Часть 10

Аксинья проснулась посвету и занялась делами, чтобы отвлечь себя от дурных мыслей. А ведь Гришка прав был, что не нравилась ему эта девка. И об этом Аксинья уже 100 раз успела подумать. Второй проснулась хозяйка дома и Аксинья её приветливо встретила ласковым "Здорово ночевали, маманя". —Слава Богу, Ксюша. А ты чегось? Муть в глазах какая-то... — чуть взволнованно сказала казачка, глядя на Аксинью. Та лишь усмехнулась, вымученно улыбаясь, скрывая своё состояние. —У печи пока стояла, видимо, в голову жаром далось. Всё хорошо, дорогая Василиса Ильинична. —Ох и надеюсь, что не брехешь... Рассказала бы, а, родненькая? Аксинья дрогнула и опустила взгляд, присаживаясь на лавку и закрывая лицо руками. —С Гришкой мне надо погутарить, не с вами... — сказала женщина, утирая слезы. —Он тебя обидел? Так ты скажи, я ему...! —Нет..! Нет-нет... Всё у нас ладно... Там в другом проблема. —Ксюша, если что... Ты сына моего не выгораживай. Да, сын он мне, но и тебя обижать не позволю! Ты же мне как дочь, Ксюшенька! Аксинья подняла заплаканный глаза и приветливо улыбнулась, благодарно кивая. Тут, как некстати, проснулся и Григорий. —Здорово ночевали! — приветливо сказал тот, потягиваясь в дверях. Мать на него тут же налетела. —Ты до чего мне девушку довёл, а?! —Ну буде вам, буде, маманя... — одернула ее Аксинья, подходя к бедному Григорию. Она приобняла его и он сделал то же самое, с непонимаем и огорчением поглядывая то на супругу, то на мать. —Так...? У вас всё хорошо? —Ищо ласки бы побольше... — пробурчал Григорий, на что получил от Аксиньи локтем в бок. —Будет тебе ласка, окаянный! —Не пужай, Аксинья! —Я и не пужаю!.. Как черт нужон ты мне... —Придет ночь, ищо попросишь.. ~ — тут Аксинья было хотела ему врезать со всей дури в морду хитрую, но одна лишь мысль пролетела в ее голове и та смягчилась. Казачка кивнула и поцеловала Григория в уголок губ. Тот ажник обмяк и смутился. А маманя улыбнулась. —Ладно, ну... Я пойду воды наберу, чтоли... Вы должны погутарить. — сказала та и ушла прочь. —Об чём? — с недоумением спросил Григорий, потирая заспанные глаза. —Гриш, я... Я бы... — Аксинья подняла глаза на мужа, но тут же опустила в пол, не зная, как начать. Понимала она, что нужно поговорить как можно быстрее, однако не знала как такие разговоры затевают. —Родная, ты чего, м? — Гриша приобнял ту крепче, чтобы не дай Бог она ещё и не грохнулась в какой-то обморок. Бледна Аксинья была так, что вполне могла это сделать. —Не могу я тебе сказать... Сложно.. — тихо пробурчала Ксюша и прикусила губу. Григорий уже надумал себе самого страшного, но в какой-то момент остановил рассуждения. — Ежели не хочешь, ты не говори, но вдруг что-то срочное или может нас касающееся, ты не скрывай, милаха... — Гриша утешающе поцеловал Аксинью в волосы, чувствуя ее объятия. —Нас не касается... Нас... И детей не касается... — Аксинья поняла, как же у них всё слава Богу. Мир и любовь. И лучше всех им вместе. Григорий прервал ее рассуждения, мягко касаясь своими губами её. Ксюша была не в том настроении, но в момент поцелуя что-то в ней шевельнулось и она непременно не позволила отстраниться от себя, вновь вовлекая казака в поцелуй. Траурное настроение Аксиньи сменилось неожиданнвм возбуждением. Может, у них просто давно ничего не было, а модет его нежные поцелуи и прикосновения вывели строгую жену и мать из колеи нравов. —Люблю тебя... — нежно прошептал Григорий, выдыхая и вновь оставляя след поцелуя на губах. —Гриша... — чуть ли не простонала та, прерывисто дыша. Пара достаточно быстро переместилась в горницу и были таковы. Аксинья после таких утренних ласок уснула легко, а главное — спокойно. Впервые за эту ночь. Григорий немного с ней повалялся, а потом пошел хозяйством заниматься, не решившись будить свою коханную. Дети уже давно проснулись и были в делах, как и мать с братом. А к Петру в гости пришла его Оля. И сидели они во дворе, чаевничали. Григорий букой ходил по куреню, зная, что эта парочка в доме. И проснувшейся Аксиньи всё рассказал. Та ажник с лица побелела. Григорий сам очумел, помягшел в лице и подхватил аксинью на руки, усаживая на кровать, так как та чуть ли не упала. —Родненький, ради Бога, не подходи к этой Петровой девке. И детишков наших не подпускай, ради Бога!! —Девочки во дворе, а эти в хате. Да и никогда она мне не нравилась... — Аксинья обняла Гришу, поглаживая его по спине. —Разогнал бы ты эту парочку, Гриш. Блага ради... —Ксюш, ты в порядке? — с недоумением спросил Гриша, целуя ее в лоб. Но всё было нормально. —А ты ли случайно не б...? — Григорий не успел договорить, получая однозначный ответ. —Нет-нет... Я потом тебе расскажу, только Ольгу из дома выпроводи, пожалуйста...