note nr 7

Я лежала в кровати и долго смотрела в потолок. Белый длинный. Пустой. В голове обрывками проносился диалог Конан с Пейном. Ладони будто еще ощущали касание Дейдары. Я подняла ладонь и посмотрела на руку. Фантазия сразу представила как оттуда вылезают языки. Нет. Это не реально. Уверена, это какой-то трюк. И разговор был подстроен. Они же следят за нами. Они точно знали, что меня нет в комнате. Что я в ванной. Но чего они добиваться? Чего хотят? Хотят, чтобы мы им верили? Но что потом? Что им это даст? Ничего не понимаю. Кроме того, что устала. Просто устала. Устала плохо спать. Плохо есть. Устала бесконечно анализировать каждую мелочь. Устала думать о том, что я могла бы сделать по-другому, чтобы всё сложилось иначе. Кажется, я уже забыла, каково это — жить без этого постоянного чувства напряжения. Раньше я могла радоваться мелочам: красивому закату, запаху свежей травы, новой книге... А теперь каждый день тянется, как вязкий туман, в котором я просто пробираюсь вперёд, не понимая, зачем. И больше всего я устала от этого странного ощущения внутри, как будто должна что-то сделать, но не знаю, что именно. Слышу внизу какое-то странное движение. Сажусь на кровати и напрягаюсь. Я стала очень чувствительной. Ко звукам. К шорохам. Даже иногда пугаюсь собственной тени. Быстро поднимаюсь с кровати. Лечу вниз. — Что... вы делаете? — нервно уточняю, видя, как ты разбираешь кладовку. Ту самую. Рядом стоят Сасори с Итачи и держат какие-то вещи. Не понимаю, как ты так ими управляешь. — Хиса! Я решила прибраться, раз есть время. И лишние руки, — улыбаешься мне. — Хочешь присоединиться к нам? — Я лучше умру. Ты дёргаешься, обходишь коробки и подходишь ко мне ближе, но я разворачиваюсь и иду на кухню, не желая ни видеть, ни слышать, что ты мне сейчас скажешь. Но ты не отстаёшь так легко. И когда я ищу в холодильнике хоть что-то поесть, понимаю, что еды будто снова нет. Эти проглоты съедают всё так быстро. В итоге завариваю себе только ромашковый чай. Может, хоть он поможет мне достичь хотя бы крошки этого спокойствия, как у тебя? — Чем будешь тогда заниматься ты? — Выживать, — сухо отвечаю. Сходить медленно с ума и стараться выжить стали моими повседневными занятиями. Ты секунду молчишь. Чайник вскипел, и я делаю заварку. — Сегодня замечательная погода. Может, после обеда хочешь пройтись к пруду… с ними? Я чуть не переливаю воду за края. Смотрю на тебя. — Добровольно я никуда с ними не пойду! — А мне, казалось, ты вчера уже сделала первый шаг. Разве не приятно было посмотреть на мир вне дома, подышать свежим воздухом? — Мне пойдёт на пользу воздух со вкусом свободы, без добавления психопатов. — Хиса… Мы пристально смотрим друг другу в глаза. Я — в твои зелёные, которые будто светятся изнутри. А ты — в мои карие. Свет в них давно погас. — Хорошо, — соглашаюсь. Может, они там утонут. Может, перенесутся в свой мир. А может, утону я и выберусь из этого кошмара. Или утону в нём ещё глубже. — Пусть собираются, но если пойдёт Итачи, я не пойду. — Ой, не переживай, — улыбаешься, — он с Сасори и Зецу помогают мне по дому. Меня передёргивает. Ты так легко и повседневно об этом сказала, но я не понимаю… задело ли меня сейчас это или тот факт, что ты нашла общий язык с Итачи? Мотаю головой. Нет. Он просто псих. И Дейдара тоже. И Тоби. Я не готова верить ни одному из них. После обеда мы разделились. К пруду пошли я, Дейдара, Хидан, Какузу и Кисаме. Так себе компания. Чувствую, как напряжена. И ромашковый чай не помог. — Знай, если я не вернусь, это будет на твоей совести. Бросаю на тебя прощальный взгляд и нехотя иду на улицу. Оттуда — через лес, к небольшому пруду. Пешком минут сорок. К счастью, солнце уже садилось. Иначе мы давно бы сварились в этой жаре. И к счастью людей встретившихся нам на пути было мало. И то те человек десять очень внимательно осматривали Кисаме. Но ничего не оставалось как игнорировать это. Не знаю, что им сказали другие, но они шли молча. Просто шли. Не огрызались. Ни на кого сами даже не смотрели. У пруда уже были некоторые семьи. Места было мало. Он совсем небольшой. Я заметила свободный участок и разложила вещи. — Ну, раздевайтесь, — говорю им. Надеюсь, они хотя бы знают, как плавать, и понимают, что делают у воды. Кисаме точно должен знать. Да и горячие источники им явно знакомы. Правда, туда ходят совсем голыми. — Но не до конца! — тут же поправляюсь, вспомнив про онсены. И они начали раздеваться. Остались в одном нижнем белье. Кисаме, недолго думая, под пристальными взглядами окружающих первым зашёл в воду. — Он не заразен! — кричу мужчине, который поспешил увести своего ребёнка подальше от синекожего. Почему я его вообще защищаю? — У него какая-то болезнь? — переспрашивает мужчина. — Нет, это татуировки! — Ну и фрик! — Согласна! Какузу бросает взгляд на меня и Дейдару. Я лишь пожимаю плечами. — Нам никому не нужны проблемы, ведь так? Какузу молча кивает и направляется ближе к воде. Сама невольно замечаю его тело. Не думала, что он такой накачанный. На секунду замираю, но быстро мотаю головой. Перевожу взгляд на Дейдару. Он худощавый, но хорошо сложённый. Это и под одеждой было видно. Снова мотаю головой и опускаю взгляд на свои ноги. Бледные, худые. Наверное, я потеряла килограммов десять за всё это время. — Я тоже в воду! — Хидан скидывает футболку и бежит следом за Кисаме и Какузу, который медленно прогуливался вдоль пруда. Дейдара остался. Похоже, они решили по дороге, кто будет караулить меня. Он садится рядом со мной и смотрит на остальных. Мы не разговариваем. Но я украдкой бросаю на него взгляд — он рассматривает свои руки. Языков нет. Так и знала, что это просто была наклейка. Или ещё что-то. — Когда-нибудь мы снова начнём творить, м, — слышу голос Дейдары. Говорит со своими руками? Да, он точно уже поехал крышей. Ухмыляюсь собственным мыслям. Не одна я тут схожу с ума. — Смешно? — уточняет он. — Знаешь, как тяжело в вашем грёбаном мире? — Так возвращайтесь быстрее в свой! — цежу сквозь зубы злобно. — Мой мир был прекрасен, пока не появились вы! — Ты понимаешь, что мы тоже заложники ситуации? — не отстаёт он. Его взгляд встречается с моим. Я тяжело дышу. Хочется так многое сказать ему, но не могу. Мне страшно. Я и так уже, кажется, его разозлила. Дейдара также пристально и выжидающе смотрит на меня. Такое ощущение, что он мысленно уже подставил кунай к моему горлу. Мы несколько секунд смотрим друг на друга, пока не слышим недовольный крик Хидана. Мы оборачиваемся. Я замечаю Смерть, которая машет руками из воды. Что-то не поделил с Кисаме, стоящим неподалёку и злобно глядящим на него. Дейдара тяжело вздыхает и подрывается к ним, таща меня за собой. — Вы привлекаете внимание, — говорит он. — Кисаме уже привлёк! — возмущается Хидан. — Он решил испробовать свой суйтон и облил меня, твою, блять, за ногу! Мои глаза чуть не вылезают из орбит. — Кисаме, твоя техника тоже здесь срабатывает? — Такого не было в первые дни, — спокойно говорит он. — И что значит «тоже»? — Руки Дейдары... шаринган... — обрываюсь на полуслове. Про Обито и его шаринган я не могу рассказать. Парни переглядываются, и я чувствую, как рука Дейдары сжимает меня сильнее. — Шаринган Итачи не работает в вашем мире, — говорит Кисаме, и я ощущаю, как вода подо мной начинает сдавливать ноги. Или мне это кажется? Точно кажется. Но если не вода, то Кисаме меня сейчас точно убьёт. Или Какузу, который, заметив, что мы все сгруппировались, тоже присоединился к «совещанию». Теперь становится ещё страшнее. — Так что насчёт шарингана? — спрашивает Хидан. — Хочешь сказать, Итачи нас обманывает? Не понимаю. Он злится на меня или… Не могу ни о чём думать. В голове просто нет ни одной мысли. Мозг сдавило так же, как и ноги. — Я не знала, — нервно сглатываю. — Я предположила… — Кисаме, — кивает ему Дейдара. Тот хмыкает, и я чувствую, как вода отступает. Напряжение будто падает, но Дейдара всё ещё крепко держит меня. Он осматривается и кивает парням: — Вернёмся в дом. Мы собираем вещи и медленно идём по той же дороге домой. Сорок минут пути из-за медленного темпа растянулись почти на полтора часа. Сквозь собственные мысли, улавливаю обрывки разговора Хидана и Кисаме. Обсуждают свои техники, обсуждают, как они попали в этот мир. Указывают то влево, то вправо, будто пытаются вспомнить детали. А я пытаюсь угомонить бешеное сердцебиение и гул в ушах. Что это сейчас было? Глаза Обито, руки Дейдары, вода, которая чуть не утащила меня на дно… Всё это было реальным? Или я окончательно свихнулась?