Часть 4

      POV/: Дженсен Эклз.              Придя кое – как в себя, я решил попробовать расслабиться, но не мог. Я смотрел в одну точку. Я смотрел на Эл и пытался разобраться, что произошло.       Напряжение сначала было, но потом постепенно исчезало. Мы даже разговаривали между собой, шутили. Эл говорила по делу, со смехом, даже искренне. Даже засмущалась от моих слов. И, пока девушка общалась и отвечала на вопросы, я пытался разглядеть её. Я заметил сразу, как у неё тряслись временами руки, было видно, что ей некомфортно с этим стулом, а на её лице множественные шрамы. Не понимаю, как никто не обратил внимания, но я их увидел. И на виске, около губ, на скулах, на щёчках. Даже на запястьях остались длинные светлые полоски.       А этот наш зрительный контакт. Я засмотрелся. Такое чувство, что благодаря тому, что тебя встретил, смог немножко полюбить этот мир. Всё также не мог поверить, что она здесь и я снова могу любоваться ею. Своей маленькой любимой девочкой. Даже со шрамами, даже с усталым взглядом, даже с таким изменённым голосом. С каждой нашей встречей она становилась ещё более необыкновенной. Я был сейчас счастлив. Это была та самая белая, пусть и маленькая, светлая полоса в моей жизни. Не знаю, почему, но как Эл появилась здесь, мне сразу как – то полегчало. Может, из – за чувства вины или из – за нас с ней и моей личной жизни…              Ответив ещё на несколько занятных и странных вопросов, некоторые из зала решили снова обратиться к Алине.              — Хотелось бы узнать о твоих будущих планах в " Марвел ", — начала женщина, видимо, журналистка. — Виктория Алонсо покинула свой пост в компании, и, как утверждают некоторые источники, её должность предложили тебе. Как ты можешь это аргументировать?       Алина немного офигела, конечно. По её виду можно было понять, что она не ожидала таких вопросов. Да и я даже читал, что там Алонсо попёрли как – бы с позором. Эл скрестила ноги и обдумывала свой ответ.              — Я не хочу ничего плохого говорить о Вик. Я с ней столько времени работала, не хочу обсуждать и осуждать человека, — начала аккуратно Эл. — Это был её выбор, её решение, и это её проблемы, — сказала она, чуть крутанувшись на стуле, и облизнулась. — Но… То, что мне предложили её место, это, конечно, очень заманчивое предложение. Любой бы, мне кажется, согласился бы не задумываясь, но не я. Если честно, то я не хочу сидеть в офисе. Это не моё. Я хочу и люблю находиться на съёмочной площадке. Находиться внутри процесса. Контролировать всё лично. И вот из всех, кто здесь сейчас, меня понимает один человек, и это Дженсен. Он знает, каково это, — отвечала она очень сдержанно и уверенно, и перевела на меня свой взгляд Эл, и откинулась на спинку стула.       — Абсолютно согласен. Поддерживаю. Это очень трудно, когда ты на себя берёшь несколько ролей, скажем так. Мы не можем сидеть в сторонке. Нам надо делать. Мы не можем сидеть на месте. Нам важен сам процесс. Это то же самое, как льва посадить в клетку, и он будет беситься, что не может ничего сделать, — ответил я честно. Да, я поддерживал её в этом плане, потому что сам такой.       — Спасибо, — поблагодарила меня Эл. — Так что вот. Я не могу просто находиться в офисе. Это не моё. Я не для того столько времени работала и горбатилась, чтобы кому – то отдать свой проект и сидеть на стульчике. Да, я руковожу кучей народу, но я это делаю на площадке, а не сидя в офисе. Я хочу работать с людьми, наблюдать и следить за работой. Мне достаточно того, что я имею сейчас, — гордо ответила девушка, и зал дал аплодисменты.              Да и меня взяла гордость. Спокойно, сдержанно, уверенно, грозно так отвечать. Только она так может. И её слова в мой адрес. Очередной толчок такой.              — Есть ли вероятность того, что ты, когда – нибудь, вернёшься в " Амазон "? — обратилась с новым вопросом уже другая журналистка. И тут я увидел раздражение в глазах Эл. Она не любила заводить эту тему вообще.       — Я не вернусь в " Амазон ", — чётко и кратко ответила Алина, и зал завыл. — Ни при каких обстоятельствах, ни при каких условиях и предложениях, я туда больше не вернусь и больше не собираюсь с ними сотрудничать, — грубо начала она отвечать, и у всех ребят округлились глаза. — Я не хочу работать с теми, кто меня кинул.       — Но и мы прекрасно знаем, что Дженсен вместе со своей женой подписали контракт на сотрудничество с " Амазон Студиос ". Почему и тебе не попробовать договориться? — продолжала стоять на своём женщина и ещё нас с Дэни приплела. Я чуть поник. Но Алина уже кипела от злости, хотя держалась.       — То есть, по вашей логике, я должна дать " Амазон " шанс? — обращалась уже Эл к этой женщине, чуть наклонившись вперёд и облокотившись локтями на свои коленки.       — Почему бы и не попробовать? — дерзко произнесла вопрос журналистка.       — Давайте порассуждаем логически, — начала Эл очень холодно. — Студия меня кинула на деньги и забрала права на мои же проекты. По – вашему, я должна вернуться? Шутите? То, что Дженсен там со своей женой подписали какой – то там контракт с " Амазон " — вообще с большой колокольни. Рада за них, — перевела тему на меня Эл, и я офигел, если честно, потом повернулась и обратилась уже ко мне: — Дженсен, если вы лоханётесь с " Амазон ", то просто вспомни, что я тебя когда – то об этом предупреждала, — с очередным ехидством и холодом ответила она. — Меня кинули. Почему я должна возвращаться туда, где меня послали? Вот половина из этих людей, которые являются моими друзьями и коллегами, были со мной в тот день, когда мне сказали: " До свидания ". Они знают, что было и по каким причинам я ни за что не стану сотрудничать с " Амазон ". Я нисколько не сомневаюсь в Крипке и Геймане. Они и без меня справятся. Но то, как со мной поступили — я элементарно не прощу такое отношение. Я не позволю с собой так обращаться. Я знаю себе цену. Мне и в " Марвел " хорошо, и с Гаем Ричи прекрасно работается. Большего мне не надо. А " Амазон " пошёл куда подальше.              Закончила Эл. Это было резко. Мы каждый приходили в себя после таких заявлений. И мне даже досталось. Хотя, действительно. Чем я думал, когда мы подписывали новый контракт со студией? Я знал, что тогда происходило, и с чего я взял, что и с нами так не поступят? Когда ребята смотрели в сторону Алины, она лишь пожимала плечами. Ей не было стыдно за выражения. Её прямолинейность и самооценка были выше остального. Её моральные принципы были всем. И тут Лаз решил разрядить обстановку.              — Хотелось просто сказать. Знаете, кого хотел увидеть Джеффри Дин Морган? — задал всем вопрос Лаз. — Он постоянно твердил о том, что хочет увидеть химию между этими двоими, — ответил он, указав одновременно на нас обоих.              Мы с Эл сразу стали смущаться. Аж вспомнился Нью – Йорк. Да и Джеффри часто говорит о том, что хочет поработать вместе с Эл. И мне бы хотелось…              Наша панель подходила к концу. Мы все встали и поблагодарили зал. Спрятавшись за ширмой, мы подошли к стенду, чтобы сделать совместные фото. Эл, конечно же, и рядом не стояла. Как была с краю, так и осталась там.       Минут через пятнадцать Шишкиной и след простыл. Хотя мы здесь даже ещё и не закончили. Ребята, конечно же, стали её искать. Я, Лаз, Джесси и Карен направились почему – то к запасному выходу. И не прогадали. Там была Эл, и рядом с ней стоял Том. Они о чём – то шептались, а потом я увидел ещё более странное зрелище. Том подал Эл трость, на которую она облокотилась. Она еле ноги переставляла. Ничего не понимаю. Она только что с нами и на сцене была, и ходила как здоровая. Или это было всё напоказ? Девушка нас даже не видела, а вот Том, который стоял к нам лицом, увидел нас непонимающих. Он поджал губы, сглотнул ком в горле и толкнул Эл в бок. Та развернулась вполоборота к нам и выругалась.              — Фак… — проговорила она недовольным тоном.       — Боже… Что с тобой произошло? — сразу начала обеспокоенно спрашивать Карен и подбежала к ней.       — Дорогая, что случилось? В какую задницу ты опять попала? — восклицал Лаз и тоже подошёл к девушке. А я всё стоял на месте. Эл всё же решила полностью встать перед нами, всё также держась за трость и за локоть Тома.       — Несчастный случай. Ничего страшного, — отдалённо и нервно ответила Эл.       — Главное, что вообще ходишь и жива… — вырвалось случайно у меня, и у девушки взгляд зацепился на мне.              Пазл складывался. Значит, она ещё не восстановилась до конца, а уже во всю везде мотается. Делает ведь только хуже. Я стал волноваться и беспокоиться ещё больше.              — Точно всё в норме? — ещё раз поинтересовался Лаз.       — Всё в норме, — серьёзным тоном ответила Эл.       — Слушай. Может, побудешь ещё с нами немного? Там бар будет, закуски. Поболтаем немного, — предложила сразу Карен. Эл явно хотела тут уже каждого из нас пристрелить, я прочитал по её лицу. Их переглядки и шёпот с Томом длились минут пять.       — Почему бы и нет. Только недолго, — ответила спокойно и с ядовитой улыбкой Эл. Я был в шоке.              Девушка вернула Тому трость и начала выпрямляться. Офигеть можно. Было видно, как ей это даётся с огромным трудом. И она согласилась. Спокойно и уверенно пройдя мимо меня в обнимку с Лазом, она бросила на меня презрительный взгляд. Она прошла как ни в чём не бывало. Вернувшись к Тому, я стал потирать от шока своё лицо. Я вообще перестал соображать, что происходит. Том теперь тоже смотрел на меня недоверчиво.              — Что произошло? — еле выдавил я из себя.       — О. Ну, знаешь. Она в больницу попала, а так ничего, — надув губы и пожав плечами, ехидно ответил парень.       — Почему так? — с дикой усталостью и тоской обратился к нему вновь, указывая на трость.       — Восстановление тяжелое. Ей нехило досталось. Мучают жуткие боли, что даже передвигаться не может. Всё пучком. Она же этого хотела. И одна в больнице валяться тоже, — хмыкнув, ответил он, бросил свой недовольный взгляд и ушёл с тростью на улицу.              Твою ж мать… Неужели я снова во что – то вляпался, и мне придётся снова перебарывать чувство огромной вины?