Часть 2. Глава 14. Кровь на руках (рейтинг NC-21)

Лес был мрачным, безмолвным. Деревья, как после пожара, обнажённые и чёрные. Их ветви тянулись к серому низкому небу, словно когти, готовые вцепиться в добычу. Мёрзлая земля под ногами была покрыта то ли инеем, то ли пеплом, который хрустел при каждом шаге. Тяжёлый воздух пропитан запахом гнили и дыма. Мы двигались медленно, стараясь производить как можно меньше шума. Я с напряжением вглядывалась в туман, неподвижно висевший между деревьев. Янтарные глаза волка поблескивали в полумраке. Он шел рядом, почти касаясь моего плаща, словно не хотел оставлять одну. Его движения были внешне спокойными, но я чувствовала, как он напряжён. И с каждым шагом это напряжение нарастало. Внезапно волк ткнулся мне в ноги, не давая ступить дальше. Его уши подрагивали, шерсть на холке вздыбилась, ноздри раздувались. Я присела, коснулась его спины — под пальцами застыли бугры напряжённых мышц. Он сделал несколько шагов вперед и вдруг резко сдал назад. Но было уже поздно. Щелчок. Вой. Кровь. Он забился, пытаясь высвободить лапу из капкана, скрытого в земле. Рвался, стараясь помочь себе зубами, но только крошил клыки и резал десны. Я бросилась к волку, забыв обо всём. Капкан был старым, щербатым, но его зубцы всё ещё острые. Схватив лезвия, я пытаясь разжать старый механизм. Металл вгрызался в мои ладони, оставляя глубокие порезы. Кровь стекала по пальцам, смешиваясь с грязью и ржавчиной, но сейчас это не имело значения. Мой волк визжал, и его голос набатом гудел в моей груди. Оглушенная его и своей болью, я не услышала чужие шаги за спиной. Удар был резким и неожиданным. Что-то тяжёлое обрушилось на мою голову, и мир погрузился в темноту. *** Первый толчок пришел не снаружи, а изнутри — острая боль в виске взорвала сознание, выдернув меня из тьмы. Глаза открылись, но мир оставался размытым — я смотрела сквозь завесу из крови и слёз. Всё, что смогла разглядеть, — это спина орка, его горбатая фигура, одетая в лохмотья, которые колыхались в такт шагам. Он тянул верёвку, привязанную к моим лодыжкам, и земля утюжила спину, сдирая кожу до мяса. Странно, но я будто видела происходящее со стороны, как если бы смотрела чьими-то глазами. Мои руки беспомощно волочились по земле. Голова дергалась на кочках. Собственное тело казалось чужим, а я была лишь наблюдателем, запертым в своей голове. Орк бормотал что-то себе под нос, и это было мало похоже на речь. Больше я ничего не слышала, кроме шороха моей плоти о землю. Ни воя, ни визга. «Он убил его». Мысль пронзила сильнее, чем боль. Я дернулась, пытаясь дотянуться до кинжала — но пояс был пуст. На мне не осталось ни доспехов, ни единого клинка — я была полностью безоружной. Почуяв движения за спиной, орк обернулся. Его лицо — жёлтое, усыпанное язвами, как гнилой плод. Глаза мутные, но зрячие. Старый. Очень старый. Не воин — падальщик, который подбирает то, что оставили сильные. Значит, в этом лесу он просто доживал свой век, питаясь всем, что мог добыть. Наши взгляды встретились. Его кулак прилетел первым. Тьма снова накрыла меня, но теперь я знала — это не конец. Это только начало. *** Ледяная вода обрушилась на меня с рёвом, смывая кровь и пот, но не боль. Тело забилось в конвульсиях от холода, цепи зазвенели, впиваясь глубже в запястья. Голова — раскалённый шар, набитый раскалёнными гвоздями. Я висела на цепях, закрепленных под потолком, ноги едва касались земляного пола. Ржавый металл впивался в кожу, а кровь из порезов текла вниз по рукам. Серый свет едва пробивался через маленькое окно, освещая лачугу, вероятно, служившую орку домом. Воздух был тяжелым, пахло плесенью, падалью и кровью. Я подняла голову — орк стоял передо мной. Его лицо было изуродовано шрамами, а глаза горели ненавистью. Он наклонился, обдавая меня тяжелым зловонным дыханием. — Ты думала, что сможешь просто уйти? — прошипел он. Удар. Губы разрезались о зубы, кровь заполнила рот — горячая, солёная. Я сплюнула в сторону. — СМОТРИ НА МЕНЯ! — прокричал он, брызгая слюной. Сухая лапа орка схватила мои волосы на затылке и дернула вверх. — Я знаю, кто ты, эльф. Новые удары — живот, рёбра, лицо. Тело скрутилось, изо рта хлынула рвота с кровью. Сознание плыло, но я не кричала. Только хрипела, как раненый зверь. Орк на какое-то время отстранился, потирая ушибленную лапу, а потом полез в угол хижины и что-то долго искал, бормоча под нос. Я молчала, сжав зубы. Мой левый глаз заплыл, не давая толком сориентироваться. Посмотрев вверх, я заметила, что цепи закреплены на толстых брусьях под самой крышей. Даже не раненой, я все равно не смогла бы дотянуться до них. Орк вернулся ко мне с кривым черным ножом. Лезвие было зазубренным, покрытым ржавчиной и следами старой крови. Я посмотрела в его мутные глаза и впервые за всю свою жизнь дрогнула под взглядом орка. — Ты — командир армий севера. Убийца орков, — протяжно и как бы смакуя сказал он. Лезвие блеснуло, оставив на щеке огненную полосу. Боль взорвала мозг, но я не закричала. Только всхлипнула, как ребёнок, которого бьют впервые. — За каждую каплю крови, которую пролила, ты заплатишь… но не золотом. Своей кровью. Мясом. Костями. — сказал орк и провел кончиком ножа от моего виска к жилке на шее, чуть надавив на нее. — Адар-всеотец пожалел тебя. ПРОСТИЛ УБИЙСТВО ЕГО ДЕТЕЙ! — орк снова перешел на визг. — И что же он получил? СМЕРТЬ! От его криков я стала трястись еще сильнее. Даже невероятным усилием воли не могла с этим справиться. Собственная слабость убивала меня быстрее пытки. Каждый его взгляд, каждое слово словно вбивали в меня гвозди, напоминая о том, что я больше не та, кем была. Я — тень, дрожащая на ржавых цепях, сломленная и беспомощная. — Но наш новый хозяин — другой, — продолжал орк. — Он не знает жалости. Ни к оркам, ни к людям, ни к эльфам. Я отнесу ему твою голову, — сказал он, ухмыляясь. — И буду вознаграждён. Я больше не могла сдерживаться. Слёзы текли по моим щекам, смешиваясь с кровью и грязью. Бесславный конец в орочьей лачуге, во всеми богами забытом углу. Хорошо, что Гил-Галад и Элронд не узнают, где я сгинула. Не узнают моего позора и слабости. Мысль о том, что они никогда не найдут мое тело, что я исчезну, как пепел под ногами, была почти утешительной. Орк снова поднял свой кривой нож. Из последних сил я сгруппировалась и пнула его коленями в тощее брюхо. Тщедушное тело отлетело к двери, но этого было мало, чтобы нанести ему существенный вред. Он тут же вскочил и ринулся ко мне. Моё сердце замерло. В следующий миг нож вошел мне в плечо, и боль пронзила тело, как удар тысячи молний. Я вскрикнула, но быстро подавила звук, не давая орку радости. Он только усмехнулся. А потом повёл лезвием от моего локтя до запястья, рассекая плоть. От жгучей боли я закричала. Кровь хлынула во все стороны, и я чувствовала, как сама жизнь уходит вместе с ней. Орк повторил то же самое с другой рукой, наслаждаясь моими криками. Мука была невыносимой, и я кричала во все горло, но это только раззадоривало его. — Больно, эльф? — просипел орк. — Так же, как тем, кого ты убивала. С наслаждением он вытаращился на меня злыми и безумными глазами. — А теперь посмотрим, какого цвета твои потроха, — прошипел он, приставляя лезвие к моему животу. Одним движением вспорол мою куртку. Холодный металл скользил по обнаженной коже, оставляя за собой жгучую полосу. Он двигался медленно, явно упиваясь каждым моментом. Я закрыла глаза, трясясь всем телом и пытаясь сдержать агонию. Мысли путались, но одна из них была ясной: "я заслужила это". Лезвие достигло центра моей груди, готовое проткнуть её насквозь. Но что-то отвлекло орка, и он на мгновение отстранился от меня. В этот момент воздух взорвался. Дверь не рухнула — она испарилась в клубах чёрного дыма, который тут же сгустился в фигуру. Ее контуры пульсировали: то человек, то волк, то тень с горящими глазами. Левой рукой он сжимал искромсанное правое запястье, из которого сочится густая кровь. Окровавленный рот в зверином оскале. Саурон. Я не верю своим глазам. Он смотрит на меня, и я узнаю этот взгляд. Может от боли я и сама на пороге безумия? Или это ещё одна уловка, чтобы сломить меня окончательно? Но когда его взгляд упал на мои изуродованные руки, в этих глазах мелькнуло нечто… И это было страшнее любой тьмы. Орк упал на колени и ткнулся головой в пол, как преданный пёс, ожидающий похвалы. — Хозяяяииин, — проблеял он. — Я поймал для тебя эльф… Договорить он не успел. Рука Саурона схватила его за голову — и смяла, как гнилую сливу. Череп лопнул с влажным хрустом, выпустив фонтан липкой черной жижи. Моя голова станет следующей. Саурон пошатнулся. Впервые за всю историю Арды я видела, как Властелин Тьмы спотыкается. Его шаги к моим оковам были неровными, будто он шёл против урагана, невидимого мне. Не в силах сдерживаться, я зарыдала в голос, ожидая нового удара. Но вместо продолжения пытки он разорвал цепи, подхватил меня, как ребёнка, и опустил на пол. Его руки — горячие, дрожащие… Сознание начало покидать меня, обещая избавление от боли. Но перед тем, как провалиться в небытие, я увидела его лицо, склонившееся надо мной. Зелёные глаза с золотом — я узнала бы их из тысячи. И его голос, зовущий меня по имени. Конец 2 части