Глава 1

Сперва появились звуки. Приглушённые, полные боли крики. Сакура почему-то не могла пошевелиться, но всем существом потянулась к этому человеку, желая облегчить его страдания. Потом ее словно сдавило со всех сторон и начало куда-то выталкивать. Всё, что осталось Сакуре, когда ее кожи коснулся холодный воздух – это вскрикнуть самой от неожиданности. Мир вокруг состоял из светлых и тёмных пятен, чьих-то всхлипов и радостного: - У вас девочка, Мебуки-химе!- раздался женский голос, и Сакуру омыли, завернули в ткань и положили на что-то теплое и вкусно пахнущее. Куноичи не понимала слабости своих неповоротливых рук и ног, тяжести казавшейся просто огромной головы, практически слепоты (цветные пятна окружающего мира никак не могли конкурировать со зрением шиноби). «Я… снова родилась?» - сил на удивление не было. Но иного объяснения у неё не находилось, поэтому Учиха решила пока что затаиться и наблюдать. - Ками-сама, какая красавица! – услышала восклицание над собой, а следом мужской голос: - Дорогая, я могу посмотреть? - Да, Кизаши, - Сакура чувствовала, что ее повернули к очередному тёмному пятну. - Какая крошечная,- умилился ей мужской голос. - Давайте я отдам ее кормилице, вам нужно отдохнуть,- Сакуру перехватили и куда-то понесли. Вскоре этот путь закончился на мягких руках другой женщины, которая ласково прижала младенца к груди. В губы бывшей куноичи уткнулся сосок. «Нет, это уже совсем чересчур!»- возмутилась она и решила ила высказать своё недовольство. Изо рта вырвался рёв, который оглушил в первую очередь ее саму. В этот момент рот заткнули и непроизвольно сработал сосательный рефлекс. В рот тонкой струйкой потекло молоко. Сакуре пришлось смириться. После еды сил на борьбу с тяжелеющими веками совсем не осталось. Последней здравой мыслью было: «Я разберусь со всем этим позже…» «Итак, подытожим,- Сакура смотрела в потолок, лёжа в мягкой кроватке,- я – новорождённый младенец возрастом в два дня, ещё не прошла ритуал имянаречения. Моих нынешних родителей зовут так же, как и моих прошлых, и , хоть я не знаю, какая у нас фамилия, я могу сказать только одно – мы однозначно не бедствуем. У меня есть кормилица и несколько служанок, - слабое зрение не позволяло уточнить это подробнее, - я сейчас лежу в расписанных пелёнках из тонкого хлопка, а над колыбелью шелковый полупрозрачный полог. Что же это получается? Я попала в иной мир и теперь должна снова проходить все этапы своего взросления? А когда я забуду свою прошлую жизнь? И как я найду своих друзей, если всё забуду?! Значит, сейчас нужно приложить все усилия, чтобы не забыть ничего важного!» Сакура погрузилась в свой внутренний мир рассчитывая разобраться хотя бы с тем, что ей доступно сейчас. Первым обнаруженным значительным плюсом оказался очаг чакры. Крошечный, сверкающий пушистой звёздочкой в области диафрагмы. Вторым – секундная вспышка чакры на кончиках пальцев. И пусть после этого действия малышка провалилась в глубокий сон – счастье от того, что она всё-таки снова родилась шиноби – затопило её по самую макушку. *** По внутренним подсчётам ирьенина прошло уже около десяти дней (тяжело считать дни, когда ты постоянно спишь и ешь, и при этом тебя не выносят из помещения, в котором царит вечный полумрак). Кроме кормилицы у ее колыбели постоянно дежурили две служанки, и по нескольку раз в день заходили мать с отцом, чтоб поумиляться крошечным пальчикам, не по детски умным глазкам и вообще тому, как она похожа на маленький розовый персик. Тем временем мир чётче пока что не становился. Но в этот день ставший привычным распорядок (поспала, покушала, покупалась и снова спать) изменился. В комнату, размеры которой пока что оставались невыясненными, ворвалась ее мать и принялась раздавать служанкам распоряжения. Сакуру распеленали, снова унесли купаться. А после начался полный кошмар. - Нет, этот золотистый ей просто не подходит! А розовый будет сливаться с кожей!- Сакура решила смириться и просто плыть по течению. - Госпожа, у нас есть шёлк цвета ваших глаз с вышивкой только распустившейся сакуры, - предложила одна из служанок. – и мы же можем поддержать так и секки*, в котором родилась юная госпожа. - Это отличная идея! – воодушевилась мама. – Саюри, верно? Я запомню и прикажу выдать тебе премию. - Мебуки-химе, не стоит. Ваша семья и так нам платит достаточно, - Сакура всё это запоминала и думала. «Слуги в нашей семье получают достаточно много. К ним хорошее отношение и они не боятся высказывать собственное мнение. Меня любят и обо мне заботятся. Если это моя же семья – то почему мы с мамой и папой жили иначе? Маленькая квартирка в Конохе, постоянные миссии отца и мать-домохозяйка? Или это параллельный мир, типа того, где мой отец был Хокаге?» - вопросы множились, но ответы на них так и не находились. В результате всех долгих сборов девочку завернули в пеленки из плотного хлопка и мать, взяв ее на руки, направилась в сторону странного гула. Пара минут – и Сакура оказалась во дворе, который был залит солнечным светом и одуряюще пахло молодой зеленью, мокрой травой и ранними цветами. С другой стороны её аккуратно подхватили большие ладони и торжественно поднесли к человеку, чей запах она до этого не чувствовала: - Хидехару-доно,- раздался голос ее отца. – позвольте Вам представить нашу с Мебуки-химе дочь, вашу внучку. Мы просим Вас оказать нам честь и дать ей имя, как первому ребёнку в роду! «Дедушка? Это что-то новенькое!»- Сакура пыталась рассмотреть хоть что-то вокруг. Теперь её перехватили чуть иначе. От деда пахло разогретым металлом, травами и совсем немного – кровью. - Я безумно польщён, что вы вдвоём решили, что я достоин такой чести.- новый голос, чуть хриплый, но уверенный и твёрдый ворвался в уши Сакуры. С её лица убрали полог и лба коснулись сухие губы. – В этом году слишком задерживается цветение сакуры, но я думаю, что сама природа решила, что сейчас ярче всего должно быть именно это дитя! Я нарекаю тебя Сакурой. Ты будешь жить долго и цвести ярко, восхищая каждого, кто тебя увидит. Прославляй род Харуно до тех пор, пока в тебе есть его кровь. Прославляй так, как посчитаешь нужным – умом, делами, талантами или детьми!- Сакура распахнула глаза ещё шире, теперь всё больше не понимая, где она оказалась. Дальше пошли долгие «смотрины» новой жизни, которые прерывались лишь на визиты кормилицы. Сакуру хвалили, желали ей счастья и здоровья, и, судя по звукам, куда-то рядом клали подарки. Внезапно гул вокруг стих и стало слышно шелест одежд приближающегося человека. - Хидехару-сан, не представишь ли меня новому члену твоей семьи?- знакомый голос, который Сакура слышала и в прошлой жизни. - Конечно, Канеко-сама**, - девочку слегка повернули лицом к очередному пятну:- Сакура, познакомься – это правитель нашей страны, Даймё. Его зовут Канеко-сама. Он отвечает за то, чтоб всем в стране Огня жилось хорошо. - У тебя чудесная внучка. Надеюсь, она подружится с моей младшей дочерью,- внезапно вокруг них троих поднялся полог тишины – Сакура прекрасно почувствовала поток чакры, видимо от печати.- Кстати, Хирузен тоже хотел бы высказать своё почтение, но он сможет освободиться только через пару месяцев. Сейчас идёт полным ходом процесс восстановления Конохи после нападения Девятихвостого,- Сакура замерла и начала вслушиваться в диалог. Как хорошо, что ее все воспринимают милым несмышлёнышем и обсуждают при ней такие вещи! - Что с мальчиком?- она ощутила беспокойство деда. - Сарутоби говорит лишь о том, что они его скрывают, чтоб никто не имел на него влияния. Мне это не нравится, но сам понимаешь, Конохагакуре подчиняется нам весьма своеобразно. Так что, примешь старую обезьяну? - Придётся. Пусть приезжает через полгода. Нужно дать Сакуре-чан окрепнуть. Не желаю, чтоб он какую заразу ей принёс,- отрезал Хидехару. - Не любишь ты его, Хиде-кун,- хохотнул Даймё. -Я – самурай. И мне не нравится его политика. Сарутоби забывает, что Коноха создана для Страны Огня, а не Страна для Конохи. И что Хокаге не король своей Деревни, а такой же чиновник на службе у Даймё,- Сакура замерла, не обращая внимания на посасывание в желудке – информация была слишком ценной, чтоб отвлекаться на голод. Хотя она и не понимала, почему её дед и Канеко-сама не любят третьего. Но, с другой стороны, о Наруто сейчас заботятся… «Если третий не лжёт!» поразила Харуно неожиданная мысль. Сакура больше не обращала внимания на круговорот пятен вокруг, погруженная в свои мысли. Даже к груди кормилицы приложилась со всем усердием, чтоб скорее вернуться к размышлениям. Наконец этот насыщенный день закончился, и Сакура пришла в себя в своей колыбели. «Итак. Я – Харуно Сакура. Я родилась двадцать восьмого марта в семье Кизаши и Мебуки Харуно. Мой дед – в хороших отношениях с нынешним Даймё. Да и сам Канеко – не тот индифферентный дед из моего мира, а достаточно активный политик. Или это только первое впечатление? Дальше… нападение Лиса произошло и тут. И Даймё точно знает, что его запечатали. И сделали это в мальчика. Если я предположу, что это Наруто, то тут есть расхождения с моим миром – там Узумаки первые пять лет жил в приюте, а потом его выселили в ту квартирку на чердаке на окраине поселения. В шесть лет он отправился в Академию. Но со слов Канеко – Третий беспокоится, чтоб на Наруто не оказывалось влияния кланами.- Сакура нахмурилась, вспоминая неухоженного мальчика за последней партой. - как же мне всё это не нравится!!! Но вряд ли нам позволят забрать Наруто сюда. Да и как это может аргументировать ребёнок недельного возраста?!» Пришлось принять неприятное решение – маленький ребенок не может ничего. Значит нужно повзрослеть и получить достаточно силы, чтоб суметь помочь другу и защитить его от интриг тех, кто хочет использовать силу джинчурики. «Но что я могу сделать сейчас?- бывшая слабость очень беспокоила и в этот раз нужно сделать всё возможное, чтоб быть достаточно умелой для помощи друзьям. Решение пришло само-собой, когда взгляд зацепился за ромб, к которому был прикреплён балдахин.- бьякуго!» Фактически, для создания этой печати не нужно ничего, кроме контроля чакры. Даже большой резерв не нужен, с помощью самоконтроля можно накопить нужное количество энергии. В своё время ей пришлось потратить на развитие печати чуть больше трёх лет. Допустим, если она сумеет начать развитие печати сейчас, и будет около девяноста процентов чакры сливать в бьякуго, то с ее нынешним резервом на это понадобится лет десять. Но сливать так много она сможет только до поступления в Академию, а там придётся подстраиваться под тренировки и обучение ниндзюцу и гендзюцу. Хотя с возрастом при активном использовании резерв будет расти. Опять же, у этой печати даже в самом начале есть чудесное свойство – она блокирует все возможные попытки постановки ментальных закладок. Плюсов гораздо больше, чем минусов. Значит, решено. Сакура выпутала ручки из пелёнок и свела вместе ладошки в печати Змеи. В связи с ее абсолютно неразвитой моторикой – это был ее потолок. Благо, что для концентрации можно было использовать печати своей родственной стихии. Всё же она сконцентрировалась и начала мысленно управлять потоками своей чакры. Огонёк источника запульсировал сильнее и она почувствовала словно укол в середину своего лба. «Получилось!»- успела обрадоваться она, чувствуя разделение своего резерва и уплывая в сон. *** -Госпожа Мебуки!- в покои женщины ворвалась одна из служанок. – Сакура-сама не просыпается и у неё сильный жар! Старшая Харуно бросилась в сторону детской. В люльке, раскинув пухленькие ручки и ножки металась её дочка и хныкала. - Ох, не стоило приглашать стольких гостей на церемонию,- она перехватила горячее тельце и принялась укачивать дочку. – целителя позвали? - Да, должен скоро прийти,- отрапортовала одна из служанок. Две другие зажгли побольше ламп, чтоб осветить комнату. -Ох, Сакура… Целитель долго возился над девочкой, которую уложили на пеленальный столик. - Знаете, это обычная простуда. Вам нужно давать ей этот отвар, обтирать как вспотеет и менять пелёнки чаще. В ближайшие дни она пойдет на поправку,- вынес вердикт мужчина.- и больше гуляйте с нею, свежий воздух и солнце очень важны для здоровья малышей. - Конечно,- Мебуки выдохнула и отпустила ладонь прибежавшего Кизаши, который успокаивал ее всё время до появления медика.- ей же не станет хуже? - Маленькие дети – очень хрупки. Их здоровье не так устойчиво к болезням, как у взрослых. Но сейчас я не вижу причин для беспокойства. А во сне мы все быстрее выздоравливаем. Организм вашей дочери лучше всего знает, что ей сейчас необходимо. -Спасибо вам, целитель,- Кизаши коротко поклонился и приобнял супругу за плечи. Та укачивала успокоившуюся Сакуру.- Мебуки, всё будет хорошо. Сакура сильная, она справится. - Знаешь, когда были роды, мне было очень больно, но в какой-то момент всё закончилось. Повитуха сказала, что у меня начинались разрывы, но когда родилась дочка - оказалось, что всё цело. И она иногда смотрит, как взрослая,- Харуно посмотрела на свёрток в своих руках. -У Вас чудесная дочка, Мебуки-химе,- проворчала кормилица.- маленькие детки часто не понимают, что могут сделать больно, но Сакура-чан настолько деликатна, что я практически не чувствую дискомфорта. А что заболела – не беда. Потом сильнее будет. Идите спать, госпожа. Вам тоже нужно набираться сил,- женщина прижала малышку к груди и успокаивающе запела колыбельную. Кизаши подхватил жену на руки и понёс в сторону их покоев. - Одна моя принцесса в надёжных руках, а второй я сам займусь,- он улыбнулся вспыхнувшим глазам жены и яркому румянцу, залившему её лицо. – Слышала? Тебе тоже нужно отдыхать. - Ты же знаешь, что я тебя очень сильно люблю?- прошептала женщина, прижавшись к мужу сильнее. - Это полностью взаимно, моя королева,- поклонился Кизаши, устраивая жену за туалетным столиком.- ты позволишь? Мебуки кивнула, и мужчина начал аккуратно по одной вытаскивать заколки из ее причёски. Это был их личный ежевечерний ритуал – Кизаши распускал и расчёсывал волосы супруге, и в это время они обсуждали события, произошедшие за день. - Она такая маленькая. Такая хрупкая. Пахнет сладостью и молоком,- начала Мебуки.- я так боюсь сделать что-то не так, навредить… - Дорогая, наша дочь – самый прекрасный подарок из того, что я получал. Я тоже боюсь. Но я верю, что она, как вырастет, станет прекрасным человеком. И ты верь в это.- он поцеловал жену в макушку. *** Спало всё поместье: и девочка на руках у кормилицы, и служанки в покоях своей юной госпожи, и молодая женщина в объятьях своего мужа. Дремал пожилой мужчина на софе в кабинете – уж слишком он ждал рождения внучки. И неделя, в которую к девочке кроме родителей и кормилицы со служанками не пускали далась ему очень нелегко. А это дало накопиться куче бумажной работы. Но ничего, теперь всё будет хорошо. Он приложит все силы к этому. Далеко от шумной столицы в одной из люлек в детском доме ворочался полугодовалый мальчик. Он был голоден, но уже понимал, что на плач никто не придёт. В его животе бурлило от голода, но всё, что он сейчас мог – это сжать маленькие пальчики в кулачки и терпеть. *Секки – сезоны, на которые делится японский год. Каждому секки положен свой цвет и растение, его символизирующее. **Даймё страны Огня нигде не имеет имени. Поэтому я решила, что лучшим вариантом будет дать ему имя актёра озвучки, который подарил свой голос этому персонажу.