремнем, плотные штаны из темной ткани и крепкие ботинки на толстой подошве. Кира задержала на них взгляд, а затем многозначительно покосилась на собственные тонкие тапочки и хмыкнула.       — Мэтресса Дана сейчас вам поможет, — успокоил ее Ардан. Прикоснулся к золотистому кристаллу, стоявшему на столе — Кира поначалу вообще приняла его за безделушку, и буквально через пару минут в дверь уже постучали.       — Мэтр, что-то произошло? — спросила Дана, приветливо кивнув Кире.       — Да. Полагаю, наша гостья вполне готова выйти в мир, и для этого ей понадобится подходящая обувь и верхняя одежда.       — Разумеется. Пойдемте, — мэтресса отвела Киру обратно в палату, оставила ненадолго и вернулась уже с дополнительными вещами. Поддев под платье что-то вроде коротких, до колена, штанов из мягкой ткани, Кира почувствовала себя гораздо увереннее. Следом шли плотные чулки и такие же, как у мэтра, крепкие ботинки. Поверх платья она надела что-то похожее на длинный халат без рукавов, и мэтресса Дана закрепила его поясом.       — Надеюсь, вам понравится прогулка, — сказала она на прощание. Кира рассеянно кивнула. В животе что-то екало и сжималось, совсем как в детстве, на аттракционах: вроде бы и жутковато, и в то же время хочется поскорее взмыть к небу…       Мэтр поджидал ее внизу, возле «лесной» фрески, как ее мысленно окрестила Кира. Теперь, зная о том, что за чудища скрываются за нарисованными деревьями, она смотрела на фреску с большим опасением.       — А разве нельзя его… ну, спалить, или вырубить? — спросила Кира. Ардан предложил ей локоть и они вышли из лечебницы.       — Думаете, лучшие умы не предлагали подобного? — с улыбкой спросил Ардан. — Он не горит, деревья там крепче камня и железа. Говорят, что этот лес будет стоять до тех пор, пока не возродится Праматерь Даани, и не сожжет его своим небесным огнем.       Кира сконфужено смолкла. Ну да, конечно, люди ведь явно не первый год живут, и наверняка уже обо всем успели подумать и проверить, а тут является прекрасная и неповторимая она, и с ходу выдает гениальные идеи… Скромнее надо быть!       — Перед вами главная площадь Эрлиса, — голос Ардана отвлек ее от размышлений, и Кира, борясь с желанием разинуть рот, завертела головой. Кто там говорил, что средневековые города тонули в грязи и нечистотах? Может, в истории ее мира и была такая мрачная страница, здесь же все иначе. Конечно, никакого привычного асфальта и бетона, но зато — никакого мусора! Никаких бесконечных фантиков, пакетиков, банок и бутылок… Для человека, привыкшего к одинаковым многоэтажкам, здешние дома казались словно картинкой из сказки: невысокие, в два-три этажа, с двускатными крышами, с резными узорами на ставнях. У многих домиков были высажены цветы, так что никакого унылого серого однообразия. В центре площади располагался фонтан в форме цветка, вокруг которого носилась стайка местной ребятни. И повсюду голоса! А в ее случае — еще и двоящиеся. У Киры даже голова слегка закружилась. Мэтр, заметив это, обеспокоенно спросил:       — Вам плохо? Может, вернемся в лечебницу?       — Не-не, я привыкну. Просто… я слышу словно два языка, один, я так понимаю, ваш, и одновременно — свой.       — Интересно… — протянул Ардан, и Кира догадалась, что после их прогулки, его «заметки о воплощенных фантомах» пополнятся новым пунктом.       Мимо них прошел мужчина в серо-коричневой одежде, толкая перед собой тележку со всяким хламом.       — Ненужные вещи, битая посуда, рваная одежда, — заунывно тянул он на одной ноте. — Объедки, гнилые овощи. Ненужные вещи…       Кира, чуть поморщившись от ароматного шлейфа, тянувшегося от тележки мусорщика, подняла голову и почувствовала, как внутри все сжалось. Слева от площади возвышалось здание, сработанное в том же стиле, что и храм Даани, но почему-то от одного взгляда на него горло словно сдавливала невидимая удавка.       — Это что? — спросила она у Ардана, не отводя глаз от высоких шпилей, грозивших проткнуть небо.       — Это Цитадель Знаний, оплот Светочей… хм, прошу прощения, оплот магов. В каждом крупном городе есть такая Цитадель.       Кира машинально кивнула.       — А они там занимаются… чем?       — Магическим искусством. А рядом с ними лаборатории Созидателей. Многие вещи сделаны именно по их разработкам: та же бадья для купания, кристаллы связи, оружие, — Ардан жестом предложил ей следовать дальше. — А еще там располагается городская библиотека, доступ в которую открыт всем жаждущим знаний.       — То есть, бесплатное образование для всех и каждого? — недоверчиво спросила Кира. Ардан понимающе усмехнулся.       — Увы, бесплатно маги не работают. Читать книги волен каждый, но если хочешь научиться читать — плати. Если, например, ребенок обладает каким-то талантом — к кузнечному ремеслу, ювелирному делу, столярному, то можно учиться бесплатно, но потом десять лет будешь трудиться на благо Цитадели в цеху Созидателей. Разумеется, тех, в ком пробуждается дар Бриад, забирают в Цитадель, а родителям выплачивают награду. И на этом любые контакты с семьей закончены — маг должен служить магии, отринув все человеческое.       — Мда, а я еще ругала нашу систему образования… — Кира, не выдержав, вновь обернулась. Почему же эта Цитадель, такая воздушная и прекрасная, не вызывает у нее ничего, кроме боли и жгучей обиды?.. Краем глаза она уловила какое-то движение и, взглянув в ту сторону, застыла, как громом пораженная.       — Это что? — шепотом спросила она, не отрывая взгляд от существа размером с немецкого дога, шествующего рядом с невысоким пухлым человеком в длинном плаще.       — Кошка, — мэтр Ардан явно веселился, глядя на ее лицо.       — Кошка?! Вот эта махина?! — Кира недоверчиво покачала головой. Дымчато-серый зверь чуть дернул ухом, будто понимая, что о нем говорят.       — А у вас они меньше?       — Гораздо, — с чувством ответила Кира, провожая взглядом мужчину. Да уж, если такой котик решит поохотиться среди ночи на твои ноги под одеялом — можно вообще без них проснуться…       Прогулка затянулась на несколько часов, но усталости Кира не чувствовала. Видимо, ее теперешнее тело (ей до сих пор было слегка не по себе, когда она так думала) привыкло к более серьезным нагрузкам.       — А вы знали Киран? — спросила она у Ардана. Мэтр, не удивившись вопросу, покачал головой.       — К сожалению, или к счастью, но нет. Госпожа Киран если и обращалась в лечебницу, то к рядовым целителям. Ничего серьезного с ней не случалось.       — А в чем разница между рядовым целителем и главным? Ну, я если честно думала, что вы — как в моем мире, главврач, который заведует больницей, подбирает кадры… И все такое, — Кира неопределенно помотала в воздухе рукой.       — Разница… Ну как бы объяснить… — Ардан ненадолго задумался. — Скажем, разница в возможностях. Я могу исцелить нескольких человек одновременно, даже не касаясь их. Или одного, но смертельно раненного. Да, это займет какое-то время, и после лечения я буду похож на высохшее яблоко, но такова цена дара. Рядовым целителям в чем-то проще: они не тратят так много сил, но и исцелить смогут далеко не все. Конечно, у меня тоже есть свой предел: я не могу исцелить того, чья голова была отрублена, и кто был мертв дольше получаса. Да и оторванную конечность я тоже не смогу прирастить обратно.       Кира резко, будто впечаталась в стену, остановилась.       — Вы можете оживить мертвого? — недоверчиво переспросила она.       — Только того, кто умер недавно, — повторил Ардан. — Пока есть шанс вновь разжечь огонь внутри.       Киру вдруг осенило:       — Так это что, получается, вы бы могли вернуть Киран к жизни, если бы были там?!       — Если бы вас не притянуло в ее тело, то скорее всего бы смог. Другое дело, что на поле боя целитель беззащитен. Потому наш удел — караулить воинов в тылу и исцелять по мере сил. — Ардан ободряюще сжал ее ладонь. — Не вините себя в гибели госпожи Киран.       — Постараюсь, — вздохнула Кира. Что скрывать, подобные мысли у нее в голове нет-нет, да мелькали.       Солнце уже медленно переместилось к западному краю неба, и Ардан предложил возвращаться, добавив, что для первого дня ей и так хватит впечатлений. Кира безропотно согласилась, поняв, что и вправду устала, не столько физически, сколько душевно.