Часть 5

Теперь Лю Цингэ участвует в четырёх заговорах. Он и Ци Цинци пытаются свести Шэнь Цинцю и Юэ Цинъюаня. И в конце они поженятся на обрыве и всё остальное. Он и Юэ Цинъюань ищут идеальный подарок для Шэнь Цинцю. И в конце они поженятся на обрыве и всё остальное. Нет, это не тот же заговор. Он совершенно другой, он же с Юэ Цинъюанем. Он и Шэнь Цинцю пытаются поймать Шан Цинхуа за предательством. И в конце они дерутся на обрыве и всё остальное. Он и стальная норка пытаются побороть зависимость к мягким одеялам. Великому воину не пристало спать в столь комфортных условиях. А норка должна перестать их есть, иначе дело закончится несварением. Лю Цингэ решает, что разберётся с заговорами позже. Он уже пять дней не был на миссии и это надо исправить. Из-за Шэнь Цинцю никакой личной жизни. Вдруг где-то там его ждёт тот самый враг, которого сложнее всего победить? Тот демон с Шан Цинхуа выглядел сильным, но, увы, сначала надо доказать предательство. Тем более, что добавляется новый слух: Лю Цингэ встречается с Юэ Цинъюанем, их любовь вспыхнула, когда они вместе писали отчёт и они планируют тайно встречаться на краю обрыва по ночам, чтобы лучи солнца не освещали их подлую измену. Лю Цингэ надеется, что Минъянь не расскажет об этом маме. Её взгляд разочарования подобен смерти. Они не подумали о самом популярном решении, понимает Лю Цингэ, когда вспоминает про маму. Родители устраивают брак. Нужно только найти родителей. Он зовёт Ци Цинци. Пока будет на миссии, она найдёт бумаги о родителях Шэнь Цинцю и Юэ Цинъюаня. — Разве у чжанмэнь-шисюна есть родители? — сомневается Ци Цинци. — Тело из цветов росы, луны и солнца, обретшее сознание, объяснило бы его силу, — соглашается Лю Цингэ. — Я про то, что они умерли. Но Шэнь Цинцю — богатый молодой господин, его родители могут согласиться с тем, что брак с главой секты им подходит. Если только Шэнь Цинцю не сбежал из дома, как мама. И у него никакого уважения к старшим, вдруг он просто не послушает родителей. Или его родители настолько мерзкие, что даже он не выдержал и сбежал. Лю Цингэ повторяется. Срочно нужна миссия с сильным противником, он не может думать без сражений. Он даже не бросает Ци Цинци просто так (хотя у него есть два побега подряд, потому что Ци Цинци сбежала вне очереди) и даёт ей на время стальную норку. И Ци Цинци, и норка смотрят на него скептически. Он летит на Цюндин, чтобы взять побольше заданий и предупредить Юэ Цинъюаня, что они делают небольшой перерыв в планах. Он попробует найти нож на миссии. Юэ Цинъюань даёт ему целый список с заданиями. Как вовремя и как много! (Если только они не копились годами. Ужасные из них защитники простого народа тогда.) Он летит на Цинцзин, чтобы предупредить Шэнь Цинцю, что они делают небольшой перерыв в планах. На крыльце бамбуковой хижины Шэнь Цинцю пишет стихи. И Лю Цингэ даже не получает ранений, только задумчивое «и его глаза, цвета хмурого неба, молчат». У Юэ Цинъюаня карие глаза вообще-то. — Так ты что-нибудь скажешь или пришёл посмотреть? — На что тут смотреть? — Бамбуковый лес сегодня особенно хорош. Опять хочешь пригласить меня на чье-то свидание? Шэнь Цинцю спокоен сегодня, даже жаль пропускать такое редкое его настроение. Или это хитрый план. Заманить его в лес и спокойно расправиться. — Я пока ухожу, твоё дело — следить за Шан Цинхуа, — говорит Лю Цингэ. Он пока доверится. — Я занят. Возьми его с собой. — И возьму. Это неплохая мысль. И Шан Цинхуа может знать о родственниках, на Аньдине хранятся те документы, что не помещаются на Цюндине. Или наоборот. В любом случае, можно попытаться. Он летит на Аньдин, чтобы предупредить Шан Цинхуа, что у них задание. Настоящая редкость: Шан Цинхуа у себя дома, а не ночует в рабочем павильоне. Или в архивах. Или на складах. На этот раз Лю Цингэ встречает Странный Цинхуа. Хотя и пытается казаться Жутким. Усталость точно совпадает. — Шиди Лю! — восклицает Шан Цинхуа излишне радостно. Почти как Милый. Они объединились от стресса? — Ты идёшь со мной, — говорит Лю Цингэ и даёт свиток с миссиями. Шан Цинхуа сам решит, для какой он нужен. (Он не нужен, но Лю Цингэ не может придумать сейчас.) Шан Цинхуа смотрит на список и хочет что-то сказать. Потом срывается с места и просит подождать. Совсем чуть-чуть. Он быстро. И бежит в другую комнату. Если сбежит через окно, будет обидно. Лю Цингэ тихо подходит к двери и прислушивается. За дверью Шан Цинхуа спорит. Сам с собой. — Я иду, я на этого монстра с самого начала хотел посмотреть. — Цинхуа идёт, он нас подставил. — Чтобы вы опять отдыхали? Вы не отделаетесь от этой недели. — Я доделаю бумаги в подвале. И все в выигрыше. — Кроме меня, потому что я хочу пойти. Лю Цингэ озадачен. Он знает, что их трое, но не думал, что они могут так свободно общаться. Он открывает дверь. О, такого свидания он не ожидал. Шан Цинхуа трое. Буквально трое, а не в одной голове. Один из них замирает на полуслове и смотрит на Лю Цингэ, широко распахнув глаза. Остальные оборачиваются и повторяют реакцию. — Я всё объясню! — Ты не выгнал его, прежде чем прийти? — Великий Лю. Когда миссия? — И кто из вас предатель? — всё, что может сказать Лю Цингэ сейчас. — Он, — Милый Цинхуа и Странный Цинхуа указывают на Жуткого. Больше Лю Цингэ ничего не может сказать. Мелькает мысль о том, что Жуткий Цинхуа в заложниках у остальных и Пещерами Смерти пытался дать знак. Но два других совершенно не вяжутся с предательством, пусть Странный Цинхуа и занимался парным совершенствованием с демоном. А Милый тащит в дом всякую жуть. — Что бы вы без меня делали, — говорит Милый Цинхуа и сдувает с руки пыльцу прямо в лицо Лю Цингэ. В отличие от Шэнь Цинцю, он попадает (и не кидает потом флакон с противоядием в лоб так, чтобы было побольнее). Мир Лю Цингэ погружается во тьму. *** Лю Цингэ приходит в себя. Он не шевелится, не открывает глаза, дыхание не сбивается. Он учился этому. Он не чувствует течения ци в теле, значит связан вервием бессмертных. Он очень хочет чихнуть после той пыльцы, но держится. И в горле першит, он проглотил немного. Рядом продолжается спор трёх Шан Цинхуа. — Что нам делать? Что нам делать? Что нам делать? — это Странный Цинхуа. — Успокойся, он не придёт в себя ещё шичэнь, — это Милый Цинхуа. Он не очень-то милый и ошибается. — Что нам делать после того, как он очнётся? — этот тоже паникует. Лю Цингэ запутался. — Сделаем вид, что ничего не случилось. — Ты вырубил его! — Это же Лю Цингэ. Он доверчивый. — Да что ты знаешь о Лю Цингэ? Он не дурак. Я не писал его дураком. — Он поверил, когда мы подставили Шэнь Цинцю с колодцем. — Меня не впутывайте. — Это ты послал его в пещеры! — это восклицают двое. Лю Цингэ не выдерживает и открывает глаза. Шан Цинхуа стоят в кружочке и ожесточённо переругиваются, спихивая вину друг на друга. Сейчас Лю Цингэ не может их так сразу различить, они одинаково паникуют. Даже Милый Цинхуа, который неожиданно оказался Злым Цинхуа. Они братья? Почему они скрываются? Что происходит? Лю Цингэ откашливается, привлекая внимание. Он хочет получить ответы прямо сейчас, у него миссия пропадает. — Он очнулся! — вопит один из них и разбивает о голову Лю Цингэ вазу. — Да как мы теперь-то всё объясним? — последнее, что слышит Лю Цингэ перед тем, как отключиться. *** На этот раз Лю Цингэ приходит в себя на кушетке, в гостиной Шан Цинхуа. Он не связан, укрыт тонкой простыней. На голове мокрая ткань приятно холодит ушиб. Они просто взяли, огрели его вазой (Странный Цинхуа огрел) и решили сделать вид, что так и должно быть? Лю Цингэ отбрасывает простынь и вскакивает с кушетки. Ткань с головы падает на пол. Голова кружится. — Осторожно, шиди Лю, ты сильно ушибся, — не поднимая головы говорит ему Шан Цинхуа. Какой-то, Лю Цингэ уже ни в чём не уверен. — Ты ударил меня! — Лю Цингэ гневно хмурится. — Вовсе нет, на тебя упала ваза со шкафа. — И вас трое! — Очень сильно упала? — Шан Цинхуа наконец-то смотрит на него и делает растерянный вид. У него хорошо получается, Лю Цингэ даже на мгновение засомневался. Но он помнит о словах про доверчивость. Они подставили Шэнь Цинцю? Он не хотел его тогда убить? — Мне жаль, но не стоило так сильно хлопать дверью. Воды? Шан Цинхуа встаёт и подходит к низкому столику, где уже стоит готовый кувшин с водой и чаша. Аккуратно наливает и оставляет всё на столике. Ага, боится подойти! — Шиди Лю? — Ты хочешь отравить меня? — Да что ты будешь делать, — Шан Цинхуа всплескивает руками, берёт чашу и отпивает. Протягивает её Лю Цингэ. — Теперь хорошо? На самом деле, Лю Цингэ не отказался бы от воды, в горле стоит неприятный привкус от пыльцы. И от лечебного зелья не отказался бы, голова просто раскалывается. Это потому что они ударили его, когда его ци была заблокирована. Жаль, та ядовитая пыльца так действует только на Юэ Цинъюаня. Лю Цингэ вырывает чашу и выпивает залпом. Голова больше не болит, теперь она кружится. — Ты отравил меня, — возмущается Лю Цингэ и тянется к мечу. Чэнлуань пропал. — Ты отравил меня и забрал меч. Почему каждый хочет забрать его меч? Сначала Юэ Цинъюань, теперь Шан Цинхуа. Только Шэнь Цинцю дарит ему подарки, а они враги. Лю Цингэ подарит ему нож от своего имени и пусть все обзавидуются. И его подставили с колодцем. А ведь тогда они почти перестали ссориться. — Это просто вода с пыльцой забвения, — Шан Цинхуа выглядит виноватым. — Мы не делаем ничего плохого, просто Фэйцзи… Шиди Лю! Лю Цингэ падает. И падает. И падает. Когда он уже упадёт, ему надоело. Кто-то подхватывает его за пояс и ведёт к кушетке. Теперь он падает на неё. И никак не упадёт. — Шиди Лю, спи. На него возвращают простынь (никакого сравнения с одеялом с Цяньцао) и убирают чёлку с глаз (но она не мешала, пусть вернёт). — Как он? — раздаётся голос очередного Шан Цинхуа. Он далеко. — Если он умрёт, нас всех прикончат, — мрачно говорит Шан Цинхуа рядом. — Одного из нас, Фэйцзи уже готовится бежать. И мой план с корнем бессмертия всегда наготове. — Никто не сбежит, пока не отработает за меня эту неделю! О, так это был Жуткий Цинхуа. Какой-то он совсем не жуткий в последнее время. Вон, даже выпил с Лю Цингэ из одной чаши. Лю Цингэ засыпает. Сквозь сон он слышит лишь: — Он же мозг себе не повредит этой пыльцой? — Фэйцзи разбил о него вазу, хуже не будет. *** Во рту гадкий привкус от пыльцы забвения. И той первой, непонятно, какая гаже. Голова снова болит из-за удара вазой. И кружится от ядовитой воды. В глазах троится. Не только Шан Цинхуа, всё в комнате. Лю Цингэ понимает намёки. Он не скажет, что уже пил когда-то противоядие от пыльцы забвения, а оно действует на год. Шэнь Цинцю, сам того не подозревая, его спас. Или подозревая, кто знает, что они там на Цинцзине предсказать могут. — Что случилось? — Лю Цингэ садится на кушетке, откидывая простынь. Опускает ноги на пол. Он пока не встаёт, нужно разведать обстановку. И найти Чэнлуань, они не могли его далеко спрятать. Это бы вызвало подозрения. — На тебя упала ваза, — Шан Цинхуа повторяется. Мог бы лучше придумать. — Как ты себя чувствуешь? — Почему у меня странный привкус во рту? — то, что Лю Цингэ не подаёт вида, не значит, что он не сможет поиздеваться. Они трижды вырубили его, они заслужили. — Дал тебе зелье, чтобы быстрее пришёл в себя, — не моргнув глазом врёт Шан Цинхуа. Лю Цингэ опять не понимает, какой это. — Ты хотел взять меня на миссию, но не лучше ли тебе отлежаться на Цяньцао? Шан Цинхуа выглядит искренне взволнованным. Но, опять же, ещё недавно он пытался его вырубить. Лю Цингэ начинает злиться. Он не создан для тонкостей. Он просто притащит хоть одного к Шэнь Цинцю и будь что будет. Может быть раскрытие тайного заговора объединит главу секты и её стратега. Будут допрашивать долгими вечерами, провожать друг друга до дома. — Я знаю, что вас трое. Лю Цингэ встаёт и призывает меч. Он оказывается у изголовья, просто не заметил сразу. Шан Цинхуа ойкает и срывается с места. Лю Цингэ бежит следом. (Шан Цинхуа на знакомой территории. У Лю Цингэ кружится голова. Они наравне.) Шан Цинхуа бежит в очередную дверь, но перед ней его хватает второй и резко отдёргивает. Лю Цингэ не успевает затормозить и забегает в комнату. Дверь захлопывается за ним. Слышен звук запираемого замка. Дверь вспыхивает светом, будто кто-то активировал талисман на ней. Лю Цингэ пытается выбить её, сначала плечом, потом Чэнлуанем. У него впервые не получается победить дверь. — Да что с ним надо сделать, чтобы он забыл? — ноет один из Шан Цинхуа. — Нет, мы не будем его убивать, у тебя на всё один ответ. — Послушали бы меня тогда, сейчас бы не было проблем с Мобэем. — Это ты нас сдал! — Это ты написал его предателем, вот и сдал, — третий не кричит, он ехидничает. — Отойди, я ещё один талисман прикреплю. Дверь снова светится и гаснет. Они заперли его. Лю Цингэ осматривает комнату. Это просто маленькая спальня, без окон и лишней мебели. И, вроде бы, даже не жилая. Он возвращается к двери. Через неё хорошо слышно, хоть один плюс. — И что нам делать? — устало говорят за дверью. — Мы не можем держать его тут вечно. — Он взял миссий на месяц, его не будут искать. Лю Цингэ усмехается. Эти трое сейчас провернули один из их планов, только намного удачнее. Заперли его, когда никто не будет искать. Надо было тогда их звать. Но тогда из-за них план и не удался. — А когда все поймут, что миссии не выполняются? — Можно, я пойду? — это почти наверняка Милый Цинхуа. — Там в списке Бродячий Клубок Ниток, я хочу посмотреть. Точно Милый Цинхуа. Он любит необычных монстров. И часто знает, как их победить. Как остальные их не различают, они же не особо скрываются? — Тихо, — вдруг говорит один из оставшихся. — Почему так тихо? Разве шиди Лю не должен ломиться в дверь? — Мы убили его, — в ужасе выдыхает Милый Цинхуа. — Как мы могли убить Великого Лю? — Шиди Лю? — в дверь скребутся. — Ты живой? — Я выйду и вам не поздоровится, — отвечает Лю Цингэ. Он мог бы промолчать и посмотреть, откроют ли они, чтобы проверить. Но последний Шан Цинхуа так жалобно звучал, что не получилось. — Не сердись, мы не желаем тебе зла, — это Милый Цинхуа. Возвращается к своей милой личности. Вот только он всё это начал сегодня. — А мог бы промолчать и эти двое ворвались бы проверить, — этот Шан Цинхуа усмехается. Жуткий. — Как глупо. — Вы не сможете держать меня вечно. Через месяц шицзе Ци начнёт меня искать, чтобы отдать стальную норку. — И ты так и не показал её мне, — обижается Милый Цинхуа. — У неё четыре глаза? Она пыталась съесть твой меч? — Что, если он умрёт от голода? — Инедия, Фэйцзи. Он там может год просидеть. Лю Цингэ надеется, что его найдут раньше. Потому что он сломает эту дверь рано или поздно, а следующий Лорд Аньдина может не быть таким снисходительным к разрушению своего дома. Голоса затихли, удаляясь. Теперь они его ещё и бросили. Лю Цингэ прошёл на середину комнаты и сел в позу для медитации. Итак, годами в Цанцюне существует заговор. Три Шан Цинхуа (Хотя они называли одного Фэйцзи. Что за имя такое? Что за слово такое?) не просто делят на троих работу Аньдина (И Жуткий Цинхуа при этом не высыпается. Сколько нужно лордов Аньдина?), но и делают пакости. Встречаются с демонами. Подставляют Шэнь Цинцю. Бьют Лордов Пика по голове. Больно. При этом Цанцюн стоит на месте, даже то нападение, которое помешало их с Шэнь Цинцю официальной битве, захлебнулось на подходе. Уж пиковый лорд смог бы предательски снять защиту. Кстати, о которой. Как долго работают талисманы без подпитки ци? На год они его заперли, ага. Лю Цингэ встал, готовясь попробовать выбить дверь ещё раз. Никто не сможет его остановить. И никто его не останавливает. (Это настолько не то, чего ожидает Лю Цингэ, что он даже ждёт немного, вдруг прибегут.) Но он делает это достаточно тихо, чтобы его не заметили. Можно просто пойти, позвать Шэнь Цинцю и вдвоём разобраться. Но в памяти так свеж тот день (он был на этой же неделе), когда они просто обвели всех вокруг пальца и Шэнь Цинцю никто не поверил. Что, если он вернётся с Шэнь Цинцю, а тут опять будет один Шан Цинхуа? Нужно хотя бы двоих принести. Лю Цингэ крадётся на голоса. — Семицветный цветок туманности! — восклицает один. — Сотрёт последние сутки полностью. — Оставим его где-нибудь в лесу, пусть думает, что проиграл зверю. — Но мы же проследим, чтобы он был в порядке? — Конечно! — У вас не получится, — Лю Цингэ заходит в комнату. — Я знаю, что вас трое уже много лет. То, что он прикрывает голову ничего не значит. Он не боится Шан Цинхуа. Сколько бы их не было. (Больше десяти может причинить неудобство.) — Шиди Лю, — стонут все трое. — И хватил меня бить — предупреждает их Лю Цингэ. — Мне ещё на миссии идти. — Воды? — предлагает один и тушуется под злыми взглядами всех остальных. — Чаю? Лю Цингэ соглашается на чай. Даже, если он тоже отправлен. Он может смыть гадкий привкус во рту. Жуткий Цинхуа разливает чай, Милый меняет чашки местами. Странный приносит печенье в знак мира. Они молча сидят и никто не начинает говорить, даже когда счёт доходит до двадцати. Лю Цингэ пялится. Они одинаковые. Но это внешне (и Жуткий Цинхуа просто в широких штанах и рубахе, когда другие в одеждах Пикового лорда), а движения, мимика и даже то, как они пьют чай различаются. Милый Цинхуа принюхивается к чашке и снова меняется с Жутким. — Ты много лет знаешь, что нас трое? — прерывает молчание один из них. — Думал вы в одном теле, — признаёт Лю Цингэ. — Вы не особо старались быть одинаковыми. — Больше никто не догадался, — обижается Милый Цинхуа. — Шэнь Цинцю тоже знает. Вы сказали, что подставили его, — вспоминает Лю Цингэ. — Зачем? — Боялись нарушить естественный ход истории, — отвечает Странный Цинхуа. — А потом он спас тебя в пещерах Линси и мы поняли, что Фэйцзи идиот, — усмехается Милый Цинхуа. — А почему один из вас спит с демоном? — Потому что идиот, — теперь усмехается Жуткий Цинхуа. — Это ты меня сдал! — У него страсть к предательствам, — тихо говорит Милый Цинхуа Лю Цингэ. — Нам удалось убедить его не предавать Цанцюн, но совсем побороть не получилось. Это из-за Фэйцзи. Жуткий Цинхуа смотрит на остальных, как на предателей. Лю Цингэ считает это ироничным. — Демон не опасен, — наконец ему отвечают. — Его не интересует ничего, кроме Фэйцзи. Итак, Фэйцзи — это Странный Цинхуа. И имя у него странное. — Что значит «Фэйцзи»? — Они не могут объяснить, — говорит Жуткий Цинхуа. — Я Цинхуа, это, — он показывает на Милого, — Юань. Они моё искажение ци в юности. — Мы решили так ему объяснить, — Фэйцзи подмигивает. — Мы правда не желаем вреда, — Юань мило улыбается. Но Лю Цингэ помнит, что он начал попытки его вырубить. — Даже Цинхуа. — Да, просто направь его предательства по безвредному пути и всё пучком. — Можем мы рассчитывать на молчание? — спрашивает Юань. И они смотрят умоляющими взглядами. Даже Жуткий Цинхуа, который теперь просто Цинхуа. Они могли просто убить его, если бы захотели, Лю Цингэ даст им шанс. — Кто-нибудь пойдёт со мной на миссию? — Он, — они показывают на Юаня. — Я уже и вещи собрал. Могу я оставить себе Бродячий Клубок Ниток? Они не долго собираются, Шан Юань просто быстро сбегает, чтобы захватить пару мешочков Цянькунь и духовный меч. Он обычно достаётся тому, кто из них на данный момент в поле зрения, но Шан Цинхуа жертвует этим, лишь бы они ушли. Шан Фэйцзи пытается петь хвалу своему демону. Лю Цингэ уже видел воочию то, чему он поёт хвалу, не стоит так углубляться. Когда они не пытаются его убить, с ними интересно. И теперь у Лю Цингэ есть возможность не сдавать отчёты. Нет, это не грязный шантаж, он и раньше не часто сдавал. Теперь просто они не будут настаивать. Интересно, думает он, если они разные люди, у них разные привычки и всё остальное, то как они делают отчёты? — Вы можете подделывать почерк друг друга? — спрашивает Лю Цингэ, пока не ушёл. — Это Аньдин, тут не только мы так можем, — говорит Шан Цинхуа. — Юань иногда пишет за тебя отчёты. — И вы можете так с любым? — Допустим, — Шан Цинхуа заинтересован. — Ты хочешь поддельное предательское письмо? — Любовное, — исправляет Лю Цингэ. У них с Ци Цинци остался последний её план и всё так удачно совпало. — Мне нужно любовное письмо для Шэнь Цинцю. Сможете написать, пока меня нет? Шан Цинхуа морщится, но соглашается. Шан Фэйцзи трясёт его за руку со словами: "Я же говорил!" (Возможно, морщится он из-за этого.) Шан Юань предлагает уже выдвигаться. Ему нужен этот Бродячий Клубок Ниток.