17. Сквозь года

май 1998 - Катенька! Не спеши, иди аккуратно, а то упадёшь! Тёплый ветерок подгонял Ольгу в спину, заставляя идти побыстрее. Но она старалась "гулять", ведь именно дочка заставляла её выходить на улицу. Берлин был полон свежего предлетнего воздуха и тихие улочки так и звали пройтись хоть один разочек. - Мама, а папа где? - спросила Катрин, берясь за руку матери. Ольга подумала о муже и тяжело вздохнула. Дитер как всегда занят. Теперь, когда "Modern Talking" снова собрался в единое целое, Болен пропадает днями и ночами в студии, и Томас, вероятно, тоже. Это была первая неожиданная новость: Дитер и Томас наладили отношения окончательно. Вторым таким событием стало то, что Андерс развёлся с Норой и их пути разошлись. Но он встретил другую не менее привлекательную женщину по имени Клаудия. А так как Бог любит троицу, третье событие ещё следовало ожидать. - Папа твой занят... - вздохнула Ольга, - поэтому пойдём-ка мы к тетё Каролине и дяде Вернеру! Они дошли до угла высокого кирпичного дома и, завернув, вошли во входную дверь. Поднявшись по лестнице, они стали стучать в дверь квартиры. Им открыл Вернер. С виду усталый и будто не выспавшийся. Но увидя на пороге Ольгу и Катрин он сразу же поменялся в лице: широкая улыбка и блеск в глазах. - Кто пришёл! Как я рад вас видеть, - сказал Вайс, поднимая Катрин на руки, а Ольгу целуя в щеку. - проходите. Вернер был простодушным парнем с добрыми глазами, ямочками на щеках. У него был сильный характер. Благодаря ему он мог успокоить кого угодно, развеселить, но он никогда никого не обидел, не заставил плакать... Любил детей и своих близких. - А где Каролина? - спросила Оля, сбрасывая с ног туфли и проходя в гостиную. Вернер уселся на кресло и посадил на колени Катю. - Она пошла в аптеку, у меня в последнее время что-то с давлением. Так что я выгляжу как зомби. - посмеялся парень, но глаза его потускнели. Ещё пару минут они поговорили обо всех новостях, происшествиях, событиях и тому подобное. Пришла Каролина, она стралась идти тише, видимо думала, что Вернер спит. Зайдя в гостиную, она очень удивилась тому, что в гостях у них Оля и её дочь. - Привет, не ожидала тебя увидеть! - обнимая подругу, призналась Мюллер. - А вы всё ещё в Берлине? Я думала вы тут долго не задержитесь. Как там погода в Гамбурге? - начала расспрашивать Катарина, забирая при этом на руки свою тёзку. - Да, мы всё ещё тут. Ну, как понимаешь, у Дитера работа... А в Гамбурге хорошо, точнее, ничего не поменялось. - ответила Ольга. Каролина сразу же заподозрила в её ответах неладное. Что-то определённо случилось, и это "что-то" ничего хорошего не означало. Повисла минута молчания. В эту минуту Вернер и Катрин были заняты чем-то более важным и ушли в соседнюю комнату, играя и смеясь. Каролина дотронулась своей рукой до пальцев Ольги и посмотрела на неё. Блондинка подняла уставшие глаза и слабо улыбнулась, думая, что это то самое чувство, которое она описывала ранее. Все немцы видят её насквозь... Оля часто любила вспоминать о своём прошлом, даже больше, чем говорить о настоящем. Какая бы у неё была сейчас семья? Отец, мать, бабушка... Две тёти с двух сторон за границой. Вышла бы замуж за хорошего русского парня, нарожала ему детишек и варила борщи в уютной хрущёвке. Может быть ей и никогда не пришлось бы уезжать за границу, учить английский и немецкий, дружить с Каролиной, влюбиться в Дитера, стать его женой, матерью его ребёнка и провести остаток жизни в Германии? Но такова судьба, а от судьбы никуда не уйдёшь... Поэтому это даже хорошо, что у неё есть всё, о чём она мечтала в России. - Оля... Я должна тебе признаться. Я... - только открыла рот Каролина, как у её собеседницы зазвонил телефон. Ольга отпустила руку Каро и ответила на звонок. Это был Дитер. Он спросил где они, а получив ответ, сообщил, что ждёт их в городском парке и отключился. - Ладно, Каро, мы побежим. Я завтра ещё зайду. - пообещала Вишневская. Мюллер сидела, будто на иголках. Она что-то очень сильно хотела сказать, возразить, так скажем. Ольга попрощалась с Вернером и Каролиной, обулась, налету схватила дочку на руки и умчалась на улицу, оставляя за собой лишь прохладный ветерок, ворвавшийся из входной двери. Каролина опустила глаза в пол, чем-то весьма опечаленная. - Ушла... Мне кажется, что что-то Дитер ей не договаривает... Я боюсь... - Мюллер покрутили головой, словно выбрасывая плохие мысли из головы. - Ты думаешь, что он принялся за старое? Измены? Знаешь, я в этом сомневаюсь, они уже женаты как восемь лет и семь из них имеют славную дочурку Катрин. - оправдал Вайс, а у самого точно так же, как у жены, возникли странные мысли. Возможно Ольга была привязана к Дитеру очень крепко, ведь во всём потакала мужу: как то раз у них была ссора и вот из-за чего она пооизошла. Оля решила научить свою дочь некоторым русским речам, на что Дитер отреагировал с непонимаем, мол "зачем ей это нужно? Она родилась в Германии и будет разговаривать на немецком, ну в крайнем случае на английском." Вишневская тут же вступилась за свой родной язык и выиграла этот бой, сказав, что "у неё отец немец, а мать русская. Её назвали Катрин, но зовут Катей. Она живёт в Германии, а приезжать будет в Россию. Она говорит на немецком, но учить будет и русский." Ещё немного и ссора перешла бы в биении посуды, но всё обошлось, ведь Болен постоянно смотрел на жену и не мог устоять: начинал целовать и забывал про все ссоры и упрёки. Так Катрин Софи Болен, родившаяся в Гамбурге, говорившая исключительно на немецком, стала Екатериной Александровной Вишневской (по матери), приезжавшей в Москву, и говорящей на ломанном, но всё же русском языке. Ольга и Катя дошли до парка, где уже на одной из лавочек сидел Дитер. - Привет, Ди. - поцеловав мужа, улыбнулась Оля. - Ну привет, счастье моё. - также поприветствовал парень и поднял дочь на руки. Ольга счастливо и влюблённо смотрела на своего любимого мужа, которого любила всем сердцем. Дитер держит на руках дочь и смотрит на неё так, будто никогда-никогда больше не отпустит и навсегда будет оберегать от всего, что может навредить ей. Такая широкая улыбка на лице девушки была в последний раз, когда они остались наедине с Дитером и Катрин. *19.09.1990* Все гости разъехались... Родители, родственники, друзья... За окном темнеет быстро, уставшая Ольга заходит в спальню, где видит спящего на кровати Дитера во всей одежде, а рядом с ним лежит и мирно сопит дочь, только недавно родившаяся на свет. Лунный свет освещает их измученные бесконечными поздравлениями лица. Оля садится на край кровати и смотрит на своих главных и любимых людей. Блондинка не ошиблась, дочка была до безумия похожа на отца. Дитер... Ему пришлось взять всё на себя, чтобы Ольга могла спокойно сидеть и не суетиться по любому поводу. Его грудь вздымается, одна рука лежит за головой, а вторую он положил рядом с дочерью. Оле безумно захотелось поцеловать его, ведь таким утомившимся она его видела, но очень редко. Именно поэтому она наклонилась к его щеке и легонько чмокнула, стараясь не разбудить. Но Болен всё же проснулся... Посмотрел на дочь, потом на жену и положил ладонь в руку Вишневской. - Знаешь... Я часто думал над тем, какой я ужасный человек... Когда все вокруг твердили мне, что я никого не люблю, что я эгоист... Я даже сам стал верить в это, но ты... Ты изменила всё, что было связано с моей жизнью. И за это я благодарен тебе до конца жизни. Я надеюсь, что никто не сможет разлучить нас, потому что.. Я боюсь потерять тебя. - голос Дитера дрожал, будто он в первый раз признаётся в чистой искренней любви. В его голубых глазах отражаются огни фонарей, светивших за окнами. Ольга держит его руку так крепко, что чувсвует как ломит кости пальцев, но не отпускает её, потому что не может... В эту секунду, минуту, час, день и ночь, в этой жизни она точно знает, что хочет, очень хочет быть рядом до конца, когда будет больно, когда будет плохо... До конца. Их взгляды сталкиваются... май 1998 Теперь, спустя столько лет их взгляды снова сталкиваются. Они смотрят друг на друга, на свою любовь, начавшуюся в далёком 1986 году и давшую плоды в 1990 году. 30-летняя Оля была вполне довольна своей жизнью в Германии, любила "родной" Гамбург, любила тихую улочку и дом с панорамными окнами, из которых виднелись огни ночного романтичного города. Любила свою семью, своих друзей, свою работу. - Я хотела тебе кое-то сказать, но ты вечно в студии, а отвлекать тебя мне тоже не хочется. - призналась девушка и устремила глаза на мужа. - Говори, дорогая. - кивнул Дитер, но особого внимания не обратил. А ведь у Ольги дрожали губы... Раньше он обращал внимание на всё, что могло иметь какое-то значение: холодные руки, обветренные губы, изменение в макияже и тому подобное. - Я должна уехать в Россию. Но это совсем ненадолго. - сразу же добавила Вишневская и слегка улыбнулась, ожидая одобрения. Болен сделал серьёзное лицо и отпустил дочь на землю. Девочка побежала к детсткой площадке, тем самым давай возможность поговорить родителям. Дитер стал надвигаться на Олю и вопросительно смотрел в глаза. - Это зачем? Ты ведь не была в России с 1989 года! - возразил парень. Да... В том то и дело, что она не была на Родине с 1989 года, а Советский Союз распался в 1991 году. К тому же там у неё квартира, доставшаяся от бабушки, там осталось многое: личные вещи, фотографии, книги... Это ведь огромная память! К тому же она узнала, что туда приезжает родная тётка по отцу Грета Коль. Галина Викторовна Вишневская по-русски. Они были рождены от разных отцов. Их мать Ульяна Фёдоровна первый раз "вышла замуж" за немца, влюбившегося в неё во время войны. Точное имя она не помнила, но кажется его звали Матиас Коль. Пожениться они не успели, но в 1945 году у них родилась долгожданная дочка Галя. В русских документах её записали по матери: Галина Фёдоровна Королёва. А вот по отцу она была Грета Коль. Но их счастье не сложилось, так как он был военным, ему пришлось уехать в Германию, а её не отпустили к нему, так как они были не расписаны. Спустя год Ульяна Фёдоровна познакомилась с красивым парнем, также бывшим солдатом Виктором Егоровичем Вишневским. Они поженились и в 1947 году у них родился сын Александр - отец Ольги. Виктор был крайне обеспокоен тем, что его жена была в любовной связи с немцем и имела от него ребёнка, но как настоящий мужчина записал ребёнка на себя. Они прожили вместе до 1960-х, Виктор умер от неизлечимой болезни, а Ульяна Фёдоровна умерла спустя 20 лет, в 1980-м, пережив не только мужа, но и сына. Галина Викторовна Вишневская была девушкой статной и достаточно не бедной, так как вышла замуж за богатого человека, но не прожила с ним и пяти лет. Но получила от него трёхкомнатную квартиру в центре Москвы - неслыханное богатство на период 1960-х годов. Вот только племянницу не долюбливала из-за того, что та была рождена от "ужасной" как казалось их семье девушке Анне, которую любил брат Саша. Но деваться некуда - родня. Поддерживала связь до 1980-х, а после продала квартиру в Москве и уехала в Германию. Так скажем, на Родину. Ольга была недолюблиным ребёнком, поэтому всегда тянулась к любому, кто проявлял к ней хоть какое-то сострадание и жалость. Именно эта тётя учила её немецкому, который Оля тогда терпеть не могла. Именно она видела её "насквозь". - Дитер... Мне нужно туда поехать, понимаешь? Забрать вещи, продать квартиру, и наконец увидеть свою тётю. - объяснила Ольга. Переубедить её было невозможно, поэтому Болен поставил небольшое условие: он поедет с ней. А дочь с кем останется? Хм... Видимо, Болен знает с кем, раз так твёрдо решил. Каролина и Вернер всегда были рады своей крестнице, поэтому не отказались понянчиться с ней пару деньков. 26 мая 1998 В Москве было тепло и по настоящему весело, совсем не то, что в Германии: повсюду звучали музыка и смех. Шла репетиция вальса к последнему звонку для выпускников 9 и 11 классов. Молодые ребята, вчерашние школьники ещё не представляли, что их ждёт за открытыми дверями в огромный мир. Глаза выпускниц сияли от счастья и предвкушения взрослой жизни без вечных переживаний родителей и возможности делать всё, чего только захочется. Хотелось бы сказать им, каково это - взрослеть. Лучше денёк другой слышать наставления от отца, заботливые советы от матери, переживания от бабушки, распросы от братьев и сестёр. Вглядываясь в эти полные счастья и первой любви лица, Оля невольно пустила слезу по своей школьной юности. Когда она была выпускницей рядом никого не было. Никого, кто мог бы дать очень важный совет на всю оставшуюся жизнь. Только тётя по маминой линии, и то приехала лишь сказать, что уезжает за границу. Она была поставлена на колени перед огромным миром без какой-либо поддержки. Поэтому была тихой и не вспыльчивой, а после переезда в Германию и вовсе забыла русские слова, которые так часто произносила... "Вера, надежда, любовь..." - эти три слова всегда были с ней. Она верила, что сможет стать счастливой. Надеялась на своё счастливое будущее. Любила жизнь, даже пусть такую... - Хельга, с тобой всё в порядке? - спросил Дитер, обеспокоенный слезами своей ненаглядной. Блондинка утёрла мокрые следы от солёных слёз и качнула головой, еле улыбаясь. - Я просто вспомнила родные просторы, вдохнула чистого воздуха. И ещё... Не называй меня тут Хельгой. - попросила Вишневская. Взгляд Болена был устремлён в глаза жены. Он старался найти там какое-то объяснение всем действиям, которые она делала, всем словам, которые она говорила. - Я не хочу. - добавила девушку по-русски и, улыбнувшись, направилась вдоль моста к Красной площади. Муж последовал за ней, но всё ещё не понимал, что же сказала его любимая. Они шли медленно, совсем никуда не спеша. В воздухе витал запах свежести и приближающегося лета. Что-то не давало Ольге покоя. Неуверенность, будто она вернулась не домой, а просто в другую страну, как когда-то приезжала в Германию. И хотя в душе теплился огонёк счастья и тоски по родным улицам, лицам русских людей, по бывшему советскому народу, но странное чувство не отпускало ни на секунду. Чтобы отвлечься от мыслей, Оля перевела глаза на Дитера, который шагал, глядя себе под ноги. У него было смешное выражение лица и растерянный вид. Когда они пришли к нужной мгогоэтажке, Ольга заулыбалась и стала вспоминать свою юность с лучшими и не очень моментами. Раньше у подъезда стояла лавочка, на этой лавочке постоянно сидели бабушки, дедушки, дети... Ольга была прилежной ученицей в школе, тихим ребёнком, воспитанной и достойной девушкой среди сверстников. Её бабушку уважали, поскольку она была бывшим директором дома культуры в их районе. Но после того, как дочь Анна родила будучи не замужем, а позже бросив дочь и повесевшись, уважение к Марии Альбертовне резко пропало. Все сторонились Ольгу, которой уже было 17. Шли разговоры о том, что она станет такой же как мать, продажной шлюхой и конец будет такой же: самоубийство. Но Оля росла и из наивной девчонки со смешными белыми косичками превратилась в безумно красивую девушку Ольгу. Всё детство Оля бегала после школы к бабушке в клуб, слушала песни о разном: войне, любви, расставанье и тому подобное. Раньше она не понимала их смысла, а сейчас стала пускать слёзы под знакомые мотивы. Когда ей было 14, её недолюбливали многие девочки, ведь Ольга была намного красивее и симпатичнее остальных: белые волосы всегда спадали, словно снежные полосы, глаза, словно небо в ясную погоду, блестели, а улыбка была самой искренней во всём белом свете. Многие недолюбливали, но был парень по имени Володя, который дружил, а возможно и любил юную Ольгу. Ей 14, ему 16. Они были дружны и гуляли вместе. Мать Владимира, Оксана была однокурсницей матери Ольги - Анны. Девушки также были дружны до самой смерти Ани. Оксана любила Ольгу и не запрещала сыну общаться с ней. Она даже видела в ней будущую невестку. Когда Ольге было 17 и умерла Мария Альбертовна, её поддержали только Оксана и Владимир. Однажды в тёплый майский вечер, когда все школьники отучились последний день. Ольга тоже закончила свой последний девятый класс. На дворе стоял 1982 год. Ей было 15, а Володе 17. Они сидели на лавочке вдали от дома: совсем в другой стороне. Ольга тогда ещё не знала, что уже на следующий год поедет учиться в Германию, а вернётся срочно в 1984 году на один единственный денёк - похороны бабушки. Володя смотрел в глаза Оли. У них состоялся тогда какой-то короткий разговор о будущей жизни: кто куда, на кого и почему. Надо бы сказать несколько предложений о парне: Владимир Мироненко был высоким парнем спортивного телосложения, с русыми волосами в модной стрижке и светло-зелёными глазами. Характером он был безумно похож на Вернера (сравнение Ольги). И мухи не обидит, наверно именно поэтому он и остался в памяти Ольги в хороших моментах. Володя вдруг взял руку подруги и доверчиво посмотрел в глаза. Это немного напугало Вишневскую, раньше он так себя не вёл. - Оль... Представляешь, мы доучимся в университетах, пойдём на работу... И поженимся с тобой. И у нас будет много детишек, похожих на нас обоих. Ты же станешь моей женой? - спросил Владимир. Тогда Ольга ничего не ответила, потому что не знала, что сказать: обидеть раз и навсегда, но и давать клятву в любви и верности она не готовилась. Володя тихонько и медленно приблизился к её губам и поцеловал их, неумело, но искренне... По настоящему... Этот вечер запомнился ей навсегда. Они говорили о будущем, о любви, он просил её выйти за него замуж, мечтал о дочке и сыне, обещал научить её играть на гитаре и играл сам... Его тёплые губы так и оставили один единственный след, которого больше не повторить. А потом Ольга уехала и последний раз они виделись на похоронах Марии Альбертовны. Тогда они обнялись, но не крепко, надеялись, что ещё встретятся... Теперь уже она замужем, живёт за границей, у неё есть счастливая семья и ребёнок. Но, возможно, Володя остался первой любовью: быстрой и небесконечной. Зайдя в квартиру, Ольга сразу же сделала неуверенный шаг в самую дальнюю комнату - свою спальню. Открыв шкафчики она нашла множество кассет, журналов, фотографий... Как же это было ценно, каждый фантик от конфетки что-то значил, имел свою историю. Дитер стал разглядывать книги, составленные в серванте. В основном там была русская литература. Блондин достал большую пыльную книгу: русско-немецкий словарь. - Это я учила, когда мне было только 15 лет... - пояснила девушка. - Знаешь, у тебя очень хорошо получается говорить и без словарей. - улыбнулся Болен, убирая книгу в сторону. Когда они вышли из дома, решили сесть на лавочку, которая стояла немного дальше самого подъезда. Просидев минут пять, из двери подъезда вышла совсем старенькая бабушка. Ольга узнала в ней добродушную Инну Валерьевну. - Здравствуйте, Инна Валерьевна! - поздоровалась Ольга. Женщина остановилась и стала вглядываться в силуэт девушки. - Оля..? Оля Вишневская ты? - уточнила та. Оля кивнула и встала, чтобы обнять соседку. - Это муж твой? - спросила Инна. - Да. - подтвердила блондинка. - Как звать его? - снова задала вопрос бабушка. - Дитер. - ответила Оля. Соседка покачала головой, но тут же переменилась в лице. - Немец что ли? - поинтересовалась Инна Валерьевна. Ольга продолжала качать головой на многочисленные вопросы: дети есть? Да. Если муж немец, значит в Германии живёшь? Да. По Родине скучала? Да. Так они бы и говорили, если бы на горизонте не появилась высокая худая женщина - тётя Ольги. - Милая моя! Моя фрау Хельга! - на ломанном русском заговорила Галина Викторовна. И хотя она половину своей жизни прожила в России, немецкий акцент и словечки она заработала, живя в Западной Германии. Взгляд тёти сразу упал на Дитера, стоящего рядом с племянницей. - Хельга, это что же, твой телохранитель? - посмеялась женщина. Ольга посмотрела на мужа и сделала выражение лица: "потерпи". - Нет, муж. - отрицательно покачала головой Вишневская. - Муж! Какая же ты стала взрослая! Я тебя уже совсем не помню... Копия отца! Покойного Александра Викторовича, Царстиве ему небесное. А он кто у тебя по национальности? - причитая, стала расспрашивать Грета. Оля имела какую-то обиду за то, что она имела двух живых тёть, но при этом жила с бабушкой, а после и вовсе осталась одна. Но прошло много лет и все слёзы, которые были выплаканы Ольгой, уже не имели никакого значения. - Он немец. Я живу в Германии, в городе Гамбург. Работаю журналистом. У нас есть дочь Катрин. - добавила девушка к своему рассказу. - Как это прелестно! Ты умница, что выучилась и уехала в Германию. Да ещё и так удачно вышла замуж за немца, и не абы какого, а за Дитера Болена. - выпалила на немецком Грета и замолчала, довольно уставившись на племянницу и её мужа. Оля замялась. Как-то ей не нравилось, что в последнее время все говорят ей, что ей повезло выйти замуж за Болена. - Дитер, я с вами лично не знакома, но многое о вас слышала. И песни ваши слушала... Меня зовут Грета, знаете, я даже не думала, что нашей Оленьке свалится такое счастье на голову! А я и биографию вашу знаю, вы были уже женаты и у вас трое детей от первого брака. Ещё вы состояли в отношениях с Надей, а впрочем, почему "состояли"? Вы же до сих пор вместе. - усмехнулась Грета и посмотрела на Ольгу. Взгляд Дитера поначалу был самым обычным, но когда дело дошло до темы с Надей, он сделался агрессивным и нервным. Ольга стояла как брошенная кукла. Её глаза потускнели и стали совсем тёмными. - Ой, что-то я с вами заболаталсь. Мне уже пора! Ну, моя милая, пока! Удачи тебе в жизни, будь счастлива. - сказала женщина и быстро направилась к выходу из двора. Дитер посмотрел в глаза обманутой жены. Ольга была на грани между двумя состояниями: остаться и стоять как ни в чем не бывало, или плакать в три ручья и бежать прочь. Она предпочла второе, так как ком в горле подобрался ближе. - Оля... - начал Дитер утешительным голосом, но девушка сорвалась с места и побежала через дворы. Ужасное чувство. Чувство, когда человек клянётся тебе в любви, а потом отдаёт эту любовь совершенно другому человеку... Ольга бежала, что есть мочи, не замечая преград. Слёзы катились по щекам, словно хрустальные капли росы. Её пробежка долго не продолжилась: она врезалась во что-то, точнее в кого-то. Подняв заплаканные глаза, она увидела знакомое лицо... Лицо Володеньки. Того самого, кто клялся ей в любви, пел песни под гитару, предлагал счастье вместе. Тот, которому она так жестоко отказала. - Ольга..? - сорвалось с губ Владимира. Оля без объяснений кинулась ему на шею. Ей необходима была поддержка, и кто как не Володя сможет успокоить её? Она плакала ему в плечо, обхватив руками шею. Он крепко обнял её дрожащую спину, прижав к своей груди. Её волосы по-прежнему пахли смородиной... Как тогда в 1982 году... Его дыхание, стук сердца... Всё это помогло успокоиться девушке и наконец оторваться от старого друга. Ольга сидела на кухне с кружкой чая. - Этот чай на травах, знаешь как хорошо помагает, когда нервничаешь. - сказал Володя, который хлопотал у кухонной столешницы. Его квартира была скромной и сразу было видно, что женская рука тут ни разу не проходила. - Ты женат? - спросила Оля. - Нет. - улыбнулся парень, присаживаясь на стул. - И детей у тебя нет? - уточнила блондинка. - Нету ни жены, ни детей, никого. - ответил Владимир. Вот она, хоть и первая, но верная любовь. - А я уехала в Германию... Влюбилась, вышла замуж, родила дочку, а теперь вот узнала, что мне всё это время изменяли и предавали... - сказала Оля. Володя сочувственно покачал головой. Своей рукой он накрыл её руку и попытался приблизиться к её губам, как тогда... Но девушка отвернулась и вырвала свою руку. - Не надо, пожалуйста... - попросила она и снова чуть ли не заплакала. Володя вздохнул и встал из-за стола, подходя к окну и закуривая сигарету. За окнами наступал вечер и Ольга распрощалась с Владимиром. Он был расстроен, но нисколько не обижен и вызвался проводить её до дома. Они шли и болтали о прошлом, о своих удачах и неудачах, о своей жизни... А когда пришли, Оля всё же поцеловала друга, но лишь в щеку. Помахав ему рукой, она поднялась на нужный этаж и открыла дверь в квартиру. Ленный свет потоком вливался в пустую квартиру. Ночевать тут Ольга не планировала, но так сложились обстоятельства. Пыльные полки и стоящие на них книги, наполняли душу девушки радостыными воспоминаниями. Она включила настольную лампу и села за стол, открыв словарь по немецкому. Как в старые добрые времена, когда она была глупой и наивной 15-ти летней девчушкой. Смотрела на пожелтевшие страницы, а на самом деле думала о своём... Где сейчас Дитер? Нет, ей не интересно где он. Как сейчас дочка? Взяв мобильник, она набрала номер Каролины, но ответа не последовало. Спит может? Хотя для того, чтобы Каролина спала, нужно приложить множество усилий и то, она ляжет, но не уснёт. Пришлось будить Вернера, который сразу же взял трубку. - Алло, Вернер, прости за столь поздний звонок, но я не усну, пока не узнаю как там Катрин. - тихим голосом проговорила Ольга. - Да что ты, я не спал вовсе. С Катрин всё в порядке, они с Каролиной кажется собираются спать. Вы когда приедете? - докладывая все события, поинтересовался друг. Под "вы" он подразумевал её и Дитера, но видимо она вернётся одна. Они поговорили ещё несколько минут, после чего попрощались и блондинка снова осталась с тишиной. Уснуть всё равно не получится, а тут ещё и звуки на лестничной клетке. Оля не трусиха, но мурашки по телу пробежались. Она даже жалела, что они с Дитером поругались. Уже хотела звонить ему, пока в дверь не постучали. Ольга встала и тихими шагами потопала в коридор. Посмотрев в глазок и не увидев там ничего (потому что он был заляпан слоем столетней пыли), она съёжилась и открыла дверь. - Дитер! - с облегчением выдохнула Вишневская и кинулась парню на шею. - Прости, что так всё вышло... - еле слышно проговорил Болен и опустился на колени. Самой макушкой он опустился к её ногам, как бы прося прощения. Оля сглотнула ком в горле и подняла его с колен. Смотря в его глаза, она пальцами провела по его губам и после этого поцеловала. - Я никогда не была готова к тому, что парень будет молить у меня прощения, стоя на коленях... - призналась она и крепче обняла мужа. Может это самая большая ошибка в её жизни - каждый раз прощать его и верить в то, что она такая одна. Но только в его объятиях она могла успокоиться, только целуя его губы она могла понять, что хоть кому-то нужна на этом свете. А может она лишь прикрывается всей этой шелухой... - Ну почему..? Почему ты меня обманываешь? Дитер, я не могу каждый раз думать о том, что ты любишь другую... - дрожащим голосом призналась Хельга. Слеза обиды потекла по щеке. Девушка смотрела в его глаза, надеясь найти там ответ на свои вопросы. Болен сделал виноватый взгляд. Возможно он правда осознал что делает, а может и нет. Дитер прислонил свою ладонь к щеке Ольги. Большим пальцем он стёр слезинку и обнял жену. - Прости... Тебе очень не повезло встретиться со мной. Может ты бы была намного счастливее. - сказал блондин, поглаживая девушку по голове. Спать они легли также вместе - в обнимку.