Прерванный ужин

Квартика была маленькой и грязной. Пока Майкл носил из машины коробки с вещами, каждый раз при открытии двери в нос ему бил запах пролитого пива, карри на вынос и клубничных презервативов. Вероятно, скоро он привыкнет и перестанет замечать подобные мелочи, но пока что приходилось инстинктивно задерживать дыхание. К его превеликому облегчению, Симона первым делом открыла все окна, надела жёлтые резиновые перчатки и принялась методично чистить поверхности смесью соды и яблочного уксуса. Делала она это молча, будто они с Майклом прожили вместе целую вечность, и им уже давно было не о чем поговорить друг с другом. Парень занёс последнюю коробку и небрежно толкнул дверь ногой. От сквозняка она хлопнула о проём, и Симона с укоризной подняла взгляд. — Давай я займусь ужином? — попробовал он задобрить девушку. За последние несколько лет, работая помощником повара, парень научился неплохо готовить и втайне надеялся, что биф бургиньон и пара бокалов мерло помогут развязать напарнице язык. Говяжью вырезку он предусмотрительно купил в мясной лавке около часа назад и положил в холодильник вместе с бутылкой вина. — Если ты собираешься готовить мясо, то делай только на себя, — бросила Симона через плечо. — Я веган. Майкл открыл от удивления рот, мысленно перебирая свои коронные блюда. — Ты не ешь мясо? — уточнил он на всякий случай. — Мясо, рыбу, яйца и молочные продукты, — перечислила девушка, пытаясь оттереть въевшееся пятно на кухонной столешнице. — Также я не употребляю алкоголь. На этих словах парню показалось, что он ослышался, и ему даже захотелось себя ущипнуть. Симона продолжила уборку, не считая нужным ничего объяснять. — Почему? — спросил Майкл через пару минут абсолютного молчания. Девушка внимательно посмотрела на него и передёрнула плечами. — У меня есть на это право, — спокойно ответила она. — Ты ведь не собираешься меня переубеждать? Уши Майкла зарделись стыдом. — Прости, — кашлянул он. — Я не хотел тебя обидеть. — Я не в обиде. Симона отвернулась и принялась начищать раковину. Казалось, ей было абсолютно всё равно, кто и что мог про неё подумать. — Давай я помогу с уборкой? — Майкл подошёл к ней чуть ближе. — Что ещё нужно сделать? Девушка остановилась и наморщила лоб. — Придумай что-нибудь с кроватью, — указала она на маленькую комнату слева. Внутри, прямо на полу, лежал старый матрас, весь в жёлто-коричневых разводах. Никакого количества свежего воздуха не хватило бы, чтобы заглушить вонь, исходящую от него. Единственное, что стоило сделать, это чиркнуть спичкой и сжечь эту мерзость до тла. Однако, легенда, которой они должны были придерживаться, совсем не предполагала покупку нового спального гарнитура. Майкл вздохнул и нашёл в одной из коробок широкий скотч. Он тщательно обмотал матрас со всех сторон, запаковав его гнилое нутро, а сверху набросил чистую хлопковую простынь и плетёное покрывало. Им придётся быть поаккуратней, чтобы не соскользнуть ночью на пол, но, по крайней мере, о вони и грязи теперь можно не волноваться. Когда он закончил в спальне, Симона уже помешивала что-то у плиты. Пахло жареным луком, грибами и соевым соусом. — Почти готово, — бросила девушка через плечо. — Сейчас освобожу тебе место. Майкл закусил губу и осторожно приблизился к своей напарнице. — Я бы с радостью попробовал твоё блюдо, — мягко сказал он. — Если ты не против. Симона кивнула и продолжила перемешивать содержимое сковородки. — Дай, пожалуйста, рис, — попросила она. В следующие десять минут Майкл вошёл в свою привычную роль су-шефа, помогая девушке с готовкой и украдкой посматривая на неё. Когда они сели за стол и запустили вилки в еду, Симона наконец-то встретила его взгляд своим. — Давно тебя завербовали? — парень решил начать с безобидного вопроса. — Около года назад. Майкл выждал короткую паузу в надежде на продолжение, но его не последовало. Так быстро, однако, он не готов был сдаться. — Чем ты занималась… раньше? Симона насадила на вилку пару кубиков тофу и отправила их в рот. — Скоро ты и сам всё поймёшь, — отстранённо прокомментировала она. Майкл с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза к потолку. В игре в молчанку эта девушка уделала бы любого. Он подцепил на вилку еду и осторожно попробовал непривычное блюдо. Строго говоря, в нём не было ничего необычного — рис, грибы, тофу и овощи — и оттого парень вдвойне удивился, когда его рецепторы атаковала целая волна вкусов. Желудок довольно заурчал, и Майкл взялся за свою тарелку с самыми серьёзными намерениями. Когда аппетит обоих едоков был удовлетворён, они откинулись на спинки стульев, украдкой поглядывая друг на друга. — В тот день в коридоре… — парень чуть подался вперёд. — С тобой правда что-то случилось? Симона опустила взгляд, а затем кивнула. — Я повредила ребро, пытаясь отбиться от Феррейры. Потом Мэдлин перевела меня к другому тренеру. — От Феррейры? — щёки Майкла побелели. Амелия тоже говорила ему про Феррейру, и всё оказалось ложью. «Лучшая ложь растёт из правды», — прозвучал в его голове голос Йоргена. Симона внимательно посмотрела на своего собеседника. — А что ты имел в виду про «тест-драйв»? — спросила она. Майкл открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент в дверь с силой постучали. — Открой! — лязгнул мужской баритон. — Я знаю, что ты там! Симона закатила глаза, как будто ожидала нечто подобное, и быстро пересекла их крошечную прихожую. Когда её пальцы повернули замок, внутрь ввалились двое. Долговязый парнишка лет 20 заметно пошатывался и прижимал ладонь к животу. Сквозь его пальцы сочилась тёмная кровь. Его приятель, круглолицый и крепко сколоченный, дышал ему в подмышку, пытаясь удержать их обоих на ногах. — Сделай что-нибудь! Быстрее! — взмолился второй, укладывая раненого прямо на обеденный стол. Тарелки с остатками еды полетели на пол, но Симона не обратила на это никакого внимания. — Давно это случилось? — уточнила она, приподнимая футболку на парне и пальпируя участок вокруг раны. — Минут пятнадцать назад, не больше, — ответил второй незнакомец, нервно жестикулируя руками. — Я говорил ему не ходить туда! Но он и слушать меня не хотел! Чёрт возьми, всё плохо, да? Симона не ответила, сосредоточенно осматривая рану. — Майкл, мне нужны ножницы, горячая вода, иголка и нитки, - скомандовала она. Рекрут стоял, как вкопанный, не в силах отвести взгляд от лица, корчившегося в агонии. Кровь застучала у него в ушах, и мысли захлестнули воспоминания. — Майкл! — крикнула Симона. Он вздрогнул — и тут же пришёл в движение, не особо отдавая себе отчёт, что делает. Каким-то чудом его руки выполнили всё, как надо: поставили воду на плиту, выудили откуда-то иголку с ниткой и протянули Симоне. — Возьми фонарик, — добавила она. Его пальцы заметно дрожали, выхватывая резким белым лучом зияющий разрез. Кровь изливалась наружу тёмным пурпуром, и невозможно было отвести от неё взгляд. Рана казалась небольшой, но и её было достаточно, чтобы приблизить человека к смерти. Симона разрезала футболку на пострадавшем, подержала иглу над огнём из включённой плиты и продела нить. Одним уверенным и быстрым движением она вонзила раскалённый металл под кожу. Мужчина закричал и принялся извиваться, как уж, хаотично размахивая руками. — Майкл, выруби его, — приказала Симона ледяным, безапелляционным тоном. Он облизал пересохшие губы и растерянно посмотрел на неё. — Ну же! - повторила она. Действуя, словно по заученной программе, Майкл схватил мужчину за волосы и с силой ударил его затылком об стол. Раненый тут же потерял сознание, и его тело безвольно распласталось по столу. Симона зашила рану в считанные секунды и закрыла место бинтом. Её маленькие проворные пальцы ни разу не дрогнули. — Он в-в-выживет? — спросил второй мужчина, едва держась на ногах. Всё это время он стоял, вжавшись в стену, и бормотал под нос ругательства. — Нужны антибиотики, — сообщила Симона. Мужчина кивнул и выбежал из квартиры. Его грузные торопливые шаги эхом раздались в коридоре. Майкл закрыл за ним дверь и повернулся к своей напарнице. Тонкая струйка пота стекла у него с виска. — Так вот чем ты занималась раньше… — сказал он, едва ворочая языком. — Отец научил, — Симона повела плечами и принялась собирать с пола разбитые тарелки. *** Полчаса спустя Майкл сидел в баре и потягивал пиво из бутылки. Компанию ему составлял тот самый мужчина, который бесцеременно ворвался к ним в квартиру вместе с раненым и который теперь пытался залить свои воспоминания алкоголем. Майкл его не винил: он бы и сам с радостью заглушил некоторые свои ощущения, но мозг должен был оставаться трезвым ради миссии. — Как тебе удалось подбить клинья под Симону? — спросил Билли с усмешкой. — Раньше она никого к себе не подпускала! Мы с ребятами даже как-то поспорили, кто первым залезет к ней в трусы. Я поставил сто баксов на одного парня, от него все девки на районе просто млели. Но Симона и ему дала отворот поворот! Билли громогласно рассмеялся — и тут же подавился пивом, забрызгав рубаху. Майкл лишь пожал плечами и загадочно улыбнулся. — Видимо, тебе просто повезло, — заключил Билли, прокашлявшись. — Тёлкам нравятся французы. Но, как по мне, у наших бруклинских ребят стоит ничуть не хуже! Мужчина снова зашёлся хохотом, совершенно не замечая, что над его шутками смеялся только он сам. Майкл отхлебнул пива и выждал несколько минут. Его так и подмывало спросить ещё что-нибудь про Симону, но нужно было направить разговор в другое русло. — Что случилось с твоим другом? — вкрадчиво спросил он. Полчаса назад они с Билли отнесли раненого в крошечную квартиру в подвальном этаже и напичкали его антибиотиками. — Да я говорил ему не ходить… — протянул Билли. — Но он не послушал. Совсем свихнулся от любви… — От любви? — удивился Майкл. — Не стоит мне об этом болтать, чувак, — пробормотал мужчина, уставившись на свои трясущиеся руки. — Мы помогли вам, — напомнил парень своему собеседнику. Билли повёл плечами и неуверенно пожевал губу. — Ладно, так уж и быть, — он придвинулся поближе и понизил голос почти до шёпота. — Такое дело, на днях тут была стрельба в одном тату-салоне. Погибли трое, в том числе девушка. Её звали Элис, а Чарли… Чёрт возьми, да он всё готов был отдать ради неё! Только о ней и говорил, с тех пор как дрочить научился — хочешь верь, а хочешь нет! — Что сказали в полиции? — Майкл сдвинул брови и сделал обеспокоенное лицо. — В этом вся суть, чувак! — Билли ударил ладонью по столу. — Полиция не сделала ни-ху-я! Замели всё под ковёр, как и всегда. Кому какое дело до девчонки из Бруклина?.. А Чарли… Ну, я же сказал, любил он её до безумия и не мог всё спустить на тормозах. Он знал, что у Элис были какие-то тёмные делишки с чужаками. Они не отсюда, странные какие-то ребята, если хочешь знать моё мнение. И выглядят опасно. Но Чарли было наплевать. Он просто пошёл к ним и устроил потасовку. Кричал им в лицо, что это из-за них Элис умерла. Сам нарвался, короче говоря. Ему ещё повезло, что они его только один раз пырнули. И что вы с Симоной переехали именно сегодня. Золотые всё-таки у неё руки!.. Майкл кивнул, допил остатки своего пива и решил, что с Чарли нужно будет познакомиться поближе. В следующие два часа Билли влил в себя столько алкоголя, что Майклу пришлось тащить его до квартиры на себе. Избавившись от ноши, парень рассеянно побрёл по улице. В четыре утра Бруклин был так же оживлён, как и днём, только подростков на скейтах сменили женщины в леопардовых мини-юбках. Из подворотен вырывались агрессивные биты хип-хопа, лязг ругательств и одиночные хлопки, подозрительно похожие на выстрелы. Ноги будто сами принесли парня в квартирку, где им с Симоной предстояло провести ближайшие несколько дней. Он снял обувь и босиком прокрался в спальню. Девушка лежала под покрывалом, свернувшись в комок и укрывшись до самого подбородка. Её дыхание было ровным и чистым, а лицо походило на фарфоровую маску. Майкл с трудом понимал, как — в таком шумном квартале — ей удалось вырасти такой тихой и скрытной. Представится ли ему шанс узнать её получше?.. В футболке и джинсах он лёг на самый край, опасаясь случайных соприкосновений.