Pars 5

Многоуважаемая Эбигейл Монтгомери,

С искренней радостью спешу сообщить вам, что 14 мая в стенах нашего университета состоится масштабная конференция психологов страны, направленная на укрепление профессиональных связей и обмен опытом. В рамках мероприятия запланированы выступления ведущих психологов и психиатров нашей страны, а также презентации докладов молодых ученых, которые представят пробные защиты своих диссертаций.

Мы были бы чрезвычайно рады видеть вас среди почетных гостей и членов коллегии оценки студентов. По рекомендации профессора Малека Синнера, который отмечает, что вы были одной из лучших студенток на курсе психологии, а также учитывая ваш уникальный опыт как наследницы крупной компании, мы уверены, что ваш взгляд со стороны станет ценным вкладом в наше мероприятие.

Будем с нетерпением ждать вашего ответа!

С уважением,

Эмилия Грасс,

Заместитель декана психологического факультета.

Вот черт поганый! Других слов у меня просто нет. Сначала он улетел в командировку, оставив меня одну в этом мрачном поместье, которое мы называем домом. Пришлось даже временно перетащить сюда сестру, чтобы не сойти с ума от одиночества и страха. А теперь он решает огорошить меня таким заявлением! Ну, если сам профессор Синнер ждет меня там, если уж назвал меня лучшей студенткой своего курса психологии — хотя это далеко не так, — то, видимо, придется подчиниться и приехать. Да еще и притворяться святой!

Уважаемая Эмилия, здравствуйте!

С большим удовольствием принимаю ваше приглашение. Пожалуйста, направьте все детали на почту моего ассистента, чтобы я могла внести мероприятие в свой график. Если от меня потребуется какая-либо помощь в организации, я готова рассмотреть возможность спонсирования отдельных стендов или внутренних мероприятий. Более точную информацию, как и ранее, прошу передать моему ассистенту.

С уважением,

Эбигейл Монтгомери.

Прикрываю глаза ладонью, стараясь сдержать раздражение, которое вызвало у меня поведение мужа. Вздыхаю и беру себя в руки, открываю календарь, чтобы отметить, что скоро у меня конференция. Видимо, придется вложить в это мероприятие немаленькую сумму. Это не только укрепит влияние Малека, но и станет для меня отличной возможностью наладить связи с крупными государственными учреждениями нашей страны. Конец апреля 2025 Стою в его комнате, скрестив руки на груди, и наблюдаю, как этот привлекательный опездол укладывает в сумку костюм и документы. Видите ли, к конференции по судебной психиатрии он готовился долго: писал доклад, отчитывал его студентов, иногда задерживался допоздна, чтобы довести все до идеала. И все ради чего? Чтобы вступить в гонку за место зама декана всего университета! Видите ли, личных консультаций со сложными пациентами, участия в экспертизах на громких делах, преподавания на нескольких потоках и проведения собственных исследований ему недостаточно. Конечно, кто я такая, чтобы лезть в его дела? Но в последнее время желание видеть его чаще дома проявлялось неожиданно, и приходилось останавливать себя, чтобы разобраться в этих эмоциях: странное волнение, смешанное с предвкушением, похотливое желание и счастье, но в то же время необоснованный страх. Ведь проблемы никуда не делись — просто меня в них больше не посвящают. С той ночи мы так и не повторили совместный сон. Я ворчала, что у него, видимо, случилась какая-то эпилепсия перед сном, и он так активно дергался, что оттеснял меня к краю кровати. А он в ответ утверждал, что я бурчу во сне и иногда начинаю сопеть. Дальше наши отношения не продвинулись, будто он пережил свою мужскую овуляцию и благополучно забил на все хер. Ну, ладно, может, он просто не хотел появляться перед глазами, пока у меня были месячные. — Документы взял? — Боковой карман. — Точно все рубашки положил? — Да. Две белые и три черные, еще пару водолазок. — Доклад и флешку с презентацией? — Да, продублировал в облако и на Айклауд. И вот прошло еще сорок минут, пока я крутилась вокруг него, чтобы удостовериться, что он точно ничего не забыл. Чувство какой-то семейной теплоты не покидало меня, и даже возникло желание дать ему что-то с собой в дорогу, но это выглядело бы слишком глупо и инфантильно. Да и не такие у нас отношения. Спускаемся вниз, он еще раз проверяет все необходимое, надевает туфли и собирается ехать на такси, оставляя на мое попечение свою малышку — мерседес, которым я непременно воспользуюсь сполна! Обувь на нем, сумка в руках, а кофр у меня. Тяну искреннюю улыбку — все же такой он у меня красавчик. Малек застывает напротив, держит осанку, смотрит уверенно и чего-то выжидает. Я поднимаю бровь, собираясь спросить, чего он хочет и что забыл, но вдруг этот чертов кофр, который висел у меня на руках, звонко падает на пол, ударяясь железным крючком. Малек резко наклоняется вперед, хватает меня за талию и тянет к себе, а затем стремительно целует в губы. Сначала это был неожиданный удар губами, когда даже не понимаешь, как реагировать. Но когда он вцепился в мою нижнюю губу, начал ее сминать, проводя по ней языком, я поплыла. Отталкивать его не было ни смысла, ни желания: я ухватилась за его шею руками и чуть приоткрыла губы, впуская его юркий язык. Как я и предполагала, целовался он страстно, иногда даже нагло и жестоко, но меня уносило только от одного: он крепко держал меня за талию, и я начинала тереться грудью о выступы его пиджака, от чего соски, не прикрытые лифчиком, твердели. Он нависал надо мной, заставляя сильнее прогнуться в спине. Я приоткрыла рот, и Малек резко вступил в необоснованный бой с моим языком. Я прижималась к нему ближе, плотнее приникала к его губам, так что они полностью покрылись нашей слюной и начали блестеть. Неосознанно мычала в его губы, чувствуя, как он делает резкий шаг к стене. Моя спина встретилась с холодом стены, и по коже побежали мурашки от неописуемого контраста. Малек вел руками вниз, чуть приседал, и я неосознанно понимала, что от меня требуется легкий прыжок, который я делаю следом за его подъемом. Дьявол, он прижимался ко мне так плотно, что ширинка его штанов упиралась в мое лоно, и лишь несколько слоев ткани отделяли нас от пошлого, мокрого и такого желанного секса. Малек отрывается от меня медленно, тянет поцелуй до последнего, а потом тяжело дышит и смотрит прямо в глаза. Неосознанно закусываю губу и даже не думая, хочу предложить ему остаться или хотя бы немного задержаться. Десять минут, десять ебучих минут сейчас будет достаточно для нас с головой! Мы оба хотим, оба готовы, и оргазмы настигнут нас быстро! Ну, Малек, пожалуйста! Но он аккуратно спускает меня на пол, подходит к своим вещам, берет их и снова выжидающе смотрит на меня. Я стою в шоке, в легкой возбужденной дрожи, опираясь мокрыми ладонями о стену. Он усмехается себе под нос, а затем подходит, оставляя на моих губах звонкий чмок. — Еще один повод как можно быстрее вернутся домой, не находишь? Я заторможенно киваю и поднимаю на него свой взгляд. — Будь хорошей девочкой, милая, и тогда вознаградится тебе сполна! — Ебучий праведник, у тебя фетиш на святость и ее осквернение из детства? — И еще один только что появился передо мной. Пока, жена! Мужчин не води, только своих бугаев! 14 мая 2025. Конференция Что, черт возьми, двигало мной, когда я натягивала это чертово платье и лодочки на шпильке? На улице внезапно установилась жаркая погода, совершенно не типичная для нашего климата, поэтому пришлось лезть в дальний угол гардероба и выуживать отпускные наряды. Тяжело вздыхаю и критически осматриваю себя в зеркале холла университета, где я бывала стабильно раз в неделю в те времена, когда здесь проходили пары Синнера. Волосы убраны за уши и за спину, чтобы открыть лицо, макияж свежий, подчеркивающий здоровый блеск кожи и слегка скрывающий синяки под глазами от недосыпа. Обтягивающее платье цвета слоновой кости с такой же подкладкой прикрыто пиджаком в тон, хотя ложбинка между грудями соблазнительно выглядывает. Туфли, к сожалению, не нашлись, поэтому бордовые лодочки, сумка и помада как нельзя кстати разбавили образ святой девы Марии. Расстегиваю пиджак: слишком жарко, а с голыми плечами ходить неловко. Делаю резкий поворот и направляюсь в сторону актового зала. Сейчас там убрали кресла и расставили несколько десятков стендов и плакатов. Все знакомятся, готовятся к общей конференции и слушанию докладов. По коридорам туда-сюда снуют студенты — молодые, счастливые, полные энтузиазма. Их разбавляют люди постарше: преподаватели, ученые, бизнесмены. Мне предстоит присоединиться к этим, довольно скучным, снобам. В голове всплывает мысль: хотелось бы увидеть Малека рядом. Обычно такие мероприятия мы посещаем вместе, но на этот раз я даже не стала спрашивать. Учитывая, что он не отвечал на мои сообщения по несколько часов, я в принципе перестала ему писать, и ответов тоже не получала. Обидно? Да, есть момент. Но лить слезы по такой ерунде я не стану. Если мы и переспим, то это станет максимальной точкой нашего соприкосновения. Вхожу в зал, бегло оглядываю людей. Сначала даже не замечаю, как ко мне подходит миловидная студентка. — Добрый день! Ваше имя? — она так противно давит свою улыбку, что даже скривиться охота. — Эбигейл Монтгомери. — еще несколько секунд она пытается найти мое имя в листке, а потом, мотая головой, поднимает на меня свой виноватый взгляд. Ебучий Синнер! — Эбигейл Синнер. — выдыхаю и наблюдаю, как глаза девушки сначала удивлённо округляются, а потом она судорожно начинает искать фамилию, видимо, своего преподавателя. — Прошу прощения! Да, вы есть в списке. — девушка быстро достает из сумки бейдж. — Вот, это ваш обязательный атрибут. Кандидат социологических наук, директор отдела маркетинга компании «Индепенденс» — Эбигейл Синнер. Закатываю глаза. Мой муж решил покрасоваться, показать всем, с кем он женат. Да, мы выходили в свет вместе, люди знали о нашем браке, но это все происходило в кругах порядком выше, да и пресса не особо разглагольствовала на эту тему — мы старались держаться как можно тише. Да и представлялась я везде девичьей, и только в особых случаях все же указывала двойную, но никогда не представлялась как Синнер. Поэтому здесь, скорее всего, я была чем-то вроде легенды. Каждый мог найти мои фото до выпуска из университета, а вот после — пришлось бы копаться в закромах, ведь личные соцсети я не веду уже несколько лет за ненадобностью. Вот и эта девочка чуть не отправилась в мир иной, когда увидела, как выглядит жена ее, вероятно, самого обожаемого преподавателя. Вхожу в толпу с одной лишь целью — найти Эмилию Грасс и занять свое место за столом, где будут оценивать доклады тех, кто собирается защищать докторскую. Нахожу ее довольно быстро: ее блондинистые кудри с вечно непослушными завитками узнать несложно, как и звонкий голос, когда она накидывается на меня с объятиями. Не подаю виду, что знакомы мы с ней хоть и со времен университета, но виделись всего пару раз, да и то, когда деканату что-то от меня было нужно. Ее речи о том, как я расцвела и похорошела, пропускаю мимо ушей и включаюсь в разговор только тогда, когда она вручает мне анкеты всех выступающих, которых требуется оценить, а также критерии оценки. Затем она указывает на длинный стол, расположенный на боковом балконе, где уже сидело несколько человек. — Ох, мы все так рады! Ты так нам помогла с бюджетом, правда! — Ну, условия были довольно выгодными, да и нам нужны юные гении, а лишний раз рекламироваться не хочется. Умолчим о том, что спонсировала я это за свой счет. Умолчим, что Малек хотел, чтобы я это сделала, но лично мне об этом не сказал (о чем я убедилась позже, услышав его слова). И уж точно умолчим, что первой анкетой в моих руках оказалась та самая Рут! Да еще и с весьма интересным научным руководителем! — Ждем, что в следующем учебном году профессора Синнера сделают замом декана всего университета! А там и до декана недалеко! Кивнув себе под нос, бросаю в ее сторону что-то уважительное и ухожу к балконам. Быстро поднимаюсь и вхожу в небольшую ложу — никого из присутствующих не знаю, но когда они видят мое имя на бейдже, сразу начинают льстить и натягивать улыбки. Да мне наплевать на них! У меня в руках анкета Рут, и это важнее всего остального! Быстро открещиваюсь от их любезностей и начинаю внимательнее читать ее анкету: вот смотрит на меня красивая девушка примерно моего возраста, с сочным цветом рыжих волос, светлыми глазами и пухлыми губами, покрытыми слегка розовым блеском. Умная девчушка, которую выделили и поддержали не один преподаватель этого гадюшника, и мой муж занимает первую строчку с пометкой «куратор и научный руководитель». Хуитель! Я такой пиздец тебе устрою, если ты спишь с ней, гнида подколодная! Тяжело вздыхаю, а девушка, кажется, и правда довольно умная, раз взяла религиозный подтекст в своей… блять, Малек, даже своих студентов мучить этим готов? Через сорок минут начинается основная часть конференции, и на сцену выходит первый участник, парнишка на вид довольно молодой. Стягиваю пиджак и вешаю его на спинку стула, даже не замечая несколько жадных старческих взглядов, брошенных в область моей груди, а потом и спины. Я буду слушать внимательно, оценивать строго, не опираясь на личное отношение. И пока слушаю доклад парнишки, до меня начинает доходить, что мое присутствие на этой конференции закрывает не только рабочие моменты Малека и его хотелки. Он хочет мне что-то показать, связанное с Рут. И если она здесь есть в списке, готов ли он принять от меня низкие баллы? Или это какая-то проверка? Ну, конечно, просто так мы ничего не делаем! Даже не ебем! Мальчик уходит с высокими баллами от меня, и так с похожими результатами уходят еще три человека. И вот на сцене выступает взрослая женщина, что-то довольно упорно защищает и утверждает, и я вижу, как в зале через небольшую дверь заходит милая Рут в светло-голубом платье выше колена, с легкими пушистыми рыжими локонами и запуганным взглядом — ну ебаный в буквальном смысле этого слова ангел, ну святая дева Мария на кресте! Сжимаю крепко ручку, свожу брови, когда следом за ней заходит мой муж! Хули ты тут забыл, да еще и с ней?! Моментально злость подкатывает к горлу и оседает жжением в солнечном сплетении. Именно, Малек, словам твоим я не верю! Вот он, ебучий черт, волосы уложены, взгляд холоден, стоит в легкой бордовой рубашке и брюках цвета слоновой кости, как будто знал, в чем я приду! Ну семья колдунов ебучих, по-другому сказать не могу! Идет следом за Рут, и тут резко поднимает взгляд на меня, как раз сидящую на краю балкона и видящую абсолютно все. Вижу, как он начинает натягивать ухмылку и поднимать руку, как Рут замечает это движение и отворачивается — видеть блять его не хочу, и так нервы на пределе! А у меня важное задание — слушать доклады! Женщина уходит со средними баллами и письменными правками в работе, и на сцену выходит Рут. Продолжаю хмуриться, даже не замечая, как своими действиями стараюсь показать себя выше, авторитетнее, хотя не знаю, для кого, не учитывая глупость своих поступков, так как сижу среди бзиканутых людей, которые видят таких, как я, насквозь, да и еще один, скорее всего, поглядывает и видит еще глубже, чем насквозь. Рут начинает довольно тихо, и я тут же собираюсь писать замечание, но насильно останавливаю себя, пытаясь отстраниться от своих недовольств и раздражений. Говорит хоть и тихо, даже немного неуверенно, но четко и по делу, даже становится интересно ее слушать, слышится почерк моего мужа. Хотелось бы сдерзить, мол, а под мужем моим стонешь как хейтнайная шлюха-школьница, однако держусь. Поднимаю взгляд на презентацию и краем глаза вижу, что Малек смотрит далеко не на свою подопечную, а на меня! Всосала, девчушка? Хочется, конечно, ликовать, но хера-с два он подловит мою улыбку! Скажу, что не скучала и не ждала, и вообще нахуй пошлю! Рут заканчивает выступление, я наклоняюсь над бланком и выставляю относительно высокие баллы. Работа все же оказалась сыровата в тех местах, где невозможно было разобрать почерк Малека, и пишу маленький комментарий: «Будь чуть увереннее и громче, милая». Пусть думает, что я хорошая и не готова сбросить ее с крыши этого же здания. Я ведь хорошая жена, так? А он — хуевый муж, и это факт. Еще несколько часов сижу и слушаю, и когда со сцены уходит последний участник, устало выгибаюсь в спине и закидываю голову — наконец-то. Если меня сейчас не задержат, то минут через тридцать я буду в ресторане в центре города, поем и со спокойной душой поеду домой. И все это без мужа! Нехуй, нужно было предупреждать, что ты приедешь, и хотя бы по-мужски увидеть меня! Ни один из его ответов не будет воспринят, и похую, что тут народу более чем сотня — иногда же и должны быть у нас публичные ссоры. Встаю с места, накидываю пиджак на плечи и отдаю бланки какому-то парнишке, тут же выходя с балкона. Обсуждать ничего не собираюсь, я и так тут оставила несколько часов, нервы и несколько сотен тысяч. Быстро спускаюсь по лестнице, иду в сторону выхода через коридоры, достаю ключи от машины и завожу ее, как тут меня окликивает радостный знакомый голос. — Миссис Синнер, постойте! Поворачиваюсь к Рут, которая бежит ко мне, мило улыбаясь. Следом за ней, как модель, вышагивает мой благоверный, руки в карманах брюк. Смотрю бесстрастно на девушку, остановившуюся напротив меня. — Мисс Синклер, добрый. — тяну на манер Снейпа, смотрю слегка надменно. — Профессор Синнер сказал, что вы будете в жюри. Как вам мое выступление? — она прижала ладони к груди, ну что за святость? — Ну, раз не хотите ждать официальные ответы. Оценила высоко, но тяните лично проработанные вами части, уж очень разнится ваш текст и текст моего мужа. И говорите громче, мы же все знаем, что вы не такая тихоня… — да, сучка, я это сказала! Ибо нехуй ко мне лясы точить! Вижу, как резко меняется выражение лица Рут, и она, с опаской, поворачивается к Малеку. Но он даже не смотрит на нее. — Всего хорошего, Рут! Надеюсь больше никогда не увидеть ваше лицо! Разворачиваюсь и гордо ухожу. Да, может, она и не виновата. Может, она тоже оставила свои потрахушки с моим мужем в прошлом. Но я-то все помню. И мне похуй, что было в прошлом, что есть сейчас и что будет в будущем! 14 мая, вечер, дом Синнеров. Вхожу домой, тут же стягивая туфли. На часах время близится к девяти вечера, пришлось немного задержаться в ресторане — как раз встретила подругу, которая ужинала там с мужем. Влезаю в тапочки, беру туфли в руки и иду к себе в комнату. Малек дома, я теперь всегда смотрю на тапочки, вот только его пока не слышно. Поднимаюсь на этаж, даже окрикивать его не буду. Захожу в комнату и застываю в проходе. Большая корзина роз стоит прямо напротив моей кровати. И что? Красиво? Ебически! Приятно? Было бы это просто так, а не после сегодняшнего концерта, я бы тут же опустилась на колени и… Тяжело вздыхаю и прикрываю глаза. Аж до злой дрожи напрягает, хочется просто разораться и обвинить Малека во всех смертных грехах. Зло подхожу и пинаю корзину с розами, которая даже не падает! — За что ты так с ними? — слышу голос за спиной, Малек зашел следом. — Лучше бы был небольшой букет и прямо в руки, а не эта бандура! Куда я тебе ставить ее должна и как ухаживать? Еще спиздани, что там одна ненастоящая роза и вся эта хуйня! — тут же взрываюсь. — Что за ебаный концерт ты устроил? Ладно еще за твое место декана я готова чеканной монетой дать, но вот эту залупень терпеть? Миссис Синнер, ой мой бог! — театрально прикладываю ладони к щекам. — Эбигейл. — Ты либо говоришь прямо что все еще не трахаешь, либо не пытаешься извинятся вот этой хуйней! — указываю рукой на розы. — Эбигейл. — Да и схуяли я Синнер? Я свою фамилию не мен… — Эбигейл Монтгомери, закрой рот! — тут же испуганно затыкаюсь. — С местом декана ты всё правильно поняла, мне правда нужна была твоя поддержка. Деньги я тебе верну, у меня не было времени с этим разбираться на конференции. Синнер ты, потому что мне нужно было показать свою жену, чтобы у меня сократилось количество проблем с ебанутыми студентками! А Рут я руковожу по ее просьбе, и работа вся проходит дистанционно, исключение только пару встреч, когда она приезжала в мой офис за литературой! Я специально показал тебе, что между нами нет ни-че-го! Он говорил жестко, слегка на повышенных тонах, даже начал жестикулировать. Это что, значит, что ему не похуй? В шоке смотрю на него, а потом встаю, руки в боки. Конечно, я до всего этого и так догадалась, но надо же было как-то подтвердить свои догадки. — Да что ты?! А нахуя? — Чтобы ты сама увидела, знаю же что ты моим словам не веришь! — А что это за ведро с цветами? — Подарок! — Хуярок! Я хочу обычный небольшой букет прямиком мне в руки глаза в глаза! Я тебе не какая-то эскортница, такому пизд… — Я скучал! Снова замираю в шоке. Он произнес это так громко, с такой силой, что в его глазах отразились настоящие эмоции. Я даже не знаю, как реагировать, что ему ответить на этот выпад. Тогда зачем ты меня игнорировал? — Я осознанно долго тебе не отвечал, чтобы понять как это отзывается во мне. И вот, видимо, я настолько сильно повяз в этом браке. — уже спокойно произнес он, как будто читая в голове мой вопрос. — Ты черт поганый, Синнер! Почти рычу, бросая дорогие туфли на пол, делаю пару широких шагов к мужчине. Хватаюсь за его лицо и резко тяну к себе, затягивая в тягучий поцелуй. Он крепко хватается за мою талию, прижимает к себе, и в груди расплывается приятное тепло. Он скучал, он правда скучал и не мог поверить в свои чувства, отчего пытался себя проверить. И я скучала! Я тоже так скучала, так хотела, чтобы он скорее вернулся, и мы возобновили плетение нашей тонкой, драгоценной линии. Цепляюсь за его губы, как за последние крупицы воздуха, тяну на себя, чуть не теряя равновесие. Так хочется ближе, больше, сильнее, в конце концов. Первым отстраняется Малек. Смотрит мне в глаза, а я отчего-то начинаю сильно смущаться и опускаю взгляд в пол. Слышу его хмык и легкий поцелуй в макушку. Улыбаюсь себе под нос, прикусываю губу и завожу руки за спину, собирая их в плотный замок. — Я буду ждать у себя. А цветы можешь выбросить, я подарю тебе новый букет. — говорит тихо, а потом выходит из комнаты. С тяжелым вздохом закрываю глаза — неужели сегодня у меня будут потрахушки? Но я как-то не готова! Весь день злилась на него, проклинала, да и безумно устала, а хочется все же чего-то другого. Нет, сегодня я ему не дам! Натягиваю счастливую улыбку и бегу в душ. Ну хоть можно будет прижаться к его плечу и заснуть крепким сном счастливой женщины. Конец мая 2025. Теперь не дают мне! Где это видано, чтобы на мои откровенные заигрывания он только давил ухмылку и ложился спать? Когда я пытаюсь затащить его в постель с утра пораньше, он выпучивается и уносится собираться дальше. И видно же, что сам хочет — его штаны особо не скрывают стояк, но он снова затеял какую-то тупую игру! И вот сейчас, отвозя меня куда-то за город, довольно улыбаясь себе под нос, он включил погромче плей-лист с моей музыкой и даже не обращает внимания, как я дую губы уже третий день подряд. Видите ли, мне не подходит розовое милое белье или эта ультракороткая красная сорочка! Да пошел ты в пизду! А, нет, вот именно туда ты и не пошел! А сейчас, не говоря ни слова, мы отдаляемся от дома, от города. Он ничего не объясняет, но заранее попросил меня взять с собой сменное белье, косметику и, может, парочку сменных вещей. Через минут сорок машина сворачивает на бездорожье, и еще через пятнадцать минут мы въезжаем на просторный двор с аккуратной светлой брусчаткой и поистине старинным поместьем — по-другому и назвать нельзя. Малек паркуется, помогает мне выйти из машины и забирает нашу сумку с вещами. Я недоуменно смотрю на него. — Агентство Астрея. Занимается нетипичными преступлениями, которые связаны с чем-то мистическим. Они довольно популярны в стране, хотя все их дела заканчиваются обычной поехавшей крышей преступника! — он идет в сторону входа. — Вот и посмотрим, на сколько у тебя хорошая память на лица. Тяжело вздыхаю и начинаю слегка нервничать. Слышу за дверью быстрые шаги, и перед лицом появляется знакомая рыжая копна. Еле сдерживаю разочарованный вздох — Рут тоже здесь. Держу лицо каменным, чтобы лишний раз не привлекать внимание к моей, казалось бы, скромной персоне. — Профессор Синнер! — сразу просияла девушка, даже не заметив меня. Чувствую, как внутри начинает клокотать злость. Но на талию ложится теплая рука мужа, и я еле сдерживаю победную улыбку, когда замечаю, как уголки губ Рут медленно опускаются, а ее взгляд переводится на меня. Всосала? — Здравствуй, Рут! Как подготовка к докторской? — тяну более вежливую улыбку. — Миссис Синнер, спасибо, все хорошо. Проходите. Входим в коридор, и Малек, не обращая внимания на Рут, ведет меня за талию по длинному коридору, который, судя по всему, должен закончиться гостиной. Я уже и забыла, где нахожусь, — удовольствие от услышанного так тешило мое самолюбие, что я, словно Чеширский кот, растянулась в улыбке. — Боже, как легко тебе угодить. — шепчет мне на ухо Малек. — Надеюсь в постели будет также просто. — А ты и не пробовал, профессор Синнер. — укол, но такой приятный. — Надеюсь именно это ты будешь стонать подо мной, мисс Митчел. В гостиной слышались голоса, и как только мы ступили в это новое для меня пространство, меня словно окатило холодной водой — я помню их всех! Не очень помню имена и должности, но, думаю, нас познакомят. Смотрю большими выпученными глазами на остальных. В голове всплывают смутные образы, но такое ощущение, что изменилась только девушка с русыми волосами — она стала старше и порядком сексуальнее внешне. Вот стоит кудрявый молодой человек с пирсингом в черном костюме — помню, что он мне больше всех понравился — смотрел он на меня с явным интересом. Следом, прямо за его спиной, почти в темноте угла — темнокожий парнишка, с виду нелюдимый, по факту, скорее всего, тоже. Он просто бросил на меня взгляд и тут же перевел его на русоволосую девушку — ага, похоже, они трахаются. Рядом с дверью во внутренний двор стоял, боже мой, ангел во плоти! Мой муж теперь точно походил на черта поганого! Светлые длинные волосы, мудрый взгляд и легкая улыбка — вот, похоже, кто тут местный шеф, и вот кто больше всего заинтересован в нашем приезде. За его спиной — какой-то слишком скованный парнишка, волосы слегка длинноваты, что придает ему невинной нежности, несмотря на довольно мощный стан. Он тоже смотрит на меня, но уже чуть холоднее Люциуса Малфоя — по-другому и назвать нельзя! Поворачиваю удивленный взгляд на мужа и, как рыба, хлопаю губами, на что ловлю его смешок. — Эби уже видела ваши лица, когда несколько лет назад нечаянно сунула свой нос в мои документы. — пояснил остальным он. — О, так это тебе я приглянулся, милая? — тут же сказал кучерявый, чьего имени я так вспомнить и не могла. — А у вас точно брак по любви? Я бы… — Это Давид — хуевый адвокат. — перебил его Малек и сильнее прижал меня к себе. Стало безмерно приятно от его действий, хотя лицо все же приходилось держать, несмотря на безумное желание расхохотаться! Давид недовольно цыкнул, но перечить не стал. Просто скрестил руки на груди и продолжил наблюдать. — За ним Кассиель, нелюдимый охранник данного заведения. — кивнула и получила кивок в ответ. — Девушка — Одри, тоже моя бывшая студентка и квалифицированный психиатр или местный оценщик. — тут Малек резко наклонился к моему уху, чуть ли не утыкаясь в них своими губами. — Не думай, ее я не трахал. Далее у нас, вон там в далеке, Рафаил — оценщик антиквариата, в основном всякой херни. Ну и завершает этот круг почета Микаэль — просто руководитель. И хороший человек! — вторил Микаэль Малеку, дела пару шагов вперед. — Приятно познакомится, Эбигейл! Надеюсь, вам у нас понравится! Я правил не нарушала! Малек меня сюда сам привез!