10. Беспризорник

Я надеялась, что погода меня пощадит, не подарив затяжные дожди или чего еще похуже. Но на удивление, все было приемлемо, а с недавно приобретенной одежкой я вовсе бед не знала, стаптывая новые ботинки. Прошла один то ли поселок, то ли еще что за населенный пункт, натыкаясь на ровно такой же. С небольшими усилиями я отыскала дом, в который за несколько монет меня согласились впустить на ночь и даже накормили кашей с мясом, которую я уплетала за троих (а то и за пятерых) после продолжительной «прогулки». На все вопросы отвечала, что попутками добираюсь до родни из города, потому что денег кот наплакал. Не совсем правдоподобно, но я старалась, честно. Еще больше старалась не обращать на хождения Эда по чужому дому. Но иногда ловила себя на том, что слежу за ним взглядом, тут же переключая свое внимание на что-то более материальное. Интересно, коты так же делают потому что видят призрачных людей или я такая везучая? По крайней мере упитанный черный кошак настойчиво игнорировал второго незваного гостя, только шипя на меня, стоило пройти рядом. Ненадолго я здесь, не бойся, хозяин местный. Мне выделили диванчик, где ребенок мог неплохо разместиться, можно сказать, с комфортом. — Какая красотища, — я плюхаюсь на одеяло, начиная стягивать кофту и штаны, чтобы остаться в одном белье: в доме было очень тепло, я уже во время ужина успела взмокнуть, теперь недовольно скидывая со лба прилипшую челку. — Долго еще идти? — Не очень. Ты деньги просто так не трать, нам нужно еще билеты покупать, — осадил меня мальчишка. — Один билет, ты зайцем поедешь, раз такая возможность выдалась, — я посмотрела на вход в комнату, удостоверяясь, что никто там не стоит. Незнакомый ребенок идущий непонятно куда это очень странное явление, а если он еще и сам с собой разговаривает, то явно что-то не так. Элрик помрачнел, ничего не отвечая, лишь приседая на стул у окна. Какие мы обидчивые. Я тоже оказалась не в лучшей ситуации: не пойми где, не пойми с кем и не пойми почему в чужой тушке. Нет, мордашка ничего так, симпатичная, но это никак не компенсирует весь причиненный моральный и физический ущерб. Левая рука с красивым сиреневым синяком от плеча и почти до локтя, это не считая малых ссадин и синяков на спине от удара с машиной. Главное не начинать в полной мере это осознавать, а держаться бодрячком. От того, что буду дуться, как алхимик, ничего не измениться, лучше в лишний раз ни о чем не задумываться и отшучиваться. Вернусь домой и буду вспоминать как великое недоразумение. — Спокойной ночи, — решая не тратить время на воспитание практически незнакомого человека, я по нос укрылась одеялом, недовольно хмурясь, когда стальная нога холодом коснулась кожи. Когда-нибудь это все закончится. Ночь прошла без происшествий, я даже хорошо выспалась, из-за усталости почти не реагируя на внешние раздражители (Эд как-то нерешительно пытался меня разбудить, не пойми зачем). Утром только хозяева на кого-то ругались в голос, потом замолкая. — Утречка, — тихо приветствую алхимика, который уже отчаялся дождаться моего пробуждения. — Сколько можно спать! — Сколько надо для молодого растущего организма, твоего к слову, — начинать день с перебранки самое то. — С тобой мы никогда не доберемся до города, при том никакого, — я недовольно посмотрела на светловолосое недоразумение, пытаясь всем своим видом высказать, что думаю о его претензии. Мы друг друга поняли. — Спасибо вам большое! — собрав все свое небольшое имущество, я стояла на скромной кухне, благодаря хозяйку дома за ночлег. — Успокойся, присадь, поешь хоть, — женщина захлопотала, поставив на стол тарелку с пирогом, уже без вчерашнего энтузиазма и тщетных попыток меня накормить. Немного жалко, но еще больше наглеть я не могла. Хватило и того, что мне не особо задавали вопросов насчет перчаток в помещении. Протезы породят лишь новые вопросы, не очень нужные мне. — Еще раз спасибо большое! — все же сон под крышей лучше лесного настила и сквозняка, так что я счастлива. После завтрака я не стала больше обременять незнакомых людей, отправляясь дальше своей дорогой. — Они хорошие люди, — невзначай замечаю, пиная носком ботинка какой-то камушек, который бойко укатился дальше по дороге. — Тебе просто повезло, — он до сих пор дуется за вчерашние мои слова? Или есть новая причина? Ох уж эти подростки. — Это да, ты прав, — Элрик хотел что-то сказать, но лишь засунул руки в карманы, обгоняя меня. Мы будем общаться недолго, я верю в это. Сзади раздался веселый гогот и какой-то шум, так что от греха подальше, я отошла на обочину дороги и останавливаясь. Не зря: мимо пронеслась лошадь с мальчишками на спине, заставляя отшатнуться. — Вы совсем ослепли, куда едете! — алхимик успел среагировать и отскочить, теперь ругаясь на развеселившуюся молодежь, естественно, ни капли внимания на него не обращая. Я лишь вздохнула, возвращаясь обратно на дорогу. Только вот долго спокойно мне идти не дали. Вот уже знакомая компания возвращается, не так быстро, даже останавливается возле меня, успокаивая черного коня. — О, привет, а чего ты тут делаешь? — совершенно без стеснения и непринужденно мне задал вопрос один из мальчишек, чуть свешиваясь со спины животного. Я нахмурилась, изучая эту веселую парочку неопрятного вида, — Чего ты молчишь? — Просто иду, нельзя уже что ли? — он пока говорит не проявляя неприязни, но и его наглость мне не особо нравилась. — Можно, отчего же нет. Слушай, ты сильно занят? Нам помощь нужна там, — что, простите. Пацан, на вид чуть старше Эдварда, смотрел на меня с такой надеждой, что я бессильно отвела глаза. — Мне идти нужно… — Да куда так срочно? Мы быстро. — На поезд. — Никуда он не денется, поехали. — Отстаньте, ребят, не до вас. Вообще я вас не знаю, — ну их, не внушают доверия. Тем более меня начал активно пытаться увести прочь алхимик. — Подожди, я попрошу отца тогда тебя до первого вокзала подкинуть, зуб даю, — чуть ли не падая с лошади заявил ранее не говоривший со мной. Я задумалась. Одно дело пешим ходом не пойми куда, не пойми сколько времени, а другое хотя бы на телеге… — На телеге хоть? — Да-да, — активно закивали уже двое, чувствуя мою нерешительность. — И что от меня нужно будет? — Ерунда, нам очень быстро нужно вещи перетаскать. — Стоп-стоп-стоп, я в воровстве не участвую, не надо мне такого, я ухожу, — я замотала головой и попыталась отделаться от этой парочки: криминала мне только не хватало. — Да подожди ты! Это наши вещи, просто сарай, где все лежит, разбирают сегодня и очень надо! Да что тебе, не сломаешься, — мне бесцеремонно преградили дорогу на лошади, не давая пройти. Я упрямо посмотрела на верх, в лица этих нахалов. — Черт с вами, но вот только попробуйте потом не довезти до вокзала. — Другое дело, давай за нами! — сразу приободрившись, мне протянули руку, чтобы я тоже как-то уместилась на спине бедного животного. Идея сомнительная: седло на мой скромный взгляд явно не очень, да уже двое детей там сидят, к тому же, я каталась на пони только, на день города что ли, когда в парках и на площадях пруд пруди этаких «продавцов». Было здорово для маленькой меня, когда сидишь со всеми удобствами, маленькая лошадка фыркает, пока ее ведут под узды. А это не похоже на увеселительную прогулку. — Ты ведь не серьезно? Саша? — Эдвард с большим сомнением смотрел на мои мыслительные потуги, начиная понимать, что его мнение учитываться не будет. — Что такое, неужели испугался лошади? — насмешливо замечает мою заминку мальчишка, на что я молча беру его руку и заскакиваю на коняшку. Сразу чуть не свалилась: то ли из-за неумения, то ли от того, что левая нога перевешивала и чуть не утащила вниз. Меня усадили посередине, на что я могла лишь про себя ругаться, хотя, так меньше шансов свалиться. — Поехали! — весело воскликнул впереди сидящий, резво пришпоривая бока лошади. Той это не особо понравилось, так что «стартовали» мы не совсем плавно. Я сдавленно взвизгнула, цепляясь за чужую талию, чтобы не улететь, вызывая смех. Мы ехали не очень долго: я больше была занята тем, что пыталась не выпустить свою единственную страховку в виде чужой спины, потому даже не заметила, что Элрик где-то затерялся сзади. — Прошу, — нарочито вежливо произнес мальчишка помладше, слезая первым и протягивая мне руку. Я наконец выпустила наездника, неловко спускаясь со спины лошади, потом осматриваясь. И вправду стоял сарайчик, больше похожий на невеликий домик, возле которого валялся какой-то хлам в неаккуратных кучках. — Где вы шатались, придурки, опять мне одному всем заниматься? — с чердачного окна высунулась лохматая голова серого от пыли персонажа, который недовольно зыркнул в нашу сторону. Я оглянулась, пытаясь найти еще одну личность, которая часто бывает мной недовольна, но по близости Эда не было видно. Блин, это как-то неприятно. — Не ворчи, дед, мы помощника нашли, — меня хлопнули по спине, от неожиданности я сделала шаг вперед, задирая голову. Мальчик из окна недовольно сощурил глаза. — Зачем он нам. — Да ладно тебе. Я Джон, это Герман, а наша серость — Марко, — начал представлять себя и своих друзей самый разговорчивый. — Что ты там ляпнул, тумаков давно не получал? — Марко сразу возмутился, чуть ли не вываливаясь из своего укрытия, но вовремя опираясь руками на раму. — Нам нужно до вечера раскидать весь чердак. От тебя многого не требуется, только таскать то что скажут в нужную кучу, понятно? — я рассеянно кивнула, начиная переживать насчет потерявшегося алхимика. А если он меня не найдет? Как я домой вернусь? А нет, вот светлая макушка появилась, бегущего и явно не в настроении Элрика. Благо, он меня тронуть не может. — Там пыльно, да? — Естественно! — гордо отвечают мне из окошка, вытирая нос рукой, отчего на лице осталась светлая полоса. — Мне в город потом ехать еще надо, мы так не договаривались. — Как же с тобой сложно, подожди, — Джон театрально закатил глаза и пошел в дом, оставляя меня в молчаливой компании. Разве что Марко тихо проворчал о том, что мы только время теряем. Но мальчишка, которого я определила за главного, вскоре вернулся и выдал мне серый халат и потрепанную шапку, — Держи, давай только быстрее, иди на чердак помогай. — А Мари нам на долго дали? — До вечера, потом там коров будут гнать. — Ясно, — диалог о чем-то своем продолжался под мое неловкое молчание, пока на меня не обратили внимание, — ты еще тут? А как звать тебя? — Саша, — тут же представляюсь и торопливо иду в дом искать, как добраться до этого самого чердака, потому что Эдвард уже почти дошел до меня, ругаться с ним сейчас не могу. — А ну-ка держи, — только моя голова появилась в проеме, мне всучили деревянный ящик с какими-то железками, я немного не ожидала такой подачи, еле удерживаясь, чтобы не свалиться с лестницы. Левую руку ощутимо дернула, а правая жалобно скрипнула. Так ведь не должно быть, верно? Буду надеяться, что мне лишь показался этот странный звук, — Не спать! Неси на улицу к кровати. Хотелось спросить о чем речь, потому что снаружи никакой кровати видно не было, но это ведь их трудности в организации, я тут только из возможности доехать до вокзала. — Я начинаю сомневаться, что ты хочешь попасть домой. — Хватит строить из себя не пойми что, мы им поможем, а нас без приключений привезут в город. Так будет удобнее и быстрее. — Ты тут только время зазря тратишь, — я скривилась, поудобнее перехватив ящик и ставя возле кровати (видимо, ее вынесли, пока я была в доме). — Отстань уже, ты только и умеешь что язвить, — договорить мне не дал Марко, подгонявший меня из-под крыши. Так что я еще раз поправила волосы, заправленные в выданную шапку и побежала помогать. Провозились мы до темноты: перетаскали кучу хлама с чердака и из дома, Джон и Герман отыскали небольшую тележку и возили все это куда-то, вероятно, в разные места, потому что возвращались через разные отрезки времени. Марко оказался не очень разговорчивым, в основном погонял меня или указывая, что я опять не туда снесла. Элрика я игнорировала и тот, плюнув на все, куда-то ушел. Вернется, знаю его, у нас все равно одна цель на двоих. — Для спячки еще рано, — я вздрогнула от внезапного замечания моего «прораба», который уже стоял внизу лестницы только дожидаясь того, что спущусь собственно я с последним свертком с разломанной прялкой. Обе руки были заняты, спускалась как получалось. Видимо, из-за усталости, дело-то к вечеру подошло, я сумела слететь со ступенек. — Епт — осознание происходящего пришло слишком поздно для предотвращения встречи с землей. Ну ничего, не совсем высоко, как-нибудь переживу. Плохо, но переживу. — Ты совсем с головой не дружишь? — удар был намного мягче, чем я предполагала, так еще и повторился. Я осторожно открыла один глаз, лицезря открытый люк чердака, — Ты долго там собираешься лежать? До чего тяжелый… Я испуганно повернула голову вбок, замечая, что меня схватил Марко, сам же теперь валяясь подо мной на полу, частично опираясь на стену спиной. Он похоже пытался отступить по инерции назад, чтобы не повалиться с моей тушкой, но не вышло особо. — Сейчас, — я скатываюсь вбок, путаясь в своих ногах и свертке, который так и не выпустила. — Что ты там мямлишь, — мой новый товарищ недовольно шикнул, потирая бок, — Ты чем меня приложил, больно же, зараза! — Прости пожалуйста, я случайно, честно, не хотелось тебя калечить, — я подползла на четвереньках поближе, не зная, чем могу помочь. Мне-то хорошо — приземлилась на ловившего меня Марко, а тому досталось, небось еще локтем заехать умудрилась. — Черт с тобой, пошли уже к остальным, они давно закончили, — мальчишка стал, нарочно небрежно отряхивая брюки, потом замирая, — Твое? Я удивленно хлопаю глазами, пытаясь понять о чем он, но потом смотрю на пол. Там были рассыпаны монеты. Подождите, сейчас. Я похлопала себя по карманам штанов, тот что был с моим запасом финансов стал легче. — Мое, спасибо. На поезд, вот, — я начала спешно собирать деньги, убирая их обратно. Марко лишь сильнее помрачнел и качнув головой, ушел на улицу. Я надеюсь он не сильно на меня разозлился, потом при случае еще раз извинюсь. — Са… Са… Саша, вот, иди сюда быстрее! — меня звонко окликнул Джон, наконец подобрав окончание моего имени. — Что? — я замотала головой в поисках мальчишки, но прямо перед домом его не было. Бросив прялку, я обошла дом, находя там всю компанию у костра, не подалеку паслась лошадь, которую они вроде у кого-то взяли. — Иди к нам быстрее, голодный? — естественно! Вторя мне, заурчал желудок. За всей беготней туда-сюда я не заметила как пролетел уже целый день. А Эдвард так больше не появлялся… — Это все, что нужно было сделать? — я подошла ближе, вспоминая цель всего этого безобразия. А еще мне где-то ночевать нужно будет. Может, стоило послушать алхимика и своим ходом добираться? — Садись сюда, — Джон продолжал пытаться меня пригласить к костру, освобождая мне место на полене, которое они придвинули вместо скамеек. Ну и ладно, они по крайней мере вроде накормить хотели. Я присела, устало выдыхая и стягивая с головы шапку, которая окончательно разлохматила мою светлую копну. Чуть подумав, я стянула и пыльный халат, откладывая его в сторону. Герман сидел напротив, молча вороша палкой угли, отчего костер периодически выкидывал сноп искр. Я пропахну дымом с ног до головы, я просто уверена. Ну пусть так, лишь бы с поезда не выгнали за подобное. Марко сидел рядом с ним, уставившись на сжатые в замок руки, словно о чем-то серьезно задумавшись. Скорее, он просто сильно устал за день. Да и я тоже умаялась, спина уже ноет. — Лови, — к моим ногам палочкой выкатили черный камень, под мой неодобрительный взгляд Джон рассмеялся, потом беря и себе такой же, перекидывая из руки в руки, чтобы не обжечься, — Картошки из костра что ли никогда не ел, вот чудной. — Ел, просто… устал, — слишком много мыслей гудит в голове, столько нужно обдумать, еще больше не хочется об этом вспоминать… Я посмотрела на компанию, понимая, что перчатки за целый день я так снимать и не стала, а теперь с ними не поешь. Джон уже начинал на меня с сомнением косить взглядом. Интересно, через сколько он назовет меня тормозом? — Ого, дай глянуть! — стоило только Джону увидеть стальной протез, он сразу захотел рассмотреть его ближе. Я вздохнула, беря правой рукой горячую картофелину и начиная ее чистить. — Дай хоть поесть, — частично, мне нравилось чужое восхищение, не то что с пластмассовой палкой, имитирующей руку. — По локоть рука металлическая? — товарищи не особо поддерживали своего самого деятельного друга, словно ничего не происходило. — От плеча, — неохотно поправляю собеседника, на что он одобрительно хмыкает. — Дорогущая, наверняка, — он даже не задумывает о том, что я инвалид, без нормальной руки. Интересное место, где могут дать шанс на нормальную жизнь тем, кто по каким-то причинам лишился конечностей. Мы еще некоторое время сидели у костра, ели печеную картошку, Джон рассказывал короткие истории о всякой ерунде. Я еще раз спросила о том, когда меня довезут до вокзала. — Костер потушим и поедем до моего отца, согласен? — Герман закончил беспокоить угли, откладывая подгоревшую палку в сторону. Хоть какая-то хорошая новость. Отмахнувшись, что нужно прогуляться, я отправилась обойти дом, чтобы найти Элрика и обрадовать, что наконец мы едем. Пробовала негромко звать мальчишку, но даже на чердаке его присутствия не обнаружила. Становилось тревожно. Как же я без него поеду? — Эдвард, это вправду не смешно уже ни капли. Выходи, поехали, — и тишина в ответ. Куда он мог деться? Не украли же его в конце концов. Придя к таким выводам, я решила пойти обратно к костру. — О, вернулся, — Джон радостно всплеснул руками как старому другу, а вот Герман с Марко похожи были на серую тучу. Они поругались пока меня не было? — Ну да, — на мое подтверждение мальчик улыбнулся сильнее, потом подходя и закидывая мне руку на плечо. — Скажи мне, Саша, как другу можешь оказать еще одну услугу? — печенкой чую, что с поездкой сейчас облом будет,— Можешь денег одолжить? — Еще раз, что? — Ты вроде как сундучок с монетками… — У деньги только на билет и все, родители не богаты, — дело пахнет керосином, мне их настрой нисколько не нравится. В моей короткой жизни не было места всякой «гопоте» и сейчас тоже нет и не будет. — Да ладно тебе, не выкручивайся, бедные детишки с автоброней не ходят. Давай отдашь деньги и мы тебя до вокзала довезем… — я испугалась. Я ребенок, который считай один идет в направлении, которое знает примерно, а вся гарантия, что у меня есть, это звенящая мелочь в кармане. Или не такая уж и мелочь? Местной валюты не знаю, может имеющихся у меня финансов хватит надолго. Мне деньги нужнее. Я ударила. С чувством, локтем правой руки, попадая в живот Джона, отчего тот согнулся пополам, сжимая пальцами мое плечо. Нет уж, твари, я так просто не дамся, мне нужно на что-то жить. Пострадавший невнятно выругался, а я извернулась, скидывая хватку, намереваясь делать ноги. — Эд, твою мать, помоги! — крик рвет глотку, только светловолосая макушка вызволять меня не спешит. Крик обрывается к концу, потому что я смачно вмазалась в траву под ногами, резко оборачиваясь, чтобы увидеть причину падения. Она она проста: Джон. Он держится за бок, но вот второй рукой вцепился мне в щиколотку, — Отвали! Кто бы меня слушал, вот правда. Я судорожно попыталась пнуть обидчика, не особо учитывая наличие еще двух персон. Они подхватили меня под мышки, поднимая с земли так, чтобы я могла стоять на носочках. — Джон, нормально? — они меня вообще как угрозу не рассматривают? Мне страшно, мне страшно до такой степени, что дрожат ноги, но отдавать свои последние сбережения я не собираюсь. Может, мне еще вернуться обратно к полковнику и лечь в психушку? — Жить буду. А кого он звал? — я бесцеремонно прервала их диалог, вслепую пинаясь ногами, а так же попутно пытаясь вцепиться зубами в чужое предплечье. Ничего из перечисленного особым успехом не увенчалось, зато меня ударили. Я то ли вскрикнула, то ли всхлипнула, роняя голову на грудь и начиная дрожать сильнее. Я чувствую, как пульсирует боль в щеке. — Успокойся уже, у нас нет желания с тобой драться… — Да что я вам сделала?! — голос предательски дрогнул, когда из-под челки я посмотрела на Джона. В потемках я уже не различаю его выражения лица, но и не уверена, что хочу видеть эту рожу. — Совершенно ничего. Просто такие как ты сбегаете из дома, потому что с родителями повздорил или воли захотелось, а нам нужно на жизнь зарабатывать. Ты не обеднеешь, если поделишься с нами деньгами. Да поскорее к мамочке вернешься. — Словно ты что-то понимаешь! — Ладно, мы заберем свое и оставим тебя в покое, — мальчишке надоело со мной спорить и он подошел ближе, собираясь обшарить карманы штанов. Откуда ему знать, что деньги лежат именно там? — Сученыш, — я опять взбрыкнулась, в этот раз даже почти задев Джона и чуть не опрокинув пацана, что держал меня сзади. — Саша, что у тебя происходит? — а вот и наше солнышко очухалось: Эд бежал ко мне со стороны посадки рядом, начиная смекать что к чему. Ладно, я смогла уйти от военных, а тут лишь трое идиотов. Я сжала зубы, резко дергая вниз, пользуясь тем, что Джон отпрянул, ногой наступила на стопу Германа, вырываясь из хватки. Вы сейчас у меня все попляшите! На грани слышимости был окрик Элрика, который я не разобрала из-за гула в ушах. Я никогда серьезно не дралась, но как говорится, нужно с чего-то начинать. Из-за эффекта неожиданности мне удалось несильно ударить пару раз, но дальше было почти простое избиение младенца: их трое, а я не умею за себя постоять. Мне даже не дали убежать, потом вовсе зажимая у стены дома. Я загнанным зверком смотрела на недавних друзей, судорожно сжимая кулаки и держа руки перед собой, чтобы успеть заслониться. Мне уже успели зарядить по бокам, здоровой руке, даже по губе. Все произошло в считанные мгновения для меня, теперь тяжело дышащей и чувствующей все неровности стены. А мальчишки окружили и стоят, прекрасно понимая, что никуда не денусь уже, и даже, кажется, вошли во вкус. Никогда всерьез не задумывалась, что смогу стать жертвой таких грабителей. — Ты мог просто отдать деньги, — сухо проговорил Джон, а я смотрю, как безрезультатно маленький алхимик пытается оттащить от меня обидчиков. Он ругался, прыгал от одного к другому, наносил удары, которые уходили в пустоту, но им все-равно на эти жалкие потуги. Я даже нервно улыбнулась, потом сгибаясь пополам от удара в живот и медленно оседая на землю. Меня уже пинали, с достаточной силой, чтобы у меня пропало всякое желание к сопротивлению, и я свернулась калачиком, чтобы было не так больно. Не знаю сколько это продолжалось, но они прекратили, потом быстро обшарив карманы и уходя. А я же… Я просто лежала и ревела, беззвучно всхлипывая и глотая собственные слезы, тыкаясь в землю носом. Я не хочу сталкиваться с этим миром, бодаться с ним. Стоило просто согласиться отдать деньги и все. Может быть меня бы не тронули. — Уроды, Саша, ты как там? Их еще можно нагнать, я пойду вперед… — Эдвард суетился, теперь порываясь броситься вдогонку за грабителями, но я всхлипнула, наугад вытягивая руку в сторону мальчишки. — Не уходи, — слова даются с огромным трудом, больше похожие на жалкий скулеж, — пожалуйста. Было страшно остаться совсем одной в темноте и в подступающем ночном холоде. Алхимик остановился, потом осторожно присаживаясь рядом. Я приподняла голову, не особо что-то различая из-за челки на лице, выискивая взглядом лицо Элрика. Он был тут. Я попробовала дрожащими пальцами уцепиться за край его плаща, но те схватили лишь воздух. Новые слезы потекли по щекам, ссадинам, синякам. — Я не ухожу, — растеряно проговорил Эд, садясь на землю и накрывая своей ладонью мою. Я не почувствовала ожидаемого тепла, еще раз убеждаясь, что мой знакомый слишком близок к призракам. От такой глупой мысли пробирает на истерический смех, и я утыкаюсь носом в предплечье, судорожно вздыхая. — Спасибо, — благодарность Эдвард вряд ли расслышит, но на большее у меня сил нет. Больно, кажется, что болит каждый кусочек тела, но это значит, что живая. Кровь из разбитой губы соленая, земля холодная, рядом молчит малознакомый мальчик, присутствие которого самую малость, но греет душу.