VI. Ты – причина одиночества

      На следующее утро два зверя выглядели не в лучшем виде. Уставший взгляд и странная походка не могли остаться без внимания. — Ого, вы что, были на какой-то миссии? — озадаченно спросил Журавль, странно придерживая одну из лап. — Ага, миссия, наверное, была в комнате По… — явно на что-то намекая, проговорил Обезьяна, с трудом сдерживая смех. — Закрой рот, Обезьяна! — в гневе выкрикнула кошка, у которой настроения шутить не было от слова «совсем». — Просто сон дурацкий… — Лотос двинулся к плите, чтобы начать готовку. Слова Воина Дракона показались Тигрице странными. Неужели и ему приснился кошмар? А может, это просто отговорка, чтобы не объяснять истинную причину его странного вида. Не желая вешать на себя ещё и эту проблему, мастерица отпустила этот вопрос, села за стол и принялась ждать свою порцию завтрака перед изнурительной тренировкой под руководством По. Лотос, как мастер не только кунг-фу, но и кулинарии, быстро справился с приготовлением питательной лапши. Не медля, он поставил каждому свою порцию и принялся за собственную. После трапезы все, как обычно, направились на тренировку, в то время как их мастер домывал посуду. После последней тарелки По уже собирался догнать друзей, но его внимание привлекла миска у окна. — Как я мог про них забыть? Бамбуковые булочки! Не раздумывая, По решил взять их с собой. Сам подкрепится, да и друзей угостит. Так и вышло – почти каждый взял себе по булочке перед началом занятий. Почему почти? Мастер Тигрица даже не подошла к блюдцу, но По хотел всеми возможными способами заслужить её прощение. А как ему было известно, путь к сердцу лежит через желудок. Тренировка прошла успешно – никакой крови и ушибов, всё шло как по маслу. — Тигрица, — идиллию кошки нарушил именно он. — Что тебе нужно? — Я… держи, — чёрная лапа протянула знакомую еду — бамбуковую булочку. «Сон становится явью?» — мелькнуло у неё в голове. — Не нужно. — Ты уверена? Они вкусные, а тут как раз одна осталась, — пытался добиться своего Воин Дракона, держа символ примирения в лапе. — Если это попытка вымолить прощение, то не стоит. Я уже давно привыкла к твоим косякам, — Тигрица говорила уверенно, не глядя на него. Всю концентрацию она направила на шипастый тренажёр. — Зачем ты так? — снова это неприятное ощущение… — Зачем что? Да, ты предотвратил множество проблем, но половина из них была создана тобой, — удары становились всё сильнее, пыл закипал. Лотос надеялся, что со временем Тигрица его примет. Спустя столько холода, он был уверен, что начал разрушать её броню. Но вот опять — холод и отстранённость. Он ожидал упрёков, даже насмешек, но равнодушие задело сильнее любого оскорбления. Его плечи опустились, а взгляд потускнел. — Почему ты так поступаешь? — голос По стал серьёзным, почти холодным. Тигрица замерла. Она привыкла к его мягкости, неуверенности, но сейчас в его тоне звучало что-то другое. Она медленно повернулась, вытирая пот со лба. — Как именно? — бросила она, стараясь сохранить маску равнодушия. — Каждый раз, когда я пытаюсь быть ближе, ты либо отталкиваешь меня, либо делаешь вид, что не замечаешь. — Он сделал шаг вперёд, сжав кулаки. — Что я сделал не так, что ты постоянно держишь между нами эту стену? — Может, ты просто не понимаешь, что есть вещи, которые не исправить ни словом, ни булочкой, — ответила она, сделав акцент на последнем слове. По на мгновение замолчал, глядя ей прямо в глаза. — Да, я не идеален. Но я готов стараться, идти до конца, чтобы соответствовать – тебе, этому титулу, всему. А ты… ты обрубаешь все мои попытки. Я думал, что растопил лёд, но, видимо, он навсегда останется в твоей душе. Невозможно исправить то, что ты сама в себе создаёшь день за днём! Тигрица не знала, что сказать. Такие прямые слова пробили её броню. — И я не удивлюсь, если ты останешься одна. Потому что именно этого и добиваешься! — резко развернувшись, он ушёл прочь. — Я… я просто хотела… — договорить она так и не смогла. Слова застряли в горле, а взгляд упал на треснувший шипастый тренажёр, по которому она только что так яростно била. Тигрица опустила лапы. На душе становилось всё тяжелее. Зачем она это сказала? Зачем снова выстроила стену? Она знала – он не хотел зла. Он всегда пытался найти к ней путь. Но страх, гордость, её собственные демоны – снова оттолкнули его. «Может, он прав…» — мелькнуло в голове, когда она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Пустота охватила сердце. Привычка скрываться за равнодушием теперь стала её ловушкой. Тем временем По, уходя всё дальше, прокручивал свои слова в голове. На сердце давила тяжесть. «Зачем я на неё наехал? Это ведь не она… Это я… Может, ей правда было больно, а я только давлю и всё ломаю…» — мучительно думал он. Она осталась одна в тренировочном зале. Тишина давила, напоминая, насколько легко она снова осталась без него. Она замахнулась, чтобы ударить по манекену, но лапа застыла в воздухе. Перед глазами возник образ — он. Его глаза. Его доброта. Его искренность. — Прости меня, По… — прошептала она, прикусив губу. Сжала кулаки, чувствуя, как сердце стучит не от ярости — от боли. Два голоса внутри боролись. Один твердил: «Отпусти. Ты привыкла быть одна — и дальше выдержишь». Другой шептал: «Ты устала быть одна. Он рядом. Чего ты боишься?» — Боюсь, что это испортит всё! — её голос эхом отозвался в зале, и даже он словно судил её молчаливо.