Лёд тронулся. Начато расследование.

      Вчера нашли тело товарища Голубцова с простреленной головой. Это произошло на южной окраине города. К вечеру следующего дня там обнаружили еще одного. Он был убит ударом ножа в горло. Все случаи роднили найденные на месте чупа-чупсы. Свидетелей в одном случае не оказалось. Зато были свидетели в другом. И по ним, собственно, все и узнали. Странный мужчина, в чёрном пальто. Он тогда был с офицером Голубцовым. - Почему в чёрном? - спросил я. - Не знаю. Гот, наверное. Я подумал, что Гот - это прозвище. Как будто он был иностранцем. Из тех, что работали в парижском предместье или в Москве. А в остальном типичная простота. - А где трупы? - В морге. Офицера чистят - обоссан был. Я вспомнил допрос: - Не похоже, что офицер. - А на нем ничего и нет. Пустота внутри. И крови полно. Они сначала думали, что он пьяный, но он даже не пил. Просто не мог. А потом, когда во рту у него почистили, там нашли, оказывается, два чупа- чупса. И кто их там оставил? Неужто сам сосал? Я решил, что теперь и я должен. Прикрыл лицо ладонью и запихнул в рот сразу два чупа-чупса. Влезли! Приятный такой, с кремом и красной каймой. Два чупа-чупса внутри меня, два снаружи. Стоп, откуда ещё два? Они же там только были. Вот я идиот. Да нет, не два, а два плюс один - во рту. Я сглотнул. Я чувствовал себя странно. Словно накурился каких- то крутых грибов, от которых два дня не мог отойти. Голова кружилась, пол стал расплываться. Я понял, отрава была в леденцах. Но было поздно. Наверное, так проявляется действие отравы, подумал я. Я не знал, как реагировать на то, что происходит. Наконец, я взял себя в руки и начал воспринимать окружающее. В комнатке за столом сидели трое. Один назвался Кетцалькоатлем, другие молчали. Сначала я решил, что это просто галлюцинация - но я видел всё в мельчайших деталях, видел листья на столе и камни на полу. Я понял, что разговариваю сам с собой, и кто- то очень умело задаёт мне вопросы. Но я не мог понять, кто это. Я подумал, что это глюк, но никаких галлюцинаций вокруг не было, и глюк тоже был. Я попытался назвать своё имя. Вахтанг. Имя уже подходило. Я снова попытался назвать своё имя, и уже набрал его в голос, но не смог - это имя казалось странным. Антуан. Что- то такое было, кажется. Антуан... Антон. За столом засмеялись, и я понял, что это Кетцалькоатль. Потом другой голос спросил: "А я Ктулху? Ктулху? Ктулху?" Мне что, всё это снится? Вот тут, наконец, я вернулся к реальности. Я лежал на полу. Я был мокрым от пота, и комната покачивалась у меня перед глазами. В моём мозгу только и проносилось "Кетцалькоатль". Меня отравили, но я выжил? Я встал, дошёл до окна, выпил воды и подошёл к столу. На столе было много бумаги. Я раскрыл газету "Правда" и заглянул на страницу. Нет, это не было галлюцинацией. " Всего хорошего, товарищ... Я... Я... МНЕ НИЧЕГО НУЖНО. Меня ЕСТЬ НЕЛЬЗЯ... Я ЕСТЬ ТОЛЬКО ОДНО... НО ЭТО Я ВИНОВАТ...". Я ещё раз перечитал объявление и сделал пару пометок в своей записной книжке. А потом пошёл и встал на дороге. Передо мной сидел Кетцалькоатль. Он смеялся и показывал на меня пальцем. И тут ко мне подошла женщина в длинной чёрной шали и сказала: " Товарищ!". И... Да, она была одета как Кетцалькоатль. Только лицо у неё было бледное, как у мёртвого. Она молчала. Я тоже молчал. Мы так стояли и смотрели друг на друга. И вдруг я вспомнил, что мне нужно было делать. Я поднял руку и вытер пот со лба. Она взглянула на мою ладонь и спросила: "Чаю?" Кетцалькоатль представил даму: «Иштар». Она молчала, глядя на меня. "Так, чупа-чупсы брать у них нельзя, чай уж подавно." "Нет!" - сказал я. - " И не проси." Они молча отвернулись от меня. " Вот твари." Кетцалькоатль улыбался. " Выходит, вы и есть он? Бог и разрушитель миров?" "Ха, может и так" - сказала Иштар. "Признавайтесь, чтоб я знал, с кем дело имею." "Нет", - сказала Иштар. Кетцалькоатль, наконец, перестал улыбаться. Он выпрямился, встал на ноги и скрестил руки на груди. Иштар тоже встала. Она подняла глаза. Ах, это было так неожиданно! Эти глаза! Эти неживые зрачки! Всё пропало. Я вдруг стал маленьким. Лицо Иштар побелело. Я попытался заглянуть ей в глаза. И увидел свою тень на стене. Но что это была за тень! Это была не просто тень - это был я сам. Я смотрел на себя и одновременно на неё. И мне было страшно. Изображение дрожало, искажалось. Теперь всё вокруг было покрыто рябью, словно отражение в зеркале. Я заметил, что вокруг уже никого нет. Я остался один, совсем один. Меня окружала темнота. Она держала меня. Я различал вокруг себя какую- то неестественную, зловещую пустоту. Там, в глубине, стоял Кетцалькоатль. А я сам висел в пустоте. Я не мог пошевелиться. И не мог произнести ни слова. Мне вдруг стало холодно. Я открыл рот, и из моих лёгких вырвался крик ужаса. Я закричал что было сил, но звука не было. Я видел со стороны, как моё тело извивается в пустоте. А потом оно исчезло. Я стал пустотой. Пустотой. Пустотой. Пустотой... Я стал пустотой. Пустотой. Пустотой. Пустотой. Пустотой...