IV. Шаг навстречу любви

      — Панда! — ну вот и знакомая песня. Из-за долгого сидения под персиковым деревом По пошёл вслед за подругой довольно поздно. Он и в обычные дни, если просыпался сам – а бывали и случаи, что вставал и раньше всей Пятёрки! – то точно можно ждать снега в июне, извержения вулкана, да что угодно. Так что такая ситуация для дворца – не новость. От крика мастера Лотос тут же вскочил, встал в позу для боя, но тут же запутался то ли в своих ногах, то ли в одеяле – и с грохотом упал на пол, болезненно ойкнув. — Э-э-э… доброе утро, хех? — потирая ушибленный нос, подал он голос. — Ах… Доброе, По. Приведи себя в порядок и… — голубые сферы пробежали по беспорядку в комнате, что учинил его ученик, — приберись здесь, заправь кровать. Неистовая Пятёрка ждёт тебя на кухне. — По, ты снова до полуночи играл в куклы? — сдерживая смешок, лангур стоял в дверном проёме комнаты друга. — Ничего такого! Я просто… э-э… немного не выспался! — наконец медведь соизволил дальше не протирать пол собственной шкурой и поднялся. — Обезьяна, иди уже. — Мастер не стал спорить со своим лидером и последовал на кухню, а вот По следил за полосатым хвостом, пока он совсем не исчез из поля зрения. «Заправить кровать, значит…» Через несколько минут и шеф-повар дворца принялся за работу. Бульон кипел, а лапша плавно падала в него, сопровождая этот процесс приятным бульканьем. И вот перед каждым стояла своя порция. — Ну, приятного аппетита, друзья! — Все остальные пожелали того же и принялись трапезничать. Затем все отправились в зал тренировок – только у панды были слегка другие планы. — Мастер Шифу! Могу я сегодня не проводить тренировку? — голос По прозвучал с нарочитой вежливостью, но уши предательски прижались, выдавая настоящие намерения. Он стоял на цыпочках, будто это как-то должно прибавить ему серьёзности, пока мастер задумчиво смотрел в свиток. — И по какой причине ты не можешь исполнять свои обязанности, Воин Дракона? — не поднимая взгляда, спокойно спросил мастер. — Ну… это… просто… — Панда потёр затылок, лихорадочно подбирая слова. — Я хотел бы… хм… навестить своих отцов! Давно не был, а то они, ну, соскучились, наверное. Всё спрашивают, не забыл ли я, как выглядит лапша! Шифу наконец поднял глаза, прищурился: — Ты был у них позавчера. — Ну, да, но… сегодня особенный день! — По уже начал пятиться к двери. — День… семейного пирога! Да! Новый праздник. Очень важный! Шифу отложил свиток, встал и упёр лапы в бока: — По, если ты уйдёшь сейчас, кто будет вести тренировку завтра, когда ты снова решишь, что «семейный праздник» важнее долга? — Эм… — Он попытался улыбнуться. — Справедливо? — На тренировку! — резко сказал мастер и, не дожидаясь возражений, развернулся и вышел из комнаты, оставив панду с открытым ртом. — Ну и ладно… — пробормотал По, топая лапами по полу. — Я всё равно кое-что придумаю… Спустя минуту он крался по залу тренировок, стараясь не наступить на скрипучие доски. Его цель — полосатая, сильная и, вполне возможно, смертельно раздражённая Тигрица. Она как раз заканчивала растяжку у стены, скрестив лапы и делая глубокий вдох. — Тииигрицааа… — тянул По, словно зовущий котёнка. — Нет, — даже не обернулась она. — Ну подожди! Ты даже не выслушала! — он подбежал, заглядывая ей в глаза с самой невинной из всех возможных улыбок. — Ты хочешь, чтобы я проводила тренировку вместо тебя, да? — Ну… ты же сама говорила, что у тебя лучше получается объяснять удары с разворота! Да и ребята тебя боятся… уважают! — поправился он, быстро вскинув лапы. — А я… ну, я просто панда. Добрая, пушистая, местами съедобная. — Это… — она прищурилась, — против приказа мастера Шифу. — Но мы же просто чуть-чуть его обманем! Ну, совсем капельку. Он и не узнает! — По уже почти прижался к ней, глядя снизу вверх. — Пожалуйста? Пожалуйста-препожалуйста! Я очень, очень должен… ну, подумать. Над важным. — Над «важным»? — Тигрица развернулась к нему полностью, скрестив лапы на груди. — Это что, опять новые идеи для «кукольной постановки»? — Нет! — покраснев, он отбросил лапы в стороны. — Это личное. Очень важное. Она посмотрела на него ещё пару секунд. И тут он достал козырь — грустные глаза котёнка. Самые сильные в его арсенале. — Ладно, — тяжело вздохнула Тигрица, — но ты мне должен. — Да, да! Конечно! Что угодно! Я потом даже приготовлю тебе ту лапшу с острым соусом, от которой ты чихаешь! — Он просиял и сложил лапы в благодарственном поклоне. — Спасибо, Тигрица! Ты – моя героиня! — Просто уходи, пока я не передумала, — пробурчала она и направилась к залу, поправляя повязки на лапах. А По уже тихо ускользал, радостно пританцовывая по пути в сторону выхода. Он знал, куда держать путь — к отцам. Они помогут. Они знают. И, может, подскажут… как признаться девушке, которую он не может выбросить из головы.

***

      Лотос задумчиво передвигался по улицам Долины, раздумывая, как бы лучше начать разговор с отцами. Дойдя до назначенного места, он медленно вошёл в обитель сытости и шума. Большинство гостей поприветствовали Воина Дракона, встав в позу уважения, используя кулак и ладонь. Остальная часть прокричала приветствия, не вставая со своих мест. Но сам Воин Дракона не обращал должного внимания – то ли от привычности поведения фанатов, то ли из-за мыслей в голове. На кухне, как обычно, витал восхитительный запах, который творил один из лучших поваров Долины, если не лучший. Завидев сына, гусь тут же оставил нарезку овощей и ломанулся в его сторону. — По! Сынок! — радостно прокричал мистер Пинг, бросаясь в объятия сына. — Привет, папы, — чёрно-белый воин ответил на объятие птицы. — Не ожидал тебя увидеть. Что-то случилось? — Нет… То есть да, но… в общем, нужно поговорить, — По приземлился на стул в сторонке. — По, всё хорошо? — голос отца с каждым вопросом звучал всё настораживающе. Сын часто приходил к нему за каким-нибудь ответом, обычно это были лёгкие советы, развеивавшие сомнения. Однако таким беспокойным Пинг видел его лишь пару раз: когда Лотос узнал, что его отец — гусь и не родной ему по крови, и ещё в каком-то моменте, что, увы, стёрся из памяти птицы. По закрыл дверь на кухню, чтобы лишние уши и глаза не мешали переговорам. — Пап… ты когда-нибудь любил? На сердце у старика стало чуть спокойнее – он уже представлял, как панда говорит о важной миссии, на которую уйдёт на год, а тут… просто влюблён. Мистер Пинг стал горд за него, ведь этого разговора он ждал с совершеннолетия сына — но тот всё не наступал. — Конечно! Я люблю тебя, сын, — решил немного помучить парня. — Это да, но… а ты любил девушку? — Девушку? О да… помнишь госпожу Чюи? У неё такие прелестные овощи были! Как такую не люб… — Да я не об этом! — Воин Дракона потёр лапой переносицу, пытаясь упорядочить то, что копилось у него в голове. — Ну… любовь в смысле, когда твоё сердце начинает биться чаще, а ты теряешь дар речи, когда думаешь о ком-то. Ну ты знаешь… — По попытался объяснить, размахивая лапами, как будто это должно было помочь. Мистер Пинг, хитро прищурив глаза, сел рядом. — Ах, я понял. Это что-то серьёзное, да? Ты влюбился! По быстро замотал головой. — Нет! Я имею в виду… может быть… Ладно, да. — Кто она? — оживился гусь, скрестив крылья. — Это не так важно… Ну, то есть важно, но… Просто дай совет! Пинг улыбнулся и нежно похлопал По по лапе. — Всё просто. Ты должен быть искренним. Не думай о том, что ты Воин Дракона или что скажешь что-то не так. Будь собой. И если она действительно та, кто тебе нужен, она поймёт. — Ты не понимаешь, папа. Она такая… невероятная. Сильная, умная, красивая… И я просто… ну, я никто по сравнению с ней, — По вздохнул, склонив голову на лапу. — Никто?! — гусь тут же вскочил. — По, ты – Воин Дракона! Ты покорил судьбу, спас Долину Мира, сделал невозможное. Разве этого недостаточно? — Но… это же совсем другое. Там я просто бью плохих парней. А тут… это она. — Ты преуменьшаешь свои достижения, сынок. Настоящее мужество – это быть храбрым, даже если тебе страшно. А судя по твоим словам, этот разговор с ней пугает тебя больше, чем любой бой. Так почему бы тебе не применить своё кунг-фу… но в общении? — усмехнулся владелец лапшичной. — Ты прав… Ну, вроде, — По немного оживился. — Конечно, я прав! Кстати, ты сказал «папы», — хитро добавил Пинг. — Значит, к Ли Шаню ты тоже собираешься? — Ты ведь меня не отпустишь, пока я всё не расскажу, да? — Лотос застонал, привалившись к столу. Гусь хлопнул крыльями, довольный: — Конечно, нет! Теперь выкладывай! Как её зовут?

***

      Спустя некоторое время и массу бессмысленных комментариев со стороны мистера Пинга, По добрался до второго этажа. Там он нашёл своего отца Ли, который спал как убитый, но каким-то чудом уловил звук открывающейся двери и тут же открыл глаза. — О, сынок! Привет. Не ожидал, что ты будешь сегодня, – обычно приходишь раз в неделю, а то и реже, — ответил его отец, пытаясь избавиться от сонливости, которая не покидала его. Ли решил этот летний месяц провести с сыном, а после уже отправиться обратно и заняться повседневной рутиной. — Пап… ты когда-нибудь любил? — начал По уже по привычной схеме. Ли Шань усмехнулся. — Любил ли я? Конечно. А вот твоя мама… эх, она была невероятной. — Это понятно, но как ты признался ей в любви? — Ну, я просто был собой. Сказал ей, что чувствую, и она ответила мне тем же. Любовь, сын, – это не о том, чтобы быть достойным. Это о том, чтобы быть настоящим. Слова Ли вдохновили парня, но в то же время он почувствовал, как огромная тяжесть снова легла на его плечи. — А что, если я скажу, а она рассмеётся или… не примет это серьёзно? — Тогда она упустит самое лучшее, — с улыбкой ответил мэр деревни. — А ты точно этого не упустишь. После разговоров с обоими отцами По чувствовал себя готовым. Всё, что ему оставалось – найти подходящий момент, чтобы сказать ей.