Глава 14. Предательство и пламя

Алиса Лиса неслась по темному коридору театра, её шелковое платье шелестело по полу, а каблуки отбивали частую, нервную дробь. Базилио Кот, пыхтя и спотыкаясь, едва поспевал за ней. В его мутном от алкоголя сознании наконец-то прояснилось: это был их шанс. Тот самый, который они упустили, когда Карабас высмеял их страхи перед «деревянным мальчишкой». Теперь у них были доказательства. — Базилио, шевели лапами! — прошипела Алиса через плечо, не сбавляя хода. — Если мы опоздаем, этот выскочка сам всё доложит боссу и выставит нас идиотами! — Я... ик... стараюсь... — Кот поправил съехавший набок котелок. — Но ты же знаешь, я не создан для спринтерских забегов... Особенно с моей комплекцией... Они буквально влетели в приемную перед кабинетом директора. Алиса рванула на себя тяжелую дубовую дверь, не удосужившись постучать. Карабас Барабас сидел за своим столом, лениво перебирая бумаги. При виде ворвавшейся парочки он поднял свою массивную голову и нахмурился. — Что за паника? — прогремел его бас. — Если вы принесли плохие новости о пропавшем шелке, я вас обоих отправлю чистить клетки с крысами в подвале. Алиса не стала тратить время на реверансы. Она подошла к столу директора и оперлась на него руками, наклонившись вперед так, что её декольте оказалось прямо перед лицом Карабаса. — Маэстро, мы должны были вам это сказать еще вчера. Но вы нам не поверили бы. Вы бы снова сказали, что мы параноики и пьяницы. Карабас откинулся в кресле, его маленькие глазки сузились. — Переходи к делу, Лиса. У меня нет времени на ваши истерики. Базилио, отдышавшись, выступил вперед: — Деревяшка... Буратино... Он не тот, за кого себя выдает. — Это я уже слышал, — отмахнулся Карабас. — Вы решили, что он демон. Ха! Демон работает реквизитором в бродячем цирке! Какая чушь. Алиса выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза: — А что, если мы скажем вам, что сегодня ночью мы подслушали его разговор с Карло Плотником? И не только с ним. Там была вся эта компания: Пьеро, Арлекин и ваша любимая Мальвина. Имя Мальвины заставило Карабаса насторожиться. Он отложил перо и сцепил пальцы на животе. — Продолжай. Базилио достал из кармана жилетки помятую фляжку с коньяком и сделал большой глоток для храбрости: — Они готовят бунт! Они знают про груз! Они знают про кукол из Пустошей! Они знают всё! Карабас молчал несколько долгих секунд, переваривая информацию. В его взгляде промелькнуло что-то похожее на уважение к Буратино и холодная ярость по отношению к предателям. — Что именно вы слышали? — его голос стал тише и опаснее. Алиса начала излагать всё по порядку: про подземный ход под складом гильдии торговцев, про динамит, при упоминании которого Базилио снова икнул, про план Буратино задержать стражей в одиночку. Она говорила быстро и четко, не упуская деталей. Когда она закончила, в кабинете повисла тяжелая тишина. Карабас барабанил пальцами по столу. Он больше не выглядел сонным или скучающим. Теперь он напоминал хищника, почуявшего добычу. — Значит... — медленно произнес он. — Плотник решил сыграть против меня? И мой новенький реквизитор оказался его крысой? Как... занимательно. Он встал из-за стола, и его огромная фигура отбросила на стену гигантскую тень. — Вы молодцы, что пришли ко мне сейчас. Я был несправедлив к вам тогда. Вы не параноики. Вы... бдительные стражи моего покоя. Алиса и Базилио переглянулись с торжеством. Их план сработал! — Что мы будем делать? — промурлыкала Лиса. — Убить их? Карабас зловеще усмехнулся: — Убить? Нет-нет-нет... Плотник слишком ценная фигура в этом городе. Его исчезновение вызовет слишком много вопросов, особенно у полиции. А я люблю тишину. Мы поступим умнее. Он подошел к окну и посмотрел на темный город. — Мы устроим им ловушку. Завтра ночью они пойдут к складу. Мы позволим им добраться до портала. А когда Буратино встретит стражей... там буду ждать я. И мои новые куклы. Он обернулся к своим помощникам: — Вы двое будете моими глазами и ушами здесь, в театре. Следите за ними. Не дайте им заподозрить неладное до последнего момента. Базилио расплылся в пьяной улыбке: — С удовольствием, босс! Мы их так запутаем... Карабас подошел к ним вплотную и положил свои тяжелые руки им на плечи: — А когда всё закончится... я думаю о небольшой премии для самых верных моих слуг. Возможно, я даже забуду о ваших мелких грешках с кассой театра. Алиса облизнула губы: — Мы вас не подведем, Маэстро.

***

За несколько часов до этих событий, в другом крыле театра разворачивалась совершенно иная сцена. Мальвина тихо открыла дверь своей гримерки и поманила Буратино за собой. Это была её личная территория — маленькая комната, где царил идеальный порядок: расчески на своих местах, костюмы аккуратно развешаны, а на туалетном столике стояла одинокая белая роза в вазе. Буратино вошел следом и остановился у двери, словно боясь нарушить эту хрупкую гармонию своим присутствием демона из тьмы. Мальвина закрыла дверь на щеколду и подошла к нему вплотную. Она взяла его лицо в свои ладони и заглянула в черные глаза. — Ты дрожишь... — прошептала она. — Я боюсь... — честно признался он. Его голос был хриплым от волнения. — Боюсь сделать тебе больно. Моя сила... она огромна. Одно неловкое движение — и я могу сломать тебя как тростинку. Мальвина улыбнулась своей светлой, всепонимающей улыбкой: — Я доверяю тебе больше, чем самой себе. Ты никогда не причинишь мне вреда по своей воле. Она взяла его за руку и повела к своей узкой кровати за ширмой. Они легли рядом, не раздеваясь, просто обнявшись под тонким одеялом. В комнате пахло пудрой и лавандой — её любимым ароматом. Они говорили обо всём и ни о чем. О том, как теперь будут жить с этой правдой. О том, как их отношения изменились после того, как маски были сброшены. Мальвина призналась, что страх перед его сущностью исчез сразу же после того, как она поняла: он использует эту тьму для защиты тех, кто ему дорог. Буратино слушал биение её сердца под своим ухом и чувствовал себя самым счастливым существом во вселенной — несмотря на то что был монстром. В какой-то момент их разговор иссяк сам собой. Наступила тишина, наполненная лишь их дыханием. Мальвина провела рукой по его волосам на затылке, и это простое прикосновение заставило сердце демона забиться. Буратино приподнялся на локте и посмотрел на неё сверху вниз. В полумраке гримерки её голубые глаза казались бездонными озерами. — Я хочу тебя... — выдохнул он так тихо, что это было почти беззвучно. — Хочу быть единым целым с тобой так близко, как только могут быть два существа... Мальвина не ответила словами. Она лишь притянула его к себе за шею и поцеловала. Это был долгий, глубокий поцелуй-вопрос и поцелуй-ответ одновременно. Их языки сплелись в танце страсти. Руки Буратино скользнули под её платье, изучая изгибы талии и бедер с благоговением жреца перед священной реликвией. Поцелуи стали жарче, требовательнее. Они лихорадочно освобождали друг друга от одежды — пуговицы летели на пол, ткань трещала под нечеловеческой силой демона, хоть он всё ещё и пытался себя контролировать. Вскоре они остались обнаженными под одеялом. Тело Буратино было идеальным произведением искусства — бледное мраморное изваяние без единого грамма лишнего жира или мышц там, где не надо. Но для Мальвины оно было самым прекрасным в мире. Их близость была дикой и страстной почти с самого начала. Контраст между его холодным телом и её обжигающим жаром сводил обоих с ума. Буратино брал её сначала нежно, боясь напугать или причинить боль своим напором, борясь с древним инстинктом размножения, или того, что ему соответствовало у демонов. Но очень скоро нежность уступила место первобытной страсти. Он перевернул её на живот одним плавным движением, благо демоническая сила давала ему абсолютный контроль над процессом). Его руки властно сжали её бедра. Он вошел в неё сзади одним мощным толчком, заставив её выгнуть спину дугой от пронзившего удовольствия, смешанного с легкой болью от его размера и напора. Буратино двигался мощно и ритмично. Его дыхание было похоже на тяжелый хрип зверя над её ухом. Он чувствовал каждый её вздох, каждый стон всем своим телом. Это было похоже на безумие — слияние тьмы и света, холода и пламени. В какой-то момент он потерял контроль настолько, что его глаза вспыхнули ярким багровым пламенем прямо над её плечом. Но Мальвина лишь сильнее сжала простыни в кулаках и подалась ему навстречу бедрами: — Да! Да! Не останавливайся! Это было самое странное и прекрасное соитие в их жизнях: демон из бездны и фарфоровая кукла с живым сердцем. Он брал её тело, как завоеватель берет крепость, но крепость сама распахивала ворота, приветствуя победителя внутри своих стен. Оргазм накрыл их одновременно оглушительной волной, которая смыла все страхи сомнения и боль мира, оставив лишь чистое абсолютное блаженство. Когда всё закончилось, они лежали обессиленные , переплетясь руками и ногами. Буратино тяжело дышал, уткнувшись носом в её шею, а она гладила его по спине, успокаивая как ребенка. Через несколько минут он резко дернулся, как от удара током. Он приподнялся на локтях, глядя на неё с ужасом: — Я сделал тебе больно? Я был слишком груб? Мои когти... Мальвина улыбнулась самой счастливой улыбкой измученной, но абсолютно довольной женщины. Она притянула его обратно к себе, укладывая голову демона себе на грудь, как на подушку: — Всё хорошо любимый. Всё просто идеально. Ты был великолепен. Она поцеловала его в макушку, чувствуя, как бешено колотится его сердце или то что его заменяет у него в груди. Успокоенный её словами, Буратино расслабился окончательно. Его веки стали тяжелыми. Голод был утолен другим способом, а эмоциональное истощение после такого выброса энергии было колоссальным. Он чувствовал, как его тело становится ватным, а мысли путаются. Мальвина уже засыпала, когда услышала его тихий шепот: — Ты моё тепло. Моя любимая фарфоровая кукла —А ты моя тьма, которая стала светом. — прошептала она в ответ. И они мирно заснули обнявшись посреди разгромленной гримерки совершенно не подозревая, что их тайна уже известна врагам, а завтра ночью им предстоит столкнуться не просто с гневом Карабаса, но с древней магией Пустошей. Тем временем Алиса Лиса возвращалась от директора. Она шла по коридору пружинистой походкой. Её план сработал идеально. Карабас поверил! Теперь этот выскочка Буратино поплатится за то, что посмел затмить их с Базилио. А Плотник... ну Плотник станет пешкой в новой игре директора. Она была так поглощена своими мыслями что не заметила тонкую тень отделившуюся от стены. Тень которая бесшумно последовала за ней след в след. Это был Буратино. Он почувствовал колоссальную ауру предательства, лжи и лицемерия и не смог не проверить. И теперь, выйдя из личной гримёрке Мальвины, он услышал голоса из-за угла кабинета директора. Он не стал подходить ближе, но услышал достаточно, чтобы понять — Алиса сдала их всех. Демон остановился. Его черные глаза вспыхнули алым пламенем ярости, которое он едва сдерживал. Но это была холодная расчетливая ярость. Он не будет убивать её сейчас. Это было бы слишком просто. Слишком милосердно для предательницы. Нет она будет жить. Она будет смотреть, как рушится мир Карабаса Барабаса. А потом она заплатит по всем счетам сполна. Буратино развернулся и растворился во тьме коридора. Ему нужно было предупредить Карло. План менялся. Теперь они знали, что враг знает. И это делало завтрашнюю ночь еще более опасной. Но также это давало им шанс нанести удар первыми. Застать Карабаса врасплох, когда он думает, что сам готовит ловушку. Игра становилась смертельной. И ставки были выше, чем когда-либо прежде.