3. «Он же меня убьёт!»

—..Так о чём я. Ах, Тарталья. Насчёт Синьоры.. Она реально подозрительна. В кабинете раздался тихий голос, словно старающийся не дать никому подслушать их переживания. Девушка не хотела особо делиться с кем-то этой информацией, но здесь это может вызвать последствия, которые ей интересны. —С чего ты так её подозреваешь? За исключением, если у тебя правда есть какие-то доказательства. Командир взглянул на свою сотрудницу, присев в кресло напротив неё. Глаза коллеги горели беспокойством, руки подрагивали, поэтому он цокнул языком, и взял её ладошки в свои, стараясь согреть девушку любым способом. По сравнению с его руками, кисти сидящей напротив были в разы меньше собственных, поэтому он слабо улыбнулся, но поднял взгляд, и продолжил слушать. —Доказательств нет, но есть повод для подозрения. Я вчера шла по улице Омотесандо, что в районе Харадзюку, и в переулке между дизайнерским магазинчиком и южным крылом Мейджи...— она сделала паузу, так как ощутила тепло его рук. Такие большие, такие тёплые.. Он слишком странный. Да, в его кабинете уже не так холодно, но и вроде не совсем комфортная температура. Девушка решила не отказываться, так как... Ну просто не хочется, — так вот. Я там видела трёх высоких типов, как гопники, и Синьору, передающую им пять-шесть пакетиков с неизвестным веществом. Как думаешь, каковы шансы, что она подрабатывает в почте? Рыжеволосый, ошеломлённый её описанием, подумал лишь об одном: «Злопамятная же ведь...» —...Согласен, нулевые. Но ты понимаешь, этого недостаточно, чтобы её реально в чем-то подозревать. До этой фразы, лицо Люмин выглядело горделивым за себя саму, что она помнит столько цепких деталей, каких простые свидетели не замечают. Тем более, она назвала максимально близкие координаты места подозрения, и это должно было его поразить, но в ответ на её рассказ он лишь откинул фразу. Блондинка выразила удивление на лице, сменившееся вскоре в гнев, и по-детски затопотав ножками, она говорит: —Давай так! Мы всё же проведём расследование. Если Синьора будет замешана в криминале как соучастница, то ты выполняешь моё желание. Если же она ни в чём не виновата, я выполняю твоё. Идёт? Люм протянула руку, приглашая принять юноше участие в споре. Тот сначала смотрит на ладонь, потом на неё, осмысливает условия, и.. Пожимает её. —Идёт. . . . . С того дня, как они поспорили прошло практически две недели. Они не виделись: парень ушёл с головой в документации, девушка расследовала дела Синьоры, и до встреч не было никакого времени. И в целом говоря, это было плохо, но и в тоже время, такой спор давал им обоим время обдумать свои действия, а блондинке — их отношения. Но покой снайпера кончается хлопком двери об стену, и криком: «Госпожа Люмин, пламенный заголовок!» —Муцуки.. Это вторая дверь за неделю, прекращай уже. Она хотела, было, спокойно спросить причину столь обеспокоенного начала разговора, но заметила своего командира за спиной. Выражение лица резко перекосило с разочарования на напряжённость, но та постаралась не акцинировать на этом внимания. —А вы, товарищ командир, смотрю, тоже желаете поговорить со мной? Наконец, Люмин повернулась в полный оборот, чтобы было видно её лицо, на котором проскочила слабая улыбка. Девушка уже на автомате при сотрудниках обращается к её командиру на «вы», не давая и повода им знать о дружеских связях с ним. Тот сначала не понимал схему обмана, но вскоре умные мысли врезались в его спинной мозг, откуда всё пришло в основной, и он стал ей подыгрывать в ответ. —Но... Секретарь неловко опешила. —Это кэфидральная информация, Муцуки? —Настолько кэфидральная, что это нужно сообщать один на один.... —Это с чего ещё вдруг?— задалась вопросом девушка. Никогда впредь такого не было, а тут с неба ультра-кэфидральная информация. Но потакать секретарю — себе копать могилу, поэтому она выдохнула, и жестом вежливо попросила Тарта выйти из кабинета на десять минут. Тот кивает, принимая просьбу, и покидая кабинет. Но это же будет не он, если не подслушает разговор. Ему не хочется рисковать доверием своей недо-подруги-пере-напарницы, но этот случай нельзя упустить из виду. —... прям в том же месте? Кошмар.... —... тело было сепатированно. Настолько... —... Подожди, что? Меня командир убьёт, если узнает, Муцуки! Рыжеволосый сильно удивился, что же ей сказала такого секретарка, что снайпер ужаснулась от мысли быть убитой своим командиром. Тем временем, Люмин стояла в шоке. Столько событий свалилось на её плечи, и в целом... Она была бы не против поддержки её командира, какую он оказывал ей при спасении от Синьоры, но нет... Всё слишком плохо, слишком грубо, слишком рискованно, и если она расскажет всё ему об этом, командир по-любому возненавидит девушку, а это однозначно не то, чего она добивается. Сейчас, она стояла на лезвии между двумя безднами. Сказать ему о событии и упасть в пропасть ненависти, или... Молчать до конца пяток, а потом при давлении кипятка ссоры выплеснуть все чувства к нему и события, чтобы упасть в бездну вечной тоски по тем дням с её командиром. Исход был один — он узнает об этом. —Хочешь сказать, что я в этот раз играю роль козы отпущения? Так, брысь из кабинета, оставь меня одну. И скажи Тарталье, чтобы особо уши там за косяком не пригревал. Чертовка. Спалила. —Я толком ничего и не услышал, так что не пугайся,— выглядывает рыжая макушка из-за двери, подтверждая её теорию о подслушке. Секретарь шуганулась, но вскоре стремительно покинула кабинет по приказу старшей по званию. Люмин показала ему жест, чтобы он зашёл, и присел на диванчик. Парень весьма удивлен её тишиной и такой благосклонностью, что удостоила его спокойно выполнить просьбу блондинки. Если считать честно, Тарт рассчитывал увидеть её в гневе, злости, печали, радости; попасть с ней в ссору или наоборот узнать от неё что-то большее, но однозначно такой поворот событий его смутил. Снайпер подошла к дивану, нагнулась, чтобы посмотреть ему в глаза, и затем она валит его с ног, прижимая себя к нему, словно ища тепла в потухшем костре. —Эй... Люм, всё в порядке..? —Всё, что ты можешь сейчас для меня сделать, так это замолчать. Он медленно обнимает её в ответ, успокаивая бушующие переживания внутри груди, к которой примкнула голова девушки. С чего вдруг ей так потребовался физический контакт с ним? Может она страдает от проблем? А может что-то и вправду трагичное случилось, да настолько, что она боится поделиться с её командиром об этом из-за боли? В любом случае, рыжеволосый только рад оказать поддержку, стараясь поставит себя на её место. —Зачем я решила предложит тебе этот спор... Никогда так не жалела. —Чшш, спокойно. Судя по доске, у тебя голова кипит. —Просто... Стоп, нет, я так не могу. Люмин оставила лёгкий отпечаток её помады на подбородке, и кое-как приподнявшись, она встала и направилась к доске. По сравнению с моментами ранее, ей стало в разы лучше, та могла вернуться к работе с чистой головой и так, чтобы сразу всех зайцев одним выстрелом. —Давай рассуждать логически: расследование началось с Синьоры и передачи неизвестного вещества между дизайнерским магазинчиком и южным крылом Мейджи, так? Затем, раскопав интернет, в этом же месте ловили насильников и их жертв, которых находили полумёртвыми. Сегодня поступила информация, что на этом же месте нашли труп молодой девушки. Предположительно, она была убита пистолетом .45 ACP, ранения весьма характерны для такого оружия,— она задумчиво проговаривала полученную информацию, ходя из стороны в сторону, и время от времени, когда парень опускал голову, та направляла свой взор на его макушку. —Логично, но хочешь сказать, что преступный мир сговорился там собираться? Это же глупо, место слишком освещённое публикой. —Именно, так логика и работает. Это называется "показуха", или "отвлекалово". Пока одна пачка преступников собирается и демонстративно сдается полиции под предлогом того, что они устали убивать людей и хотят сесть в тюрьму за сделанное, другая готовит грандиозный скандал, который мало того, что выдвигает правоохранительные органы как придурков, так ещё и освобождает их основную пачку, якобы задержанную за убийства в большом количестве. Ты прям как все старшие: мыслите слишком узко. Нужно смотреть шире, глаза чаще открывать, ибо старые добрые методы раскрытий дел, которым по 50 лет, и даже больше — не всегда выход. Искромётные идеи и мысли так и сыпались из её головы, ей нужно было провести обмен информацией с кем-то, а беспокоить командира из-за своих тараканов в голове — себе копать могилу, поэтому она ждала любого шанса, где Люмин могла бы зацепить Тарталью: в буфете, в коридорах, или в конце концов оружейной. Но на её неудачи, тот не появлялся ни в одном из мест в течение всех дней, что девушка искала его. И тогда, она решила просто прекратить поиски, надо — сам объявится. Так всё и произошло. —В принципе, звучит как вариант, но тем не менее. Если ты таким образом призываешь это место не караулить, то тогда граждане на нас тоже наедут, что мы ничего не предпринимаем. Блондинка кипела. Она старалась воздержаться от желания убить его прям на этом белоснежном диване. Её руки крепко обхватили края стола, чуть скрипя доской. Парень заметил, как тело напарницы напряглись, а её взгляд упёрся в пол, явно пытаясь сконцентрироваться на другой мысли. Он снимает пиджак, вешая его на кресло, и остаётся в одной рубашке. Рыжеволосый медленно и осторожно, боясь всполыхнуть спор, подошёл к ней, обведя руки вокруг её предплечий. Люм тихо утыкается в грудь молодого человека, пытаясь вновь успокоиться. Молчание между ними давило, и одновременно лечило её закалеченную душу, которая так и просила этой умиротворяющей тишины. Она не может работать. Её голова отказывается работать. Снайперка понимает, что на данный момент, ей нужен выходной, хотя бы на день. —Так я и думал: ты перенервничала. В следующие три дня отдохни как следует, может тебе станет лучше, — говорит командир, обхватывая одной рукой её щёку, чтобы поднять взор глаз напротив. В них видно отчаянная борьба с организмом, чтобы она продолжала работать, а не нести всякую ересь про отдых. Тело требовало других условий: полный отдых, без единого упоминания работы, хотя бы на день. . —Но. . . —Люмин, пожалуйста. Я не приказываю, не требую, я уже прошу тебя отдохнуть от этой рутины, прошу тебя расслабиться. Если тебя беспокоит одиночество, твои напарники, или даже я — можем составить тебе компанию. Главное, чтобы ты вышла из этой зоны стресса хоть на чуть-чуть. —Значит так? Здорово... Тогда, я буду не против, если вы себе тоже возьмёте отдых. И ещё. Боюсь, из-за такого напряжения, у меня будет плохо с питанием, поэтому... Могу ли я попросить вас на моих "выходных" передвинуться в мою жил-площадь на время? —Без каких-либо проблем! Только хотел с тобой это обсудить, хехе. Жаль, надо расстаться. Мне нужно обратно в офис, я там отчёт не закончил. Спасибо за информацию, адрес скинешь позже! —Как скажешь, Тарт,— девушка произнесла его имя и улыбнулась. Тот кивнул ей, закрывая дверь, и чуть ли не бегом возвращается в свой кабинет. Он хлопает дверью, скатываясь по ней. Вот чертовка, знает его слабое место..