5 глава

      На кухне был слышен только завывающий ветер, что слегка колыхал прибитое к раме окна одеяло.       Испуг, что наполнил пространство и коснулся всех находящихся на кухне, от внезапных слов резко сменился на раздражение и злость хозяина дома.       Майкл всегда старался держать себя в руках, но его начала колотить дрожь, отчего он сжал ладони в кулаки.       Он злобно смотрел на Хельгу, что нервно переводила взгляд то на него, то на Елену. — Папочка, что ты… — звенящую тишину нарушил тихий голос девочки, что шумно стукнула ложкой по столу. — Елена, иди в комнату, — перебил дочь Майкл, не поворачиваясь к ней лицом. — Майкл… — тут вступила Хельга, пытаясь сместить внимание на себя, — Давай спокойно поговорим, — на последнем слове её голос дрогнул. — Заткнись, не хочу тебя слушать, — процедил сквозь зубы Майкл, смотря на женщину.       Казалось, что ещё немного, и он сорвётся. — Папа, что... — вновь начала девочка, смотря на отца непонимающим взглядом. — Не заставляй меня кричать, Елена,  если доела, иди в комнату, — строго повторил мужчина.         Девочка, чьи глаза покрылись пеленой слёз, виновато опустила голову. Она медленно встала с табуретки и окинула взглядом отца, что впервые выглядел настолько серьёзным и злым в её присутствии. Последний так и не посмотрел на неё.       Не сказав больше ни слова, она тут же выбежала из кухни и с громким топотом направилась наверх. — Майкл, зачем ты так... — найдя в себе смелость, высказалась женщина, проводя Елену взглядом, — Мы могли прямо сейчас всё решить… — Убирайся, — лишь ответил он. — Что...? Почему? — недоумевающе бормотала она. — Что я сделала не так? — Всё! — посмотрев ей прямо в глаза, чётко заявил Майкл. — Хельга, ты всё делаешь не так. С самого начала. Это решение сбежать от войны в это богом забытое место. Тот день, когда ты сказала, что потеряла мои документы. Когда бросила нас, в конце концов, забрав деньги и оставив нас без единой монеты.       Прядь его волнистых чёрных волос выбилась из причёски, когда он начал глубоко дышать, восстанавливая дыхание. — И чтобы я не делал, тебе всегда  было мало. Я пожертвовал всем, чтобы уехать сюда и быть со своей новой семьёй, — перейдя на спокойный голос, заявил Майкл. — Мы должны были быть партнёрами, командой. Помогать друг другу... Но ты ушла. А теперь возвращаешься, как ни в чём не бывало, и думаешь, что можно всё вернуть, будто ничего и не было. Хочешь быть любящей и заботливой матерью… Словно всё то, что было, не стоит ничего. Все мои жертвы, все мои вложенные силы. Вся любовь…        Его голос слегка надрывался, словно он вот-вот разрыдается. — Ты не знаешь, сколько бессонных ночей я провёл. Сколько времени понадобилось, чтобы просто просыпаться по утрам и хоть как-то продолжать бороться. Если бы не наша малышка… — он судорожно сглотнул. — Единственное, что ты принесла в этот дом — разрушение. Ты разрушаешь всё то, что я строил и создавал долгие годы, и разрушаешь меня. Посмотри, как я обошёлся с Леной. Из-за тебя я сам не свой…       Замолчав, он провёл по своим волосам, заправляя их обратно, пристально смотря на Хельгу.   — Я это уже говорил… — продолжил Майкл, — у тебя был один шанс попытаться вернуть наше доверие. Чтобы твои слова были не просто словами. И я пошёл на этот шаг только ради дочери, но ты не справилась. У тебя всё время какие-то хлипкие оправдания, увиливания, ни единого слова правды. Я чувствую лишь злость, хоть и пытался как-то понять и принять. Но это невозможно. Невозможно верить тому, кто однажды уже ушёл… Поэтому, чтобы всё окончательно не разрушилось — уходи. Я переживу, но вот Елена…       Хельга, слегка пятясь, быстро вышла из комнаты, заставляя пол громко заскрипеть.       Тяжело вздохнув, мужчина медленно присел обратно на стул и, оперевшись на руку, прикрыл глаза.       Майкл подозревал, что всё так и закончится.        Он почувствовал одновременно и горечь, и облегчение. — Вот, — внезапно услышал он тихий  голос и неспешно отпрянул от своего запястья.       Перед ним стояла Хельга с протянутым конвертом. Он немного опешил, ведь Майкл подумал, что женщина пошла собирать свои вещи. — Что это, Хельга? — устало спросил мужчина, переведя взгляд на конверт.       И не дожидаясь ответа, он схватил его и открыл. — Это... Мои документы? — недоверчиво уточнил Майкл, сначала смотря на находящиеся там документы из зелёного материала, а потом на Хельгу. — Да, я восстановила их, когда появилось достаточно денег... — стыдливо ответила она, опустив голову.       Вдруг женщина резко присела на колени, прижавшись к ногам Майкла. — Хельга, что ты... — удивлённо вздрогнул он. — Майкл, прости меня, прости за всё, — она уткнулась лбом в его колени. — Я знаю, что плохая мать, плохой человек, но я правда вернулась ради вас... — Встань сейчас же, что ты творишь, — бормотал мужчина, пытаясь мягко оттолкнуть её от себя. — Я люблю вас, правда-правда, мне так жаль, прости меня, Майкл, — начала плакать женщина, сжимая его потёртые брюки.       Тяжело вздохнув, он сжал переносицу и осторожно провёл рукой по её спине. — Хельга, вставай, — продолжая ласково гладить её, тихо сказал мужчина. — Давай, — еле слышно говорил Майкл, поднимая её под руки. — Майкл, я... — всхлипывала она, судорожно дыша. — Сядь, — махнув головой в сторону стула, попросил он.       Оглянувшись назад, девушка присела рядом с ним, шмыгая носом. — Хельга, послушай, — взяв её руки, мужчина мягко гладил её костяшки. — Сейчас ты мне рассказываешь, почему ты так с нами поступила. И если хоть на секунду я усомнюсь в правдивости твоих слов, то ты собираешь свои вещи, завтра уезжаешь и больше никогда сюда не возвращаешься. В другом случае... Я дам тебе самый последний шанс. Ты поняла? — строгость в его взгляде контрастировала с его нежными тёплыми руками, которыми он продолжал поглаживать пальцы девушки. — Мне было страшно... Всё это было так внезапно... Переезд, ребёнок. А потом я заметила, что в нашем доме я просто обуза, которая мешает тебе, — убрав руки, она резко опустила голову.  — Ты ничего не говорил, но я видела, как ты устаешь, когда приходил с подработок и помогал мне правильно ухаживать за ребёнком. До сих пор не могу нормально это сделать, — она печально усмехнулась. — Значит, ты правда уехала зарабатывать в столицу? — уточнил Майкл, внимательно слушая. — Конечно... — Но почему ты исчезла, ничего не сказав..? — Я знала, что ты запретишь. Ты бы сказал, что не стоит думать о таких глупостях... Но я не хотела продолжать быть бесполезной, поэтому решила уехать тайком, — она вдруг замолчала и поправила свои волосы.        Она вновь спустилась на колени со стула и, наклонившись, прижалась к его груди. — Я не знаю, что происходило, когда я ушла. Но я понимаю, что тебе было трудно... Поэтому я исправлюсь, я постараюсь. Прости меня... — она уткнулась в его ключицу, вновь начав всхлипывать. — Боже, Хельга, вставай, — снова стараясь её мягко оттолкнуть, бормотал Майкл.  — Я знаю, что как раньше ничего не будет, но я хочу попытаться, ведь я люблю тебя,  — от её слов мужчина заметно дёрнулся. — Хельга, — на этот раз строго сказал он, слегка отстраняя её от себя. — Я  буду рад, если ты постараешься... По настоящему постараешься быть мамой для нашей дочери. Но, как ты и сказала, ничего как раньше уже не будет. Мы больше никогда не будет партнёрами и не станем чем-то большим, чем два родителя, — Хельга окончательно отпрянула и внимательно слушала его. — Я надеюсь, ты это понимаешь и не станешь делать... Глупостей.       Неосознанно Майкл поправил светлую прядь её волос, но тут же отдёрнул руку от неожиданности собственного действия. — Я поговорю с дочерью, и мы спустимся к тебе, — он медленно поднялся со стула и взялся за рядом стоящую трость. — Придумай... Что-нибудь нормальное, о чём можно бы было с ней поговорить, пожалуйста. И поднимись, наконец, пол холодный, — мужчина подал руку Хельге, помогая подняться.       С некой тревогой Майкл неспешно направился на второй этаж. Раскрыв дверь в спальню, он увидел маленький комок, завёрнутый в одеяло.       Подойдя, он медленно лёг на кровать, приблизившись к молчаливой фигуре своей дочери. — Милая, — тихо произнёс он, коснувшись её спины.       Девочка не издала ни звука, только лишь слегка повернулась к краю кровати. — Елена, дорогая, прости глупого папу, — он протянул руку и, слегка притянув к себе, обнял комочек. — Папа очень тебя любит и не хотел делать больно своей малышке.        Вновь ничего не услышав в ответ, Майкл попытался убрать одеяло, но Елена крепче притянула его к себе. — Милая, давай поговорим. Папочке самому грустно, что он обидел свою малышку, — вновь начав гладить её спину, закрытую одеялом, тихо сказал он.       Вдруг девочка резко распахнула укрытие, тем самым случайно слегка ударив мужчину по носу и села на кровати. — Когда эта тётя пришла, папа стал злым, мне это не нравится, — обиженно сказала Елена.       Глаза девочки слегка припухли и покраснели от недавно выплаканных слёз. — Моя дорогая, — тоже сев на кровати, Майкл мягко взял лицо дочери в ладони. — Ты же слышала, кто эта тётя, верно? — Она не моя мама. Она бросила папу, — обиженно бормотала она. — И постоянно делает папе больно. — Елена, милая, твоя мама... — он вдруг  замолчал, увидев, как по лицу дочери вновь полились слёзы. — Папочка тоже меня бросит, да? — начала хныкать Елена, вытирая влажные дорожки кулачками. — Потому что я доставляю папе проблемы...        Майкл смотрел на девочку в растерянности от её внезапных слов и не придумал ничего, кроме как обнять дочь. — Как ты могла даже подумать об этом, моя милая, — поцеловав её в макушку, мужчина крепко прижал Елену к себе, слегка качая, словно убаюкивая. — Я никогда не оставлю свою малышку. Ты будешь со мной, пока сама не захочешь уйти, — он нежно продолжал обнимать её. — Я никуда не уйду! — вдруг воскликнула Елена. — Я останусь с папой до конца! — Как мило, вот бы это действительно случилось, — тихо хихикнул Майкл и вновь плюхнулся вместе с дочерью на кровать. — Милая, послушай. Мама приехала ради нас, давай дадим ей шанс на исправление, хорошо?  — он погладил её по волнистым светлым волосам. — Мама на самом деле тоже очень сильно любит тебя. — Тогда почему она не приехала раньше? — печально задала вопрос девочка. — А... Это... Просто мама живет в очень далёком месте и оттуда почти нет транспорта. И думаю, она попросила Санту подвезти её, чтобы наконец-то встретиться с нами, — придумывал на ходу Майкл. — Санта не тратит время на такое, — недоверчиво ответила Елена. — Да, и если это правда, тётя могла бы попросить об этом раньше. — Да, верно... Но... Мама не хотела приезжать с пустыми карманами и всё это время зарабатывала монетки, — мягко улыбнулся мужчина. — Значит, она могла приехать самостоятельно, — продолжала перечить девочка. — М... А! Помнишь, ты писала в письме, что хочешь, чтобы мама была с нами в Рождество? Как я уже говорил, мама живёт ну очень далеко. Вот Санта и помог ей. — Я поняла, — вздохнула девочка и легла на спину. — Мои глазки болят... — пожаловалась Елена, потирая их руками. — Пойдём умоемся и спать, — хихикнул Майкл, вновь вставая с постели. — Я не хочу. Там тётя, — возразила девочка, продолжая сидеть на месте. — Елена, милая, — Майкл мягко взял её маленькие пальчики. — Неважно, что происходит между мной и мамой. Ты должна постараться дать ей последний шанс. Мама очень тебя любит. И разве сегодняшний день с ней был таким уж плохим?       Задумавшись, девочка слегка отрицательно помахала головой. — Мне понравилось, — тихо ответила она. — Вот видишь, дорогая, — мужчина наклонился и трепетно поцеловал её в лоб. — Пойдём, надо нормально поздороваться.       Отец с дочерью спустились вниз и, умывшись, вернулись обратно на кухню.       Там Хельга одиноко сидела на стуле, смотря в одно из окон, в котором вновь завывала вьюга.       Обернувшись, женщина увидела, как  Майкл стоит в дверях, а за его ногами прячется Елена, словно маленький крольчонок.       Взрослые смотрели друг на друга, и в помещении повисло неловкое молчание.       Никто не мог найти, что сказать.       Вдруг мужчина взял девочку за ладонь, слегка сжав, и повёл к столу. Присев на стул, он посадил дочь на колени и слегка прижал к себе. — Здравствуйте, мама, — нежно произнёс Майкл, обратившись к Хельге. — Папа и Елена очень долго ждали вашего возвращения. Хоть в их жизни и было много солнечных дней, без мамы, им всё равно было плохо. Елена очень ждала маму, и жизнь стала еще более радостной и светлой, когда она вернулась, — замолчав, мужчина уставился на женщину, ожидая продолжения их спектакля. — Ах... Мама тоже очень желала вернуться, — натянула улыбку она. — В отличие от жизни папы и Елены, маме было грустно, и она часто вспоминала свою семью. И... Глупая мама надеется, что любимые папа и Елена примут её и позволят ей исправить свою ужасную ошибку. — Мама и правда глупая... — тихо пробормотала девочка и вновь начала хныкать.       Увидев, что дочь тянется к Хельге, мужчина опустил её на пол и Елена тут же прижалась к ногам женщины.       Подняв ребёнка на руки, она нежно обняла девочку и мягко погладила по светлым волосам. — Мамочка, не бросай нас больше, — хватаясь за её старое платье, бормотала Елена. — Я буду хорошей девочкой, поэтому не уходи больше. — Не уйду, не уйду, — мягко хлопая её по спине, успокаивала Хельга.       Через некоторое время, прижавшись к матери, Елена уснула, тихо посапывая. — Майкл, она уснула, что делать? — прошептала женщина, поддерживая ребёнка. — Отнеси её в кровать, — тихо ответил мужчина, смотря на неё. — Может, ты?  — Да, конечно, я же прекрасно справлюсь с задачей отнести пятилетнего ребёнка на руках с больной ногой на второй этаж, — устало сказал Майкл, смотря ей в глаза. — Ладно-ладно, не бурчи, — цыкнула Хельга, вставая со стула с дочкой.       Отнеся Елену в спальню, Хельга вернулась на кухню и устало присела обратно.  — Молодец, хоть с чем-то справилась, —  вздохнул мужчина. — Но рагу у тебя всё равно пресное. — Вот надо ж тебе гадость какую-нибудь сказать, — сложив руки, нахмурилась Хельга. — Ладно, пойдём спать, мне ещё в город ехать рано утром, — усмехнувшись, Майкл привстал со своего места, решив пойти в комнату. — А, постой, — остановила его женщина. — Насчёт этого… Давай кое-что обсудим.       Недоверчиво нахмурив брови, он снова сел на стул, глубоко вздохнув. — Майкл, давайте поедем все вместе в столицу, — вдруг сказала Хельга, сжав кулаки от нетерпения. — Нет, — тут же ответил Майкл. — Но почему? — удивилась она. — Хельга, не испытывай моё терпение. Я позволил тебе остаться здесь, но я не собираюсь плясать под твою дудку. Хочешь налаживать отношения? Это будет только на моих условиях, поняла? — Я это понимаю, но мне нужно быть там в ближайшее время. — А мы-то тут причём? Раз так надо, едь сама, — махнул рукой мужчина. — Без вас я не могу! — вскрикнула Хельга и резко прикрыла рот. — Что ты имеешь в виду? — настороженно спросил он. — Я... Ну... Я ведь не могу уехать прямо сейчас, когда встретилась со своей любимой семьёй, — мягко улыбнулась она, наклонившись к нему. — Ха! Ха-ха, — вдруг засмеялся Майкл, прикрывая рот ладонью, — «Не могу уехать», «любимая семья» звучит слишком неестественно. Хельга, придумай что-то более правдоподобное. — Это правда. Поэтому, Майкл... — Я сказал нет, — перебил её мужчина.  — Но почему? Мы будем все вместе, ты сможешь показать дочери столицу, — пыталась уговорить его женщина. — Она маленький ребенок, она даже не вспомнит этой поездки в будущем. — А вдруг запомнит? Ты хочешь оставить её в этом богом забытом месте? — она резко встала со стула. — Не моя вина, что мы остались здесь.   — О, так значит, теперь вновь обвиняешь меня, да? Человека, который помог тебе выжить во время войны. — Ах да, мой спаситель. Сделаем вид, что это не ты постоянно рыдала и умоляла меня уехать, потому что боялась оказаться на поле боя.       Хельга нахмурилась и глубоко вздохнула. — Можем ли мы спокойно поговорить? Я правда... Не хочу ссориться больше. Я прекрасно осознаю свою вину во всём, поэтому... Просто выслушай меня, — она скрестила свои руки и взглянула на него. — Мне действительно необходимо быть там в скором времени. Но я не хочу так резко вновь оставлять вас... Поэтому прошу, Майкл, поехали все вместе.       Смотря на женщину какое-то время, он тоже вздохнул и, поставив руку на стол, опёрся на неё. — Нет, Хельга, не получится. Елена ещё маленькая. Ей будет тяжело ехать так долго. К тому же... Недавно она переболела, вдруг простуда вернётся... — с долей вины в голосе сказал он. — А если мы спросим у неё? — серьёзно спросила женщина. — Она, скорее всего, захочет поехать. Но Хельга, она ребёнок, что всегда готов на всё, потому что ему интересно. И ребёнок не осознает, что до столицы придётся долго ехать, и мы не сможем вернуться домой сразу же, если появятся трудности. Скорее всего, мы будем там и не день, и не два. А Елена, например, внезапно попросит вернуться, потому что забыла одну из игрушек, — Майкл тяжело вздохнул, проведя по волосам. — Для этого есть мы, Хельга, родители, которые учтут все эти факторы и позволят своему чаду насладиться поездкой, — мужчина наконец-то встал, схватив трость. — Но ты сама, словно ребёнок, видишь лишь конечный результат, а не путь его достижения. Подумай о Елене хоть раз.       С этими словами Майкл направился прочь из кухни, но остановился в дверном проёме. — Надеюсь, ты подумаешь над моими словами. Спокойной ночи, Хельга.        Вернувшись в свою спальню, мужчина тяжело присел на кровать и, протяжно выдохнув, лёг в постель. Устроившись поудобнее, он скрестил руки на груди и медленно закрыл глаза, готовясь проспать до утра. — Папочка, — вдруг раздался тихий голос.       Майкл медленно поднял веки и взглянул на свою такую же уставшую дочь, которая сидела на коленях. — Ты почему не спишь, милая? — нежно пробормотал он.  — Мамочка с нами навсегда или скоро она опять уедет? — с серьёзностью спросила дочь. — Она постарается пробыть с нами так долго, насколько сможет, дорогая. — Папочка, — Елена плюхнулась на кровать и прижалась к отцу. — Я хочу, чтобы мамочка осталась и у нас была  такая же семья, как у тётушки Аделы... — Хах... — грустно усмехнулся он. — Такой, как у тётушки, у нас точно не будет, — еле слышно пробормотал Майкл. — Почему? Разве наша семья чем-то отличается? — как будто разозлившись, спросила его дочь. — Совсем... немного, милая, — тяжело вздохнул мужчина и перевернулся к ней на бок. — Ты спать не хочешь? Папочка очень хочет, — усмехнулся он. — Не хочу, — надулась девочка. — Чем наша семья так отличается? Тем, что у нас нет бабушек и дедушек? Или что у нас нет внуков?       Услышав это, Майкл громко засмеялся, тут же прикрыв рот, чтобы не разбудить, скорее всего, уже спящую внизу Хельгу. — Елена, доченька, в семье главное не количество людей в ней, а любовь,  забота, — он протянул руку и прикрыл ребёнка лежавшим сзади неё одеялом, — спокойствие. Место, где ты чувствуешь себя в безопасности. И неважно, большая это семья или маленькая. Пока мы вместе, мы сможем пройти все преграды, стоящие на нашем пути.       Укутав её, Майкл прижал Елену к себе и глубоко вздохнул. — Моя малышка уже такая взрослая. Совсем недавно ты была такой крохотной, что папочка мог держать тебя на одной руке, — он мягко поцеловал её в лоб и прикрыл глаза. — А теперь давай спать, дорогая. Папочка очень устал сегодня.       Прижавшись друг к другу, укутанные в одеяло, отец и дочь быстро уснули под завывание метели на улице.