Помощь

Мой взгляд ловит каждое его движение, каждый вдох. Мой мужчина терпеливо сидит, наблюдая за тем, как я плету ему косу. Получалось немного небрежно, но с каждым новым цветком, вплетённым в волосы, всё становилось красивее. Грело душу, как Рэй смотрел на меня; как лиловый свет от цветов падал на него, окутывая шалью безмятежности и холодного спокойствия. И это спокойствие передавалось мне. Я всё ещё помнила, что со мной произошло. Но ловкие движения моих рук, заплетающих косу, его взгляд — всё это заставляло меня успокоиться, усмирить, казалось бы, давно мятежное сердце... А когда я закончила, ещё долго не отпускала эту прядь сплетённых волос. — Словно произведение искусства, — скользнула я взглядом по его лицу. Рэйтан лишь мягко улыбнулся. — Ты из тех немногих, кто способен увидеть красоту в простых вещах. А ведь в этом и есть смысл жизни. — У каждого он свой. Для кого-то — в деньгах, для кого-то — в простоте, а для меня... В любви. Мой смысл жизни — ты. Как же неловко мне это произносить... Что в прошлой жизни, что в этой. Но даже несмотря на смущение, я не могу не сказать по-другому: «Я тебя люблю». Пальцы поглаживали тонкий хвост от косы. Я провела рукой по предплечьям, где когда-то были ссадины и царапины. Но теперь белоснежная кожа словно кричала, что та погоня — всего лишь кошмар, что не было ни преследования, ни попытки убийства. Почему-то мне казалось, что меня хотели убить… Но за что? Быть одной из жертв культа? Возможно… — Мне страшно, — тихо призналась я, глядя в обсидиановые глаза любимого. — Я боюсь умереть. Рэйтан скользнул взглядом по моему лицу, затем осторожно коснулся ладонями моих щёк, провёл большими пальцами по коже. Оставил лёгкий поцелуй на лбу и прижался ко мне. — Я защищу тебя. Я покачала головой и повторила его же слова: — Позволь мне защитить тебя. Не хочу нагнетать, но без тебя мне нет смысла жить. И… Рэй, у тебя есть мечта? Он удивлённо отстранился, но руки не убрал. Такое редкое выражение лица вызывало улыбку. Видно было, как он пытается понять, как я с «мне страшно умереть» перескочила на «какая у тебя мечта». Нет, я не меняю тему — просто хочу поскорее сказать: «Я исполню твою мечту». Рэйтан задумчиво поднёс руку к подбородку. Я усмехнулась — знала, что он уже решил, чего хочет. Но терпеливо ждала. А он ехидно улыбнулся и снова посмотрел на меня. — Это невозможно, моя октябрьская лилия. Моё желание не исполнится. Ответ застал меня врасплох. Десять секунд, тридцать, минута… Я в замешательстве моргаю, а Рэй лишь улыбается. Так, стоп. Я попросила его назвать желание. Да, я знаю его, но… Чёрт, не могу же сказать прямо: *«Я сделаю тебя человеком»*. Или просто пообещать исполнить любое? Нет, будет неловко. — Не исполнится, значит… — тихо прошептала я, затем улыбнулась. — Значит, я попытаюсь. А если не получится — буду пробовать десять, сто, тысячу раз, пока не умру от старости. — Я прикоснулась к его щекам. — А потом перерожусь и попробую снова. О да, это выражение лица стоило всех моих слов. И то, как он молча слушал — бесценно. Спасибо, что ты есть. Я обняла его и вдруг заметила цветы. Что это? Не лаванда… Люпины? Или горечавка? Не похоже на колокольчики… Я не разбираюсь в цветах, но эти напоминают люпины. — Это они? — спросила я. Рэй мельком взглянул и кивнул. «А ведь когда-то он показывал это место Амале…» — промелькнуло в голове, и я невольно прижалась к нему. Меня грызла мысль, что я лишь вторая, кто увидел этот уголок. Не первая. Но тогда это была игра, а сейчас — всё по-настоящему. — Пора просыпаться, — неожиданно прошептал Рэй мне на ухо. И я открыла глаза. Грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, в глазах рябило от солнечного света. На мгновение я не понимала, где нахожусь, но потом вспомнила — этот потрёпанный потолок принадлежал дому Рэйтана. Я села на кровать. Огляделась — никого. Уперлась локтями в колени и закрыла лицо ладонями, будто стирая вчерашний кошмар. Сейчас Киллиан устроит мне взбучку за ночной побег в лес, а потом… Мысль оборвалась — боковым зрением я заметила движение. Тело напряглось, вспомнив вчерашнюю погоню. Медленно повернулась и увидела… паука. На брюшке — оранжевая поперечная полоса. Этого хватило, чтобы вскрикнуть и отпрыгнуть. На крик сбежались остальные. Не увидев угрозы, Киллиан спросил: — В чём дело? — В чём дело?! — я ткнула пальцем в чёрного паука. — Вот в чём! Он посмотрел на меня, будто я объявила войну всему человечеству. Я возмутилась: — Это один из видов чёрных вдов! Ядовитый! Киллиан тяжело вздохнул и навёл на паука пистолет. Я остановила его. — В Индии пауков связывают с богиней Кали. Их нельзя убивать — они символ терпения. Теперь его взгляд кричал: «Ты окончательно рехнулась?» Но мне было всё равно. Нельзя — значит нельзя. Просто в этой комнате я больше не останусь. Ни за что. Мы вышли в гостиную, совмещённую с кухней. Лима и Киллиан сели, явно вымотанные. Да, ночь выдалась не из лёгких. Им бы поспать, но оба слишком упрямы. — Может, отдохнёте? — предложила я, садясь на подлокотник дивана. — Вы еле на ногах держитесь. — Отказываюсь. Кто знает, вдруг «кто-то» сбежит? — Киллиан нахмурился. Я лишь пожала плечами: — Этот «кто-то» останется здесь, присмотрит за Амалой и Кираном. К тому же «кто-то» умеет стрелять и фехтовать. Так что ему ничего не угрожает. Мне тоже хотелось злиться, но я понимала его. Он — военный атташе, его задача — охрана. Поэтому я просто добавила: — Отдохните, а потом разберёмся с вчерашним. Выглядите… не лучшим образом. Они снова покачали головами. Ну и дураки. Кстати, где Габриэль? Оглядевшись, я «начала поиски». Амала сказала, что он убежал в лес, потеряв рассудок. — Надо его найти, — пробормотала я и взглянула на дверь в соседнюю комнату. — Киран там? Лима кивнула: — Да. Говорит, голова раскалывается. Слышит голоса… Мы с Амалой переглянулись и без слов направились к нему. Дверь распахнулась — комната пуста. Как я и предполагала. «И голоса слышу не только я», — подумала я, стискивая зубы от нахлынувшей боли. Амала подняла панику: брата нет, пропал здесь, в проклятом месте. Похитили? Или сам ушёл? Сомнение и страх играли на её лице, но она глубоко вздохнула и успокоилась. Я осмотрела комнату. Только прибывшие Лима и Киллиан начали обыскивать комнату на наличие улик или зацепок. Лима подошла к окну и выглянула наружу. Следов похищения не было, значит Киран ушёл сам. Но оставался для них главный вопрос: зачем? Она заметила следы босых ног, направляющиеся в лес. Киллиан тяжело вздохнул. Я прекрасно понимаю его чувства. Сначала убежала в лес одна (то бишь я), а теперь ушёл второй. Больше он не будет брать нас в лес, а оставит в городе. Что ж, нужно идти искать Кирана и Габриэля. Мы выбежали на улицу, а дальше и в лес. В лесу я сильно ощутила несмолкаемый шёпот бхутов и тут же нахмурилась от возникшей мигрени. Все трое это заметили, но решили промолчать. Амала потребует объяснений потом. Разделившись, каждый отправился обыскивать свою часть леса, заранее договорившись о том, что будет ждать на этом же месте. Лима отправилась к водопаду, Киллиан осматривать южную часть леса, а Амала к алтарю. Только я осталась и медленно пошла по тому пути, по которому вчера бежала от преследователей. Да, на удивление я его запомнила. «Кто же это был?.. Возможно, люди Вимала, но не станут же они приезжать на пепелище? Или этих идиотов без справки не волнует ничего кроме власти?» – вновь тяжело вздохнула я и оглянулась. Лес укрывал своими ветвями, как мать ребёнка. Он может как укрыть, так и раскрыть, что ты здесь. Как вчера произошло со мной. Я никогда не считала себя другом природы. Да, уважала; да, любила, но не считала, что он позволит раскрыть свои секреты. На тропинке были сломанные ветки – признак вчерашнего падения с дерева. Не удивительно, что я чувствую боль в ноге. Просто вчера было не до боли. И... Я только сейчас, точнее утром, начала понимать, что Рэйтану грозит наказание, если уж он уже его не получил. И быть здесь, пока он в резиденции Дубеев — намного мучительнее, чем осознавать покушение на жизнь. Я прошла чуть дальше и услышала шум водопада. А совсем через пару метров увидела и само чудо природы. Заглянув вниз, прикинула сколько тут километров и окончательно убедилась: я могла разбиться. По коже побежали мурашки. Я обняла себя за плечи, и уже хотела идти, как увидела рыжую макушку Лимы, уходящей назад. Помахала и прокричала: – Лима! – она обернулась. Эх, спасибо педколледжу за выработку громкого голоса. Но оставим моё прошлое. Я быстро спустилась и уже через пару минут оказалась около рыжеволосой красавицы. Друг друга оглядев (на всякий случай) в наличии гематон и ссадин, одновременно спросили: – Не нашла? И обе покачали головой. Да, мне должно быть стыдно за то, что я вообще не искала ребёнка. Но будет странно, что не знающая девушка совершенно неожиданно направилась в то направление, где есть ритуальный камень. Конечно, я могла бы совершенно "случайно" наткнуться на то место, но... Особо нет смысла. Амала уже там. Мы с Лимой отправились на место встречи. Пробираясь сквозь густые кусты и стебли, мы – а точнее Лима – были уверены, что все нас там ждут. Но какого же было наше удивление, когда мы никого не обнаружили. Остались ждать, ведь если Киллиан узнает, что мы ушли в другую часть – не простит, а особенно меня. Но не прошло и десяти минут, как Киллиан вернулся сюда с Кираном на руках. За ним бежала уже запыхавшаяся Амала. Я подбежала к мальчишке и положила руку на лоб. Жар. Нахмурившись, я забрала Кирана и сказала следующее, отобрав возможность что-либо сказать атташе. Сейчас не до перепалок и ссор. – Руководитель там же? Идите, я послежу за Кираном. Попытаюсь унести его в дом и уложить. Киллиан, Лима и Амала переглянулись, решая можно ли доверить Кирана мне. Снова хотелось съязвить, но сдержалась. Вместо этого я помогла названному брату встать и опереться на меня. Хорошо, что он был в сознании. – Идите же. И они послушали меня. Развернулись на пятах и побежали в одну сторону. Я же подправила Кирана, ощущая всю тяжесть тела школьника. Нахмурившись, понимая, что вновь начала болеть спина. Чёрт, не вовремя... Семь лет не было тебя, какого же ты вновь появилась? Мы шли медленно. Я старалась проглотить ком, прилипший внутри глотки. Голова, как и у Кирана гудела, мешаясь спокойно дойти до дома. А парнишка что-то тихо говорил, что меня выводило. Но он не в чём не виноват. – Что? Киран, я не слышу. – Голова... Болит... Голоса не умолкают... – только мямлил он, стараясь не особо нагружать меня и шагал сам. – Плохо, что ты их тоже слышишь. Киран поднял на меня голову. На больном лице мелькнула тень удивления: тоже? Что значит тоже слышишь? Только он хотел задать вопрос, как я опередила его. – Да. Сама не знаю, как так получилось. Либо это природное, либо я выпила что-то не то. Но аяуасака не может вызвать столько долгие галлюцинации... Значит, это природное. Слышала и видела бы я их будь рождена здесь, в этом мире? Я тоже думаю, что нет. Так, в раздумьях мы дошли до дома. Зайди на крыльцо было намного сложнее, но мы справились. А когда мы зашли в дом, то я уложила Кирана в его же комнату и осталась там на всякий случай. Совсем скоро вернулись остальные. Я взглянула на Кирана – он спал весьма крепко. А затем вышла к остальным. Они уже обсуждали данную ситуацию. Лима сказала, что накануне Киран странно себя вёл, жаловался на головную боль, слышал голоса. Амала посмотрела на меня. Я кивнула. – Всё верно. Он сказал мне тоже самое. И... – я тяжело вздохнула и перевела взгляд на нашего руководителя. – Хочу сказать, что не только он слышит голоса... Но и я. Амала застыла, словно по плечи попала в цемент. Киллиан и Лима озадаченно переглянулись. Девушка сделала шаг в сторону атташе. А сам мужчина взял её за руку. Очнувшись от шока, Амала подошла ко мне и встряхнула. – Как давно, Ниша?! Почему я не узнала сразу? – Чтобы нагружать тебя ещё своими проблемами? Зачем? Я их только вижу и слышу. Особо они не беспокоят меня. Услышав в моих словах спокойствие, она резко отстранилась. Я вновь раскрыла маленькую часть настоящей себя. Но мы решили оставить эту тему на потом, а сейчас позаботиться о пострадавших. Я направилась в комнату Кирана, следя за ним. Так прошёл весь день. Мы менялись, когда приходило время. И вот так, к вечеру, когда многие пришли в более-менее нормальное состояние, мы отправились отсюда к чертям. Дорога заняла чуть больше времени, чтобы было «до», так как по темноте ехать не получится. Мы наплевали на туман, ведь мало ли что могло произойти с нами снова... По возвращению мы отблагодарили Киллиана и зашли в дом. Чета Чаухан тут же приказала накрыть на стол, но мы отказались, ссылаясь на то, что не голодны. Так мы разошлись по комнатам с огромным желанием пойти в душ. Я не особый любитель душа, но даже он принёс мне ощущения чистоты, безопасности и комфорта... Пока я не вспомнила о Рэйтане, который получил наказание за то, что спас нас... Присев на корточки, я прижала руку к сердцу, чувствуя как кошки царапают душу. – Нужно упросить Амалу взять с собой, когда она поедет в резиденцию Дубеев. Извиниться перед Рэйтаном, и... Как бы мне не хотелось этого признавать, попросить помощи у Амрита. Н-да... Не зря мне мама говорила, чтобы я не торопилась. Прилетит бумерангом, да так больно, что сожалеть будешь. И вот как мне уговорить его помочь мне? Сказать, что знаю, кто предатель? А доказательства? Рассказать о надёжном источнике? Вряд ли поверит. Я вышла из душа в одном полотенце. Там меня уже ждала Амала. От неожиданности я вздрогнула и чуть не уронила несчастную ткань. А девушка лишь похлопала на кровати рядом с собой. Я без пререканий села. – Как давно ты их слышишь? – вновь начала она, а я тяжело вздохнула и честно ответила: – Не помню. Но это в начале нашего приезда и тот период, когда была отравлена. Полторы недели назад, получается. Теперь задаюсь вопросом: «кто я такая?» А дальше гробовая тишина. Через минуту-две мы вновь начали говорить и я рассказала всё, что «узнала» за всё это время. Амала удивлённо смотрит на меня, а затем хмурится. – Спасибо, что рассказала. Мне это было важно. – Ничего особенного. А ещё помнишь, когда мы поссорились, я ушла домой? Тогда по дороге я встретила Амрита Дубея, – На лице вновь мелькнула тень удивления. – Потому планирую с ним встретиться. – Я собираюсь завтра ехать в резиденцию Дубеев. Но, Ниша, зачем тебе это? – Нужно. У меня есть личная просьба. Амала понимающе кивнула, а затем обняла меня. Я обняла её в ответ, прижав к себе ближе. Запустив руку в волосы, положила голову на плечо и начала гладить по спине. Мы решили, что сегодня переночуем вместе в одной комнате. Как и в прошлые разы, когда день проходил тяжело и по одиночке было тяжело заснуть. Но как только я закрыла глаза, Амала задала весьма сложный вопрос. – Раз уж ты знаешь, что Рэйтан Рита-Шива, что будешь делать? – Хм... Ничего. Точнее, я не знаю, что буду делать. Хочу в тоже время и подарить ему всю свою любовь, так и просто молча наблюдать за ним. Я знала ответ. Он достаточно просто: выпустить из кандалов вечной жизни и дать счастье в простой человеческой жизни. Показать весь мир, испробовать то, что он хочет. И любоваться снегом вместе. Амала молча промычала что-то нечленораздельное и улыбнулась мне. Я в ответ, а затем мы обе заснулись крепким сном. А утром направились в резиденцию ведающей семьи Дубеев. Красота поместья была не только правдивой, но даже преукрашивала её. Мы с Амалой шли вперёд, а я сгорала от нетерпения, когда смогу увидеть Рэя. Красивые пейжазы даже не цепляли глаз, так как беспокойство было выше. Мы зашли внутрь и прошли вглубь. В главной зале сидел Амрит и явно ждал нас. Его взгляд скользнул по мне и губы растянулись в ехидной ухмылке. – Что ж, рад официально познакомиться с вами, мисс Аслин. – Взаимно, господин Дубей, – равнодушно ответила я и Амрит усмехнулся. Амрит сделал мне выговор, а затем спровадил меня в сад, где был Рэйтан. Я поблагодарила его и вмиг ушла, оставив будущую пару наедине. Бесконечные коридоры плутали, путали, но всё же я вышла на террасу и увидела его: моего ослабшего Рита-Шиву. Рэйтан, словно почувствовав моё присутствие обернулся и я ужаснулась: он выглядел настолько обессиленным и уставшим, что на глазах начали появляться слёзы. А он лишь молча смотрел на мои действия, не приближаясь. Лицо было безэмоциональное, потерянное и ледяное... Такое, какое должно быть у молчаливого наблюдателя. И всё, что я могла высказать, так это «прости». – Тебе не стоит извиняться за мои осознанные действия, – покачал головой Рэйтан. – Не будь меня там, Ниша, вы бы погибли. – Неужели... Шива наказал тебя за то, что ты спас нас? – я сдерживала слёзы как могла. А Рэйтан лишь кивнул. Я сделала робкий шаг вперёд, смотря на реакцию моего любимого мужчины. Увидев, что он ничего не предпринимает, я сделала ещё три шага. – Мне стоило отговорить группу ехать туда. Если бы я могла, то тебя бы не наказали. – Не принимай вину на свой счёт, Ниша. Это будет тебе уроком, что не стоит что-либо делать, пока не обдумаешь хорошо. Я сделала ещё пару шагов и стала совсем рядом с Рэем. Взглянула в пустые обсидиановые глаза и проглотила ком в горле. Судорога свела его, выпуская пару капель слёз, и я слабо улыбнулась. А затем... Просто обняла его за талию, отдавая всю свою любовь. Рэйтан сначала просто молча стоял, внимательно наблюдая за мной, а затем положил свою ладонь на мою голову, аккуратно поглаживая. – Знай, Рэй, не смотря ни на что, я тебя очень люблю. И хочу, чтобы ты всегда был счастлив. Позволишь подарить мне это счастье? – Прости, Ниша, но я ничего не чувствую. Сколько бы слов о любви ты сейчас не говорила, я не смогу почувствовать тоже самое. Но не переживай, это ненадолго. Я кивнула и обняла его крепче, прижимаясь к мягкой ткани шервани. А затем отстранилась и взяла его руки в свои, целомудренно целуя каждую костяшку пальцем и, прижимая руки ко лбу, закрыв глаза. – Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив. Вырвалось с моих губ, а затем подняла на него глаза и увидела слабую улыбку. Слов не нужно было, я чувствовала, что он вспоминает свою любовь ко мне. А после всего он отстранился и напоследок погладил меня по голове. – Спасибо, Ниша. Ты помогла мне вспомнить. Теперь можешь отпустить вину и идти. – Точно ли всё будет хорошо? – Не переживай. Со временем я восполню энергию и мы поговорим ещё раз, – я улыбнулась и направилась к выходу. Напоследок обернулась и помахала ему рукой. – До встречи, моя октябрьская лилия. Сердце сделало кульбит и сказала тоже самое, а затем вернулась в главную залу. Там, на моё удивление и удачу, сидел один лишь Амрит. Он лениво обернулся ко мне и вновь на его губах растянулась ухмылка. – Не заиграйся, – только и предупредил меня ведающий. – Я хотела бы поговорить, пока нет Амалы, – Амрит заинтересованно посмотрел на меня. – Для начала я хочу искренне извиниться за своё поведение в прошлом. Не смотря на свою злость, я не должна была грубить. – Допустим я забыл твои слова. Что дальше? – Я прошу защиту у вашего дома. Не могу доверять военному атташе, ведь если он помешает, то моя цель раскрошится, не успев дойти до конца. О цели сказать не могу. – И какая же мне от этого выгода? – подставив кулак под щёку, облокотился о ручку дивана Амрит. – Что ты можешь предложить взамен? – Информацию о предателе, – я посмотрела ему в глаза. – Самую точную, которую могу продать за защиту. – И почему я должен тебе верить, индолог? Я разговариваю с тобой лишь из-за того, что Амала попросила меня. Причин слушать тебя у меня нет. – Что ж, если ты мне не веришь, то позволь предоставить тебе доказательства. Я знаю, что за ритуалами и убийствами стоишь ты; знаю, где находится труп дипломата, который мы ищем; знаю, что Амала принадлежит тебе ещё до рождения, – я наклонилась к нему так, чтобы мы были н одном уровне глаз. Он лишь удивлённо смотрел на меня, а на губах всё ещё играла ухмылка. – Дипломат закопан у устья реки, в лесу. – Что ж, поверю тебе на слово на этот раз. И кто же предатель? – Сначала защита, а уже потом информация. Амрит нахмурился, а затем позвал одного юношу, приказав ему следить за мной. Мужчина пригрозил, что если со мной что-то случится, то ему несдобровать. Видно было, что парню не нравится это задание, но приказ есть приказ. Я сказала, что пристальное внимание не обязательно, но главное, чтобы он в случае чего был рядом. Тот кивнул и ушёл. Теперь настало время выполнить мою часть договора. – Приглядывайте за Вималом Дубеем и за многими членами дюжины. Постарайтесь не допустить, чтобы Амала не попала ии в руки. А ещё... Я не буду мешать вам в своих планах. Амрит нахмурился, а после кивнул. Только теперь я поняла, что наш разговор длится довольно долго, и что Амала не возвращается. Я спросила ведающего, где моя подруга, на что он сказал, что гуляет по резиденции. Оба тяжело вздохнули, понимая, что она могла куда-то залезть. Я снова поблагодарила за помощь и отправилась на её поиски. Но удача от меня не отвернулась. Почти сразу я наткнулась на гуляющую туда-сюда-обратно Амалу. – Нагулялась? – ухмыльнулась я и мы пошли обратно. – М? О, да. А ты как? Рэйтан в порядке? – Почти. Сейчас сильно ослаблен. Больше не стоит лезть в авантюры. Не хочу, чтобы его вновь наказали или ещё что хуже. Амала кивнула, а затем взяла меня за руку и потянула за собой. Я удивлённо уставилась на неё, но ускорила шаг. В голове роились мысли: зачем? Куда? Почему? Для чего? Но язык молчал, а ноги послушно шли за ней. А минут через пять я сравнялась с ней и улыбнулась. Спросила куда мы идём, но Амала лишь загадочно улыбнулась и совсем скоро я узнала: мы пришли в магазин одежды. – Ты такая куколка в сари, – только и сказала Амала, ведя меня внутрь. – А если сделать причёску с макияжем, то просто глаз не отвести. Поверь мне. В университете на тебя часто заглядывались, не смотря на твой прошлый повседневный стиль. «Это ты так сейчас намекнула, что у меня тогда не было вкуса?» – скептично выгнула я бровь, на что Амала прокашлялась и продолжила. – Но неожиданно ты начала приходить на пары стильно. Я не отрицаю, что тебе идёт официальный образ, но... Платья тебе тоже очень идут. – В общем, ты всё ведёшь к тому, чтобы я купила себе новое сари? – я сложила руки на груди и усмехнулась. – Что-то не похоже на тебя, Амала. Где же твоя прямолинейность? – Ты не так поняла. Я хочу подарить тебе новое сари, – вздохнула Амала и взглянула на моё тело. – Не уверена, Мала. У меня скелет больше мужской, чем женский. – Не говори ерунды, моя дорогая, – улыбнулась девушка и положила руки на мои плечи. Провела вверх-вниз, а после обняла. – Почему бы не поверить старшей и не принять подарок? Такие внезапные подарки сбивают с толку. Либо Мала и правда желает мне подарить красивую ткань, либо хочет расспросить о чём-то. Вот только о чём? Главный секрет. И не скажет ведь, упрямая. Поэтому оставалось молча принять подарок.

***

Вернулись мы в дом Чауханов не позже шести. Большую часть времени мы естественно провели в магазинах. Я выбирала не цепляющие сари, пытаясь отцепить от себя Амалу. Но ей не нравилось ни то, ни другое. Поэтому выбор был остановлен на четвёртом магазине сари, где был выбран соответствующий цвет сари для моей бледной кожи и серо-зелёных глаз. – Ни за что больше, Амала... – тяжело вздохнула я, держа в руках бумажный пакет. – Но всё же это навеивает воспоминания. – Рада помочь, Ниша, – улыбнулась девушка и пошла вперёд. – Настроение поднимается, когда я вижу тебя весёлой. А... Так она взбодрить меня хотела. Вот в чём дело. Но странно видеть то, что она помогает мне лишь из-за беспокойства. Возможно, я просто привыкла, что многие, как и я, ищут выгоду в отношениях. Наверное, мне стоит честно раскрыть хотя бы малую часть себя. Я остановилась. Амала, подойдя к воротам, тоже и вопросительно взглянула на меня. Подняв на неё взгляд, губы разошлись в мягкой улыбке. – Семнадцатого октября, – она в недоумении посмотрела на меня. – Мой день рождения семнадцатого октября. И весь спектр эмоций от недоумения до радости прошёлся по её лицу неожиданным вихрем. Она рассмеялась, понимая всю абсурдность момента. А я стояла и краснела от смущения также осознавая этого. Да, глупость иногда можно себе позволить.

***

Но такие весёлые моменты не продлились долго... Рутина, казалось, была той же, но я вновь почувствовала себя тошно. Нет, здесь не играли воспоминания о моей прошлой жизни. Хотя я очень хотела бы знать, как там мои родные. Но в прошлое не вернуться, как бы тебе не хотелось. Но дело вот в чём: чем ближе приближалась Кали-юга, тем сильнее раскалывалась голова и начинало тошнить. Я прошу прощения за эту откровенность, но это правда. Также я обнаружила, что Приянка вновь начала меня травить. Однако, покапавшись в её библиотеке, мне удалось сделать противоядие. После того, как я сообщила Амале о том, что Приянка вновь начала свои злодеяния, мы переехали в ту квартиру, которую предоставил нам Амрит. Что весьма странно, ведь мы должна были переехать ещё до того, как во второй раз поехать в Клифаграми. Ну ладно, что уж поделать? Наверное, это самая лучшая новость за последние несколько дней. Рэйтан приходил реже, чем обычно. Но оно и было понятно: ему нужно готовиться к празднику и ритуалу. Как теперь и Амале. Я лишь хлопала ей по плечу и говорила, что являюсь всяческой моральной поддержкой. Потому мы с Кираном оставались дома одни. Ах да, я забыла сказать: труп мы отыскали по координатам, который предоставил нам Амрит. Как я и обещала, я не мешала им, как и они не мешали мне. Только тот паренёк, который обещал меня защищать. Скажу честно, он даже очень интересный, нежели шофёр Дубея. Изначально, он был недоволен, что его приставили к англичанке, но я сразу уточнила, что не являюсь англичанкой, а европейкой. Не скажу же я, что родом из России, название которой ещё не дали в это время. Лима и Киллиан остались здесь по приказу Габриэля. Оно и неудивительно, мы особо с ними не улучшали отношения, чтобы могли назвать их дружескими. Но всё же время от времени встречались в кафе. В общем, к моему счастью, живём мы сейчас более-менее спокойно. Если бы мигрени не беспокоили, то ещё лучше. Пока Амалы нет, я вспоминаю тренировки фехтования. Да, у меня нет специального оборудования, но есть подручные средства. И это замечал Киран, который всегда задавался вопросом: зачем я это делаю? На что отвечаю: – Никогда не знаешь, что произойдёт. Лучше потратить время ра бессмысленные тренировки, нежели попасть в ту ситуацию, из которой вряд ли сможешь выбраться без этих умений. Больше он меня не беспокоил подобными вопросами. А я спокойно себе тренировалась, стараясь не реагировать на внезапно возникшие мигрени. Первое время было невыносимо, что аж падала на четвереньки, пугая и Амалу, и Кирана. Затем я привыкла и не стала сильно на них отвлекаться. Вот и всё. Могла бы я так сказать, если бы не одно «но»: Амала узнала, что я имею косвенное отношение к Дубеем и знала, что она принадлежит Амриту с самого начала. Наша ссора началась с того, что Амала ворвалась в мою комнату и потребовала объяснений. Я же в это время сидела за блокнотом, вырисовывая произвольные линии, отвлекаясь от головной боли. Тяжело вздохнула, обернулась – она терпеливо ждала, а затем заговорила быстро. – Как ты могла скрыть от меня эту информацию?! Мы столько лет прожили вместе! – она имела те пять лет, которые я чувствовала себя неловко, когда она звала меня своей семьёй. – И после этого я узнаю, что ты заодно с дюжиной?! – Здесь ты ошибаешься, Амала, – я совершенно спокойно смотрела на неё. – Я не заодно с дюжиной. – И от этого мне должно стать легче?! Ты молчала! Знала и молчала о всей этой истории! Ниша, мы ведь стали семьёй, и ты вот так... – И вновь ты ошибаешься. Мы никогда не были семьёй. Подругами, соседями, помощницами — да. Но не семьёй. У меня только одна семья, – я встала и подошла к ней. – Но знаешь, что больше всего меня озадачивает, Амала? То, что ты не допускаешь мысли, что предателем могу быть я. А ведь столько раз мешала вам. Амала лишь поджала губы. Боль и обида скопилась на её лице усталой маской. Она, как слепой котёнок, верила, что я была с ней не из-за выгоды; что искренне любила и дружила. А оно вот как... Я не винила Амрита, ведь мы не договорились о том, чтобы он сохранил мою тайну. Но также злилась, как и сама Амала. Слово «прости» не имело смысла в этой ссоре. Здесь важно прожить эти эмоции и чувства, понять, правду ли я говорю или нет. Я наклонилась к её уху и прошептала: – Научись проверять даже самых близких, Амала. Она резко отстранилась и вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь. Я с минуту стояла и смотрела на выход, а затем медленно села на колени и закрыла лицо руками. Сделала несколько вдохов и выдохов, а после прошептала сама себе: – Надеюсь, я сделала правильный выбор... Прости, Мала, но как я могу объяснить, что являюсь пришедшей сюда душой? Как могу сказать, что вы являетесь лишь плодом чужого воображения? Будь всё так просто, я бы обязательно рассказала... Правда... Слёзы, не смотря на мои вдохи, всё же лились. Внезапно на меня всё обрушилось: сокрытие того, что эта история – чужое воображение, воспоминания о прошлой жизни, понимание того, что мама потеряла ещё одного ребёнка, ложь во благо, видение бхутов, отравления, погоня, мигрени и эта ссора... А дальше идёт битва. Я уже не выдерживаю... Но скоро всё закончится, скоро всё вернётся в норму. Я хочу всё рассказать. Абсолютно всё, но меня посчитают сумасшедшей. Лучше бы меня лишили воспоминаний... Так было бы легче. Я вновь тяжело вздохнула и встала с колен. Вытерла мокрые щёки и обернувшись, вздрогнула – позади меня был Рэйтан и внимательно... Слушал. На лице у него было задумчивость и недоумение. Нет... Неужели он всё слышал? Как я могла не почувствовать его присутствие... Я сделала шаг назад, а он продолжил стоять на месте, внимательно рассматривая меня. Сжала руку в кулак, впиваясь ногтями в кожу. Боль отрезвила, но сердце продолжало бешено колотится. Страх облепил каждую клеточку тела, а в горле встал ком. Я могла лишь открывать рот, как рыба, брошенная на берег. А Рэйтан лишь повторил мой шёпот. – Плод чужого воображения? – Я... Ну... – а затем замолчала, отводя взгляд. – Объяснишься? – Не поверишь, – только выпалила я, а затем вздрогнула, ощутив мужскую ладонь на своей макушке. Подняла на него глаза, увидев мягкую улыбку. Мы сели на кровать и... Я рассказала всё. О том, что уже умирала и попала сюда, но саму причину смерти совершенно не помню; о том, что знала кто такая Амала из самой книги, как и всех остальных, принявшие участие в этой жизни и всё тому подобное. А Рэй молча слушал меня время от времени хмурясь, но не перебивая. А когда я закончила, то он лишь кивнул. – Я уже давно заметил, что ты знаешь больше всех остальных. Но знаешь, в чём твоя промашка, моя милая октябрьская лилия? – Рэйтан аккуратно щёлкнул меня по носу. – Ты изначально могла рассказать мне, тому, кто отвечает за перерождение и Тамас-Виталу. Точно... Я ведь могла рассказать всё изначально Рэю. Стало так стыдно за это... Я улыбнулась и отвела взгляд. А он лишь заставил меня посмотреть на него, своим прикосновением к подбородку. – Не стоит стыдиться. Будь я человеком в твоей ситуации, то принял бы такое же решение. – Правильно ли я поступила, Рэй?.. – На этот вопрос ответить можешь только ты, Ни... – я впервые увидела, как Рэйтан оговорился, а потому улыбнулась и кивнула. – Зови меня Ниша, Рэй. И... Спасибо за то, что выслушал меня. Чувствую себя намного лучше. – Рад слышать, – он наклонился и оставил тёплый поцелуй в лоб, затем в нос, а потом в губы. Всё целомудренно, не более. Так мы нежились до того момента, пока моему Рита-Шиве пришлось уходить. Я взяла с него обещание хотя бы немного погулять по празднику. На что он лишь погладил меня по щеке и согласился, не выдерживая напора моих щенячих глаз. А через пару дней мы с Амалой и Кираном пришли на праздник. И вот так началось моё путешествие, о котором я буду вспоминать ещё очень долго...