05:50:14:10:4

Сложнее всего оказалось предсказать, сколько времени у них есть. Пятому предстояло забыть долгие сорок пять лет. Десять дней в Далласе он забывал десять дней в 2019 году, но стоило ли надеяться, что и дальше будет так же? В этом он сильно сомневался. Скорее всего, дальше пойдёт по нарастающей, и в конце концов он предположил, что у него есть четыре с половиной месяца. Этого было достаточно, чтобы передать его опыт близким, чтобы потом они научили его всему с нуля. Они начали со знаний — всего, чему он научился, пока вместе с Долорес выживал в пост-апокалиптическом мире. Боевые навыки исчезали не так быстро. Тело продолжало их помнить, а голова — нет. Пятый делал конспекты, максимально очевидные. Такие, чтобы и Диего понял. Клаус раскрашивал их цветными фломастерами, перерисовывал схемы яркими карандашами, добавлял какие-то комментарии от себя. Делал всё, чтобы конспекты были захватывающими и наглядными. Чтобы ребёнку было интересно их читать. А в один из дней он притащил Пятому камеру со штативом. — Это ещё зачем? — Если ты будешь ещё и комментировать свои записи, ты сам их поймёшь лучше. Такова моя теория, — Клаус упёр руки в бока. — Уверен, ты с собой найдёшь общий язык легче, чем мы все. — Спроси у Лютера, как это в прошлый раз прошло, потому что я не помню, — Пятый постучал по камере пальцем. — И что, по-твоему, я должен делать? — Взять свой флипчарт и подвинуть его к креслу. Клаус переставил камеру. Пятый поджал губы и сделал то же с флипчартом. — Так, теперь лови это, — Клаус бросил ему упаковку маркеров. — И начнём записывать. — А плёнки-то тебе хватит? — Даже не переживай, — Клаус махнул рукой. — Наш замечательный папулич сохранил много, непростительно много плёнки для этой красавицы, — он погладил камеру. — Давай сначала запишем приветствие. — Приветствие? — Ты должен себе объяснить кто ты и что делаешь. — Мм. Пятый поджал губы, и сунул руки в карманы. — Логично. — Хочешь порепетировать? Или написать, что будешь говорить? — Попробуем импровизацию. — Как скажешь, — Клаус взялся за камеру, готовясь начать запись. — Как будешь готов, скажи. Пятый кивнул, окинул комнату взглядом, потом опустился в кресло. Закинул ногу на ногу — как обычно, щиколотку устроил на колене, — и сцепил руки в замок. Что он должен сказать? Или вопрос должен звучать иначе, и ему нужно решать, что он бы хотел услышать? Что убедило бы его тринадцатилетнего, что всё не так, как кажется, и что нужно очень постараться в будущем? — Ладно. Я думаю, я знаю, что говорить. — Тогда начинаем на счёт три, — Клаус поднял вверх руку, начал считать, оттопыривая пальцы и начал съёмку. Зашуршала плёнка. Пятый сделал глубокий вдох и посмотрел в объектив. — Доброе утро, Номер Пять. Ну и денёк. Уже с собой говорю, — он опустил взгляд и ухмыльнулся. — Память у тебя как решето и это, боюсь, навсегда. Думаешь, наверное, что только оказался в 2019, хотя на самом деле это не так, — он поднял взгляд и сделал паузу. — Я попробую всё объяснить. Но первое, что тебе нужно знать: ты должен доверять семье. Возможно, тебе покажется, что они ведут себя странно. Смотрят на тебя долгими печальными взглядами, и будто не узнают. Клаус за камерой прикусил губу. — Прости их. Ты был другим. Ты был мной, и последние месяцы они наблюдали, как моя память растворяется, и как я становлюсь тобой. Им нужно время, чтобы к этому привыкнуть. Клаус достал блокнот и накарябал маркером: «Объясни, кто ты такой». — Как и ты, я Номер Пять, — Пятый покусал щёку. — Как и ты, прыгнул слишком далеко в будущее. В мир, в котором не осталось никого, кроме меня и Долорес. Сорок пять лет я пытался вернуться к семье и остановить разрушение мира, и после множества проволочек, я преуспел. Апокалипсиса не случилось. Я изменил временную линию, и понёс за это… нет, плохая формулировка, — Пятый потёр подбородок. — Мы все должны чем-то жертвовать. Теперь тебе придётся начать всё сначала. Клаус поднял руку с оттопыренным большим пальцем. — Но у тебя будет фора, — Пятый подался вперёд. — Мы не можем вернуть тебе мою память. Но мы можем передать тебе мои знания и мой опыт. И эти видео — только начало. На них мы будем говорить о путешествиях во времени. Клаус отпрянул от камеры и выключил запись. Пятый посмотрел на него снизу вверх. — Отлично вышло, — Клаус отвернулся и вытер глаза. Наверное, он был уверен, что Пятый этого не заметит. — Ещё и с первого дубля. У тебя талант. — Очень смешно, Клаус, — Пятый встал. — Ладно, — Клаус подобрал с кровати первую тетрадь с конспектами и протянул её Пятому. — Начнём с начала. Порепетируем немного, а потом начнём снимать, идёт? Пятый опустил взгляд на тетрадь и нахмурился. Всё в нём будто сжалось, скрутилось в тугой узел. Он не хотел забывать. Ничего из этого. Не хотел уходить. — Пятый, — мягко позвал Клаус. — Ты в порядке? Позвать Ваню? — Нет, просто… — Пятый закрыл глаза. — Терять себя кусочек за кусочком… это невыносимо. — Я знаю, — Клаус обошёл камеру и положил руку ему на плечо. — Я знаю. Они постояли так пару мгновений, потом Пятый облизнул губы и кивнул. — Ладно. Давай репетировать.