Вроде – не бездельники и могли бы жить

      — Какое срочное дело у людских мажьих надзирателей к долийцам в день скорби?! Если вы посмели прийти в столь тяжёлый час, только чтобы погнать нас с этой земли, то имейте терпение! Завтра же мы снимем аравели со стоянки. Но сегодня оставьте наш клан в покое! Проявите хоть каплю уважения к чужому горю.       Слишком много шемланов для одного единственного Фанареля, оставшегося за главного из-за сражённых скорбью старейшин. У парня точно сегодня сдадут нервы.       Как и у Орсино…       — Что Вы… Ни я, ни мои люди не хотят никого оскорбить своим визитом. Нам лишь пришел донос о том, что от вашего клана отделился один маг. А любой маг не состоящий в Круге — официально, или же не живущий в долийской клане — по неписанным правилам, является отступником. Я лишь выполняю свои священные обязанности блюстителя воли Создателя и соблюдаю заветы Церкви, по которым каждый отступник должен быть пойман и помещен под бдительное око и защиту ордена храмовников, дабы ему не навредило общество и он сам не стал угрозой.       И кто же сдал Орсино? Нет, он понимал, что уши растут от Таевена, но когда? От Казематов до Расколотой горы путь не близок, а ведь засланец Второго, должен был потратить время на путь до города и найти лодку к Казематскому острову. А там, пока сообщение дойдет до Мередит, сбор отряда, путь к горе в тяжелых доспехах…       Если вспомнить, Таевен что-то шепнул той фиалковогубой эльфийке ещё возле пещеры. И потом она пропала. А сейчас… О? Стоит прямо возле своего негласного лидера.       Ответ найден. Но вряд ли Орсино это спасёт от неволи.       — Харен Орсино не несёт угрозу обществу, как большинство шемланских доморостков и недоучек с улицы. — рубяще махнул рукой Фанарель перед собой, опровергая сказанное. — Наш Третий был воспитан и обучен Хранительницей, и даже имеет полное право создать новый клан с отделившимися последователями за пределами Сабре. Повторюсь ещё раз, не лезьте в наши дела, шемы!       Его пытались защитить. Это пробуждало каплю тепла в сердце. Но совсем чуть-чуть. Ведь… распинался перед Мередит один только Фанарель. Старейшины даже не вышли понаблюдать, чем решится спор с командором храмовников. Не то, что оспорить посягательство шемланов на свободу их родича долийца. А ведь они видели происходящее сквозь плетение в оконных рамах наземных кораблей. Но предпочли оставить бывшего Третьего на произвол судьбы.       «Найди свой собственный путь»       Какой мастерски завуалированный способ сказать «Не жди от нас больше помощи».       Фанарель скрытого посыла этих слов так и не понял в виду молодости. Да и не учился он у Хранительницы и старейшин всем прелестям витиеватой речи. Орсино же сразу смекнул что к чему, так что сейчас даже не пытался с надеждой поглядывать в сторону аравелей старейшин, как это делал постепенно сдающий позиции в споре охотник.       У невезучего мага, комм он был, закончились всякие силы на сопротивление ещё в тот самый момент, когда у его порога в вечерней мгле двумя сапфирами полыхнули глаза главной причины всех страхов жизни. Дар подвёл и бежать некуда. Сорвись он с места прямо сейчас, или даже тогда, когда Мередит стояла одна возле аравеля, и без предсказания можно догадаться, что за начнётся погоня, и неудача таки настигнет его.       Бежать некуда. Не к кому. Подставлять Хоука и Маргаритку он не имеет права, Андерс и так прячется, у Изабеллы снова проблемы с кораблём, Авелин повязана долгом капитана стражи да и не были они столь близки, Себастьян чуть ли не ноги статуе Создателя в церкви целует, а Фенрис может и помог бы ему за тот случай с Данариусом, но какие у него ресурсы? Связи и деньги на побег были у Варрика. И Варрик без вопросов спрятал бы одного из своих друзей. Но с ним та же история, что и с Хоуком.       Орсино с того самого дня, как увидел своё будущее, не рассчитывал обзавестись друзьями на своём жизненном пути. Тем более завести крепкие знакомства с кем-то из главных «персонажей». Но теперь, когда он узнал какого это, быть в компании, что принимает тебя таким, какой ты есть, не принижает способности и позволяет познать комфорт простого житейского веселья… Орсино не хотел вредить близким ему людям.       Где же его пресловутый эгоизм, когда он так необходим?       — Я не вижу среди собравшихся никого с походными сумками, кроме вашего БЫВШЕГО Третьего. — показала свою наблюдательность Станнард, обведя долийцев взглядом. — И не принижаю мастерство долийского магического искусства, но за пределами кланов существует мир со своими правилами и законами. Мой отряд ещё может проявить понимание к ситуации мага-одиночки и провести его под присмотр БЕЗ УГРОЗ и споров. Но попадись мессир Орсино храмовникам из другого Круга и встреча может закончиться кровопролитием. Эльф-маг с татуировками в дали от долийских лагерей сразу покажется подозрительным. И ваше… сопротивление выполнению обязанностей служителей Ордена, также может быть расценено как сокрытие отступника. А это карается казнью. Не видящие полной картины рыцари могли бы привести её в исполнение без разбирательств. Но храмовники Киркволла предпочитают сначала докопаться до сути. Вы же понимаете, что для блага вашего клана и для самого Орсино лучше прислушаться к моим словам?       «Без угроз? А Ваши слова тогда что?»       Лицо Фанареля всеми мышцами мимики выражало ту же мысль.       — Ваши слова — не что иное, как попрание чужих традиций и человеческое самоуправство. — выдохнул он сквозь губы, с сожалением осознавая, что аргументы на этом закончились.       — Отнюдь. — выгнула бровь Станнард, сложив руки на груди замком. — Никакого самоуправства и пренебрежения. Вы находитесь на землях, принадлежащих жителям Вольной Марки — верным подданным Создателя. И вас с пониманием не просят строго соблюдать все законы вольных городов, уважая выбор. Но когда дело касается ответного отношения, мы рассчитываем на содействие.       — Вы…       — Довольно, Фанарель.       В голосе искателя отсутствовал всякий намек на эмоции. Словно его уже усмирили, а мир вокруг стал серым и лишенным всякого смысла противится его изменениям.       В чем толк в сопротивлении? Он убегал от предначертанного всю свою жизнь. И куда его это привело? Всё к тем же шипастым воротам бывшей темницы для рабов Тевинтерских магистров, что стала метафорической тюрьмой для их более невезучих «коллег».       Он даже не сопротивлялся, когда его конвоем увели с горы, отобрав «холодное оружие» во избежание «инцидента». Дорогие сердцу клинки, что оберегали его жизнь подобно двум духам защиты, были завёрнуты в льняную ткань, словно мертвецы на руках одного из безликих рыцарей в доспехах с клеймом «пылающего» меча. Какая досада. Их ведь теперь запрут в самом пыльном углу Казематского хранилища. Или продадут. Кто знает.       Как печально. Как несправедливо.       Как… теперь уже не важно.       — А ты почему за мной увязался? — спросил Орсино, после того, как сходя с лодки на каменный причал, пуганой галлой отшатнулся от протянутой ему «для помощи» руки рыцаря-командора и чуть не свалившись за борт.       Вымахавший в ширь за последние годы полукровка ловко поймал старшего у самого края, и помог вернуть равновесие под настороженным взглядами их надсмотрщиков и скривившейся в отвращении Мередит.       Эти углом сдвинутые брови и прямая линия рта не могли быть чем-то иным.       — Ну, так изначально собирался пойти с Вами. — легкомысленно ответил идущий чуть позади «ученик», поправляя лямку поклажи. — Правда… пункт назначения у нас кардинально поменялся. Но это не так страшно.       Не так страшно?       Фейнриэль, серьезно?       Оглянись вокруг!       Это — тюрьма.       По бокам ворот к ним склонилась пара позолоченных статуй застывших в вечных рыданиях рабов.       Не способные покинуть свой вечный пост. Прибитые к скале за ошейник и щиколотки гвоздями. Отравленные собственным бессилием. Они на своем примере показывали, что ждёт впереди.       Глупый ребенок. Как он мог быть столь расслаблен, словно не зная о печальной репутации здешних стен.       Это место — последняя точка назначения.       Они входят в ворота Пустоты.

◎⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘◎

      Его провели мимо ученического общежития, где пришлось остаться Фейнриэлю до того времени, пока парень не пройдёт Истязания. На горделивые заверения полукровки, что его можно послать на Истязания хоть прямо сейчас, один из тройки сопровождающих храмовников, выглядевший чуть старше остальных, только шутливо подметил сходство ученика с учителем и процитировал пару строк из Песни Света, порицающие нетерпеливость.       Кажется, Орсино припоминал сего набожного индивида среди рыцарей, что вели его на Истязания ещё до кунарийского инцидента. Как же он представился…       — Сэр Траск, прошу, проведите эльфа в свободные чародейские покои. По указу рыцаря-командора было подготовлено одно в северо-западном крыле девятнадцатого этажа башни магов.       Точно. Его звали Траском.       У него ещё должна была быть дочь-отступница, которую бы исказил демон во время миссии спасения Фейнриэля. Орсино её помнит. Она, на счастье, выжила. Но наверняка сейчас ходит по Казематам с солнцем на лбу.       — Пойдёмте дальше, мессир. — поторопил его мужчина, указывая латной перчаткой в сторону лестничного проема. — Не беспокойтесь о Вашем ученике, среди наших подопечных не водится дискриминации по длине ушей. Среди младшего поколения уж точно.       «А старшее, значит, во всю ксенофобией балуется?» — проскочила в мыслях привычная дерзость, но внешне Орсино только молча кивнул, последовав за храмовником. Что толку бросаться бойкими словами, если это не поможет ему вернуть свободу, а только разозлит тюремщиков, что способны устроить ещё более некомфортную жизнь в застенках?       И не слишком ли небрежен Траск, пустив незнакомого мага себе за спину? Даже если у долийца (а имеет ли право он себя и дальше называть долийцем?) отобрали мечи и другие личные вещи на досмотр, это ещё не значит, что он не представляет угрозы… он же маг в конце концов.       Один точный удар ледяного копья по не скрытой шлемом шее и побег по теням. Всё просто.       Но нет. Прежде чем отправить новых «питомцев» по комнатам, рыцарь-командор лично собрала у них по флакону крови, дабы смочь выследить потенциальных беглецов в любой момент.       Сбежать уже не получится. Только если на тот свет. Но Орсино слишком трус, чтобы лезть в петлю самостоятельно. Может… ему стоит попробовать спровоцировать своих надсмотрщиков? Но только не магией крови. Нет. Он не просто так столько лет избегал этой гадости, дабы не стать похожим на свою «изначальную версию». Оплошать в самом конце, как это сделал утративший веру в себя Первый Чародей, он не собирался. Он не утратит веру в то…       …что может закончить своё существование менее разрушительно для окружающих и себя.       Подвести себя к усмирению будет даже лучше варианта с дракой не на жизнь, а на смерть с первым попавшимся носителем герба пылающего меча. Он получит долгожданный покой и при этом — безболезненно. А что с ним захотят делать дальше, его стёртую личность уже волновать не будет.       Да. Усмирение. Неплохая цель.       — Вот это Ваша комната. — постучал рыцарь по деревянной двери с еле различимо вырезанным номером по центру. — Так как, Истязания Вы уже прошли, эм… заранее, имеете опыт в заклинательстве и уже курируете не прошедшего ритуал мага, то рыцарь-командор посчитала справедливым сразу же назначить Вам титул Чародея. А маги с титулом Чародея и выше имеют свои собственные комнаты. И ещё Вам можно подать заявку на собственную лабораторию, помещений-то в крепости предостаточно, но подробней об этом Вам завтра расскажет маг, приставленный в качестве гида на первые дни. А сейчас время позднее, пока располагайтесь. Просыпаются Казематы обычно кто-как, но завтрак всегда ровно в семь часов утра. Чуть пораньше этого времени к вам заглянет маг-проводник. — ввёл в курс дела Траск необычно нервным для храмовника голосом. Словно мужчина чувствовал себя не в своей тарелке, когда как подобное должен был испытывать плененный маг.       — Разве решения связанные с назначением магу звания не должна принимать коллегия Старших Чародеев, а не глава отделения ордена? — похоже, Мередит, как и в оригинальной временной линии, запустила когти не только в замок наместника, но и во внутренние дела магов.       Траск пренебрежительно выдохнул, помассировав пальцами переносицу.       — Если бы их ещё волновало что-либо, кроме собственного удобства. — бросил он и тут же спохватился. — Можете о них пока не беспокоится. Зная их братию — о Вашем прибытии они узнают только спустя месяц, и то из слухов. Потому лезть с неуместными вопросами никто, по началу, не будет.       — А потом значит будут?       — Вы маги уж слишком любопытный народ. — пожал плечами храмовник. — Не в укор сказано. — махнул руками он, смягчив смысл фразы, а потом воровато оглянулся по сторонам, заговорив уже на грани шепота. — Только вот не все в Казематах понимают всю противоестественность вашего положения.       — Противоестественность?       — Ну… неправильно это — долиец в Круге. Неписаные законы появились не просто так. Ничем хорошим это ни разу не заканчивалось. А Командор Мередит всё равно Вас сюда привела…       Траск из воспоминаний о другой жизни был склонен к сочувствию положению магов. Не удивительно, что и в этой реальности он такой же. Некоторые люди неизменны вне зависимости от обстоятельств.       — Раз меня приметила сама Рыцарь-Командор, тогда мне не остается ничего, кроме как принять своё нынешнее положение. Ахим ла дин’ан.       — Э… да… химлад и прочее… Вы главное в крайности не впадайте. Жизнь она одна, ценить её надо… То есть — я пойду, пожалуй. Доброй Вам ночи, Чародей Орсино. — с извинением натянул улыбку мужчина и направился дальше по коридору, даже забыв убедиться, зашёл ли маг в указанную ему комнату.       Излишняя доверчивость порой неисправима. Но, он хотя бы припугнуть новоприбывшего отступника не забыл. Не всё потеряно на пути к «образцовому» рыцарю ордена.       Если бы Траск знал значение эльфийских слов и то, какие мысли роятся в голове мага перед ним, храмовник бы так не улыбался.

◎⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘◎

      В сравнении с уютным трюмом аравеля, пропитанным запахом лакированного дерева и стружки с галльих рогов, закреплённая за ним жилая комната крепости казалась куда более просторнее, выше в потолках, но… совершенно безжизненной. Холодной, как сердце хозяйки этих стен. Не имеющей четкого запаха, кроме еле уловимого душка мокрого железа.       Одновременно знакомого и чужого. Не мешающего, если про него забыть. Но заполняющего мысли полностью, стоит задержать на нем внимание. Словно старая, испорченная… давно засохшая кровь, которую потревожила утренняя роса.       Орсино надеялся, что это подсознание играет с ним злую шутку из-за расшатавшихся нервов, и он вовсе не унюхал зловоние из тайных пыточных камер или чью-то неудачную попытку в магию крови.       Как только ему вернут хотя бы часть вещей с досмотра, он развесит по всей комнате весь свой запас трав. Может получится перебить неприятный душок последним напоминанием о запахе свободы.       В остальном, комната была оснащена всем самым необходимым: сундук для одежды (которая у него теперь будет состоять только из неудобных для активных боевых движений мантий), шкаф-хранилище алхимических ингредиентов, прибитая к стене полка для книг и письменный стол с латунной масляной лампой на подставке. А у дальней стены, узкой частью по направлению к окну-бойнице, располагалась односпальная кровать с непривычно мягкой подушкой и простеньким балдахином для сохранения тепла в этом проледенелом замке-гиганте.       Когда Орсино подошёл ближе к месту сна, он заметил на простынях стопку из тёмно-коричневых и травянисто-зеленых мажьих мантий.       Какова забота. Но…       Орсино скучающе перебрал одежду. У магов западло под юбками носить простые штаны?

◎⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘◎

      Орсино плевать, что с ним будет дальше.       Плевать — зарежут ли его мечом, поставят клеймо поверх эльфийского письма на крови, или затащат в укромный уголок для удовлетворения своих похотливых нужд.       Он был давно не молод, но и не стар. А с учётом медленного проявления признаков возраста у эльфов и развязанных рук у некоторых надсмотрщиков (чьи склонности к хрупким «беззащитным» фигурам могут спровоцировать на насильственные действия) бывший Третий как раз попадал в зону риска.       Но не всё ли равно, когда судьба подтолкнула на плаху не смотря на четные вертляния ужом в противоположную сторону?       Если он собирается получить солнцем в лоб раньше, чем «инструментом» в зад, то с чего ему вообще соответствовать дресскоду пока воля на месте?       Или всё же меч в бок лучше? Так, хотя бы, будучи усмиренным, на извращенца не нарвётся.       Но, что точно лучше меча и клейма, так это штаны на ляжках.       Пусть считают дикарём, пренебрегающим их традиционной мажьей модой, но запахиваться в халат эльф не намерен даже в период бренного существования перед неизбежным концом.       Поправив горловину суконной рубахи под распахнутым верхом зеленой мантии, Орсино вышел из комнаты с единственной целью — поскорее найти безвредный для окружающих и себя способ отрешиться разумом от жизни раньше, чем Мередит задумает расправиться с ним самолично. Кто угодно, но только не его личная страшилка из кошмаров. Хотя бы здесь новоиспеченный Чародей отстоит свой выбор.       — Чародей Орсино? — всё же, новый титул непривычно резал слух. Отождествлял себя мысленно с этим званием Орсино тоже с трудом. — Меня зовут Бетани. Чародейка, как и Вы. Мы виделись пару раз за пределами Круга — я младшая сестра Гаррета, но Вы, наверное, уже не помните…       — Я не успел получить амнезию за то время, что мы не виделись, сударыня Хоук. Рад видеть Вас в здравии.       И без клейма на лбу.       — Ох, и правда, что это я. Тоже рада Вас видеть! — смутилась девушка и попыталась слюбезничать в ответ, но запоздало поняла, в КАКОМ подтексте прозвучали её слова с учетом обстоятельств. — То есть не именно здесь, а просто рада встрече! — отнекиваясь от неудачно сказанной фразы, замахала она руками. — Было бы замечательно повидаться с вами не в Казематах, а где-нибудь за их пределами. А лучше чтоб Вас, и вовсе, не приводили сюда… Ох, Создатель. Вы можете сделать вид, что не услышали весь этот бред?       — Не беспокойтесь. Фен’Харел забил мне шерстью уши. — согласно пожал плечами Орсино, вскользь призадумавшись о том, а собственно, откуда Соласу взять шерсти?       Девушка в это время благодарно кивнула и перевела разговор к делу:       — Меня послали показать, как у нас тут всё устроено. А после проводить в кабинет командора Станнард для разъяснений Ваших обязанностей как одного из Чародеев Круга.       И опять тот же вопрос, что и к Траску.       — А Старшие Чародеи?       — От крыс на кухне больше пользы, чем от них. — кисло обронила Бетани и позвала осматривать крепость.

◎⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘◎

      — Сестрица, миленькая, скажи… тиара таки отдавила тебе последние мозги? Может не стоило поверх вогружать ещё и Намесничий обруч? Жмёт видать.       — Попрошу блюсти субординацию, Старшая Чародейка Амелия, и следить за своим излишне длинным языком.       — Я начну за ним следить, когда ты начнёшь следить за своими неуместными статусу хотелками.       — Давно в карцере не ночевала?       — Я там с самого твоего назначения прописана, Рыцарь-Командор. Так о чем я? Ах да. Какого архидемона ты притащила долийца в Круг?! Тебя не смущают прошлые результаты заключения его сородичей? Или ты забыла? Так я напомню — стопроцентная статистика. Самоубийств.       Не лучший момент выбрала Бетани, чтобы привести нового Чародея к дверям кабинета командора. А Чародей, в свою очередь, выбрал не лучший момент, чтобы поделиться с девушкой своими выводами о том, что бойницы вместо окон, благодаря их узкому строению, по большей части выполняют не роль защиты крепости от внешних факторов, а предотвращают спонтанные прыжки веры её обитателей.       Эльф не уверен, услышала ли человеческая девушка разговор сестер в кабинете так же отчетливо, как его эльфийские уши, но магесса с панически бегающим по камням коридора взглядом сдавленно ойкнула на его тревожную реплику, пробормотала нечто нечленораздельное себе под нос и торопливо постучалась в кованую дверь. Кивнув на прощание с еле уловимым шепотом про то, что «надо поговорить с братом», Бетани не стала дожидаться ответа с другой стороны двери и быстрым шагом скрылась в коридорах. Троица храмовников, всё это время тенью следовавшая за ними по Казематам, расступилась перед девушкой, по-делетантски раскрывая своё место наблюдения.       Судя по их хмурым взглядам в сторону нового жителя Круга, рыцари уже считают его проблемным элементом. Хороший знак. Возможно, этот цирк продлится не так долго, как он прикидывал.       Что до Бетани, для Орсино не сложно было догадаться, что причиной испуганной реакции девушки стал оправданный страх перед тираншей города цепей. Хорошо Хоук не забывает проведывать младшую сестру. Прямо сейчас она может сбежать в его крепкие братские объятия и хоть на некоторое время почувствовать себя в безопасности.       Жаль, что у самого Орсино таких привилегий никогда не было. Эльф чувствовал себя в большей безопасности даже не в собственном аравеле, а за стенами набитых битком демонами руин да такой же набитой пьяницами таверной криминального района города. Об родственных объятьях и вовсе речи не было. Мать он помнил очень плохо. Отец был пьяницей и единственные взаимодействия с сыном у него ограничивались недовольными криками и рукоприкладством. Ближе всего к семье за последние годы, как ни странно, Орсино мог причислить летающую в облаках Маргаритку, чьи частые зависания на его плечах носили больше характер счастливой благодарности за заботу, и Фейнриэля, что обнял его только раз за то, что наставник помог ему не стать жертвой демонов, а потом каждый раз отнекивался от любого напоминания о его момента «слабости». Любовные объятия с Орсиновыми дамами не в счёт. Это другое.       Вот и получалось, что вместо объекта защиты он сам становился фигурой защитника для тех, кто лез в его личное пространство. И так всю жизнь.       Эмоциональная усталость и давление от приближающегося конца таки заставили эльфа осознать всю тоскливость подобного положения. И от подобных мыслей ему уже не скрыться. Разве что, принять их с наступающим чувством меланхолии и равнодушия к происходящему вокруг. Может тогда станет проще разговаривать с собственным страхом. Ведь набрался же он как-то храбрости во время их прошлой встречи за стенами Казематов.       Только тогда его подстёгивала осуществимая цель выбраться из заточения живым. Что же сейчас…       — Не стой в дверях, Чародей. Ногам правды нет. — махом ладони поманила его внутрь комнаты младшая Станнард, как только маг распахнул дверь.       Если им нет правды, не отрежет ли она их сейчас за это?       Нет, даже с учётом влияния красно-лириумного Идола, до подобного уровня сумасшествия Мередит должна дойти примерно через год.       Кресла в вотчине командора мягкостью не отличались, зато имели высокие и удобные спинки под комфортным углом.       Но какой может быть комфорт, когда тебя с ног до головы досконально рассматривают две пары глаз по противоположные стороны Т-образного стола?       — Итак, Орсино, надеюсь, тебе пришлись по вкусу чародейские покои. Не наземный корабль, но вполне уютно. Я проследила, чтоб слуги добавили больше зеленых оттенков, дабы добавить живости интерьеру, но если что-то не так…       Первой разговор начала старшая Чародейка, сидящая прямо напротив него на одном из кресел для посетителей. Скрыв свой недавний всплеск эмоций за естественно выглядящей улыбкой и светским обсуждением обыденных вещей, женщина лёгкими постукиваниями отбивала пальцами по столешнице ферелденский мотивчик. А ведь ещё минуту назад она на этом же месте обсуждала с сестрой не самоубьется ли их новый магический домашний зверек, скучая по вольным полям. Вряд ли сестры оценят если Орсино клятвенно заверит, что самостоятельно идти на бал к Фалон’Дину не собирается, предпочитая старый-добрый храмовничий меч.       Было б ещё к кому идти на бал. Зазикель, помнится, был убит во времена Второго Мора, а в месте с ним почил в тюрьме своей и его «рабовладелец».       — Этот эльф не в праве жаловаться на оказанное ему Кругом гостеприимство. Благодарю Старшую Чародейку за любезность.       — Говоришь с намёком, словно ты тут временно, Чародей Орсино. Спешу напомнить, что это не так.       *ХРЯСЬ*       По бесстрастному лицу Мередит не понять, но, кажется, старшая сестра намеренно пнула её по ноге.       В общем-то, он и в правду в этих стенах больше как гость. Перевалочный пункт по пути в обрыв. Дин’анширал. Образно говоря.       — …грязь под ногами божьими!       …       Эльф чуть сморщил брови в приступе мигрени от знакомого звучания Дара. На пару мгновений промелькнуло видение непроглядной тьмы, ветра и с неприятным, хриплым мужским голосом на фоне.       Чем мысль об обрыве могла спровоцировать сие предательское подобие магической способности? Их подслушивает церковник-фанатик, который позже столкнёт Орсино ночью с высоты?       Хорошо. Это тоже неплохой вариант. Теперь нужно лишь найти способ гулять по Казематам вне комнаты во время отбоя.       — В обязанности Старших Чародеев входит забота об остальных жителях Круга, мои слова — больше беспокойство о твоём состоянии после переезда, чем любезность. Мы с тобой теперь принадлежим одному Кругу, Чародей Орсино. И беспокоится друг о друге в нашей магической общине — естественный порыв. Разве среди долийцев дела обстоят по другому?       Мёд плавно тек в уши по краю остроконечного хряща, заполняя раковину густым сиропом с целью заглушить истинные звуки наполненого страданиями окружения. Мнимая безопасность и забота хороши, когда ты не в курсе, что они ложны.       — Лас’халан гилас венан. Долийцы беспокоятся от чистого сердца, а не вынуждено. — не попавшись в плен сладких речей, ответил бывший Третий и решил оставить «официальный» говор от третьего лица. — Для Вашего спокойствия, сударыня Амелия, скажу прямо — я не собираюсь совершать суицид. И прошу прощения, что подслушал окончание вашего с леди командором разговора, но у эльфов слух куда более чуткий. — откровенно признался он, лишь не озвучивая причины обещанного «примерного» поведения.       — Хах! — запрокинув голову, прогрохотала Мередит. — Ва-а… теперь понятно, для чего они у вашей братии такие длинные.       *ХРЯСЬ*       Орсино мог поставить на кон завышенное эго Эльгарнана, но он точно услышал скрежет металла. Разве можно продавить латный сабатон мягким носком сапога волшебника?       — Клянусь, однажды я запру тебя в карцере и расплавлю ключи в кузне. — зло пригрозила Мередит расправой (чему удивляться?) собственной сестре, отодвигаясь чуть в сторону от магессы, ближе к Орсино. — И раз с твоими беспочвенными переживаниями покончено, Амелия, перейду к сути. — повернувшись к эльфу, тем самым отгородившись от сестры копной золотистых локонов, Мередит сложила руки в замок на столе и продолжила: — У нас катастрофический дефицит толковых учителей для молодежи. И раз помирать в ближайшем будущем ты не собираешься, Чародей, то предлагаю взять под своё крыло ещё несколько учеников, не считая того, что прилагался с тобой в придачу.       — Не сразу! — тут же внесла уточнения в приказ-просьбу сестры магесса, покачав головой. — Сначала пообвыкнись тут. Приди в себя. Настройся на новый ритм жизни.       — У тебя месяц.       — Здесь у нас целая башня отведена под лаборатории и кабинеты. — не обращая внимание на комментарии командора, продолжила Амелия расхваливать их общий «дом». — Есть много простора для магических экспериментов.       — Для проведения которых заранее пишется письменное прошение с подробным описанием целей и средств.       — Я наслышана о долийском искусстве магии, передающиеся из уст в уста, и уверена, что наша библиотека ничем не проигрывает в плане накопленных в ней знаний. А то, не в обиду сказано, даже превосходит.       — Рабочие часы библиотеки с семи утра до десяти вечера. НЕ засиживаться дольше этого времени даже если ты «в шаге от открытия». Мне не нужны потом сонные маги, врезающиеся в стены по всем Казематам. Один ученик так чуть на железный забор не напоролся.       — А я говорила — надо срезать эти штыри во дворе. И, желательно, по всему городу.       — Думару было начхать. А у меня нет времени. Если так волнует — займись этим сама. — фыркнула командор, нахмурившись как от разыгравшейся головной боли, и вновь перевела взгляд на эльфа. — По поводу обязанностей чародея тебе всё объяснит Хоук как освоишься. Если остались иные вопросы — задавай сейчас, пока у меня и Старшей Чародейки есть время.       А кто ж ей виноват? Не стоило так рьяно цепляется за власть. Единоличное правление всеми аспектами города-государства несёт в себе не только полный контроль, на котором Мередит так помешана, но и ворох лишних обязанностей. Но должно ли это волновать новенького Чародея? Разумеется — нет.       — Так легкомысленно передаёте эльфийскому дикарю власть над молодыми, податливыми умами, сударыни. Не опрометчиво ли со стороны глав Киркволльского Круга доверить обучение учеников кустарному магу так ещё и язычнику? — чуть приподнял бровь он в вопросе. — Не поймите превратно, у меня нет желания пропагандировать среди молодняка веру в эльфийских Создателей, подрывая авторитет Церкви. Но я мог бы, будь немного более… набожным. И, главное, мои методы обучения отличаются от традиционной программы Круга. Если меня, вообще, можно назвать толковым преподавателем. — добавил Орсино чуть тише. — Зачем вносить сумятицу в проверенный поколениями путь получения знаний?       Пальцы в латной перчатке отбили по столешнице короткий мотив, но и этого хватило, чтобы эльфа заметно тряхнуло на месте.       Что не ускользнуло от внимательных голубых глаз.       — Пока ты не лезешь к остальным со своей верой, к тебе никто не полезет в ответ. Уж здешних сестер Церкви я проконтролирую. А что до твоих способов обучения — ввиду, как я уже говорила, дефицита персонала, они вполне приемлемы. Старшая Чародейка уже провела разговор с твоим учеником по этому поводу и он подробно описал ваши занятия. Различия с методикой Круга есть, но они не критичны. Так что дерзай.       Орсино знать бы ещё, что там им наговорил Фейнриэль. Но, если подумать, конечно хорошо, что у него будет чем заняться в перерывах между попытками довести храмовников до ручки, но эльф не припомнит, чтобы в изначальной временной шкале в Кирквольском круге были такие серьезные проблемы с учителями. С другой стороны, этому факту могли уделить меньше внимания в сравнении с беспорядочными усмирениями магов направо и налево.       — Я могу узнать причину столь плачевных обстоятельств с учителями?       Ему лишь хотелось окончательно убедится, что положение вещей в Кирквольском Круге никак не отклонилось от предначертанного пути. Даже несмотря на случайные махинации Орсино в прошлом.       Эффект бабочки не всегда срабатывает когда дело касается столь глобальных проблем. Маг убедился этому на собственном опыте.       Амелия с вопросом во взгляде посмотрела на сестру, ожидая от той отмашки на раскрытие лишних подробностей.       — Почему нет? — отмахнулась младшая Станнард. — Это не столь засекреченная информация. — и тут же напустила серьёзный вид. — Но всё же не советую распространятся об услышанном в письмах за пределы Казематов. Нет ничего хуже стихийных кривотолков городских жителей. Не успеем моргнуть, а сюда уже заявится Искатель с проверкой. А то и кто проблемнее. Терпеть не могу, когда в мой Круг лезут с «мудрыми советами по воле Создателя».       Сарказм в исполнении рыцаря-командора весьма своеобразное зрелище, но Орсино всё же ждёт ответа. И Амелия поспешила посвятить эльфа в подробности.       — Причин нехватки в штабе преподавателей много и со времён правления последнего Первого Чародея их со временем набралось в большой ком. Но главная проблема в том, что от других Кругов Магов нам ждать специалистов бессмысленно. — женщина удержала небольшую паузу с усталым вздохом. — Всё потому, что спустя год после Пятого Мора к нам по многочисленным просьбам послали одного из Старших Чародеев Ферелденского Круга как потенциального кандидата на пост Первого Чародея. Со стороны наших заморских коллег это был по настоящему широкий жест помощи с учётом их собственных проблем с кадрами после битвы в Денериме и захвата башни Кинлох демонами. И всё шло хорошо. Чародей Карл прибыл в Казематы вовремя, показал себя с лучшей стороны и как лидер, и как учитель, но в то время ещё не все наши бравые защитники Круга были… на одной волне с продвигаемой политикой Мередит в отношении магов. И так вышло, что одно из писем приезжего Чародея к его Ферелденскому другу попало в руки храмовника — сэра Отто Арлика, прошение об отставке которого в связи с психическими отклонениями в то время пылилось не рассмотренным на столе Владычицы Церкви слишком уж долго. — при упоминании Эльтины губы магессы скривились в неприязни, как и у её сестры. — Итогом стало несогласованное с Мередит и Старшими Чародеями Круга усмирение. И вся несправедливость в том, что в содержании письма не было ничего предосудительного, кроме, разве что предложения о встречи в церкви после отбоя. Магам покидать остров так поздно запрещается, но подай Карл прошение и его бы отпустили с одним из отвечающих за сопровождение рыцарем ордена. Не успели мы разжаловать Арлика в звании уже на законных основаниях не дожидаясь запоздалого ответа от Церкви, как тот вместе с лояльными его взглядам подчинёнными потащил усмиренного Карла ночью в церковь ловить «друга» на живца. Утром тела всей группы нашли мертвыми прямо там. Включая Карла. Молва о том, что в Кирквольском Круге лишают воли даже проверенных временем магов с достойной репутацией разлетелся быстрее искр от пламени на сухостое. Оправдания о том, что всё это было неудачным стечением обстоятельств, на общественное мнение не действует. Остальные Башни боятся присылать к нам своих магов. До сих пор.       Карл… Карл… а не тот ли это, часом, Карл о котором часто вспоминал Андерс, критикуя методы Кирквольского ордена храмовников? Если покапаться в памяти… в иной жизни был подобный инцидент. Но Отто там хоть и был причастен к усмирению, при встрече Андерса с Карлом не присутствовал. И позже ещё вдоволь успел помучить магов с негласного потакания Станнард. А сейчас… место пусто не бывает. Кто теперь вместо Арлика? С кем Орсино может повезти нарваться на конфликт в большей мере?       — А от остальных Старших Чародеев и большинства твоих коллег сносного выполнения обязанностей не дождешься. Угрозы усмирением не помогают. А ставить клейма за одну только инфантильность противоречит кодексу храмовника да и совесть загрызет. — безучастно развела руками Командор, с ленивым интересом рассматривая узоры на потолке.       Зная характер Мередит из его видений, всё это показное безразличие к игнорирующим её приказы магам может означать только притаённо вынашиваемые в глубине души планы по их единовременному стиранию с лица Тедаса. Возможно, идея с Правом Уничтожения уже варится в этом увенчанном золотой тиарой котелке, вместе с гарниром из паранойи и маниакальных навождений.       — Хорошо, эта история объясняет некоторые аспекты вашего решения о моем назначении. — принял слова сестёр долиец. — Тогда могу задать последний вопрос?       — Вперёд. — кивнула храмовница.       — К каким разделам библиотеки я имею доступ?

◎⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘◎

      Почти ко всем в зависимости от умений, и кроме раздела ритуалистики.       Что-то Орсино подсказывает, что за тремя замками жезловых ворот в этот раздел библиотеки прячут вовсе не опасные для открытого доступа ритуалы, а всю собранную за существование Круга запрещёнку, которую по каким-либо причинам не удалось уничтожить.       Но долийца мало волновала запретная комната. Дурной дар показал за вскрытие замка лишь выговор да исправительные работы, а Орсино хотел чего-то более радикального в отношении себя.       Библиотека делилась на несколько помещений, разделённым по темам собранной литературы, и объединяющих их большой читальный зал, в котором и находился главный вход в обитель знаний.       Каждый раздел библиотеки также был поделён на зоны с книжными стеллажами, расставленными в зависимости от уровня развития посетителя в выбранной стезе магической науки.       Несмотря на плачевное отношение Чародеев к своим обязанностям, усмирённые, отвечающие за библиотеку выполняли свою работу на высший бал. Если Орсино всё же усмирят, может ему повезет получить работу именно здесь.       Тихо, мирно. Если не обращать внимание на кучу… просто кучу молодых учеников десяти годов отроду и выше постоянно шушукающихся меж собой.       Бродящие здесь дети, видно, уже поняли, что от их учителей проку мало, и во всю принялись за самообучение.       А шепотки… Главной темой, в основном, были его татуировки на лице. Со временем интерес к «остроухой диковинке» сойдёт на нет и фоновый шум голосов поутихнет.       Так что оставалось только сесть за свободный стол и углубиться всеми мыслями в содержание книги, игнорируя гул.       Сначала, Орсино даже не собирался заглядывать в столь расхваливаемую Старшей Чародейкой библиотеку, но после того, как Мередит махнула на эльфа рукой с жестоким в своей иронии приказом «свободен», Амелия повела его в один из менее людных тренировочных залов дабы уже в живую, а не со слов Фейнриэля, проверить уровень умений нового жителя Башни магов. И во время боя, поглазеть на который остальные тренирующиеся в зале маги собрались опять же из любопытства к «пойманному» дикому эльфу, в голову Орсино пришла любопытная мысль. Если уж к магии крови душа у него не лежала, то что мешало изучить иную стезю колдовства, что могла в своей опасности и дурной славе встать почти наравне с малефикарьим делом?       Ни один храмовник в здравом уме не станет доверять магу, способному ослабить его по щелчку пальца, наслать проклятие, слепоту и ужасные видения. По крайней мере, Орсино надеялся, что Траск в этой каменной клетке только один такой опрометчивый.       Амелия посоветовала изучить что-то кроме стихийного льда?       Хорошо.       Несмотря на отталкивающий потусторонний холод и неприятные ощущения после давних первых попыток…       Орсино изучит энтропию.

_____________________________________________

      Что не влезло в примечания:

Старшие Чародеи: Мы существуем. Весь Кирквольский Круг: Зачем? /// Фэйнриэль: В мои полномочия, как сомнари, которые я клятвенно обязуюсь использовать во благо, входят — осознанное путешествие по Тени, общение со спящими и, при должной сосредоточенности, косвенное влияние на их поведение и действия в бодрствующем мире. Весь Кирквольский Круг: … Весь Кирквольский Круг: Короче, смотри, есть у нас Старшие Чародеи… /// Мередит: Ровно относится как к магам, так и к обычным людям. Не хочет лишать подчинённых воли, даже если те в край оборзели. Орсино: Сразу видно — в голове каша из паранойи и сомнительных побуждений. Также Орсино: *В голове каша из паранойи и сомнительных побуждений* /// Орсино: Я в Круге. Что ж… Орсино: *Режим Дазая активейшн* /// Храмовники: *приглядывают за Орсино по приказу командора и просьбе Траска, чтоб тот втихаря не самоустранился* Орсино: Следят – значит считают потенциально опасным элементом. Я на верном пути. Усмирение ждет. Да. Храмовник 1: Ребят, может лекарю разума его покажем? Он же совсем скуксился. Храмовник 2: У нас нет такого персонала. Храмовник 3: Просто купите ему бухло!