Песок и звезды (2)

30.08.2014 Пока не началась школа, я часами болталась на первом этаже с наушниками, делая вид, что слушаю музыку, и узнала много чего интересного. Тайком от нас с мамой отец несколько месяцев то и дело летал в Вегас, и в Вегасе же, в каком-то азиатском баре они с Ксандрой познакомились. Они начали встречаться ещё до того как отец сбежал, - и встречались уже, как я поняла, чуть больше года, а "годовщину",похоже, отпраздновали незадолго до маминой смерти. Ещё пара дней в Пустынном тупике, и я выяснила, что на самом деле имели в виду Ксандра с отцом, когда говорили, что он "бросил пить" - он перешёл с крепкого виски на пиво с викодином. Отец однажды попросил у Ксандры его, думая, что я не слышу. Однажды я наткнулась на пластиковый пакетик, в котором лежало на глаз таблеток триста, - он стоял себе на кухонной стойке, рядом со стопкой неоплаченных счетов: пакет Ксандра выхватила и закинула к себе в сумку. - А что это? - спросила я. - А-а, витамины. - А чего они вот так, в пакете? - Мне их дал один знакомый с работы. С таким обдолбанным папой сосуществовать было куда приятнее и проще, чем с прежним отцом. Когда отец напивался, он превращался в комок нервов - сплошь неуместные шутки и вспышки агрессии и так, пока не отключиться. С таблетками же в нем просыпалась другая, более мирная энергия: смесь заторможенности и оживления, дурманная плавность. А вот есть ли у отца работа, было совсем неизвестно и если он работал, то кем? Телефон звонил ночью и днём. Отец выходил в коридор, поворачивался ко мне спиной и, разговаривая, опирался рукой о стену глядя в пол. Он то и дело куда-то пропадал - и не объяснял свои отлучки, часто они с Ксандрой вообще не ночевали дома. 01.09.2014 Я проснулась рано, часов в пять утра, наверное из-за волнения. Солнце ещё наполовину не взошло, но в мою комнату уже проникал полосками тусклый свет. Я вздохнула и села на кровати. Этот день настал. Вообще я была достаточно открытым и дружелюбным человеком, но после смерти мамы, закрылась в себе и редко контактировала с людьми, не хотела. Даже с близкими друзьями отношения охладились, с некоторыми и вовсе перестала общаться, а тут новое место, новые люди.. Рисуя в голове сотни сюжетов как может пройти сегодняшний день, я встала и начала собираться. Лениво заправила кровать, собрала сумку, сходила в душ. Выползла из ванной в полотенце и сверля взглядом одежду, думала в чем пойти. В итоге одела голубые джинсы и темно-бордовый топ. Захватила свою черную сумку через плечо и спустилась вниз, позавтракать. В доме было тихо - либо отец с Ксандрой спали, либо их вовсе не было дома, но я бы не сказала, что меня это волновало. Сделала себе кофе и вышла на задний двор. Я любила проводить там время. Небольшой голубой бассейн, несколько шезлонгов бежевого цвета, безвкусные тапочки Ксандры со стразами и великолепный вид на бесконечную, будто мертвую, пустыню. Я присела на шезлонг, держа в руке горячую кружку и сделала глоток, уставившись в даль. Кофе обожгло горло и я поморщилась. Смотрела на кровавое солнце до тех пор, пока перед глазами не поплыли фиолетовые круги. До школы добираться было несложно, в пятисот метрах от нашего дома была автобусная остановка, куда приезжал школьный автобус в 7:50 утра. Опаздывать было нельзя, поэтому я предпочла выйти пораньше. В автобусе было пусто. Я не любила тишину, поэтому тут же достала наушники и телефон, включила песню и уставилась в окно. Волновалась? Да. Не знаю почему, просто в школе была моя единственная надежда найти человека, с которым мне будет не так одиноко. Просто у меня таких не осталось. Школа представляла из себя два длинных низких здания песочного цвета, соединённых крытыми переходами и обнесённых невысоким забором: со стороны она напоминала тюрьму нестрогого режима. Внутри я будто провалилась в привычный школьный сон: толкучка на лестницах, гудящие лампы, звонки, кабинет биологии со скелетом и микроскопами в стеклянных шкафах, ряды шкафчиков по стенам - все знакомо, как мизансцена какого-нибудь засмотренного сериала. Народ был самый разный, в какой-то момент мне показалось, что тут собрались дети из разных миров. Их было не так много, как в моей Нью-Йоркской школе, но провинциальной школой это тоже было не назвать. Тут было много иностранцев, детей военных, красивые мексиканские девушки, кочующие туда-сюда наследники строительных гигантов, невзрачные "серые мыши", и просто подростки неформальной внешности, с закрывающей пол-лица крашенной челкой, мятной жвачкой во рту и сигаретами, которые курили в туалете, собравшись по пять человек в одной кабинке. Одну такую особу я встретила после четвертого урока, направляясь в кабинет физики, точнее пытаясь его найти. Она пронеслась мимо и сама толкнула меня, но обернулась и прошипела в лицо: - Смотри, куда идёшь. Я уставилась на эту девушку, скажем, ммм, интересного вида. Бледное лицо, проколотый нос, губы ярко подведенные коричневым карандашом, на шее штук пять странных ожерелий из бисера и каких-то проволок, перчатки в мелкую сеточку, висящая, почти на два размера больше черная поношенная футболка. Она посмотрела недовольным презрительным взглядом и исчезла, оставив меня в смешанных чувствах. Не то, чтобы я расстроилась, но настроение все равно ухудшилось. Я попала в среднестатистический девятый класс, состоящий из человек примерно двадцати. Я не могла сказать, что кого-то особо интересовало присутствие новенькой, но с какими-то девочками я все же перекинулась парочкой дежурных фраз. Мне нравилось, что из-за небольшого количества учеников, классы иногда объединяли на совместные уроки, даже с более старшими ребятами, потому, что в классе я так не с кем и не подружилась.