Часть 25

             POV/: Дженсен Эклз.              Любое утро с такой прекрасной девушкой будет лучшим. Даже несмотря на то, что нас разбудили. Да и ночка была более – менее спокойной. Не считая того, что мне снились очешуенные сны и я всё же вылезал ночью из постели. Эл продолжала спать на моей груди. Такая маленькая. Такая милая. Всё сильнее прижимается ко мне. Само очарование. И это моё сокровище. Я непроизвольно улыбнулся, расцеловал лицо Эл и осторожно вылез из спальни. Главное — не разбудить мою малышку. Поправив свои штаны, я направился на кухню, но там уже горел свет. Странно. Я неожиданно встретился с Томом, который стоял, облокотившись на кухонный гарнитур, и что – то пил. Он сразу заметил меня и будто бы завис.              — Том? Ты чего не спишь? — обратился к нему, зевая. И всё же подошёл.       — Привет. Да чего – то не спалось. Вот, решил чайку бахнуть, — легонько улыбнувшись, парень продолжил пить горячий напиток. — А ты чего вылез? — спросил он, когда я наливал себе воды.       — Пить захотелось. Я отрубился почти сразу же, как только лёг, — ответил я спокойно и встал в такую же позу. Мы замолчали, только не знали, кто о чём думал.       — Она тебе предлагала уже сбежать вместе? — спросил заинтересованный Том. Я чуть не подавился.       — Ты – то откуда узнал? Она об этом уже говорила? — я был в замешательстве, если честно. Том почему – то усмехнулся.       — Дженс. Вы снова встретились. Снова эта искра. Уже сбегали. Любите друг друга. Нужны ещё факты? Это же уже очевидно, — обратился Том ко мне, чуть повернувшись в мою сторону и размахивая чашкой. Я стоял как идиот с приоткрытым ртом. А потом вспомнил наш вечерний разговор и стал смеяться. — Чего смеёшься?       — Просто… — сквозь смех пытался я сказать. — Просто я ей тоже предложил уехать со мной в Чикаго, — рассказал я Тому.       — Да ты гонишь? — ошеломлённый Том сверлил меня взглядом и не верил своим ушам. Думаю, он по моей радостной роже понял всё. — И что ответила? — Том от ликования аж треснул по – дружески меня по груди.       — Она хочет и готова, но боится, — коротко ответил я, но Тома это не удовлетворило.       — Почему? Твои друзья знают о вас. Чего бояться? — задал он вопрос, когда я уже повернулся к раковине вымыть стакан.       — Она не из – за этого. Она опасается фанатов, которые могут задать не очень приятные вопросы. Думаю, ты понимаешь, что она имела в виду, — подметил я, и Том осознал всю сложность. Парень развернулся ко мне боком, сверля взглядом.       — Ну, неудобные вопросы — обычное дело. Тем более в нашей сфере.       — Да, но не когда это касается твоей национальности или политических убеждений, — ответил я, пожав плечами.       — М – да… Сложная ситуация… — начал Том. — А про ребят она ничего не говорила? Ну, про новый этап знакомства или что – то вроде того… — пристально смотрел он.       — Об этом мы не говорили, — я развернулся и облокотился руками на край гарнитура. — Да и она не заводила эту тему. Да даже если и встретятся, надо всё равно подготовить почву. Нельзя же так сразу всем остальным в лоб сказать о нас. Если Джен и Роб ещё нас приняли, то Джаред может закатить скандал или обидеться. Не хочу этого, — начал я разъяснять.       — Даже после всего, что натворила твоя жена? — удивлённо спросил Том.       — Бывшая жена, Том, — подметил я. — Я с ней только ради детей. Они не в курсе. Кольцо надеваю только на выход. До сих пор не верится, что она столько времени нас всех обманывала. Так ещё на такие делишки пошла. Ужас какой – то, — раздражение слегка накрыло. Аж зубы стиснул и кулаки сжал.       — И с чего тогда Джареду обижаться, если знает правду? Ты же им рассказал. Да, может быть Миша ещё тот фрукт, и ему лучше Алине на глаза не попадаться, но Джаред — твой лучший друг. Он должен понимать всю серьёзность ситуации и что у вас с Шишкиной серьёзные намерения. И думаю, что она это доказала, как и ты, — я увидел во взгляде Тома понимание и поддержку.       — Мы что – нибудь придумаем. Мы справимся. Я её больше не оставлю. Я как влюблённый идиот, да? — облизнувшись, повернулся я к Тому.       — Так и есть, — ответил он улыбчиво, и мы засмеялись. — Будь с ней осторожен. Вы ради друг друга идёте на такие жертвы. Её столько времени предавали, обманывали, обвиняли, унижали… Но, рядом с тобой она ожила, Дженс. Она столько лет была такой угрюмой, бездушной. Рядом с тобой у неё горит тот самый яркий огонь в глазах. Даже Бут уже не помнит, когда видел её такой счастливой. Ты для неё какое – то открытие. Глоток чистого воздуха. Да и после того, что вы пережили, глупо будет расставаться из – за какой – то мелочи или ссоры. Я очень рад за вас. Я вижу, какие сильные ваши чувства. Не потеряй её такую, — дал мне наставление Том. Чёрт. Реально заботливый. Он сопереживал. Он знал, что я теперь ощущаю на себе всё то, что несёт на своих плечах Эл. Парень уже хотел уходить, но я его тихо окликнул:              — Том, — он сразу же остановился и развернулся ко мне лицом. — Спасибо, — от чистого сердца поблагодарил его. Том доверчиво улыбнулся и скрылся в своей комнате.              После такого интимного разговора, я захотел вернуться обратно. К своей маленькой девочке, которая уже лежала на другом боку. Я не переставал улыбаться, даже когда лёг с другой стороны и обнял Эл.              И то, что Том нас поднял, нисколечко нас не смутило. Ещё и завтрак приготовил. Жаворонок, блин. Даже не заметил, как уснул на этой панде. И наше баловство это. Как бабка с дедом ворчим. Но мне это нравится. Эл даже не сопротивлялась, когда подхватил её на руки и так понёс на кухню. Смеялась во всю. Да такую девушку только на руках носить. И за столом сидели как все свои. Прямо как в Вегасе на застолье. Домашняя и родная атмосфера. Конечно, чуть – чуть было обидно, что Эл не могла полностью решиться на совместную поездку в Чикаго, да и понять можно. Её нужно было поддержать. Я сам вечно в работе. Я так же не могу полностью решиться уехать в Лондон или тот же Вашингтон. Прям хочется пошутить про то, когда в гости пригласит.              — Когда освободимся, тогда и поедем в гости, — ответила Алина неожиданно, попивая свой чай.       — Она всегда мысли читает? — обратился я к Тому. Он лишь пожал плечами, улыбаясь уголками губ. Алина в ответ хихикнула.       — Тебе у неё дома точно понравится. Это я тебе гарантирую, — поддержал Том разговор, и у меня ещё больше интереса появилось.       — Вы меня заинтриговали, — произнёс я.       — Ага. Бута обрадуем, — съязвила Эл.       — Ты против, чтобы я к тебе приехал в гости? — спросил я Эл, вскинув брови.       — Я, наоборот, очень хочу. Просто кто – то у нас очень вспыльчив и недоверчивый. И мне есть в кого, — так же вскинула бровями девушка.       — Считаешь, что Бут будет против? — положив локти на стол, я стал внимательно изучать реакцию и эмоции Эл, как и Том.       — Бут — возможно. Ему, как и тебе, нужно время, чтобы привыкнуть. Но ребятам ты нравишься. Они мне рассказывали, как вы общались, пока ты был в Вашингтоне, — спокойным тоном отвечала Эл и легонько улыбалась. Её глазки на свету стали зелёными.       — А может, просто он ревнует? — хитро поинтересовался я у Алины, прищурив глаза.       — И это тоже, — усмехнулась она. — Просто каждому из нас нужно время, — подвела итог Эл, пожав плечами. Мы с Томом залипли конкретно, облокотившись руками на стол.       — Это ты прикинь, сколько мужиков её упустили? — в шуточной манере стал выражаться Том. — Даже наш Дэн.       — Ага, — подтвердил я с открытым ртом.       — А Коди вообще идиот, — дополнил Том.       — Ага. Козёл, — подтвердил я. Эл смотрела за этим шоу.       — Он конченый урод, — вставила она всё же своё слово.       — Ты представляешь. Она даже Крису Эвансу отказала, — продолжал Том всё так же язвить.       — Ого. Отказать Эвансу. Да её никто не цепляет вообще, — поддерживал я до сих пор. Алина закатывала глаза, но ей нравилось.       — И Себастьяну Стэну… Хм… Кому же ещё она отказывает? Ах, да. Всем, — мы аж засмеялись.       — Ну хорош, — начала гнусаво Эл.       — А ты из наших кому – нибудь отказывала? Не знаю. Энтони там, или Джеку? — с огромным любопытством наблюдал за ней. Эл прорычала и закатила снова глаза. Нас развеселило это ещё больше. Девушка встала со своего места, чтобы убрать тарелки, но остановилась около меня.       — Мне вот одно большое чудо на голову свалилось. До конца жизни хватит, — обняла со спины меня и поцеловала в голову. Я засмеялся от такой заботы.              Пока Эл убирала посуду, то изменилась в лице. Буквально через пару минут девушка зашипела и схватилась за левое плечо. Мы сразу с Томом встревожились.              — Родная, всё хорошо? — спросил я её. Эл вцепилась одной рукой в плечо, другой в раковину, поджимая губы.       — Не знаю… Шрамы заболели, — сквозь сжатую челюсть процедила она. Я не успел встать, как Том уже оказался возле неё. Он помог ей чуть разогнуться и решил сам посмотреть на шрамы.       — Какие ощущения? — спросил на полном серьёзе Том, пока касался этих шрамов. Он, видимо, что – то заметил.       — Как будто жжётся и болят, — ответила она. Я уже заволновался.       — Может, в больницу стоит съездить? — предложил я.       — У меня на следующей неделе приём. Либо спрошу у Кэм с Бреннан, — выдыхая, ответила Эл.       — Давай хотя бы холодное приложим. Может, полегче станет, — парень не стал ждать и полез в холодильник, достав оттуда бутылку с водой, которую Эл приложила к ключице.       — Ты приняла лекарства? — на мой вопрос Эл отрицательно мотнула головой и увидела мой убийственный взгляд. После этого она сразу же приняла лекарства.              Где – то через час, как только Эл стало легче, мы стали потихоньку собирать заранее вещи. И сами стали одеваться в магазин. Наконец – то смог одеваться в обычные вещи, а не в костюм. Я сразу отбросил эту чёртову трость. Будет за меня держаться.       

***

      В скором времени мы уже ехали на машине в магазин в поисках подарка. И я снова был за рулём, хотя даже Алине предложили, но она пока этого дела опасалась. И мы на трассе застряли на светофорах. Вот нафига их столько? Пока мы стояли и ждали, Эл что – то искала в телефоне.              — Что ищешь? — обратился я к ней, постукивая пальцами по баранке.       — Хочу показать, что хочу найти. Если найдём, — спокойненько ответила моя девочка.       Уже минут через пять Эл вскрикнула. Явно нашла, что искала.       — Вот. Смотрите, — Эл перевернула телефон экраном к нам.              Эл нам показала шикарные браслеты. Из камушков. И ещё, видимо, ручной работы.              — Ну? Как? Мне кажется, это то, что нужно, — Эл была взволнована, потому что не знала, как я отреагирую. Аж прикусила палец. Но эти браслеты оказались реально очень красивыми. Я долго разглядывал, как и Том. Алина уже нервничать начала.       — Детка. Мне кажется, что это очень крутой подарок, — ответил наконец я.       — Правда? — стеснённо спросила она.       — Да. И самое главное, что от души, — она увидела мою счастливую улыбку и сама начала улыбаться. Девушка потянулась за поцелуем, и я ответил очень нежно.       — Да, только это ручная работа. И это делают у нас в России. Поэтому и волнуюсь, что можем не найти здесь, — дополнила Эл с небольшой грустью в голосе.       — Только давай без твоих этих взглядов, окей? — обратилась Эл ко мне.       — В каком смысле? — ответил я вопросом на вопрос, заруливая на стоянку.       — Ты ведь в тот раз залип конкретно, — сказал протяжно Эл. Я цокнул.       — Тебе уже и подарочки дарить нельзя? — кинул я на неё свой неоднозначный взгляд.       — Во – первых, — начала девушка. Ну вот. Пошло – поехало. — Мы едем выбирать подарок твоей дочке. Во – вторых, я не страдаю от украшений и прочей этой бурды. Ты хоть раз видел, чтобы я носила украшения? Любые, — поставила она меня перед фактом. Что правда, то правда.       — А как же серёжки и кольцо на указательном пальце? — подколол я её.       — Серёжки, потому что уши проколоты. И то я не меняю их. А кольцо — это как оберег для меня. Давнишний подарок от старого знакомого. Надеюсь, не нужно объяснять, почему у меня есть военный жетон и крестик? — переспросила Эл, вскинув бровью. — И у тебя, кстати, тоже куча подвесок висит. Не думаю, что ты ради красоты носишь крестик и ещё одного святошу.       — Ты ведь католик? — спросил меня Том, встряв между сиденьями.       — Да. И ходил в воскресную школу. А ты? — решил узнать у него.       — Наполовину, — ответил паренёк, скривив рожицу. И тут мы уставились на Алину, хотя Том и так знал.       — Чего вы на меня так смотрите? Я вообще христианка, как и Дэн с Катей, — ответила Эл.       — Ты не принимала католицизм при переезде? — решил узнать я.       — Ну началось, — простонал Том.       — Я русская, Эклз. И остаюсь при своём. Я вообще не особо в Бога верю. А вот Бут у нас истинный католик. Тоже в воскресную школу ходил, — блин. Вот зачем спросил. Знаешь ведь её позицию, дурень. Ещё рассердил, поди.       — Прости, что спросил. Я знаю, как ты серьёзно ко всему этому относишься, — извинился я.       — Дженс. Ты спросил. Я ответила. Тут ничего такого. Бог же всё равно един, вроде как, — ответила Эл, пожав плечами, и мило мне улыбнулась. Томас очень громко вздохнул, напоминая о себе.       — Уверен, что – нибудь найдём, — поддержал нас Том.              Мы все переглянулись между собой и дали друг другу " пять ".              Мы оказались в каком – то торговом центре, где внутри больше было похоже на базар. Как в Стамбуле или Гуанчжоу. Эл держалась за мою руку и шла между нами с Томом. Мы разглядывали всё. Глаза разбегались.              Гуляли часа полтора точно. Но ничего похожего найти не могли вообще. Жаль, нельзя дождаться, чтобы Эл съездила к себе домой и там подарок приобрела. Пошутил внутренний голос.       Через время этих прогулок, мы забрели на какой – то реальный базар. Причём турецкий. Пока гуляли, смотрели и дышали этими чудесными запахами, Эл остановилась, отпустив мою руку. Мы с Томом прошли чуть дальше.              — Дженс? — позвала она меня, стоя около какой – то лавки.       Даже не обернулась. Мы с Томом подошли к ней, и я обнял её за талию. Она посмотрела на меня своими синими глазками и взглядом указывала на прилавок с украшениями.        — Гляди. Мне кажется, что мы нашли то, что нужно, — произнесла она игриво и облизнулась.              Женщина – продавец подошла к нам, и мы попросили достать один из браслетов. Такой нежный. Шариками. И розовый, и фиолетовый, и перламутр. И подвесочки в виде вишенки и сердечка. Даже в фирменную коробочку положили.              — Знаешь. Мне кажется, что с тем колечком будет идеально сочетаться, — подметил я, пока мы шли обратно к машине.              Алина смотрела влюблёнными глазками и крепче взяла меня за руку. И да. У неё шикарный вкус.       После таких прогулок было решено вернуться обратно в отель, чтобы немного отдохнуть, сдать обратно машину и забрать вещи, чтобы поехать в аэропорт.       

***

      Чем больше близилось время к отлёту, тем больше менялось настроение. Было паршиво на душе, потому что снова придётся расстаться с Эл. Мы оба прочувствовали, как нам становится не по себе. Просто пытались принять факт неизбежного.              Рейс Алины и Тома был раньше моего почти на два часа. Я хотел провести с ними больше времени, поэтому поехал с ними. Как только приехало такси, Эл остановилась около открытой двери. Она села назад вместе со мной. Ради меня. Я не выпускал девушку из объятий. Эл вцепилась в мою руку, потому что не хотела отпускать. Её глаза всё больше и больше наполнялись печалью. Она хотела заплакать, и я это чувствовал. Я положил свою голову на её плечико.              — Прошу… Только не плачь, родная… — прошептал я.              Я ощутил её мурашки. Этот трепет. Эл схватилась за мои руки цепкой хваткой. И всю дорогу мы ехали в таком положении. Не отрываясь друг от друга.       Уже стоя в аэропорту, в зале ожидания, мы стояли в обнимку, дожидаясь их рейса.              — Не хочу тебя отпускать… — вновь прошептал я, поглаживая свою девочку по спинке.       — И я… — услышал я в ответ. Такой ответ меня согревал ещё больше.       — Только обрёл то самое счастье, и снова нужно расставаться… — меня накрывали эмоции, ещё и Эл крепче обнимает.       — Будем надеяться, что это ненадолго… — проговорила Эл мне в грудь и подняла свой взгляд. Я приложил свою руку и начал проводить пальчиком по её лицу.       — Для меня самое главное, что ты жива и с тобой всё в порядке, — у меня вырвался истерический смешок. Я увидел надвигающиеся слёзки в синих глазках. — Хэй… Родная, не надо плакать, — прошептал я, проведя большим пальцем по её щёчке. Эл шмыгнула носом, отвернулась и пыталась стереть подступающиеся слёзы.       — Просто я не хочу расставаться с тобой, — сказала она уже с дрожащими губами.       — Мы ещё встретимся с тобой. Я обещаю, — я взял в свои ладоши её личико, которое покрывалось румянцем.              Очень громкий и звонкий голос подорвал нашу идиллию. По громкой связи объявили посадку на рейс до Лондона. Эл зажмурилась, словно не хотела ничего слышать. Но тут пришёл Том.              — Алин… — произнёс Том осторожно её имя. — Нам пора, — продолжил он. Но он говорил это на их родном языке. Я даже привыкать стал.       — Всё будет хорошо, поняла? Мы не расстаёмся. Я дал тебе слово и больше не упущу этот шанс, — слегка пригрозив, ответил я своей малышке.       Томас подошёл и обнял меня на прощание. Мы с Эл встретились взглядами. Её глаза были полны благодарности. Я снова прижал Алину к себе, уткнувшись в её шею. Я пытался продлить как можно дольше этот момент. Снова вдохнуть запах её кожи.        — Будь осторожна, — шепнул ей.              Эл чуть отпустила меня и смотрела в душу. Моя девочка осторожно поднялась на носочки и чувственно поцеловала в щёчку и в уголок губ. Как в наш первый раз… Нам обоим хотелось большего, но мы не рискнули целоваться на огромном сборище. Держась за мою ладонь, Эл всё отходила дальше от меня. Я держал её до последнего… до последнего прикосновения её кончиков пальцев. Мне было дико больно. Я просто смотрел на то, как моя любовь всей жизни всё больше отдаляется от меня. Не хотелось так. Я отвернулся, схватившись за голову. Я старался держать себя. Удержать свои эмоции. Руки медленно опустились на бёдра, и я решился развернуться. Эл с Томом уже подошли ко входу на трап. ТВОЮ Ж МАТЬ!              — ЭЛ! — крикнул я, и девушка сразу обернулась.              Я со всей дури рванулся к ней, подходя грозным шагом. Когда уже оказался рядом, то сразу схватил Эл за голову и впился в её губы. Девушка опешила, но сразу начала страстно и чувственно отвечать. Воздуха не хватало, но нам было плевать. Эл прижалась ко мне всем телом, кусала мои губы. Было мало. Когда же уже кислорода не хватило, мы остановились и смотрели в глаза друг другу. Глаза блестели. Девушка гладила мою щетину, и мы, как дурачки, стали смеяться. Я уткнулся в её лоб и не мог поверить, что сделал это. Эл первая потянулась за поцелуем, на который я, конечно же, ответил. Мы прочувствовали боль друг друга. Мы до последнего сминали губы друг друга. Нежно. Страстно. Кусая. Теперь мы улыбались. Теперь я был уверен.       Со спокойной душой, Эл задним ходом отходила от меня светло улыбаясь. Том вообще пальцы вверх показывал, радуясь за нас. Эл и Том скрылись из моего поля зрения. Но на душе реально стало спокойнее. Я продолжал стоять на месте, лыбиться и пробовал свои же опухшие губы на вкус.              Пока сидел и ждал свой рейс, через полчаса пришло сообщение. Хм. От Эл. Моя красавица отправила фото своего окошка, возле которого сидела в самолёте. Я решил пошутить.              * Самого важного на фото нет. * — отправил я. Буквально через полминуты пришло другое сообщение с фотографией моей девочки.              * Люблю тебя. * — решил написать ей.       * Люблю тебя, мой герой 😘 * — прислала она.              Чёрт. Как же я был счастлив.       И когда я летел в самолёте, тоже решил отправить ей фото. Как дети, вот ей – богу.       

***

      Да и празднование дня рождения дочки прошло более чем, успешно. Мы покатались на кораблике. Я отправил Эл наше совместное фото. Только когда вернулись все поздно домой, я решил зайти к дочурке в комнату, когда та уже ложилась спать.              — Детка, спишь? — поинтересовался у Джей Джей, тихонько приоткрывая дверь.       — Пока нет. Ждала тебя. Ты сказку обещал, — услышал я детский голосок. Я засмеялся и зашёл в её комнату. И решил попробовать подготовить немного Джастис к нашим отношениям с Эл. Присев на кровать, дочка присела рядом и ждала.       — У меня есть кое – что получше сказки, — начал я интригующе. У Джастис аж глаза загорелись любопытством.       — Что? — дочурка заулыбалась, но я не спешил ей показывать подарок. Нервно облизнувшись, я решил попробовать начать разговор.       — Я сначала хотел обсудить с тобой кое – что, — начал аккуратно я. — Я недавно встречался с Алиной. Мы с ней разговаривали обо всём.       — Я скучаю по ней… — с грустью в голосе произнесла Джей Джей и опустила голову. Очень неожиданно было так услышать.       — Я тоже скучаю по ней, — тоска сразу же накрыла меня. — Алина помнит про твой день рожденья, так что мы вместе с ней выбрали тебе подарок. Ну, это даже больше от неё, — у дочурки сразу появилась радость в глазах. Я взял эту коробочку и отдал в ручки Джастис. — Это тебе от Алины, — у неё аж глаза чуть не выскочили.       Джей Джей начала аккуратно открывать эту коробочку, в которой была ещё записка с наилучшими пожеланиями от Эл. Как только Джастис увидела браслет, то вскочила вся счастливая, чуть ли не крича от радости. Начала скакать на кровати.       — Это правда мне? — ошарашенно спрашивала и смотрела она.       — Да, — с широкой улыбкой ответил я, и Джастис кинулась на меня с объятиями. Сюрприз удался. Когда же Джастис отлипла, то достала браслет и попросила помочь его надеть на руку.       — Смотри, папочка! Он очень красивый. Как колечко, — радовалась во всю Джастис. Теперь точно ничего снимать не будет.       — Я очень рад, что тебе нравится, — погладил я дочурку по голове. Она о чём – то задумалась.       — Папочка, а можно спросить?       — Конечно, — спокойно ответил я, слегка нагнувшись к ней.       — А ты любишь Алину? — неожиданно спросила она. Я опустил голову и обдумывал, что сказать.       — Почему ты это спрашиваешь? — ответил тем же.       — Я просто вижу, как ты смотришь на неё и как сильно по ней всегда скучаешь… — даже ребёнок это заметил, но грусти я не услышал в ответе. Джастис, наоборот, даже как – то пыталась меня к этому подтолкнуть. Я выдохнул, и решил не оставлять дочку без ответа.       — Я очень люблю её, — ответил я честно.       — Это значит, что ты разлюбил маму?       — Нет, детка. Просто… Просто понимаешь. Сейчас между нами с мамой очень сложные отношения. На это нужно время. Но это не значит, что ты, Зеп и Эрроу мне безразличны. Я не хочу вас втягивать в наши ссоры, и чтобы вы видели, как мы с мамой ругаемся. Но ты права. Алина мне небезразлична. Она мне очень дорога. Я пойму, если ты будешь против этого. Но, ещё хочу, чтобы ты знала, что Алине ты тоже небезразлична вместе с братом и сестрой. Она не меньше меня о вас беспокоится.        Говорил как можно спокойнее и осторожнее. Поглаживая голову дочурки, боялся её реакции. Дети очень обидчивые. Неожиданно, Джастис обняла меня за шею.       — Если ты счастлив с ней… — начала она, но я перебил, сильнее обняв.       — Очень счастлив, — с полной уверенностью ответил я.       — Тогда я не против, — с небольшим детским хохотом ответила Джей Джей.       Я ликовал. Джастис приняла нас. Даже несмотря на свою большую любовь к матери. Хотя… Если поразмыслить… Расскажи детям о том, что сотворила их мать, сразу разлюбят и возненавидят. Джастис предстала передо мною и взяла своими крохотными ладошками лицо, и начала расцеловывать всего.        — Люблю тебя, папочка, — произнесла она.       — И я тебя люблю, — ответил я с улыбкой и оставил поцелуйчик на её щёчке. — А давай… Знаешь, что сделаем? Завтра запишем видео и отправим Алине. Пусть увидит свой подарок и тебя поздравит, — предложил я идею, и дочка захлопала в ладоши, соглашаясь. — А теперь спать, — легонько толкнул за лицо дочурку, и она сразу упала в кровать, смеясь.              Уже очень уставшая, но ужасно счастливая, Джей Джей сразу же вырубилась. Я укутал её одеялом и тихо вышел из комнаты. Я проверил младших, убедился, что все уснули, и сам направился отдыхать в отдельную спальню. О Дэни не беспокоился, что очень хорошо. Нас ещё ждёт поездка в Чикаго, и очень верю, что Эл всё же сможет приехать.              Следующим днём мы всё же записали видеосообщение для Эл. Дочурка радостная хвасталась подарком, и мы оба поблагодарили Алину. И оба сказали, что очень любим её. Через несколько минут пришёл ответ в виде кучи сердечек и гифок с поцелуями.              * Очень – очень вас люблю. *              Сколько же радости нас переполняло. Даже представить себе не можете.       На огромном позитиве я отправился в Чикаго. Неужели благодаря Эл всё стало гораздо лучше и жизнь налаживается? Неужели это всё от реальной, настоящей любви?