Лондон

Маркус сонно наблюдал, как их вещи разместили на запятках и крепко привязали веревками, а отец в это время давал последние распоряжения мистеру Хьюзу. Дворецкий слушал внимательно и кивал. Мальчик поежился от холода, дыхнул клубком пара и спустился к ним. Отец жестом велел ему залезать в карету. Лакей спешно открыл дверцу. – Счастливого пути, милорд. – До свидания, Хьюз. Передадите ее милости, что мы уехали немного раньше? – Ричард тоже забрался внутрь, а за ним и его камердинер. – Обязательно, сэр. Карета тронулась. Маркус прикрыл глаза и прислушался к звукам снаружи. Переливистый цокот копыт по заснеженной дорожке, скрипнувшие ворота. Вскоре они повернули и выехали на главную дорогу. Он не заметил, как прислонился головой к холодному стеклу и начал засыпать под негромкий разговор отца и мистера Денкера. Перед тем, как совсем задремать, он опустил на лоб козырек. Ему что-то снилось, и вдруг он резко открыл глаза. Кажется, карета подпрыгнула на чем-то. – Солнце уже высоко, – заметил Ричард и протянул ему кулек с чем-то теплым. – Перекуси. Миссис Кларк, как всегда, позаботилась о нас. – Спасибо. Маркус отвернулся к окну и стал медленно есть бутерброд с тонко нарезанным мясом и помидором. Снаружи мимо проплывали заснеженные холмы, укрытые белыми шапками деревья. Они проехали через каменный мостик, где находилась развилка, и свернули налево. А другая дорога вела, судя по всему, в небольшое поселение, над которым вверх к небу поднимались струйки дыма. Когда он поел и собрался долго и расслабленно ехать, отец вдруг сказал: – Кажется, некоторым мальчикам пора взяться за уроки, ты так не считаешь, Маркус? – Отнюдь, – деловито качнул он головой. – Я не смогу писать конспекты здесь. – Не играй в дурака, ты можешь почитать, – Ричард достал ему пару книг из портфеля и протянул с легкой насмешкой. Мальчик взял их с видом мученика и открыл философский труд. А история может и подождать. Как следует сосредоточиться не получалось. Разговор отца с камердинером все время сбивал с мысли, и Маркус в который раз перечитывал одну и ту же строку, совершенно не понимая, о чем тут вообще речь. Он глубоко вздохнул и хмуро уставился в пол, а потом снова попробовал вернуться к чтению. И все повторилось. – Я не могу так, вы меня отвлекаете, – пожаловался он, при этом стараясь не звучать слишком уж обвинительно. – Почему ты раньше не сказал? – повернулся к нему Ричард. – Пока мы едем, делать особо нечего. Мы могли бы вместе порассуждать на философские темы, – Маркус удивленно посмотрел на него, а отец тем временем обратился к камердинеру: – Вы примите участие, Денкер? – С радостью, милорд. Так они и скоротали большую часть пути. Сначала было немного странно. Казалось, что теперь отец – его учитель, но вскоре Маркус свыкся с этим ощущением. Незаметно для себя он стал что-то спрашивать, уточнять, сам высказывал какие-то мысли, которые подхватывали взрослые. – Мне хочется это записать, – после очередного умного замечания произнес мальчик. – Пожалуйста, можешь передать мне записную книжку? Она в портфеле, в дальнем отсеке, да, там. Ричард протянул ему ее, и Маркус сделал заметку. Большая часть пути проходила примерно в том же духе. Они разговаривали на разные темы по истории, философии, литературе. Успели даже поупражняться в языках! А вечером, когда они останавливались на ночь в более-менее приличных отелях, Маркус выполнял письменные задания. – Мистер Фейн очень хорошо тебя учит, – отметил как-то утром отец. – Ну, да. Он довольно требовательный, – мальчик заглянул в зеркало. Воспаление, которое он так исправно мазал, прошло. – Тебе это только на пользу. Готов? Маркус взял со столика у окна портфель и вышел следом. Впереди ждал последний день пути. Карета ехала быстрее обычного. Все чаще мимо проезжали встречные повозки, поселений становилось больше, в атмосфере уже ощущалась близость города. В столицу они прибыли к вечеру и, сбросив скорость, поехали по промышленным районам. Маркус отложил все дела и с интересом рассматривал улицы за окном. Повсюду сновали люди, царили суета и хаос. Он проводил взглядом злющую женщину, которая крепко держала за ухо мальчишку и громко отчитывала его при всех. Но быстро эта картина сменилась следующей, где из торговой лавки вышел очень довольный мужчина и, нахлобучив на голову котелок, усмехнулся и чуть ли не вприпрыжку спустился со ступенек. Маркус взглянул на небо. То ли от пасмурной погоды, то ли от бесконечного дыма, а может, от всего вместе, оно было затянуто печальной серой пеленой. Карета проехала через широкий мост и свернула на длинную дорогу. По обе стороны ее окружали высокие дома, над входами висели бесконечные таблички бутиков, офисов, салонов... Маркус вслушивался в шум города – в крики извозчиков, в смех прохожих, смотрел на проезжающие мимо экипажи. Но вот они остановились. – Мы приехали? – обернулся он к отцу. – Да. К двери подошел человек в форме и открыл ее. Ричард вышел, а за ним и Маркус с мистером Денкером. В нос тут же ударил тяжелый неприятный запах, от которого закружилась голова. Мальчик и забыл про эти прелести столицы; не так уж часто он здесь бывал. Работники отеля уже подоспели и собрались взять их поклажу, как вдруг граф велел им пока ничего не делать. – Ричард, вы ли это?! – приблизился к отцу человек с круглым, как мяч, животом, но с худыми ногами. Он напоминал гордого пингвина. – Давно не виделись, какими судьбами вас занесло в этот рассадник хаоса и дыма? Граф усмехнулся. – Здравствуйте, Эдмунд. Как всегда, мне не сидится дома. Но на сей раз не мне одному, я с сыном, – он подозвал ребенка: – Маркус. – Очень приятно, лорд… – Свайр. – Лорд Свайр, – повторил мальчик. – Значит, юный Маркус, – кивнул мужчина. – В последний раз мы виделись, когда… – Когда ему исполнилось пять, – напомнил Ричард. – Надо же! Столько лет прошло, – он осмотрел Маркуса с головы до ног. – Должно быть, вы хотите сказать, что я очень вырос, сэр? – угадал он. Бабушка всегда так говорила. – В точку! Так сколько тебе сейчас? – Тринадцать. Лорд Свайр кивнул и снова обратился к Ричарду. Их дружеская беседа затянулась и уже грозила превратиться в бесконечные воспоминания, но тут Свайр пригласил их к себе. – Только если вам удобно, Эдмунд, и мы не потесним вас. – Конечно, нет. Наоборот, мне будет приятно. Марта уехала к сестре вместе с малышками, а Николас – в школу. Он как ты, Маркус, только на два года старше. Мальчик натянул дежурную улыбку, а потом забрался обратно в карету. Отец велел кучеру следовать за экипажем лорда Свайра и поблагодарил работников отеля, которым так и не удалось выполнить свою работу. По дороге Маркус выслушал историю о том, кто вообще такой этот Эдмунд Свайр. Оказалось, что давний друг и сослуживец отца. – Я не помню, чтобы он был на моем пятилетии. – Мы тогда устроили большой прием. Пришло много гостей, очевидно, ты не запомнил бы всех. – Это правда, – подтвердил мистер Денкер. – У слуг внизу был такой хаос, одно блюдо за другим, миссис Кларк всех построила, – усмехнулся он. Маркус хмыкнул и снова стал смотреть в окно. Отец начал обсуждать с камердинером дела, которые нужно сделать завтра, а в это мальчику не следовало вмешиваться. Он это знал и не особо слушал, куда там собирается родитель. Поворот, еще один… Он не запоминал дорогу и просто изучал проплывающие мимо улицы. Наконец, они заехали в какой-то престижный район. Из высоких окон больших кирпичных домов лился желтый свет, а вдоль тротуаров выстроились зажженные фонари. – Долго нам еще? – повернулся он. – Нет. Они остановились почти сразу же, как Ричард ответил. Лорд Свайр уже ждал их, он приехал несколькими минутами ранее. Когда гости зашли внутрь, хозяин распорядился, чтобы слуги принесли их вещи. Маркус пошел следом за лакеем, которому было поручено проводить его. Он поблагодарил этого парня и, как только тот ушел, плюхнулся на кровать. Долгий путь умотал его, в теле ощущалась ломота, а еще хотелось есть. И все-таки лежать оказалось не лучшей идеей, потому что он и так слишком долго сидел, и одно место стало квадратным. Он поднялся, лениво стянул перчатки, потом пальто, сюртук. – Милорд, – зашел уже другой лакей и поставил его саквояж и портфель у шкафа. – Я приготовлю ваш костюм и приду помочь одеться к ужину, – достал он вещи из сумки. – Хорошо. Спасибо, – кивнул мальчик и проводил слугу взглядом. Как только за тем закрылась дверь, Маркус прошелся по комнате. Не так просторно, как дома, но в этом даже есть свои плюсы. Он не был уверен, можно ли прогуляться по дому, поэтому встал у окна, отодвинул полупрозрачную занавеску и выглянул наружу. По улицам ходило не так много народу, как в районах, по которым они проезжали, но все равно людей предостаточно. В основном это лорды в черных пальто и леди в модных платьях и накидках, неторопливо возвращающиеся домой. Внимание привлекла одна дамочка в темно зеленой юбке и таком же кейпе с изысканной отделкой. В одной руке она держала черную блестящую трость, а во второй был поводок. Она выгуливала большого белого пса. Маркус не мог разглядеть ее лица из-за полей шляпки, но мог видеть алые губы. И почему эта особа так привлекла его? Он почувствовал что-то вроде разочарования, когда она скрылась из виду. Но тут вернулся лакей. – Ужин через пятнадцать минут, милорд, – сообщил он и протянул мальчику брюки. – Спасибо. Могу я спросить, как вас зовут? – Джон Мертон, сэр. Пока Маркус переодевался, Мертон развешал его выглаженные вещи в шкаф, а потом подал рубашку. – Поможете мне с платком? – спросил Маркус, как только застегнулся и заправился. – Конечно, сэр. Для того я и здесь, – Мертон ловко завязал сложный и элегантный узел, а потом поднес небольшую коробочку. – Какую булавку выберите? Маркусу захотелось закатить глаза. Почему столько мороки с переодеванием? Он без раздумий взял первую попавшуюся и протянул лакею. Наконец, он был готов и, поблагодарив Мертона, вышел и спустился в столовую. Его посадили прямо напротив отца. Граф Свайр гордо осмотрел гостей и кивнул слугам. – Нас всего трое, но мы ведь не заскучаем, господа? – Вы и скука – это разные понятия, мой друг, – отозвался Ричард, накладывая себе предложенное блюдо. Маркус готов был наброситься на еду. Но вместо этого аккуратно положил салфетку на колени и спокойно принялся есть. Он краем уха слушал, как отец рассказывает об их поездке, потом о планах на завтра. Его он точно с собой не возьмет, не стоит и пытаться проситься. Лорд Свайр сообщил, что тоже уедет по делам после обеда. – Получается, я останусь один? – мальчик постарался, чтобы в голосе не звучало слишком много воодушевления. – Выходит, что так. Но твой отец сказал, тебе есть, чем заняться, – Свайр жестом попросил слугу наполнить бокал. – А если станет совсем одиноко, можешь поизучать дом. Мальчик кивнул. Когда они поели, взрослые остались поговорить еще, а его отправили отдыхать. Маркус не стал спорить и скорее пошел к себе. Вот это удача, думал он, взбегая по мраморной лестнице. Дома ему никогда не везло оставаться совсем одному, а тут такой сюрприз! Завтра после обеда он будет один, не считая слуг. Но вряд ли они станут за ним особо тщательно следить? С такими мыслями он улегся на кровать и достал несколько учебников. Нужно успеть прочитать до сна как можно больше, а с утра прорешать задачи и примеры. Он уже закруглялся и широко зевал, когда к нему постучали. Это Мертон. Принес теплое молоко с медом и передал, что так велел лорд Свайр. Маркус удивился такой заботе, но с радостью опустошил стакан и попросил разбудить его полвосьмого. Лакей поклонился и ушел.

***

Часы показывали одиннадцать утра, когда Маркус в очередной раз посмотрел на них. До обеда еще много времени. Он постарался сосредоточиться на переводе латинского текста и взял с себя обещание больше не отвлекаться на минутную стрелку, и, чтобы уж точно сдержать его, спрятал часы под подушку. Теперь комнату наполнял лишь приглушенный шум с улиц. Немного непривычно после их уединенного, едва ли не отшельнического, поместья. Перевод готов. Он отложил перо, потер ладонями лицо и зевнул. Отметив в записной книжке выполненные задания, Маркус снова подошел к окну и выглянул на улицу. Картина со вчерашнего вечера не поменялась, только людей и карет стало больше. Вдруг его осенила идея. Он уставился в точку перед собой. Потом улыбнулся. Нет, нет, покрутил он головой и посмотрел на дверь. Или все-таки… К нему постучали. – Милорд, обед через десять минут. – Спасибо, Мертон. Оставив свою идею на потом, Маркус накинул жакет и спустился в небольшую гостиную, где лорд Свайр пролистывал какие-то бумаги. Завидев гостя, он предложил ему сесть. Со стороны холла послышался голос. – Твой отец пришел. – Он как раз вовремя, – повернулся к двери Маркус. Ричард заглянул к ним на секунду. На щеках его играл легкий румянец. – Привет, – растерялся мальчик, когда взгляд отца задержался на нем. – Здравствуй. – Мы вас заждались, лорд Венцель. Отобедаете с нами? – Полагаю, у меня нет иного выбора, – усмехнулся граф, стянув перчатки. – Поторопитесь, а-то мы с Маркусом все съедим, – Свайр подмигнул мальчику. – Не беспокойтесь. Я – молния, – уже скрылся за дверью Ричард. – Он всегда был таким юмористом! – Но только не со мной, – отозвался Маркус. Эдмунд хмыкнул. – Железная рука в бархатной перчатке? – Ну, – вздохнул мальчик. – Скорее ежовые рукавицы. – О, не говори так. Все отцы любят своих сыновей, хоть порой и бывают с ними чересчур строгими. Уж поверь. Маркус поджал губы и не стал спорить. После обеда он спустился проводить отца и графа Свайра, который перед выходом вслух проговорил все места, куда ему нужно успеть. Взрослые дали стандартные наставления и велели со всеми вопросами обращаться к дворецкому, мистеру Корбетту. – Я вернусь к шести, но если повезет, то раньше, – Ричард потрепал сына по плечу и надел цилиндр, потом перехватил трость и вышел за товарищем, бросая напоследок: – Занимайся. – Хорошо, до свидания, – заложил руки за спину Маркус. Дворецкий закрыл за ними двери, а потом повернулся к нему: – Вам что-нибудь нужно, милорд? – Думаю, нет. Я буду делать уроки у себя. – Хорошо. Но если что-то понадобится, дернете за шнурок. – Спасибо. Маркус доброжелательно улыбнулся и пошел к лестнице. Только Корбетт скрылся, он побежал. Оказавшись в комнате, он начал обдумывать свою идею. У него есть как минимум три часа. Нужно решаться. Проблемы могут возникнуть в том случае, если кто-то из слуг зайдет к нему, но... Вряд ли его будут беспокоить просто так, верно? Он подошел и распахнул шкаф. Небо на улице заволочено, дул ветер и падал мокрый снег. Нужно одеться потеплее. И как можно незаметнее. Хотя, хмыкнул себе под нос Маркус, он легко затеряется среди остальных таких же джентльменов. Он причесал отросшие волосы и с важным видом надел черную фетровую шляпу. В коридоре царила тишина. Тщательно прислушиваясь к малейшим шорохам, Маркус осторожно прикрыл дверь, а она – непутевая партизанка – взяла и скрипнула! Да еще так громко! Почему такого не случалось, когда ей пользовались нормально? Мальчик посмотрел направо, налево. Никого. Он двинулся к лестнице на первый этаж. Но стоило приблизиться, как внизу появилась горничная. Он еле успел спрятаться за стеной. Если она повернет в эту сторону, будет плохо. Маркус скрестил пальцы на удачу. Сработало. Девушка прошла прямо по коридору, что-то сердито бурча под нос и гремя ведром с каминными принадлежностями. Не теряя времени, Маркус на носочках сбежал вниз, окинул быстрым взглядом холл и скорее ринулся к выходу. Прохлада встретила его, нежно потрепав за щеки. Сердце бешено стучало, но на лице расплылась счастливая улыбка. Чувствуя легкую дрожь, он сделал несколько вдохов и выдохов и побежал вниз по улице. Бум! – А ну-ка! – перехватил его какой-то мужчина. У Маркуса сжалось сердце, а в голове молниями забились самые страшные мысли. Что, если этот человек знает его, и теперь ему конец? – Все в порядке? – по-своему истолковав напуганный взгляд, спросил он, все еще держа мальчика за плечо. – Да, сэр. Я просто тороплюсь, извините, пожалуйста. – Нужно быть осмотрительнее, молодой человек, – мягко хлопнул он его. – Что ж, не опаздывайте. Маркус благодарно кивнул и скорее побежал дальше. Он иногда оглядывался, все еще боялся, что кто-то заметил его отсутствие. Но никакой суеты у входа в дом Свайра не наблюдалось. Вот и отлично. Свернув на бульвар, он немного успокоился и присел на край лавочки, совершенно не заботясь о том, что мокрый снег на ней намочит пальто. Что же делать дальше? – Извините, сэр, – встал он и обратился к не слишком чопорному на вид пожилому джентльмену. – Не подскажете время? – Конечно-конечно, – дедушка вытащил из кармана часы на цепочке и слегка сощурился. – Без четверти два. – Спасибо, – улыбнулся Маркус и двинулся дальше. Переживания сами собой отошли на второй план, уступая место предвкушению чего-то захватывающего. Свобода как будто окрылила его, чувствовалась такая легкость, что хотелось смеяться. Появилась и уверенность в собственной удачливости. Приосанившись, Маркус неторопливо пошел вперед. У него уже возникло несколько идей, и он собирался воплотить их все. Ну или хотя бы большую часть.