Выживает не достойный, а всего лишь тот, кому позволяют выжить. (Вероника Иванова «Раскрыть Ладони»)
5 января 2021, 18:33Сина привыкла работать с добровольцами, с теми, кто сам выбрал военную службу, и, как правило, она обучала разведчиков. К иноземцам, детям, набранным за пределами измерений Альянса, она была равнодушна, но иметь с ними дело было неприятно. Бойцов, купленных, например, на аукционе, Сина откровенно не любила. Да, раньше, выращенные на заказ, специально обученные, они демонстрировали статус владельца и в принципе были весьма полезны. Можно было собрать свою маленькую армию, если ты имел возможность позволить себе такое. Со временем эта тенденция всё больше набирала обороты, превратившись к нынешнему времени в настоящую индустрию работорговли.
Тётушка Сирэла любила делать необычные подарки или, вернее, такие, которые охотнее получила бы сама. Когда во время очередного визита к племяннице Сирэла привела с собой двоих мальчишек лет десяти, Сина поняла: надеяться на то, что тётушка пропустит мимо себя такое развлечение, было наивно с её стороны.
Сина вовсе не хотела иметь личных телохранителей. Впрочем, не было и желания строить из себя мамочку. Однако, с учётом того, куда Альянс собирался забросить своих разведчиков в недалёком будущем, иметь в личном распоряжении способных и верных людей было бы неплохо.
Было лишь одно существенное но! Они были покупкой. Покупкой, которую сделала не она. Не говоря уже о том, что такие дети обыкновенно были сборником психологических проблем в красивой обёртке. Просто не все уделяли им достаточно внимания, чтобы это понять.
Также стоило принять во внимание вкусы самой Сирэлы. Мальчики были изрядно побитыми, в изодранной одежде, но, надо отдать им должное, держались бодрячком и смотрели прямо, даже с любопытством. Один – темнокожий с короткими жёсткими кудряшками. Другой – голубоглазый блондин с горбинкой на носу. Тётушка любила презентовать свои подарки именно так, как бы говоря: «Смотри, с этим точно связана какая-то интересная история». В этом Сина нисколько не сомневалась, лично осмотрев их и залечив раны.
Как оказалось, Сирэла выбрала не самую престижную площадку для торгов, но и не безызвестную – «Лабиринт». Различные организации приводили туда своих бойцов, чтобы на деле показать, на что они способны. Конечно, кто-то из них останавливался и не доходил до конца, были те, кто погибал в процессе, но некоторых выкупали ещё до конца соревнований. Виктор и Кофи дошли до финиша первыми, и желающих купить их было достаточно, так что Сирэле они обошлись значительно дороже первоначальной цены.
Сразу после игры женщина поспешила к племяннице. Правила «Лабиринта» запрещали гостям вести съёмку соревнования, но такие записи можно было купить у сотрудников. За просмотром, сопровождаемым комментариями родственницы, прошло часа три. Само прохождение занимало не меньше шести часов, но Сирэла взяла запись с самыми сочными, по её мнению, моментами. Но, исходя даже из этого, можно было сказать, что и Виктор, и Кофи были универсальными бойцами, владели различными видами оружия, хорошей смекалкой и выносливостью. Однако Сина отметила, что Кофи больше полагался на грубую силу, предпочитал ближний бой и грешил излишней торопливостью, из-за чего Виктор время от времени старался его тормозить. Он был внимательнее и спокойнее, быстрее приноравливался к изменяющимся локациям. На протяжении всего лабиринта разработчики оставляли лазейки для сокращения пути или вещи, которые могли понадобиться в другой его части. Виктор замечал их чаще других.
Оба обладали отличными данными, но это нормально для участников таких соревнований. Сина несколько раз посещала подобные шоу. Именно шоу. Сейчас многие ходили посмотреть и просто для развлечения. Представления могли быть жестокими или более-менее безопасными, проходить на скорость или длиться днями. Некоторым участникам даже делали коррекцию внешности, чтобы они выглядели привлекательнее или, наоборот, страшнее. Сина находила это отвратительным, но дело было в другом: она видела детей с лучшими данными и результатами. Увидев этих двоих поодиночке, она сказала бы – хорошо, и больше ничего. То же, вероятно сделала бы и Сирэла. Но мальчики работали в команде, прикрывая друг друга и передавая ведущую роль на различных этапах прохождения лабиринта. Это было ново и необычно.
Боевых рабов воспитывали и продавали как одиночек, Виктор и Кофи же изначально шли в комплекте. Сирэла не преминула сказать, что именно так заверил её их тренер. Эти мальчики были стартовым проектом новой компании. Что ж, стоило признать, вполне удачным.
Внимание Сины привлекло ещё кое-что. Мешать другим бойцам, чтобы самому пройти трассу успешно, было неписаным законом среди участников. На всех шоу поступали именно так. Эти двое же старались особо никому не препятствовать, а кое-кому даже помогли. Одного спасли от зверя, другой не дали свалиться в расщелину. Они на самом деле были командными игроками и не подходили для подобных шоу, где каждый сам за себя. Но молодой компании нужна была реклама.
Кстати, о помощи, один случай вызвал у Сины желание узнать больше и о других бойцах «Лабиринта». Мальчикам пришлось разделиться, и блондин оказался на нижнем ярусе лабиринта, где другой участник вместе с ним свалился в глубокий бассейн. Уже под водой этот мальчик ножом оцарапал Виктору руку, привлекая внимание хищников, а сам начал опускаться на дно. Казалось, ребёнок собирался утонуть, но забрать второго с собой.
Вместо того чтобы всплыть, Виктор включил мощный подводный светильник, который собрал на предыдущей локации и нырнул следом, распугивая глубоководных тварей. Виктор не должен был вытаскивать того мальчика, о чём тот и сам ему сказал, стоило им выплыть. Однако он упрямо не считал, что нужно выиграть или умереть.
«- Тебе так важно купят тебя или нет? Разве не лучше просто выжить?
- Да ты хоть знаешь, что происходит с теми, кого не покупают?»
Блондин не знал, Сина, по правде говоря, тоже раньше этим не интересовалась.
Это был единственный раз за всю запись, когда этот рыжий мальчуган пробыл в кадре достаточно долго. Может, дело было в обрезанной версии, но даже в этом отрывке летающий вокруг дрон снимал в основном Виктора, так что разглядеть лицо второго было проблематично.
Рыжик предложил проплыть под водой вместо того, чтобы возвращаться. Снаряжение для подводного плавания в помещении имелось, хотя баллоны с воздухом были совсем небольшие. Светильник освещал путь и не давал приблизиться хищникам, так что через хитросплетения труб они проплыли спокойно и даже быстро. Несмотря на то, что на двух развилках они ошиблись с выбором, двигались всё же уверенно и выплыли раньше, чем закончился воздух.
Сина была уверена: всё это время направление указывал рыжик. После этого он отделился от Виктора и больше под прицел камер не попадал. И, что удивительно, остальной путь напарники прошли быстрее и легче.
- - -
«Лабиринт» был удобен тем, что мог гарантировать своим гостям анонимность. Посетители попадали через порталы сразу в их личное ложе, не встречаясь друг с другом. Даже торговаться за бойцов, делать ставки или совершать покупки можно было, никуда не выходя и не раскрывая свою личность. Сина забронировала ложе на сегодняшнюю игру ради одного единственного участника. Собрав и просмотрев несколько копий с записей других соревнований, она уже не сомневалась: в «Лабиринте» есть подсадной игрок, причём уже давно. Похоже, ребёнку замедлили физический рост и постоянно, так или иначе, меняли внешность. В кадр он попадал редко, но, потренировавшись, Сина научилась его узнавать. Невзначай оставить на пути участника оружие, исправное или сломанное, пройти трассу так, чтобы за ним могли повторить другие или никто не прошёл вовсе, вступить в рукопашный бой с другим игроком и либо быстро вывести его из строя, либо после эффектной схватки проиграть – это были некоторые из его методов. Будь на его месте кто-то другой, он уже был бы трупом, но этот ребёнок появлялся в каждой следующей игре, несмотря на то, что иногда его как бы «выкупали». Владелец «Лабиринта» точно хорошо на нём зарабатывал. Компании платили, чтобы гарантировать успех своему товару или вывести из строя чужой. Зрители слегка доплачивали, чтобы получить ещё больше на тотализаторе. Мерзко было смотреть, к чему привела программа Альянса по набору в армию населения неразвитых планет.- - -
Красные человечки бежали по длинному извилистому коридору, постоянно оскальзываясь, врезаясь в выросты стен, силясь догнать других: синих, зелёных, фиолетовых, которые бежали ровно и быстро, кусая друг друга за ноги. Один красный человечек был попроворнее. Он смог вырваться вперёд и сбить парочку зелёных, но, стоило ему догнать фиолетовых, пол пошёл волнами, а человечки покатились, сталкиваясь и разбиваясь. Когда волны улеглись и уцелевшие побежали дальше, среди них появился один серый человечек. Он сталкивал красных и зелёных в пасти огромных бесформенных чудищ. Его руки превращались в лестницы, по которым синие человечки перелезали через стены. Но его не замечали, на него не обращал внимания никто, кроме одного красного человечка. А тот злился, гнался за ним и не мог догнать. Наконец, он забежал с ним в одну комнату, где все рылись по шкафам и норам в поисках ключа от двери. Красный человечек уже догадался, что ключ в коробочке, которую серый стащил из под носа у фиолетового и вложил в руки синему, прежде чем поспешить скрыться за другой дверью. Красный рванулся следом, но дверь захлопнулась у него перед носом. На ней был написан какой-то арифметический пример или схема какого-то устройства. Картинка расплывалась, и разглядеть что-либо удавалось с трудом. А рядом прыгали цифры и символы – ответы. Их было много, они лезли в глаза, в руки, в рот, но вот нужная цифра всё время ускользала. Провозившись, казалось, целую вечность, человечек вытащил её из своего ботинка. Цифра вросла в уравнение, и дверь исчезла, открывая проход в узкий белый коридор, по которому протискивался серый человечек. По нему было видно, что он тоже устал, а в конце коридора ему, похоже, был обещан долгожданный отдых. Но красный так просто его отпускать не хотел, это было бы несправедливо. Он вдруг стал тоньше и легче и, в один прыжок преодолев разделявшее их расстояние, воткнул в своего врага нечто острое. Серый человечек упал и задёргался, а потом замер. Его взгляд, полный страха и неверия, остановился на убийце. Всего минуту красный человечек ощущал себя победителем. Пусть он и не дошёл до финиша, но сделал что-то более важное. Всего минуту, прежде чем цвет убитого сменился жёлтым, а ему самому сделалось дурно. Прежде чем чей-то голос произнёс: «Вы проиграли. Желаете выйти из игры или начать сначала?» «Начать сначала», - не задумываясь, ответил он. Человечек закрыл глаза, а когда открыл, перед ним уже была белая дверь. Он толкнул её и оказался в самой гуще событий: все снова куда-то бежали, толкались, падали. Он тоже побежал, но его не трогали, его будто не видели. Человечек проскочил через комнату с зеркалами, зажмурив глаза. Он уже знал, в чём причина, и не хотел на себя смотреть. Он был серым.- - -
Зэн видел похожие сны не один раз за последние два с половиной года. Возможно, это были остатки его совести, которые пытались напомнить о себе хотя бы ночью, раз уж днём он оставался к ним глух. Но Зэн надеялся, что этот сон последний, ведь сегодня его либо купят, либо убьют. Он сделает всё для этого. Зэн слишком привык жить, а жить так определённо было плохой привычкой. Он повернулся на бок и попробовал снова заснуть, до подъёма оставалось не больше двух часов. Но сон не шёл, а мысли вертелись вокруг предстоящей игры. У него был план, и если другие дети будут ему следовать, их выкупят раньше, чем кто-либо доберётся до финиша. Он знал карту лабиринта – проходил по ней для разработчиков. Зэн уже прикинул, где ребята Эшли смогут показать себя, а где можно будет слить других бойцов. Он уже видел их анкеты. Дело было за самой Эшли. Она должна была повести выкупленных «Лабиринтом» детей, ведь Зэн жил отдельно от них, они его даже не знали. Эшли смышлёная (Зэн иногда подумывал о том, что при ином раскладе она могла бы занять его место, ведь девочка была единственной, кто стал узнавать его от игры к игре), но некоторых вещей просто не понимает. Если ты единожды проиграл, ты попадаешь на дно. Когда ты выступаешь от компании, тебя снимают камеры, тебе набивают цену, выделяют больше экранного времени. Но если ты не пришёл первым, просто выжить уже не достаточно. А потом уже поздно – ты никому не интересен. Эшли, как и многие другие, прошла все испытания не хорошо и не плохо, она просто выжила, но её не купили. Компания сочла девчонку бесперспективной и продала «Лабиринту» задёшево. Такие дети создавали массовку. «Лабиринт» не особо волновало, купят их или нет. Правда, задерживались они здесь не дольше года. Их продавали на шоу для детей постарше. Время Эшли истекало, и она думала, что это хорошо. Девочка тешила себя надеждой, что в другом месте ей повезёт больше. Напрасно. Зэну пришлось потратить несколько игр, чтобы убедить её в этом редкими переписками и короткими разговорами в лабиринте. Однако Эшли всё равно не верила в планы Зэна до прошлого соревнования, которое выиграли двое. Впервые другие дети увидели командную работу, и, мальчик надеялся, она их хоть немного вдохновила. Вообще-то заданием Зэна было вывести их из игры, и он честно старался. Он стравливал их с соперниками. Но Кофи бросался на врагов с яростью берсерка. Другие бойцы не дотягивали до него ни по силе, ни по технике, а ведь тот их даже не убивал, что было ещё труднее. Зэн помогал другим участникам вырываться вперёд, стрелял по напарникам липучками с привлекательным для зверей запахом. Он разобрал на части все вспомогательные гаджеты на их пути. Виктор собрал их заново, он к тому же умудрялся подмечать некоторые лазейки, которыми пользовался сам Зэн. Всё это дико раздражало. С одной стороны они ему импонировали, с другой что-то гаденькое в нём не хотело сдаваться. Это гадкое и толкнуло его на последнюю попытку: разделить напарников и скормить одного подводным рыбам. Зэн вовсе не собирался умирать сам. У него была карманная модель инфразвукового оружия, которое отпугнуло бы рыб, а костюм и специальные наушники защитили бы его самого. Улизнуть под шумок в потайной проход не составляло труда, но он не успел проделать ничего из задуманного. Когда Виктор вытащил его из бассейна, Зэн почувствовал себя мокрой уставшей крысой. Он понял, что не сможет выполнить задание. Перед тем как они погрузились под воду, Зэн спросил: «Ну вот, почему ты меня вытащил, а?» «Потому что мог», - последовал лаконичный ответ. Зэн уже не знал, плакать ему или смеяться. Виктор не вписывался в его картину мира. Больше он им не мешал, за что позже ему устроили выволочку, но это было не смертельно. Видимо, процент с продажи победителей удовлетворил хозяина «Лабиринта», а может что-то ещё, Зэну было всё равно. Эти двое стали последней каплей, Зэну надоело. Надоело бежать в колесе, перемалывая чужие скелеты.- - -
Тридцать детей в одинаковых серых костюмах выпустили в лесополосу на некотором отдалении друг от друга. На спинах курток, на рукавах и на штанинах были номера. Игроки двинулись вперёд, каждый в своём темпе. По всей местности рассредоточились маленькие невидимые дроны, снимающие участников и локацию со всевозможных ракурсов. Их присутствие было почти невозможно обнаружить, но Зэн мог сказать, где их будет больше и кого они будут снимать. Задача дронов – представить в выгодном свете дорогих бойцов и тех, за кого «хорошо попросили». Детей «Лабиринта» будут показывать реже, как бы для контраста, их успехи вряд ли будут запечатлены. Поэтому первое, что нужно сделать – привлечь внимание зрителей. Ребят Эшли вместе с ней было двенадцать, и сейчас они уже должны начать собираться. Зэн шёл за одним из игроков, сохраняя дистанцию. Внезапно, сверху на преследуемого спрыгнула девчонка, ломая ему шею. Соперники начали избавляться друг от друга, не дожидаясь опасностей самого лабиринта. Когда участница отошла достаточно далеко, Зэн приблизился к убитому и снял с него куртку.- - -
Сина купила тридцать личных дронов перед началом соревнования, по одному на каждого бойца. Нужного ей ребёнка она узнала сразу. В этот раз он выступал под номером 14, копна тёмно-русых волос сменила рыжую, а радужка приобрела светло-карий цвет. От компании предыдущих победителей сегодня выступали двойняшки – мальчик и девочка, под номерами – 8 и 9. Нескольких детей она видела и на других играх, чаще всех – светленькую девочку с широко посаженными серыми глазами. Ей тоже стоило уделить внимание – номер 23. Вместо того чтобы поспешить продвинуться вперёд, 11 игроков шли неторопливо, сближаясь, пока не собрались так близко, что могли видеть друг друга и номер 23. В какой-то момент девочка махнула рукой, и они остановились. Дальше она пошла одна. Если верить их анкетам, они были из одной компании, которая занималась скупкой чужих проигравших бойцов и не только в «Лабиринте». Просмотрев на досуге доступную информацию, Сина сделала вывод, что компания скорее всего принадлежит «Лабиринту». Хозяин «Лабиринта» сам ни с кем не встречался, поэтому сказать наверняка, кто он и чем ещё владеет, было не так легко. А рыться во всём этом Сине была уже незачем. Она вернулась к номеру 14. Земля задрожала и стала наклоняться, стремительно уходя из под ног бегущих. Игроки падали, в панике хватались за стволы деревьев. Относительно небольшая,круглая площадка леса сделала полный переворот в 360 градусов, мельком обнаруживая на своей обратной стороне такой же пласт земли с травой и деревьями. Из десяти удержались семеро. Отцепившись от деревьев, они рванулись вперёд. Номер 23 же подобрала оставленную номером 14 куртку и присоединилась к дожидавшимся её игрокам, которые пересекли вращающуюся площадку, как только та остановилась. В куртке оказалась веточка остролистого кустарника. - Нужно собрать ещё таких, достаньте две-три куртки.- - -
Зэн ждал у одного из входов в зеркальный лабиринт. Двойняшки и номера 1 и 4 уже зашли внутрь. Это было хорошо, он не хотел бы их использовать. Заметив приближающуюся команду из двенадцати человек, Зэн зашёл внутрь. Судя по четырём чужим курткам в их руках, они уже должны были привлечь к себе внимание. Подождав, пока они зайдут немного глубже, ощупывая зеркальные стены и привыкая к тускло мигающим разноцветным огням ламп, он решил «наткнуться» на них. То, что они знакомы, вполне вписывалось в сценарий, ведь по документам они принадлежали одной компании. - Тут крысы, слышите? – скороговоркой выпалил он, отшатываясь от попытавшегося пырнуть его мальчика. Тот тихо выругался, но нож убрал. Все замолчали и прислушались. Писк был слабый, но шёл со всех сторон. Зэн посмотрел наверх, Эшли проследила его взгляд до небольшого расстояния между стеной и невысоким потолком. - Если выбросить птиц туда, это может отвлечь внимание, - высказалась девочка. Трое ребят, достав из одной куртки по туше, подпрыгнули и перебросили их на другую сторону, за ними последовала и пропитавшаяся кровью куртка. Это были несколько тушек тех хищных птиц, что нападали на бойцов в лесу. Из глубины лабиринта донёсся звук бьющихся стёкол. В этом был смысл: по осколкам, конечно, идти не очень удобно, но без зеркал ориентироваться они будут лучше. Не сговариваясь, ребята натянули спинки курток на головы, а рукава на ладони, и стали черенками ножей бить стёкла. Более-менее уверенно они стали продвигаться вперёд, время от времени оставляя в боковых проходах и за собой растёртые листья ядовитого кустарника из оставшихся курток. Столкнулись с крысами они всего один раз и рассыпали всё содержимое курток. Многих покусали, но отбиться получилось. Команда перестала бить стёкла только, когда стал виден выход. В зеркальный лабиринт вело несколько дверей, но выход был один. Пройдя через него, они попали в узкий стерильно чистый белый коридор. Весь потолок был одним сплошным светильником. Такая резкая перемена больно била по глазам. Тяжело вздохнув, Зэн про себя отсчитал несколько секунд, давая детям пройти чуть вперёд, и провёл рукой по гладкой белой поверхности. Стоило стенам начать сближаться, мальчик окликнул остальных и первым бросился назад. Последний игрок едва успел выскочить, прежде чем его бы расплющило. Они не могут идти гладко, участники должны побегать. Когда стены снова разошлись, дети пошли по центру коридора. Внимательно вглядываясь в стены. Так они нашли три двери, заглянули за каждую из них, но остались пока снаружи. - Разделимся? – предложил Зэн. Все уставились на него. - Я, например, не хочу в комнату-головоломку, - он кивнул на одну из дверей. - А мне подойдёт, - пожала плечами одна из девочек. С ней решили пойти двое мальчишек. Ещё три человека выбрали комнату с лианами. Оставшиеся пять вместе с Зэном – последнюю. Разделившись сейчас, потом они вряд ли встретятся. Дети наскоро прощались и расходились по комнатам, а Зэн смотрел в конец коридора и жевал щёку. Заметив его расфокусированный взгляд, Эшли дёрнула мальчика за рукав и вопросительно приподняла брови. Зэн прикусил губу, пытаясь сдержаться, помял одну руку в другой и, наконец, отрицательно качнул головой. Больших трудов ему стоило заставить себя промолчать. Он убеждал себя в том, что ребята уже привлекли достаточно внимания и дальше следует просто дать им показать себя. Но старые привычки за один вечер не вытравишь. Мысленно он уже снял со стен лабиринта зеркала и выложил ими пол коридора, чтобы, ослеплённые ярким светом, игроки на ощупь искали двери, а потом побежали бы по осколкам. «Мерзость какая», - выругался про себя Зэн и зашёл в выбранную комнату. В ней размещался глубокий ров, из которого поднимались деревянные столбы и колья. То поднимались, то опускались, сменяя друг друга. Игроки заглянули через край, но дна не увидели. Плоские верхушки столбов блестели от масла, прыгать по ним было бы проблематично, но, судя по крови на одном из кольев, кто-то попробовал. - Можно спуститься вниз, - предложила Эшли. Зэн молча снял сапоги и прикрепил их к поясу брюк, потом осторожно шагнул на ближайший столб, присел и воткнул в край нож, крепко за него ухватившись. Опускался он довольно быстро, удерживаться было нелегко. Оказавшись внизу, мальчик вытащил нож и сделал шаг в сторону. Вверх поднимался уже кол. - Тут темно и весь пол в масле, но на ощупь пройти получится. Спускайтесь лучше здесь, - прокричал он наверх. Когда все спустились, Зэн медленно пошёл вперёд, упираясь руками в столбы и шаря ногами по полу. Не видно было ни зги. Держась друг за друга, остальные повторяли его движения. Ступни коченели, а рядом с участниками то и дело вырастали острые колья, обдавая волной холодного воздуха. Зэн был бы рад сказать, что они пересекли ров благополучно, но кто-то из цепочки отклонился в сторону, совсем чуть-чуть. Этого оказалось достаточно, чтобы быть сбитым и едва не повалить за собой всю команду. Мысленно проклиная его, на чём свет стоит, действуя на одних рефлексах и адреналине, Зэн рывком поднял упавшего на ноги и наскоро вернул всех в цепочку. При этом его самого едва не проткнуло колом. Подниматься наверх тем же способомбыло уже сложнее. Эшли вызвалась первая, Зэн решил пойти последним. Пока столб поднимал его на поверхность, мальчик впал в странное состояние. Он вдруг почувствовал, что ему нужно успокоиться, почти уснуть, выключить все защитные, потому что использовать их сейчас нельзя. Зэн даже не стал забирать нож, просто перепрыгнул на край рва, стараясь не скользить жирными от масла ступнями, и понял, что теряет равновесие. Это произошло быстро, но он успел заметить всё: ребят, которые надевали обувь и ещё ничего не поняли, расширившиеся глаза Эшли, дёрнувшейся в его сторону, и мальчика, толкнувшего его назад. Зэн мог бы ухватиться за его руку, он даже провёл по ней ладонью, падая, но не стал. Он слишком хорошо понимал причину такого поступка и ждал чего-то подобного с самого начала, ещё когда просил Эшли предупредить о нём других бойцов. Дождался. По его вине этот мальчик облажался в позапрошлой игре и не простил этого. Ров слишком глубокий. Вероятность выжить – почти нулевая.- - -
Сина оформила покупку номера 14 ещё во время прохождения зеркального лабиринта, обозначив, что хочет, чтобы мальчик продолжал игру, пока не выбудет. И, непременно, он должен был выбыть живым. В противном случае она очень расстроится, а расстраивать одного из эфоров Альянса никто не хотел. К тому же она щедро заплатила. Так что вылетевшая из маленького окошечка в стене рва сеть не дала игроку разбиться, хотя он не слабо приложился об эту самую стену. Сина досмотрит соревнование позже, чтобы узнать, как двойняшек купили в комнате воздушного боя, как номер 23 пришла к финишу первой и как раскупили всех детей «Лабиринта», кроме одного, которому победительница пройти следующий этап не дала.- - -
Зэну ничего не сказали. Сделали инъекцию, видимо, чтобы нейтрализовать средство, тормозящее рост; заставили помыться и надеть стандартный для всех игроков костюм, без привычных ему примочек и потайных карманов. Также молча его передали покупателю – человеку в маске и перчатках, закутавшемуся в свой плащ с капюшоном как в прочный чёрный кокон. Было даже интересно, что из него может вылупиться, ну, совсем чуть-чуть. А потом покупатель едва ощутимо приобнял его за плечо так, что полы плаща частично закрыли мальчика от взглядов сотрудников, и провёл через портал. Они оказались в саду, в ночном саду. Он не был тихим – журчал искусственный ручей, в воздухе жужжали неизвестные ему светящиеся насекомые, а кто-то невидимый шебуршал в ветках деревьев. Покупатель прошёл чуть вперёд по мощёной камнем дорожке и опустился в плетёное кресло, стоявшее прямо под фонарём. Под капюшоном оказались короткие чёрные волосы, зализанные назад, а под маской идеально симметричное молодое лицо. Его покупателем оказалась женщина. Чуть отставив вперёд правую ногу, закрепив маску на плече и опустив руки на подлокотники, она откинулась на спинку кресла и застыла. - Присаживайся, - взгляд указывал на второе кресло, стоявшее к ней полубоком. Голос был приятным. Зэн сел. Он ещё не совсем пришёл в себя и прибывал в каком-то подвешенном состоянии. В голове образовался вакуум, так что мальчик просто позволил себе наблюдать за действиями его новой хозяйки. Та протянула руку к столику перед ними, провела пальцем в перчатке по ручке пузатого чайника и, пока тот нагревался, сняла крышечки с двух чайных чашек. Когда содержимое чайника закипело, тот перестал нагреваться, а женщина заполнила чашки терпким ароматным напитком, немного разбавив водой из кувшина. Всё это она проделывала методично, не совершая ни одного лишнего движения. Мальчик наблюдал за ней как загипнотизированный, а, поняв, что в горле действительно пересохло, отпил из чашки, не дожидаясь предложения. По телу разлилось приятное тепло. - Моё имя – Сина, а твоё? - Зэн, - вспоминать, что написано в его сегодняшней анкете, не хотелось. - Хорошо, пусть будет Зэн, - согласилась женщина. - Это моё настоящее имя. Он, наконец, встретился с ней взглядом и понял, что зря. В эти глаза хотелось смотреть долго. Сначала они казались карими, а, поймав блик света, стали зелёными. Однако долго Зэн выдержать не смог и снова опустил взгляд в чашку. - Не многие его помнят, - заметила Сина. - Я. Помню. - Это хорошо. Значит, откуда ты родом, тоже помнишь? - Помню. - Сколько тебе лет? - Десять. Повисло молчание. Зэн ощущал на себе её изучающий взгляд, понимая, что, похоже, ответил не правильно. Наконец, она отпила свой чай и начала говорить, уже не глядя на него. - Я видела записи нескольких игр этого года. Не все, конечно, но мне и этого хватило. Ты весьма талантлив, но как долго ты использовал это именно так? А что тебе за это предложили? Свободу? Как скоро? - Свободу, - скривился Зэн. – Я бы не получил её ни через десять лет, ни через сто. - И, зная это, ты продолжал послушно бегать по лабиринту, туда и обратно. Остановиться было слишком страшно? Или тебе нравилось? Зэна начало потряхивать, и он вцепился в подлокотники кресла. А Сина невозмутимо продолжила. - А сейчас почему решил прекратить? Надоело? Совесть замучила? Или девочка понравилась? Ну же, скажи. Мне интересно знать, сколько же тебе понадобилось времени, чтобы решиться на такое? Десять лет или сто? Зэн поднял на неё глаза и больше не отводил. - Два года и пять месяцев. Было не страшно. Иногда даже нравилось. Совесть? У продажных бойцов должна быть совесть? За неё не платят. Вы ходите на такие шоу в поисках благородных героев?! Вы растите убийц, запихиваете их на эти арены и ждёте... А чего вы ждёте?! – по щекам побежали злые слёзы. – Я приучал себя злиться на других детей, ненавидеть. Все так делают, потому что так легче. Мне надоело уже давно, но я ничего не мог изменить. Не будь меня, это делал бы кто-то другой. Я не видел выхода, и я не знаю, чего ждал, но точно не того, чтобы меня купили, - выплюнул Зэн. – Я не знаю о вашем мире почти ничего, но я точно не хочу в нём жить. И пока мог быть в «Лабиринте» и не видеть размаха всего этого дерьма, этого уже хватало! Его трясло, губы дрожали, ноЗэну стало капельку легче, как будто тот факт, что его кто-то слушал, сделал сказанные слова значимыми, оправдывающими всю его жизнь. Сина смотрела в эти покрасневшие тигриные глаза, чувствуя, что ей самой дышать становится тяжелее. Она услышала почти всё, что хотела, но не знала, что ответить. А ей вдруг очень захотелось что-то ему сказать. Успокоить или оправдаться? Она сама – часть этого ужасного мира, который он так ненавидит. Ответственность за то, что есть сейчас Альянс, лежит и на ней в том числе, и эта ответственность давит. - Этого мира, такого, какой он есть сейчас, скоро не станет. Основы нашего общества уже не так устойчивы, но мы много на себя берём. Альянс, как айсберг, нарастивший слишком много массы над поверхностью воды, в то время как под ней льда куда меньше. Он неустойчив, остаётся только ждать, пока он перевернётся. Но, боюсь, ещё раньше в него что-то врежется. Возможно, это что-то окажется больше самого айсберга. - А вы собираетесь встретить крушение айсберга? Или перевернуться вместе с ним? - Пока не решила. Скажи, почему ты провернул всё это именно сегодня? - Я… иногда давал возможность перекупленным бойцам выделиться, когда это было удобно. «Лабиринт» получал с этого прибыль, так что мне не мешали. Но я мало что мог сделать… А сейчас как-то всё сложилось: моя готовность, поддержка старых игроков и пример командной работы, который показали прошлые победители. Мне понравилось. - А говоря о поддержке старых игроков, ты имел в виду ту девочку, под номером 23? Зэн кивнул. - Она поняла, что я подставной игрок ещё раньше. - Но ты ведь так и не довёл её до конца. Ты дал себя скинуть. - Я, правда, не думаю, что имею право решать, кому сколько и как жить. А дальше она справится и сама, как и все остальные. Я устал. Допивали чай в тишине, каждый думал о своём. - Расскажи, откуда ты родом. И Зэн рассказал. Ему было всего четыре, когда ловцы пришли в его родную местность. Однако он помнил, что был сиротой и жил в приюте, что его мир был магическим. Он помнил, как тот назывался, и что там, где он жил, было много топей.- - -
Когда Сина была не старше Зэна, в родительский дом привезли вампала. Она была очарована этой огромной опасной кошкой, проводила у её клетки целые дни. Девочку расстраивало только то, что вампал мало двигался и день ото дня шерсть его становилась тусклее. Сина спросила об этом отца, на что он ей честно ответил. Он всегда отвечал ей честно, а если не мог, то вообще не отвечал. «- Магические твари не могут долго жить в наших измерениях. Этот вампал скоро умрёт. - А зачем его тогда поймали? - Видишь ли, вампалы обладают редким даром – создавать порталы. Его изучили, и теперь наши учёные тоже смогут это делать. - То есть он больше не нужен? - Нет. - Тогда его можно отпустить сейчас. - Он уже очень плох и вряд ли сможет перемещаться, а если сможет, то первым делом убьёт всех, до кого дотянется». Сина не перестала приходить к вампалу. Она пыталась с ним разговаривать, гладила, просовывая руку через прутья решётки, но ничего больше не могла сделать. Сина много думала о том, как его выпустить и никому не навредить, и поняла, что никак. Она ещё слишком маленькая, слишком слабая, а взрослые даже пытаться не будут. На что-то такое могла бы решиться тётушка Сирэла. Она бы придумала как. Но она была далеко. Какая ирония, если бы они могли создавать порталы, это бы не было проблемой. Да, учёные, может, и поняли как, но они ещё ничего не создали. Сина смотрела, как вампал умирает, и впервые так плакала, увидев опустевшую клетку. Взрослая Сина, возвращая мальчика с тигриными глазами в родное измерение, представляла, что клетка опустела по другой причине.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!