6. Спасти всех

— Грейнджер, клянусь, если ты не будешь быстрее перебирать ногами, я просто оставлю тебя здесь на съедение грёбаным инферналам!   Гермиона фыркнула, но всё же припустила вслед за оторвавшимся вперёд Ноттом, продолжая на бегу поглядывать в раскрытую карту мародёров. Из-за монстров, заполонивших все большее количество коридоров, ребятам пришлось несколько раз корректировать свой маршрут. После того, как они случайно наткнулись на двух инферналов, отбившихся от одной из групп, Гермиона решила следить за перемещением бледных чёрных точек постоянно. А заодно и контролировать ситуацию у других «поисковых отрядов».   Они разделились сразу после того, как покинули выручай-комнату. Гарри настоял, чтобы Дин и Блейз взяли с собой мантию-невидимку, а Гермиона и Тео — карту мародёров. Мысль о том, что он сам вместе с Луной остались без какой-либо дополнительной защиты, не вызывала у Грейнджер приятных эмоций. Хотя Нотт помог ему немного снять боль в травмированной ноге, наложив руны, которые использовал на своих ранах, Гарри едва мог нормально ходить.    Но другого выбора у них не было — время работало на инферналов, которые с каждой минутой продвигались всё в более дальние коридоры и классы замка. И в любой момент они могли найти кого-то из разбросанных порталом ребят. Гермионе оставалось лишь успокаивать себя тем, что дорога до Астрономической башни была самой короткой и чистой, поэтому серьёзной опасности для Гарри не было.   — Это он? — спросил Тео, когда они подошли к большому портрету пожилого мужчины в чёрно-жёлтой мантии.   Гермиона кивнула и подошла поближе, чтобы осмотреть раму на наличие ручек, рычагов или каких-либо выступов. Но золотое обрамление картины было идеально ровным.   — Могу я вам чем-то помочь? — наконец, не выдержал хозяин портрета.   До этого он молча наблюдал за снованиями гриффиндорки, неторопливо покуривая небольшую трубку и постоянно поправляя выпадающий из глаза золотой монокль.   — Мы просто ищем по всему замку золото на переплавку, — хмыкнул Тео, проводя пальцами по выступам рамы. Но никаких скрытых ручек и рычагов там не было. — А тут такой джекпот! Надеюсь, не лепреконское?   Аббот возмущённо охнул, хватаясь за грудь. Его монокль снова упал на пол, и когда старик поднял его, Гермиона заметила несколько трещин на линзе. Она подумала, что с такими шутками они могут не получить доступ к проходу, и весьма болезненно пихнула слизеринца локтем. Правда, стоило бывшему декану Пуффендуя (так было указано на табличке под самим портретом) протереть стекло своей мантией, оно снова стало, как новенькое.   — Нам срочно нужно пройти к гостиной Пуффендуя, — как можно вежливее произнесла Гермиона. — Не могли бы вы нам помочь, сэр?   — Что ж… — хриплым голосом начал старик, продолжая буравить взглядом снова замельтешившего вокруг рамы Тео. — Спуститесь по лестнице в конце коридора до второго этажа, затем…   — Затем станьте ужином для кучки инферналов? — закончил за него Нотт, рисуя какие-то руны на стене вокруг портрета. — Какой-то Вы слишком противный для декана барсуков…    Аббот покраснел. Его монокль снова выпал из глазницы, но тот, похоже, этого даже не заметил. Старик поднёс трубку ко рту, и Гермиона заметила, как дрожала от гнева его рука. Он сделал несколько глубоких затяжек и выпустил большой клубок белого дыма, который тут же рассеялся по всему портрету, покрывая его мутной дымкой.   — Сэр, Вы, наверняка, в курсе того, что замок захвачен ужасными монстрами, — мягко произнесла гриффиндорка. Профессор медленно кивнул.   — А мы в курсе того, что за Вашим портретом есть секретный проход, — хмыкнул Тео, тут же ловко уворачиваясь от очередного тычка Грейнджер.   — И мы были бы очень признательны, если бы Вы позволили нам воспользоваться этим проходом, сэр. Наши друзья в опасности.   Какое-то время старик молчал и просто курил. Похоже, это его успокаивало. Тощие руки больше не тряслись, а монокль вернулся на законное место. Впрочем, взгляд голубых глаз старого профессора все ещё сложно было назвать дружелюбным.   — Пароль, пожалуйста, — глухо пробасил он.   Гермиона вскинула брови и, сама не понимая зачем, уткнулась в раскрытую в руках карту мародёров, словно ожидая найти ответ в ней.   — Кэдогана Вам в соседи, серьёзно?! — воскликнул Тео, проводя рукой по копне вьющихся тёмных волос.   — Я не пропущу вас без пароля, — отрезал Аббот. — Я не позволю вам думать, что можно с таким откровенным пренебрежением и неуважением относиться к заслуженным…   Тео застонал от злости, обрывая его на полуслове. Он рванул к портрету и попытался раскачать его раму, чтобы оторвать её со стены, но она, как и прежде, ни на миллиметр не сдвинулась с места. Старик лишь криво усмехнулся и снова сделал затяжку.   — Что ж… тогда мы пройдём сами, — Нотт отскочил назад, достал палочку и направил её прямо в лицо хозяина портрета. — Советую перепрыгнуть к кому-нибудь из соседей, если не хотите пострадать.   Усмешка слетела с лица Аббота так же быстро, как и появилась. Гермиона попыталась угомонить слизеринца, но он её, словно и не слышал.   — Вы не посмеете! — прохрипел старик с прищуром, словно оценивания, блефует ли парень или действительно способен на подобного рода выходку.   — Проверим? — хмыкнул Нотт, выгибая бровь. — У нас нет времени на споры с каким-то нарисованным болваном, жившим больше двух веков назад. Как мы уже сказали, наши друзья в опасности. И если для того, чтобы их спасти мне нужно будет разнести весь этот сраный замок до последнего камня, я это сделаю. И начну прямо отсюда.   Глаза Нотта блестели решимостью и даже каким-то азартом, а рука уверенно держала палочку. Ни капли сомнения, он сделает это.   Гермиона почувствовала себя на редкость глупой. Родители с детства говорили ей, что ключ к хорошим оценкам не только в знаниях, но и в лояльности преподавателя. А лояльность нужно заслужить. Вежливостью, учтивостью, пунктуальностью… Гермиона часто презирала сама себя за эту идиотскую привычку начинать подхалимничать любому, кто имеет профессорский статус и умный вид, но полностью избавиться от неё пока не могла.   Пока Нотт и Аббот буравили друг друга взглядами, ведя молчаливый диалог, Гермиона заглянула в карту — несколько инферналов забрались ещё на этаж выше. Теперь их разделял лишь один лестничный пролёт. Время поджимало.   — Так и быть, — наконец, выдохнул старик. — Но не думай, что ты смог запугать меня, юноша. Нет-нет, молодой человек, дело совсем не в этом, а в вашей цели. Всё-таки, спасение друзей — это святое.   Он поднёс трубку к губам, освобождая руки и дважды хлопнул в ладони. Рама отворилась, открывая перед ребятами тёмный узкий коридор. Тео сделал глубокий вдох, зажёг палочку и без лишних слов перешагнул через порог. Гермиона последовала за ним.   — Кретин старый, — рыкнул слизеринец, едва портрет за ними захлопнулся. — Столько времени потеряли из-за его заскоков… Стоило сразу же снести это чёртов портрет со стены!   Он споткнулся обо что-то в темноте и громко выругался.   — Заканчивай ворчать и смотри на дорогу, — сказала Гермиона, перескочив через большой камень, валявшийся посреди прохода. — Мало тебе порезов на ноге, так сломай её ещё для полного счастья.    — Какая ты заботливая, Грейнджер! — ехидно отозвался слизеринец, но все же приподнял палочку повыше, чтобы лучше освещать себе путь.   Какое-то время они шли молча. Тишину разрывал лишь тихий треск хрустящего под ногами камня, шелест карты, да тяжёлое дыхание ребят. Коридор казался бесконечным.   — Так-так-так! Кто это тут у нас? — раздалось откуда-то из темноты. — Парочка потерянных студентов! Надеюсь, вас ещё не покусали?   Гермиона нахмурилась. Голос казался ей знакомым. Она заглянула в карту, но, судя по ней, в переходе, кроме неё и Тео, никого не было. Нотт замер и покрепче сжал палочку.   — Кто здесь? Лучше покажись, иначе я запущу в тебя Ступефаем.   — Побереги патроны, ковбой, — хмыкнул второй голос. Он был немного громче и ниже, чем первый. — Нам-то ты не навредишь, а вот стены развалить можешь запросто!   «Призраки! Ну, конечно, они не отображаются на карте».   — Сэр Николас? — окликнула Гермиона. — Это Вы?   Из темноты неторопливо выплыли две полупрозрачных фигуры, в которых гриффиндорка узнала Толстого Монаха, приведение Пуффендуя, и самого Ника.   — Мисс Грейнджер! Какая приятная встреча при не самых приятных обстоятельствах, — он отвесил девушке поклон, придерживая рукой недорубленную голову. — Полагаю, вы идете на выручку мисс Уизли и её подруге? Что ж, мы вас немного сопроводим.   Тео усмехнулся, когда услышал, как Ник назвал Паркинсон. Он подумал, что сама Пэнси, наверное, пришла бы в восторг, если бы узнала, что её считают подружкой предательницы крови.   — Вы знаете где они? — спросила Гермиона. — Они не ранены?   Призрак кивнул, и его голова опасно пошатнулась.   — Они в порядке, только безумно напуганы. Прячутся в старом кабинете профессора Бинса, это сразу за кухней. Мы наткнулись на них случайно. Они рассказали о неудачной трансгрессии, и мы предложили поискать кого-то из вас на помощь. Там столько этих тварей — просто жуть!   — Вам-то чего их бояться? — закатил глаза Тео. — Вы ведь такие же мертвецы.   — Вы очень наблюдательны, молодой человек, — сухо ответил Толстый Монах. — Мы не боимся этих монстров. Но нельзя отрицать, что есть в них что-то отталкивающее…   — Согласен, торчащие наружу кости, кишки, выпадающие из живота или конечности, болтающиеся на одном сухожилии, выглядят не слишком эстетично, — фыркнул Нотт. Ник бросил на него раздражённый взгляд и слизеринец поспешил исправиться: — Ну, Вам-то, это очень идёт!   Взгляд призрака Гриффиндора стал ещё более пронзительным, и Тео принял решение заткнуться, прежде чем ляпнул ещё что-то оскорбительное.   — Мы, если позволите, своего рода, магниты с одинаковой полярностью, — продолжил свою мысль Монах. Он поднял руки и показал два коротких и толстых указательных пальца. — Свести нас вместе невозможно, неведомые силы на друг от друга отталкивают, — пальцы замерли в паре миллиметров друг от друга, словно натолкнулись на невидимый барьер.   — Вы хорошо знакомы с физикой, сэр, — улыбнулась Гермиона.   Призрак заговорщицки ей подмигнул.   — Это всего лишь метафора, но спасибо. Мадам Бербидж позволяет мне подслушивать её лекции. Так увлекательно!   Улыбка на лице гриффиндорки стала шире. На занятиях профессора магловедения, действительно, было интересно. Девушка даже немного грустила от того, что ей пришлось оставить этот курс на четвёртом году обучения. Но было очевидно, что ещё один год в режиме с бесконечными манипуляциями с маховиком она бы не выдержала.   — Но почему бы вам просто не уйти?   — Мы не можем покинуть замок, наши неупокоенные души по разным причинам привязаны к этому месту, — просто отозвался Монах.   — Наверное, в этом и заключается ключевая разница между привидениями и инферналами, — задумчиво добавил Ник. — Ведь, по сути, мы оба — живые мертвецы. Но они — бездушные тела, способные перемещаться по всему свету, но только под управлением своего создателя. Тогда как мы — души без тел, вольные делать что угодно, но лишь на ограниченной территории.   — Как правило, инферналов не создают много, — добавил призрак Пуффендуя. — Это очень чёрная и очень сложная магия. Даже одного такого монстра контролировать крайне тяжело, а тут только в Хогвартсе их уже больше сотни…   — Похоже на то, что их создатель просто потерял контроль, — пробормотал Тео.   — Либо специально отпустил поводья, — так же негромко предположила Гермиона.   Они переглянулись. Гермиона предположила, что думали они об одном человеке. Всё-таки в мире было не так много волшебников, способных решиться на работу с таким количеством чёрной магии.    Ник покачал головой.   — Не думаю, что это было преднамеренно. Видите ли, эти инферналы… они другие, — он нахмурился, пытаясь подобрать слова. — Не то, чтобы мне удавалось встречать их ранее, но за пять сотен лет в школе невольно узнаёшь много нового… Обычно они кидаются на всё живое ради их душ. Что-то вроде дементоров, но, если бы они после поцелуя обращали жертву в себе подобных. Но эти твари… они питаются кровью, плотью и магией. Это противоестественно, если вообще можно считать инферналов чем-то естественным.   — Ну, конечно! — выдохнул Тео. — Это объясняет, почему они устойчивы к заклинаниям — из-за крови, точнее магии в ней, — он отклонил голову назад и рассмеялся, словно от этого осознания ему стало легче. — На стадионе было много новообращённых, поэтому они так спокойно поглощали всё, что летело в них — их защищала собственная кровь. Остальные получили неуязвимость уже после атаки.   — Чем дольше они голодают, тем более уязвимыми становятся? — спросила Гермиона.   Нотт кивнул.   — Эти твари — синтез кровной магии и некромантии, — он снова вздохнул и покачал головой. Его голос стал непривычно тихим и безэмоциональным. — Просто неудачный эксперимент, снова вышедший из-под контроля создателя.   Гермиона посмотрела на него с удивлением — парень был хорошо осведомлён в этом вопросе. Даже слишком хорошо. Она подумала, что, скорее всего, отец слизеринца был напрямую замешан в предыдущих «экспериментах» Волан-де-Морта. Это объясняло, откуда он столько знал о тварях. Но кое-что в словах Нотта не давало ей покоя.   «Снова? Получается, это не первая его попытка создать армию мертвецов!»   Гермиона посмотрела на Тео, ожидая продолжения объяснений, но парень полностью ушёл в свои мысли. Наконец, они подошли к выходу. Тео прислонил ухо к обратной стороне портрета Аббота, но ничего не смог разобрать.   — Проверь карту, — прошептал он.   Гриффиндорка опустила палочку поближе к пергаменту. Джинни и Пэнси прятались в старом пустующем кабинете сразу за кухней, как и сказали привидения. Это было в чуть больше сотни метрах от того места, где сидели они сами. Весь коридор был окрашен в светло-серый цвет, что означало, что он кишел инферналами.   — Надо их отвлечь.   Гермиона вздрогнула, почувствовав дыхание парня на своей шее. По коже пробежали мурашки. Она и не заметила, как он подошёл.   — Мы можем попытаться их увести, — предложил Ник. — Но, думаю, они быстро поймут, что гонятся за призраками, — он усмехнулся собственной шутке.   Тео кивнул и постучал по обратной стороне портрета. Рама медленно отворилась и слизеринец, щурясь от тонкого луча дневного света, выглянул в образовавшуюся щель. Из коридора стали доноситься шаги, прерывистые хрипы и стоны.   Призраки один за другим выплыли из стены и двинулись в сторону инферналов. В коридоре стало ещё более шумно. Твари кричали так громко, что Гермионе на секунду показалось, что у неё заложило уши. Она снова уткнулась в карту. Серое пятно, до этого растёкшееся по всему коридору, быстро сгущалось в тёмную кляксу и двигалось прочь. Шум за стеной становился тише, но не исчез совсем. Не все инферналы клюнули на приманку.   — Давай, пошли, — скомандовал Тео, распахнул портрет и выскочил в коридор. Гермиона спрятала карту в карман, но не стала её дезактивировать, чтобы в случае необходимости быстро воспользоваться, и вышла за ним.   Привидения, действительно, смогли отвлечь внимание большинства тварей — сейчас их оставалось в коридоре меньше десятка. И всё их внимание было направлено на гостей.   Тео крепче сжал руку с волшебной палочкой и резкими рассекающими воздух движениями поднял с пола меч, лежавший среди сваленной груды доспех. Ещё один взмах и клинок со свистом пролетел по коридору и припечатал инфернала к одной из дверей, как дротик. Тварь завизжала так громко и пронзительно, что у Гермионы по спине пробежал холодок. Она, как завороженная, смотрела на то, как инфернал болтается в полуметрах от пола, продолжая орать и всячески пытаясь вытащить меч, вошедший между его рёбер по самую рукоять.   — Левикорпус! — тварь в паре метров от гриффиндорки с воплем взмыла к потолку. Тео выругался. — Ты помочь не хочешь, Грейнджер?   Девушка вздрогнула. «Возьми себя в руки, Гермиона!» Она сделала широкий взмах, и из палочки со свистом вылетела мощная струя воздуха, сбивая нескольких инферналов с ног. Нотт рванул вперёд, на ходу разбрасывая в монстров заклинания, которые действовали на них с попеременным успехом.   «Голодные», — пронеслось в голове у Грейнджер. Эта догадка поселила в её сердце надежду на то, что их шансы выбраться из этого котла с монстрами немного увеличились.   Им потребовалось время, чтобы преодолеть весь коридор и оказаться у большой, исцарапанной почти до дыр двери. Гермиона проверила карту — Джинни и Пэнси были за ней. Тео попытался отпереть её, но обычные чары не помогали — похоже, она была закрыта не на замок. Он велел Гермионе отойти в сторону и с холодной решимостью снёс дверь с петель с помощью Депульсо. Вместе с ней по всему классу разлетелись парты, стулья и даже небольшой старый шкаф — всё то, чем девочки смогли забаррикадировать вход.   — Дементора тебе в мужья, Пэнс! — выругался Тео, заходя во внутрь и уворачиваясь от летящего в голову заклинания. Паркинсон, сидевшая в дальнем углу комнаты, кинулась к нему и, сжав парня в крепких объятиях, сдавленно всхлипнула. Нотт мягко потрепал её по чёрным волосам. — Да ладно тебе реветь. С твоим-то характером ещё непонятно, кто у кого душу высасывать будет.   Пэнси издала что-то среднее между всхлипом и смешком. Тео почувствовал, как она дрожит в его объятиях. Гермиона поймала себя на мысли, что раньше не замечала, настолько ребята близки, ей всегда казалось, что Пэнси — скорее подружка Малфоя, чем Нотта.   Джинни выглядела не менее перепуганной. Её длинные рыжие волосы спутались, а на щеке красовалась большая царапина. Во всем остальном она выглядела вполне невредимой.   — Нас выкинуло прямо посреди коридора с этими тварями, — она махнула рукой в сторону дыры в проходе, где ещё с минуту назад стояла дверь. — Мы попытались отбиться, но их было так много… Честно говоря, это чудо, что мы унесли ноги.   Гермиона ободряюще сжала ладонь подруги и почувствовала, как та дрожит.    — Мы успели захлопнуть дверь прямо перед носом инферналов, — продолжала Джинни. — Они пытались её выломать, царапали ногтями… Звук был просто омерзительный, — она вздрогнула. — Пришлось заставлять её всем, что попалось под руку. А потом появился Ник и пообещал найти помощь… Честно говоря, не ожидала, что он справится так быстро.   В коридоре послышался шум. Голоса становились всё громче — инферналы, которых отогнали призраки, возвращались.   — Надо уходить, — пробормотал Тео, выглядывая в коридор.   Он жестом велел девочкам отойти за стену и начертил в воздухе руну. Над головами инферналов образовался огромный ледяной шар, который, едва Нотт успел спрятаться, взорвался. Ребята выглянули в коридор — шар разлетелся на куски, которые, как ледяные спицы, проткнули инферналов и пригвоздили их к полу и стенам.   — Всегда мечтал попробовать эту руну, — непринужденно сказал Нотт, хотя карие глаза с лёгкостью выдавали его браваду.   Он дёрнул Пэнси за руку и выскочил в коридор. Джинни и Гермиона побежали следом, стараясь не отставать от слизеринцев. На одной из стен Грейнджер увидела смутно знакомую картину. Это возле неё, по большей части, всё это время и толпились инферналы. В её голове всплыл разговор с близнецами Уизли, когда они проболтались, откуда постоянно таскали еду — кухня находилась неподалёку от гостиной Пуффендуя, спрятанная за большой картиной с фруктовым натюрмортом.   «Теперь понятно, что так притягивает инферналов! Домовики!»   До портрета Аббота оставалась всего пара метров, когда Гермиона вдруг остановилась на месте, как вкопанная.   — Что случилось? — спросила Джинни.   Гермиона не ответила. Она достала из кармана карту и подтвердила ещё одну свою догадку — кухня, как и выручай-комната, не отображается на карте мародёров. Если не медлить, то она успеет проверить её до того, как вернутся остальные твари.   — Идите к портрету, я догоню! — она развернулась на месте, но не успела сделать ни шагу, как почувствовала, что кто-то схватил её за руку и с силой потащил назад.   Тео игнорировал крики гриффиндорки и затолкал её в узкий тёмный коридор вслед за Джинни и Пэнси, после чего залез сам и захлопнул за собой раму. Шум тут же оборвался.   — Ты свихнулась?! Что это сейчас было? Ты когда в карту смотрела, не заметила прямо перед своим носом десяток прибывших тварей?!   — Выпусти меня! Сейчас же!   — Что ты увидела на карте, Грейнджер? — слизеринец навис над девушкой, прижимая её к стене. На миг они оба словили дежавю.   Гермиона молчала, раздумывая о том, стоит ли ей тратить время на объяснения, но под пронзительным взглядом Нотта всё же сдалась.   — Я знаю, почему там было столько инферналов. Больше, чем где-либо ещё.   — Что ты увидела, Гермиона? — не выдержала Джинни.   — Ничего, кухня не отображается на карте, — она снова посмотрела на слизеринца. — Мне просто нужно убедиться, что они в порядке!   Глаза Тео расширились, а брови взлетели вверх. Он покачал головой и посмотрел на гриффиндорку, как на сумасшедшую.   — Не говори мне, что мы едва не погибли из-за чёртовых домовиков…   Джинни устало застонала. А Пэнси не удержалась от смешка, который, впрочем, был больше похож на хрюк.   — Я и не ожидала от вас понимания, — Гермиона смерила их презрительным взглядом и толкнула Тео в грудь. — Я знаю, как к ним относятся такие, как вы!   Он закатил глаза на её тон и немного, насколько позволял этот узкий коридор, отступил. Гермиона сделала несколько глубоких вздохов, яростно хватая ртом спёртый воздух, и тут же смутилась — она и не заметила, что почти не дышала, пока Нотт стоял рядом.   — Я не об этом, Грейнджер. Ты же можешь их призвать, — заметив недоумение на её лице, он пояснил. — Домовики всегда слышат, когда их зовут по имени. Так они обычно узнают, что их ищет хозяин. Это что-то вроде врождённого дара.   Будничный тон, с которым Теодор ей всё это объяснял, быстро сменил вектор настроения девушки. Теперь уже она полыхала от злости и возмущения.   — Это не дар, а проклятье! Знаешь, кто ещё слышит, когда кто-то называет его имя?!   — Ну, теперь понятно, у кого он стащил эту фишку, — усмехнулся Нотт. Гермиона раздражённо стукнула его в плечо. — Хватит драться, Грейнджер! Лучше подумай, ты знаешь кого-то из эльфов по имени?   Ответ пришёл в голову сразу.   — Добби!   Раздался громкий хлопок, и крохотный домовик появился прямо перед ними. У Гермионы потеплело на сердце, когда она увидела на его макушке связанную ей самой шапку. Она была великовата для его маленькой головы и постоянно спадала на глаза и нос.   — Вы звали Добби, мисс? — неуверенно спросил он, озираясь по сторонам.   Тео самодовольно усмехнулся.   — Я же говорил — домовые эльфы всегда слышат, когда их зовут хозяева.   — У Добби нет хозяев! — возмутился эльф, гордо указывая на шапку, снова съехавшую ему на длинный нос. — Добби — свободный домовик!   — Как же ты тогда её услышал? — спросила Пэнси с усмешкой.   — Потому что мисс Гермиона — друг Гарри Поттера, а значит и мой друг тоже! Как же Добби мог не услышать голос друга?   Пэнси засмеялась, а Тео озадаченно забегал глазами с гриффиндорки на эльфа.   — Значит дружишь с домовиками, Грейнджер? — со смешком поинтересовался он. — Как мило.   — Она вяжет им одежду и прячет по всей гостиной, — хмыкнула Джинни, благополучно игнорируя острый взгляд подруги. — Хочет освободить их из рабства. Даже организацию создала — Г.А.В.Н.Э.   Глаза Нотта снова расширились, а Пэнси рассмеялась ещё сильнее и медленно сползла по стене на каменный пол. Уизли покачала головой и присела напротив.   — Гавнэ? — переспросил Тео. Его голос дрогнул, он едва сдерживал смех.   — Не гавнэ, а Г.А.В.Н.Э. — Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов! — вспылила Гермиона. — Это не смешно! Это серьезная остросоциальная проблема!   Пэнси уткнулась головой в колени, продолжая смеяться. Тео скорчил максимально серьёзное лицо и понимающе закивал. Его истинный настрой выдавали только дергающиеся вверх уголки поджатых губ и блестящие весёлым огоньком глаза.   — Добби, — девушка решила сфокусировать всё внимание на эльфе, который с опаской поглядывал на словившую истерику Пэнси. — Сколько вас на кухне? Есть раненные?   — Около двадцати, мисс. Несколько домовиков пропали прошлой ночью. Они приводили в порядок замок, как делали обычно. Но так и не вернулись. Остальные в порядке, правда, очень напуганы. Но Добби старается их подбодрить! Добби говорит, что профессор Дамблдор спасёт эльфов, а пока что — они в безопасности на кухне.   — Не думаю, что это надолго, — вздохнул Нотт, посерьёзнев. — Инферналы чувствуют ваш запах, поэтому они там стоят посреди коридора. Вопрос времени, когда они пожрут защитные чары на картине и прорвутся во внутрь.   — Да, и на Дамблдора не стоит рассчитывать, — добавила Джинни. — Непонятно куда он пропал и жив ли вообще. Который день ни слуху, ни духу от него.   Эльф съёжился и с ужасом в больших зелёных глазах посмотрел на Гермиону. Она присела рядом с ним и взяла его за руку.   — Добби, вам нужно выбираться отсюда и как можно скорее. Возвращайся на кухню, собери остальных и немедленно трансгрессируйте в безопасное место. Ты бывал на площади Гриммо?   Домовик кивнул и благодарно сжал руку гриффиндорки.   — Может Добби как-то помочь вам, мисс?   Гермиона покачала головой. Самостоятельно домовые эльфы могут трансгрессировать с территории замка, на них защитные чары не распространяются — это совсем другая магия. Но людей с собой перенести они не смогут. Тут в её голову пришла другая идея. Девушке даже стало очень стыдно из-за того, что она не подумала об этом сразу. Она заглянула в карту и, убедившись, что путь чист, попросила: «Не мог бы ты заглянуть в гостиные всех факультетов и забрать с собой домашних животных?» Добби отчаянно закивал и со словами «Добби всё сделает, мисс!» тут же исчез.   Гермиона встала и наткнулась на внимательный, полный любопытства взгляд Нотта. Она смущённо отвернулась и порадовалась, что коридор слишком тёмный, чтобы кто-то смог заметить, как к её щекам снова прилила кровь.   — Надо идти, — вздохнул Тео, протягивая руку Пэнси. — Инферналы скоро заметят, что внизу еды больше нет и поднимутся наверх. А я как-то не намерен становиться сегодня чьи-то ужином.   Он помог подняться Джинни, после чего, не оборачиваясь, двинулся прямо в темноту, возглавив девчачью процессию за собой.