Крепость

Перед въездом в крепость Мия натянула уздцы Мухи и заставила ее отъехать в сторону, чтобы шайры затянули повозки гномов внутрь, а потом стала распрягать лошадку. - Что ты делаешь? - полковнику пришлось вернуться, когда он увидел, что бричка лекарки так и не въехала внутрь. - У меня с Мухой был уговор, что я ее отпущу, когда мы доедем до крепости, - Мия закинула упряжь в изножье передка, - мы доехали, и я ее отпускаю. - Могли бы уже заехать, а потом распрягать, - фыркнул в усы полковник, - бричку надо завести внутрь. - Мами, я затащу! - Зирг подхватил оглобли и уперся ногами, таща бричку как конь, - Зирг сильный, Зирг отвезет бричку, куда надо мами. - Хорошо, - Мия погладила Муху, а потом обняла ее за шею и прошептала в черное ухо, - спасибо тебе, Муха. Я буду по тебе скучать. Давай, я провожу тебя. Они прошли рядом мимо одной башни и повернули вдоль стены до другой. Вокруг расстилалась рыжая пустошь с мелкими восковыми цветочками. В народе их звали бессмертником, потому что они были очень живучими пучками мелкой травы. Она еще раз похлопала Муху по крупу и та, довольно заржав, вырвалась из рук и побежала, довольно взбрыкивая задними ногами. Мия посмотрела на столб пыли за лошадью и, вздохнув, отправилась обратно. Все пограничные крепости были одинаковы и имели форму пентагона с пятью башнями по углам. Если соединить башни изнутри силовыми линиями, то получалась звезда пентаграммы – знака земли. Все крепости были частью общей системы обороны и были привязаны к землям, на которых стояли, поэтому и взята в основу именно звезда. Если рассматривать звезду, как схематического человечка, то между двух ножек находились единственные ворота, и они всегда были обращены к «тылам», а из рук пентаграммы начинались силовые линии защиты, что соединяли крепости в единое целое и создавали силовой барьер, который был крепче любых каменных стен, но не требовал большого количества воинов для ее обороны. Барьер защиты держали маги крепости, и пока они были живы, барьер стоял нерушимо. Внутри крепости было достаточно места, чтобы с удобством расположить всех жителей пограничного гарнизона. Внутри были построены дома, расположенные, как правило, двумя улицами, которые пересекала третья, соединявшая ворота с  головной башней. В ней располагались штаб и все казенные службы типа писарских и интендантских. А еще, там хранили карты и флаг, и конечно, сохраняли самые ценные магические амулеты. Простое оружие хранили в башне «ноге», в другой «ноге» всегда располагалась казарма, где жили все холостые вояки. Еще одну башню отдавали лекарям и алхимикам. Они делили общие помещения, и как жилье, и как помещения для работы. У алхимиков там досушивались и хранились травы, и была лаборатория для создания лекарств, а вот медикам отводились большие помещения, пустые в мирное время, и там хранились сложенные койки, на случай эпидемий и войн, и прочие складские помещения с бинтами и корпией, которую надо было оберегать от мышей и крыс. И прочие важные в лекарском деле вещи. Бричка стояла возле телеги с вещами Мии и Маришки, а полковник спешился и повел показывать лекарке ее новое место жительства. Они поднялись по каменной лестнице без перил на второй этаж и Матиш распахнул первую дверь. Мия замерла на пороге небольшой комнаты с высоким потолком и зарешеченным узким окном. В комнате стояла небольшая железная печка, предназначенная и для обогрева, и для приготовления если не еды, то хотя бы горячего питья. А еще, там стояли узкая кровать, этажерка для книг и большой пустой шкаф с распахнутыми дверками. - Знаете, полковник, я бы тоже в такой комнате долго не прожила, - тихо вздохнула лекарка и закрыла дверь в комнату, - я не одиночка, у меня, как вам известно, семья. И вообще, вы мне обещали свой дом, так что будьте любезны… - Без проблем, - сразу согласился полковник и пошел обратно на  лестницу, чтобы спуститься на первый этаж башни и через громадный зал выйти на улицу. - Знаете ли, милая барышня, что все дома в крепости принадлежат гарнизону, даже таверна меняет повара, но не хозяина, потому что хозяин здесь – корона! В крепости всегда найдется парочка пустых домов, куда можно заселить семейных, и какой дом тебе, дочка, хотелось бы? - Ну, - задумалась Мия, - я привыкла принимать пациентов дома, да и для лаборатории хотелось бы иметь отдельную комнату, а еще сын у меня появился… как вы заметили. Его тоже надо куда-то уложить спать, а еще комната для сложных пациентов, чтобы поставить туда две-три койки. Мало ли что может случиться, когда за больным надо присмотреть какое-то время. - У меня есть подходящий дом, - обрадовался полковник и пошел куда-то широким шагом, - там жила большая и дружная семья, и тебе там места хватит для всего! - И что стало с той семьей? - насторожилась лекарка. - У мужа закончился контракт на службу, а жена решила дать образование всем детям, и поэтому они собрались и уехали куда-то к родне жены в большой город. У нас каждый год кто-то приезжает, кто-то уезжает. Старожилы тоже есть, но их маловато. Скучно здесь жить. Воды нет, воду завозим бочками, поэтому у людей огородов нет и всех занятий только вязать и вышивать. Хотя сейчас, - полковник посмотрел на темную тучу, которая подбиралась к крепости, - когда появится вода из туч, все жители захотят иметь огороды и все будут при деле. За разговорами они прошли крепость практически насквозь и остановились возле следующей «руки» крепости. В одной «руке» была лекарская башня, а в этой были хозяйственные службы – там были портнихи и прачки, склад хозяйственной дребедени, вроде строительных лесов для ремонта, ведер, тачек и прочего хозяйственного инвентаря. А еще Мия вдруг увидела большое и почти сухое дерево, как сказал полковник, старый миндаль. Он единственный выжил здесь, и то за счет того, что прачки выливали воду в ямку под его корнями. На дереве было немного чахлой листвы и все.  И вот неподалеку от дерева стоял большой такой двухэтажный дом с разукрашенными в разный цвет оконными рамами. - Дети… - развел руками полковник и открыл калитку палисадника перед домом. Сам дом был чистым и каким-то светлым. В нем легко дышалось и чувствовалось, что здесь жили дружные и веселые люди. Мия прошла по большим и светлым комнатам первого этажа, поднялась по скрипучей лестнице на второй этаж и нашла там несколько сломанных деревянных игрушек, разукрашенных как оконные рамы. Заглянула на небольшой чердачок. Сушить белье там явно не получится, но дом был действительно большим и просторным, так что для всего хватит места. Полковник увидел, как лекарка, улыбаясь, спустилась вниз, и довольно потер руки - договорились? Все подходит? - Все подходит, спасибо. - Ну, тогда можешь забрать те вещи, что остались в башне, - задумался полковник, - ну там кровать, шкаф. А не хватит чего-то, иди на склад в четвертой башне, я предупрежу кладовщика, чтобы он помог выбрать те вещи, что тебе понадобятся. А понадобятся еще, как минимум, пара кроватей, столы и стулья. У нас с деревом плохо, поэтому вещи не выкидываем и не палим в печках, а стаскиваем на склад. Если не надо одному, то другому пригодится. Там только детских кроваток штук двадцать, на любой возраст. И всяких тумбочек, полочек, скамеек тоже хватает. Так что можешь не стесняться. - Хорошо, - Мия едва успевала за широким шагом полковника, а потом вдруг встрепенулась, - а как же готовить еду, если с дровами плохо? - Маги обходят дома каждый день и зажигают камни, - отмахнулся Матиш, - а на плитах стоят рассекатели, чтобы огонь нагревал не как пробирку в лаборатории, а поширше*. Мы уже растаскали все каменные гряды поблизости и каждый раз приходится отправляться за камнями все дальше и дальше. Зимой не так холодно, как ветрено, порой кажется, что ветер просто продувает насквозь. Так что нам твои обогреватели были бы очень нужны. В крепости хоть стены немного закрывают, а разъезды из степи возвращаются как сосульки отмороженные. - А кузнец здесь есть? - Есть и кузнец, и ювелир, - полковник с интересом посмотрел на Мию, - они свои, гарнизонные маги. Я им разрешаю подрабатывать. У всех семьи, а на одно жалованье не сильно разгуляешься. - А металл они откуда берут? - Так в степи всего полно, главное, знать, где взять. Меди много и олово набрать можно у русла пересохшей реки. Орки после последней войны совсем ослабли. Еды почти нет. Только степные зайцы и суслики. Волки мелкие, на шкурку не годные, и лисы перевелись. Мышкуют потихоньку, но шкурки тощие такие, некрасивые. Они топят сушеным конским навозом и живут только за счет отар. Гоняют их туда-сюда. Шерстью торгуют, и овечьей, и пуховой козьей. Не столько продают, сколько меняют на зерно и так по мелочи, ножи, пряжки, иголки. А степь богатая, если надо чего. Неподалеку есть овраг. Там когда-то было озеро, а на дне полно донного железа. А еще там есть родник. У нас уговор с орками оберегать его и не гонять туда своих коз, чтобы не повредить. Летом бывает, наш родник иссякает, так мы туда за водой ездили и порой с орками там встречались. Хотя, - полковник посмотрел на темную тучу, которая приближалась к крепости, - похоже, теперь у нас с водой проблем не будет. Хорошо. Интересно, что бы такого посадить, чтобы успеть до заморозков собрать урожай хоть каких-нибудь овощей? Поможешь с посадкой? У тебя, похоже, «зеленая рука», раз все орехи проросли и вот прямо в рост полезли. Никогда не видел, чтобы деревья так быстро росли. - Я не знаю, - честно созналась Мия, - я огороды впервые увидела, когда с вами ехала. А до этого растения только в оранжерее видела, а там в основном все в горшках. Так что советник из меня так себе. - Ладно, разберемся, - махнул рукой полковник. В крепости было много народу, с ним здоровались и что-то спрашивали. Матиш разговаривал со всеми на ходу, а временами отдавал короткие приказы. Телеги с грузом военные разгружали частично в головную башню, а частично на склад, возле которого стоял сухой и даже по виду вредный старик. Полковник сразу представил ему новую лекарку и велел выдать ей все, что ей понадобится. Они подошли к телеге с вещами лекарки и бричке с Зиргом. А вот Маришки внутри не было. Мия от неожиданности даже под бричку заглянула, но подружка пропала. - Мами, старшую сестру позвала в гости старая женщина. Говорит, пошли, чаю попьем, а то все равно здесь до вечера стоять, пока все не разгрузят. Вот она и пошла. - М-м, - вздохнул полковник, - зуб даю, это Ширка. Главная сплетница в гарнизоне. Ее можно использовать во время войны, как лазутчика, везде без мыла пролезет и все разнюхает. Она прямо мастер допроса, умеет языки всем развязывать, а еще настырная, как таран. Если решила чего, то своего добьется. Так что она у болтушки Маришки все выведает и по гарнизону разнесет. Так что, нет у тебя больше секретов, дочка. - Ну, у меня, как у лекаря, тоже секретов не бывает, - усмехнулась Мия, - сами придут и все расскажут. А о чем промолчат, так я сама узнаю. И Маришка не такая болтушка, как кажется. Вот по поводу денег она молчать будет, как тот зачарованный сундук, а вот про все остальное конечно выболтает, но так у меня и секретов особых нет. Пусть болтает, не жалко. Так что, дадите кого-нибудь в помощь Зиргу, чтобы шкаф перетащить из башни в домик? Да и кровать вдвоем тащить веселее. Нет, мы с Маришкой, конечно, можем… - Не болтай глупостей, - осадил ее полковник и даже брови насупил, - в гарнизоне полно сильных мужчин, чтобы барышни ручками своими тяжести таскали. Отправляйтесь в свой домик, а помощники сейчас закончат разгружать телеги и сами прибегут, чтобы покрасоваться вроде орков, какие они хозяйственные и сильные, а вдруг посвататься получится? У нас здесь с девушками хуже, чем с водой… было. Скоро, вижу, дождь пойдет, поторопись, дочка, чтобы не вымокнуть. - Зирг, беги за Маришкой, скажи чтобы поторопилась, а то мы в новый дом без нее уйдем, сама разыскивать нас будет. Зирг мотнул головой и помчался как жеребенок, только ноги замелькали. - Полковник, я хотела бы узнать, может, вы в курсе. А Зирг, он ведь молодой орк, и как получилось, что он один, без семьи? - Так он из потеряшек, - вздохнул Матиш, - ему лет пятьдесят, если судить по клычкам. Раздели на четыре и получишь не взрослого, а подростка. Эльфы так мстили оркам, воровали у них детей из становищ и подкидывали людям. Так, чтобы подальше от степи и от крупных городов. Как правило, куда-то в селения, что поглуше, чтобы найти было непросто. Крестьяне вначале сердились, что получали лишний рот, а потом понимали, что орки растут быстрее человеческих детей и физически очень сильные и выносливые, вот и держали их в доме вроде рабов. Но не так, чтобы открыто раб, у нас этого нельзя, а вот воспользоваться их наивностью и обманывать как дурачков, так это запросто. И будет такой Зирг работать с зари до заката, спать в хлеву со скотиной и есть объедки, но в уши ему будут лить, что о нем заботятся и поселили в теплое. Ведь коровы теплые, да? И овцы теплые, а огород пахать вместо сохи, так это запросто, это они так о нем заботятся, чтобы он сильным рос и не мерз. Ведь когда пашешь, то не мерзнешь? А из одежды ветошь всякую давали, только чтобы зад прикрыть, и если на нем треснет, так его еще и отругают, потому что не напасешься на него одежды. Вон у сына не рвется, а на Зирге все в лохмотья, это потому, что он не бережет вещи. И вообще неблагодарный. А сами, если слышали, что орки своих ищут, то отправляли такого бедолагу куда-нибудь подальше лес рубить или еще чего, пока чужие не уйдут. Орки это не сразу поняли, и потом людей нанимали для тайного сыска, но все равно не всех нашли. Расспросишь у него, чего он от людей ушел. Скорее всего, те, кому он верил, от старости умерли, а молодые привыкли, что он безотказный, и шпыняли его по привычке. Только орки не дураки, хотя и доверчивые без меры. Он, скорее всего, как все дети, сбежал из злого дома и хорошо, что к оркам прибился. Они ему помогли как земляку, приодели, научили с оружием управляться и взяли с собой в охрану. Ты не обратила внимания, но он скорее у них на подхвате был и так, принеси-подай. Он, скорее всего, рядом с вами крутился из-за Мухи. Ребенок же… все ему любопытно, а шайры чужих не подпустят и погладиться не дадутся. Полковник в очередной раз вздохнул, но по улице уже бежали наперегонки Маришка с Зиргом. Туча наконец разродилась дождем, хотя и за крепостью, но ветер гнал ее дальше и кажется, у нее получится проверить крепость крыш на протекание. Хотя, похоже, никто из людей не грустил по этому поводу и только с улыбкой поглядывали на темную тучу, как на дальнюю родственницу, что неожиданно заявилась в гости. Один из военных подхватил лошадь, что тащила телегу, за поводья и повел дальше по улице, а Зирг подсадил Маришку в бричку и, подхватив оглобли, потащил бричку следом за телегой. Мия шла рядом и думала… о разном. Плохо быть сиротой, но она хотя бы деда знала и маму. И бабушку помнила, ну, как могут помнить маленькие дети, скорее по запаху и теплоте рук. Но все равно. И Маришка тоже сирота при живых родителях, но к ней хотя бы сестра наведывалась и хоть на словах, но заботилась. Да и не только на словах. Вон, вязать научила и готовить тоже… Полковник снял плетение сети раньше и поэтому, подъехав к дому, они стали быстро разгружаться. Военный с Зиргом таскали сундуки, а они с Маришкой корзины. Да и то, сундуки быстро закончились и Зирг хватал по две корзины и тащил, сопя от усердия, лишь бы быстрее разгрузиться и чтобы мами и старшая сестра не напрягались. Туча перелезла через край крепости и начала поливать счастливых людей, которые повыбегали на улицу с ведрами и тазами и танцевали как дети под первыми каплями. Для брички нашелся сарай, в котором пахло козлятиной, но тем не менее было чисто - ни травинки, ни козьего горошка нигде не было. Мия на всякий случай подняла крышу и накрыла фартуком сбрую. Иди знай, течет здесь крыша или нет, а лак на бричке надо поберечь! Когда дождь ливанул по-взрослому, все вещи уже перетащили в дом, а военный отказался остаться на чай и потянул лошадь в сторону казармы, пообещав прийти с друзьями, чтобы перетащить из лекарской башни остальные нужные вещи: «как только дождь закончится!» Маришка пошла как кошка обнюхивать все и присматривать, а Мия полезла на чердак проверить, течет крыша или нет. После инспекции выяснилось, что крыша все-таки течет, но на удивление, только в одном месте. Мия подставила под струйку маришкин котелок и с чистой совестью спустилась вниз, рассказать Маришке как здесь топят печь.