6. Новый раздор

Ничего больше содержательного наш с Эдвардам диалог не имел, только удостоверил нас обоих в масштабности проблемы, к которой мы не знали с какой стороны подступиться. Элрик стал мрачнее тучи, потом вовсе замолчав. Постепенно его настроение передалось и мне, так что Альфонс снова не понимал, что произошло: я приползла в квартирку, резко закинув обувь в угол и без слов завалившись в постель. Доспех пробовал узнать причину подобного поведения, но был стойко проигнорировал и сдался. Златоглазый, кажется, меня поддержал, потому что ни слова не проронил. Валялась я долго, прокручивая в голове прошедший, слишком насыщенный событиями, день. На улице давно стемнело, но вот мне снова забыться сном не удалось несмотря на полный желудок. Может причиной тому было то, что я и так полдня сурком продрыхла, а может — жужжащие беспорядочные мысли. Я тяжело вздохнула, перевернувшись спиной к стене, натыкаясь взглядом на Ала. Я поняла, что он выключил в комнате свет, но за дальнейшими его передвижениями не следила. Он сидел на полу, все также не снимая даже шлема, и казалось вовсе дремлет. Идя на поводу у любопытства, я привстала на локтях и правой рукой рукой дотянулась махнуть пятерней перед лицом младшего Элрика. Тот с тихим лязгов повернулся ко мне. — Эд, ты что-то хотел? — я честно не ожидала, что он отреагирует сразу, потому дернулась и чуть не навернулась, тихо ойкнув. — Нет, ничего, все нормально — спешно оправдываясь, я бранила себя за опрометчивость, пряча руки под одеяло. Было стыдно за такое глупое ребячество. Ал, наверное, сидит тут и караулит такую буйную меня, чтобы не выкинула новых фокусов. Ладно. — Мне просто не спиться. Найдя такое объяснение более чем достаточным, я решила сбежать от возможного разговора, потопав до ванной. В коридоре свет тоже не горел, так что добиралась я вдоль стеночки придерживая руку. Закрыв за собой дверь и щелкнув выключатель, я выдохнула. Стянув с рук перчатки, я запихнула их в свободный от часов карман, чтобы не потерять. Я не особо люблю надевать перчатки даже в холодную погоду, просто пряча ладонь в карман или страдая от синеющих пальцев, если карманов не находилось. В мою умную головушку не пришло идеи лучше, чем улечься спать как есть, не особо заморачиваясь ни на счет накидки (я еще не определилась, как обозвать красную вещь гардероба), ни с волосами. Резинка сползла, так что с трудом сделанный хвостик был похож на пучок соломы. Да и вообще, я не привыкла к чему-то длиннее каре. Стоп, о чем я вообще думаю? Я скинула куртку и привстав на носочки, пыталась хоть по пояс влезть в отражение зеркала, но совершенно все было против меня, так что я вскоре успокоилась, останавливаясь на рассмотрении моей мордахи. Из-за невероятности произошедшего, не воспринимаю все вокруг серьезнее слишком подробного сна. Но мне больно, голодно, холодно, тепло — долго можно перечислять, но я испытываю все чувства как наяву. Даже отсутствующую у меня всю жизнь левую руку, лучше, чем правую. Я встряхнула головой, стискивая зубы. Еще раз. Пусть я потеряла сознание, брежу. Тогда, почему сон длиться слишком долго? Если откинуть скептицизм, и я вправду попала в тело странного пацана, то почему это произошло? Почему здесь все такое непонятное? Я тихо взвыла, запустив пальцы в шевелюру. Волосы были мягкими, в тоже время слегка цепляясь за детали протеза. Мне все еще не вериться, что это протез. Подвижность до невероятного точная, пусть и чувствительности, как у кожи, нет. И кто, черт возьми, этот мальчишка? О себе он говорит крайне неохотно, вспылить может по любому случаю, но утверждает, что состоит в армии. Слишком много вопросов. На удивление, я в состоянии их задавать. Видимо, мозг у меня тормознутый и воспринимает все как должное. Появилась мысль все бросить и свалить к полковнику. Он, конечно, тип не самый приветливый, но обещал разобраться с моей проблемой. Жаль, что Эдвард категорически против. У него с Мустангом война что ли? Ответы на кучу вопросов никто давать не собирался, потому, не стоит ли мне пока все принять как должное? Уберегу таким образом клубочек другой нервов. Я оставила несчастные волосы в покое и стянула резинку, надев на запястье, чтобы не потерять, потому что с Эдвардом ни черта здесь не найдешь. Шевелюра не такая уж и великая, хоть для мальчишки непривычная — чуть ниже плеч. Во время прогулки по улице я не заметила подобной моды. Спать мне не хотелось от слова совсем, а заняться было тоже нечем. Так что я воровато оглянулась, удостоверяясь в отсутствии рядом надоедливого пацана, и продолжила изучение чужого лица. Богатая и выразительная мимика. Кривляния быстро это доказали. Правда больше меня заинтересовали золотистые глаза. В свете лампы они были тусклыми, непонятного оттенка, но я знаю, что в естественном освещении они должны быть невероятными. Я знала девчонку с глазами близкого цветом к светлой меди. Скажу честно, иногда откровенно заглядывалась на игру света в чужой радужке. А у Элрика они еще светлее. Автоброню, как выразился мелкий алхимик, я успела рассмотреть ранее, не особо понимая, как она функционирует. Я и так в технике не сильна, а тут еще и эта загадочная штука. Я вздохнула, вспомнив об двух железяках. Может у Эда диабет? Я слышала, бывает так, что приходиться конечности ампутировать. Так, тогда лечиться надо, сладкое не есть, а то я жру все подряд, как пылесос. — Что ты делаешь? — раздался нетерпеливый голос за дверью, от чего я вздрогнула и вслух выругалась. Эдвард знает, когда его не ждут. — Ничего. Что тебе надо, спать иди — на мое ворчание пацан просочился в комнату, уперев руку в бок, уставился на меня. — Я не могу ни спать. Ни есть. И кроме тебя меня никто не видит, — отчеканил светловолосый. Я растерянно хлопала глазами. Даже не от самого факта, что Эд почти полноценный призрак, а от его тона. Словно он объявил о начале войны, что пошатнет уклад мирной жизни. Другого сравнения у меня не было. — Это потому что я за тебя? — что еще я могла сказать? Поджав губы, я наблюдала, как Элрик медленно кивнул. Надо менять тему — А Альфонс, он всю ночь рядом просидит, может ему отдохнуть? — Он не нуждается в отдыхе. Я тебе уже говорил: он душа, привязанная к доспехам, у него нет нормального человеческого тела. Между нами сейчас единственная разница — наличие доспехов у Ала, — пацан начинал злиться, хоть причины я не понимала. Какая муха его снова укусила? Видимо, бешеная. — Давай тебе найдем доспехи. Раз ты смог провернуть такое с Альфонсом, может с тобой получиться. Так ведь наши поиски пойдут быстрее — рискнула предложить я, тут же шарахаясь и закрываясь от посланного Эдвардом удара ногой. Хвала всем высшим силам, существующим и нет, что импульсивный мальчишка не может причинить мне вреда! А вот об край ванной я все же навернулась, падая в нее. Синяки на спине снова о себе напомнили, выбивая слезы. Я не сразу осознала произошедшее, все еще закрываясь руками от возможной атаки, тяжело дыша и испуганно поглядывая на Элрика. Тот грозно молчал, сейчас став старше на несколько лет, и не спешил ничего объяснять. А при шуме приближающегося брата, вовсе широким шагом направился прочь. — Псих бешеный! — крикнула в спину алхимика, но слишком поздно, лишь застав голову Ала, открывшего дверь. Меня начало трясти. — Эд, кто здесь был? — звонкий из-за доспехов голос младшего Элрика выдает все его эмоции, пусть лица и не видно. Сейчас он крайне обеспокоен моей персоной, развалившейся в ванной, выставив перед собой руки. А мне было страшно и обидно. Меня не били, шлепки по рукам или легкие подзатыльники в детстве за то, что совала нос куда не следует не в счет, на меня не поднимали руку. Может поэтому я воспринимала насилие как противоестественное и неправильное явление. Но совершенно незнакомый мне человек всерьез намеревался меня ударить. Ногой. Более того, так он реагировал на многие вещи, не слушал меня, ведомый какими-то своими тараканами. — Что с тобой? Я не могла выдавить из себя и слова, мелко дрожа всем телом. Я просто не знала, что нужно сказать. — Брат, скажи что-нибудь, — Ал уже умолял, осторожно помогая мне выбраться из «ямы». И тут я решила: а не пошел ли агрессивный коротышка далеко и надолго, как и его закидоны. — Мне нужно к Рою — ужас, как дрожит голос, словно сейчас начну истерику. Хотя, как по другому можно назвать напавший на меня колотун? — Полковнику Мустангу? — для Ала мое заявление было большой неожиданностью. Я отрывисто кивнула, ухватившись за металлическую руку доспеха. — Я сейчас ему позвоню — после недолгого молчания согласился брат, потом неловко доведя меня до кровати и там оставив. Я не хотела оставаться одна, попытавшись ухватиться за руку Альфонса, но остатки здравого смысла говорили перестать. Кажется, Эд говорил, что телефон у них внизу. Отсутствовал недорыцарь, по моим внутренним часам, минут тридцать. Я немного успокоилась, медленно водя по комнате глазами, боясь, что покажется настоящий хозяин тела. Его я видеть хотела в последнюю очередь. — Тебе лучше? — вернулся. Я рассеянно посмотрела на Ала, тихо согласившись. — Полковник сказал, что скоро будет. — Это хорошо. Мустанг не обманул. Чуть посидев в тишине и в темноте, потому что, хоть Альфонс порывался включить свет, я отказывалась: в темноте было спокойнее, мы услышали дверной звонок. Брат пошел открывать. — Эдвард, — узнаю голос одного из немногих моих новых знакомых. Я оторвала взгляд от одеяла, замечая за спиной Роя еще одну фигуру. Словно поняв все без слов, он продолжал, — Это лейтенант Хоукай. Собирайся, пошли. — Куда? — Сам просил приехать. Но раз не нужно было, прощай, — полковник резво развернулся на каблуках, собираясь уходить. — Стойте, иду, иду — мужчина остановился, а я спешно сползала с кровати. Мой голос дрожал не хуже меня, почему-то мне стало невероятно стыдно за свое бегство от проблем. Как еще это можно назвать. — Там свежо — невзначай заметил полковник, придерживаясь того же высокомерно снисходительного того. Я начинаю жалеть о своем решении, хоть умом и понимаю, что вряд ли мне пока что кто-то еще поможет. — Брат, держи — Альфонс уже успел сгонять до ванной, протягивая мне красное одеяние. В глаза бы эту тряпку не видеть, как и золотоглазого идиота. Но если буду стоять и молчать, но упущу все шансы. Так что пришлось взять и не без помощи Ала накинуть на плечи. Хоукай, словно верная тень следовавшая за начальством, встала рядом со мной, теперь сопровождая мою персону. Тихим «пойдем», она выпроводила меня из квартирки, пока Рой отстал, переговариваясь с младшим Элриком. Возможно, меня это бы беспокоило, не будь я в состоянии близком к истерике, но на данный момент я не хотела ничего знать и слышать. Рядом спокойна как скала лейтенант, к которой я успела проникнуться симпатией, что еще нужно? Дежурный проводил нашу парочку настороженным взглядом, но промолчал, позволяя спокойно выйти на улицу. Я поежилась: и вправду довольно-таки свежо, не обманул полковник. Я в недовольстве скривила личико. Риза спокойно дождалась окончания моей пантомимы, потом проводив до машины. Старые знакомые, недавно на ней каталась, спина еще болит. Девушка помогла мне усесться в автомобиль, сама же дожидаясь полковника снаружи. Того пришлось ждать достаточно долго: я уже думала, что он пошел своей дорогой, когда увидела фигуру в легком пальто на выходе из общежития. К моей великой радости, мужчина сел за руль, а Хоукай рядом со мной, на заднем сиденье. Машино мягко тронулась. Я вначале даже успокоилась, наблюдая за редкими огнями, пролетающими мимо. Этот город не был похож на ранее виденные мной, вызывал порой недоумение. Потом вновь пришло ощущение опасности и тревоги, плечи вновь задрожали. Я согнулась, обнимая саму себя, посильнее сжимая руки, пожалуй на левой останутся синяки из-за протеза, и постаралась убедить себя в том, что мне просто холодно. Пробовала делать глубокие вдохи, но все время сбивалась. Слева послышалось негромкое копошение, после чего меня укрыли курткой. Я вздрогнула, поднимая голову. Лейтенант, пытаясь меня поддержать, положила руку мне на спину, прежде отдав свою куртку мне. В потемках я так и не разглядела ее. Да и не пыталась. Поэтому только сейчас поняла, что вид Ризы отличается: на ней не было синей формы, только простая повседневная одежда, а волосы свободно спускаются вниз, не собранные на затылке. — Спасибо — тихо промямлив, я снова замолчала. Дальнейшая дорога прошла в полной тишине.