VII Часть

От перспективы унизить человека публично, даже зная, что этот человек и сам грешит подобным по-черному, очень тяжело получать удовольствие. Минутная радость и затмевающая глаза гордость сменяется терзающей душу совестью и размышлениями о том правильно ли я поступила: Не слишком ли много чести оказала Тэхену, вставая с ним на один уровень? Не слишком ли жестокими были мои слова? Почему не остановилась и привлекла к себе внимание? Как я при этом выглядела со стороны? Вопросы решают устроить настоящий бунт в моей бедной, и так побитой за день, головушке, поэтому я уже не просто не рада, а расстроена, что создала себе еще одну проблему, закрывая глаза на такие важные последствия, которые она обязательно за собой повлечет. Вернувшись в общежитие, я столкнулась с взволнованными глазами, оторвавшимися от ноутбука: — Зачем ты это сказала? Я же говорила тебе, что лучше не связываться, — налетает на меня Мина. — Да, говорила, а потом отвела в клуб веселится вместе с ним, — бросаю осуждающий взгляд. — Я не думала, что Тэхен придёт, он в последнее время не появлялся, прости. Если бы я знала, ты думаешь, я бы потянула тебя с собой, я бы тоже не пошла бы, — проговаривает Мина и от ее голоса мне становится не по себе, я никогда раньше не видела, чтобы эта чудаковатая, слегка ветреная девушка имела такой серьезный вид и настолько взволнованный тон. — Я думала, ты специально устроила это. — Что? Мэй, почему ты так думаешь обо мне? Я прекрасно понимаю твои чувства по поводу Тэ… то есть Тэхена. Как бы мне не было неприятно и как бы я не старалась себя убедить, но это уже не тот человек, он изменился до неузнаваемости, поэтому я даже была рада, что он вызвал у тебя чувство злости, а не симпатии например, так как не смогла бы порадоваться за тебя, — грустно улыбнулась соседка. А недремлющее любопытство, содержащееся в моем темпераменте в огромном количестве, было серьезно задето, теперь мне уже не хотелось прогонять мысли о Тэхене, а его персона представляла непривычно странный интерес. — Почему? Вы же лучшие университетские друзья, так рассказал мне Чонгук, — решаю все-таки хоть немного утолить свой интерес. — Были… были до тех пор, пока Тэхен не решил изменить свой образ жизни, — вдаваясь в воспоминания, произнесла соседка, — Можешь мне не верить, я бы тоже себе сейчас не поверила, но раньше Тэхен был самым милым, добрым и приятным парнем, про таких говорят: «И мухи не обидит». Идеальный во всем, он добивался сам своего успеха, отказываясь от помощи родителей, не пил и не шатался по клубам, полностью посвящая время своей возлюбленной, мы даже поддразнивали его за это, называя сущим ангелом, но в какой-то момент все изменилось: он расстался со своей самой любимой и чудесной, как Тэхен сам раньше ее описывал, девушкой, начиная соблазняться теми, кого на дух не переносил, прекратил посещать занятия, как позже оказалось из-за многочисленных пьянок, а потом и вовсе поменял специальность, с каждым днем знакомый мне добродушный паренек, менялся прямо на глазах, превращаясь в свою полную противоположность. Он отдалился от всех нас, кроме Чонгука, начал избегать общения, даже не ходил в наше место, тот клуб в котором мы отдыхали, изначально было не просто принимать факт того, что ты теряешь друга и не понимаешь причину, так как тебе просто не хотят ее объяснить и дать возможность помочь, но в скором времени, мы все смирились и прекратили попытки. — Что бы могло случится такого, что заставило Тэхена так сильно изменится… — Не знаю, он не захотел посвящать нас в тайны своей жизни, не забивай этим голову, — прерывает меня Мина, закрывая поселившуюся у меня в голове тему, — лучше скажи мне пожалуйста, ты чем людей слушаешь? Говорила же не ввязываться в передряги, которые б могли затрагивать Тэхена, но ты все-же нашла, как вляпаться, молодец. Твое признание в неприязни записали на видео и выложили, как главное событие сегодняшнего дня в группе для всех студентов, поздравляю, теперь ты знаменитость, Мэй, но, не думай, что такая популярность будет приятной, — закончила свою пламенную речь многозначительным взглядом в сторону письменного стола, за которым сидела до моего прихода. Посмотрев на ноутбук с открытой вкладкой, мне не нужно было и подходить, чтобы увидеть количество просмотров, но это полбеды, вишенкой на торте стали комментарии, которые не стеснялись пополнятся с каждым мгновением все больше и больше, а что самое воодушевляющее так это то, что все они были написаны в мой адрес, но не один — в мою поддержку. С каждым прочитанным текстом, моя вера во что-то хорошее падала, стремительно набирая скорость. Основным наполнением были оскорбления, насмешки, гнев и это все-все мое, спасибо объективное общество. Высказав свое мнение о Тэхене, я не задела его за живое, не изменила его отношение ко мне, не испортила ему репутацию, а самое главное, не отвернула от него его воздыхателей. Жизнь этого парня, как была великолепной, так и останется, а вот моя будет сопровождаться глупыми высказываниями и насмешливыми взглядами, стоит мне только появится на пороге университета. Вот она цена справедливости и уважения к себе, Тэхен не смог вытереть об меня ноги, так какая-то сходящая по нему стерва с радостью сделает ему приятно. С таким родным мне уже чувством страха и неуверенности в завтрашнем дне, я проходила весь остаток дня, а ложась спать заранее попрощалась с последними здоровыми нервными клетками. Утро меня встретило проливным дождем, все небо было затянуто темными плотными тучами, что не давало возможности даже самым настырным солнечным лучикам пробраться, дабы рассеять этот мрак. Каждый порыв холодного ветра заставлял съёжиться и задуматься о том, чтобы развернуться обратно, вернувшись в теплую, уютную кровать. Последние отголоски хорошего настроения покинули меня, как только я зашла и увидела заинтересованные взгляды небольшой группы людей, стоявших возле входа. Повернувшись к лестнице, я услышала фразу: «Это та курица, что раскудахталась на весь двор вчера, прямо не высшее учебное заведение, а сарай», оскорбительно, но решив не совершать одинаковых ошибок, из-за которых сейчас вынуждена выслушивать это, игнорирую недоразвитых болванов, ускоряя шаг. Сейчас моим единственным желанием было дойти до аудитории и раствориться между обычными, ничем непримечательными студентами. Однако эта жизнь была бы не моей, если бы все прошло так, как я хочу. Заходя за угол, я наткнулась на уже знакомую мне особь: — Боже, кого я вижу, как приятно столкнуться с тобой, любительница публичных скандалов, — глаза, полные неприязни, оглядели меня с ног до головы, — даже искать не пришлось. — Ты хотела меня найти, Дасом? — только ее мне не хватало, стараюсь скрыть и подавить подкравшееся раздражение, проговаривая уверенным, спокойным тоном, но получается плохо. — Я бы на твоем месте не дерзила, милашка, ты меня бесишь еще с первой минуты нашего знакомства. Пойми, что мне стоит только слово сказать и твое никчемное пребывание в этом замечательном месте подавит всю твою жалкую уверенность, так что держи свой язычок за зубами, — вновь эта гадкая, притворная улыбка делает ее лицо еще более противным, я не совру, если скажу, что Пак Дасом отлично подошла бы на роль зловещей, вселяющей отвращение с первых секунд ведьмы, странно, что ее еще никто не заметил. — Что тебе нужно? — игнорирую ее запугивания, — нет времени болтать с тобой, мне нужно идти на занятие. — Ну да, конечно, маленькой девочке нужно учиться, не буду забирать твое скудное развлечение пока, но мы с тобой еще поговорим, деточка, жду с нетерпением нашей следующей встречи, — произносит насмешливым тоном, высоко задирая голову, не дожидаясь моего ответа, проходит мимо задевая плечом. Дасом — токсичная, отталкивающая, высокомерная сука, пообщавшись с которой понимаешь, что не все змеи ползают где-то в зарослях, некоторые из них, как правило, самые отвратные и мерзкие попадаются среди людей, обрызгивая тех своим горьким ядом. Ничего лучшего на ум не приходит, как отметить, что она идеальная девушка для Тэхена — оба чудовищно самовлюбленные и невыносимые, они стоят друг друга. Зайдя в нужный мне кабинет и садясь за последнюю парту, дабы скрыть себя от любопытных глаз, я почувствовала покой и некое облегчение, которое, к сожалению, продлилось считанные секунды, так как вновь появился человек, который посчитал своим долгом нарушить его: — Привет, ты не против, — убирает с соседнего стула на пол мою сумку, которой я обозначила нежелание находится в компании и садится теперь уже на свободное место Чимин. — Я не говорила, что не против, — бросаю возмущенный взгляд, но парень не прекращает действия. — Почему ты такая грубая? Разве тебе жалко, если я посижу здесь одну пару, — сказанное, из его уст, звучит так по-детски, особенно, если учитывать надувшиеся губки и слегка приподнятые бровки, которые тут же приобретают форму домика, что я невольно улыбаюсь, поражаясь тому, как парень может выглядеть таким кукольным. Мне становится страшно неловко за свое поведение, ведь Чимин прав, я действительно вела себя с ним не самым лучшим образом, хотя паренек явно не заслужил подобного отношения к себе, просто он постоянно попадается не в то время, когда я зла и мне нужно спустить пар, что я и делаю, выливая все свое раздражение на Чимина. В его глазах я могу выглядеть такой же высокомерной, невоспитанной грубиянкой, как Дасом, а от одной такой мысли все мои внутренности моментально сжимаются под влиянием огромнейшего выброса укора совести. — Извини, мне очень жаль, — поднимаю на него взгляд полный раскаяния, — я не хотела обидеть тебя, конечно, я не против, можешь сидеть здесь. — Ли Мэй, ты такая странная. Твое настроение всегда так быстро меняется или это связано с погодой? — Это связано с неприятными личностями, которые так стремительно наполняют своим не нужным присутствием мою жизнь. — Эй, ты же сказала, что ты не против моего нахождения здесь, плюс, я очень даже приятный, — вновь дует губы, что заставляет меня рассмеяться, но тут же отдернуть себя, чтоб не получить выговор от лектора. — Я не тебя имею ввиду, глупый, — шепчу, улыбаясь парню, отчего и на его лице расцветает улыбка. Проболтав с Чимином всю пару, я и не заметила, как успокоилась и мои негативные мысли немного отступили под влиянием этого позитивного парня. Отталкивая его при первой встрече, я даже подумать не могла какую глупую ошибку совершаю, ведь сегодня я открыла для себя, что Пак Чимин — это не просто надоедливый одногруппник, а настоящий комочек света, счастья и вообще всего самого хорошего. Я очень благодарна тому, что не смогла отбить желание Чимина подружиться со мной, потому что тогда бы я была полнейшей неудачницей, упустившей такого замечательного приятеля. Выслушав все мои проблемы насущные, Чимин похлопав меня по плечу, поддержал, принимая мою сторону, сказав при этом, чтобы я не стеснялась и обращалась к нему за помощью, если мне будет это необходимо, он поможет мне и защитит от всех недоброжелателей. Говоря это, его улыбающиеся глаза светились искренностью и уверенностью в том, что все именно так и будет, а мне оставалось ему верить. Следующая пара у нас раздельно, так что как-бы не хотелось нужно переходить в другую аудиторию. Идя по коридору, краем глаза замечаю открытую дверь, из которой выглядывает знакомая макушка, сидящая за мольбертом. Незаметно подхожу к парню, стараясь не спугнуть раньше времени. Чонгук слишком поглощен своим творением, чтобы заметить меня, так что получаю несколько минут счастья, дабы полюбоваться на такого серьезного и внимательного, а из-за этого еще более привлекательного юношу. Такой сконцентрированный и увлеченный Чон сам слегка походит на картину, умей я хоть немного рисовать обязательно запечатлела бы его на каком-нибудь дорогом полотне, чтобы наслаждаться подобной эстетикой каждый день. От такого вида парня я действительно забываю, как дышать, плавлюсь от восхищения и запоминаю каждую деталь, чтобы насладиться таким пленительным воспоминанием, отдающимся жаром по всему телу. Чонгук спокоен, но в то же время слегка взволнован отдаваясь уведенному его азарту. Взгляд черных глаз собранный, сфокусированный, вишневого цвета губа слегка закусана, а темная непослушная прядка, отделившись от идеально зачесанных назад волос, покоится на лбу парня, делая того еще более соблазнительным. Грудь мирно вздымается, в то время, как руки порхают, создавая что-то прекрасное, словно мотыльки над самыми обворожительными цветами. Наблюдаю за изящными движениями удивительных кистей, не уставая поражаться их элегантности. Руки Чонгука бледные такие идеальные и утонченные, словно созданные самым искусным скульптором: пальцы длинные, прямые и тонкие витают в воздухе ловко делая штрихи на холсте. Закатанные рукава позволяют лицезреть украшенные слегка взбухшими венами предплечья, заставляющими сойти с ума окончательно. Такой безупречный Чон не на секунду не распыляет свое внимание, полностью посвятив себя своему творению. Становиться невероятно интересно, что так пленяет и удерживает этого парня, что является причиной его отстраненности, что заставило художника утонуть с головой, не уделяя и секунды этому миру, даже не замечая, что одна любопытна девушка уже давно нарушает его уединение, блуждая янтарными глазами по его ничего не подозревающей фигуре. Мое любопытство не выдерживает, поэтому решаюсь подойти ближе, чтоб иметь возможность заглянуть за широкие плечи, над чем столь интересным так старательно трудится Чонгук? От увиденного содержания, в голове создается вакуум, брови лезут все выше, а я отшатываюсь, понимая, что мне не нужно было знать этого. Становится не по себе, и я уже собираюсь незаметно уйти, как парень резко разворачивается и останавливает на мне свой слегка расфокусированный от длительной работы взгляд: — М-мэй? — растерянно осматривает меня, — как ты здесь оказалась? — Прости, я увидела тебя, подошла, но ты был так занят, — пойманная с поличным тараторю и пытаюсь оправдать свое присутствие, — я не хотела беспокоить тебя и уже собираюсь идти, — сгорая от стыда, планирую как можно быстрей покинуть помещение, которое вдруг стало очень душным и тесным одновременно. — Стой, — тянет меня за предплечье, отчего я неконтролируемо со всего размаха впечатываюсь в твердую грудь, моментально отскакивая и смотря на парня широко открытыми глазами. — Чонгук, мне правда нужно идти, скоро звонок, — краснею от телесного контакта. — У тебя еще есть достаточно времени, не волнуйся, ты успеешь, — зачесывает волосы назад, смотря проникновенным взглядом, — Мэй, ты хочешь уйти из-за рисунка? Не знаю, что ответить на этот вопрос, по сути, меня не должно волновать, что пишет Чонгук и эмоций никаких испытывать я не должна. Тем не менее, я в ступоре, подходя ближе и осматривая его работу, я ожидала увидеть все, что угодно: пейзаж моря, заката или рассвета, портрет какой-то девушки, что-нибудь оригинальное, свойственное современному искусству и так далее, но точно не полуобнаженного Тэхена. В плане, это не было что-то пошлое или развратное, это был просто Ким Тэхен, стоящий с томным выражением лица и голым торсом, а точнее с чертовски идеальным голым торсом, который Чонгук, как ответственный деятель искусства, предельно детально выразил, подчеркивая все, что только можно было подчеркнуть для того, чтобы стоило только глянуть и мозги выключились сразу же. Не думала, что Чонгук, идеальный парень, который вызывает трепет и тепло в моем сердце, окажется тайным поклонником Тэхена. Такое не может не огорчить, получается на этого индюка не только девчонки толпами вешаются, но и некоторые парни втайне не прочь пофантазировать, даже Чонгук. — Чонгук, мне жаль, я понимаю, что это не мое дело и будь уверен, я никому не расскажу об этом, — доброжелательно улыбаюсь и стараюсь говорить спокойно, надеясь, что парню этого хватит и он выпустит меня, но рука сжимается лишь сильнее. — О чем не расскажешь? — всегда сладенький голос, как и лицо Чонгука в данный момент приобрели необычайную резкость и мужественность, что заставило меня начать нервничать. — Об этом, — перевожу взгляд на картину, надеясь, что Чон прекратит изображать незнайку и смущать меня еще больше. — Я не понимаю, о чем ты, объяснись, — подходит впритык, наклоняясь слишком близко. Ну, зачем так издеваться? Если бы у меня было больное сердце, я бы уже давно бегала по небесам или горела в адском пламени. — Не расскажу о том, что Тэхен тебе нравится или ты даже влюблен в него, — опускаю глаза в пол, не выдерживая такого напряжения, — знаешь, я была глупа, раз не поняла сначала, как ты на него смотришь. А давно ты… изменил свои предпочтения? Подняв глаза, я не узнала Чонгука: его глаза были черны как беззвездная ночь, темные брови грозились сойтись на переносице, челюсти плотно сжались из-за чего на лице отчетливо выделялись острые скулы, глубокие вздохи заставляли крылья носа трепетать, а грудь вздыматься так, будто парень пробежал марафон. Передо мной больше не было милого мальчика, передо мной стоял до невозможности великолепный парень, слишком привлекательный, слишком соблазнительный, но также недоступный. Чем я так сильно нагрешила, что удача решила просто покинуть мою жизнь, отдавая все бразды правления невезению. — Ты не права, — пытается говорить спокойно, но голос все равно опускается, лаская мои уши низким бархатистым звуком, а рука, покоившаяся на моей, слегка дергается. — А-а, я поняла, ты еще не признался себе в этом, да? — предполагаю я. — Говорят, что признание — это самая трудная вещь в твоей ситуации, но ничего, вскоре, ты все осознаешь и станет намного легче, просто прими свои чувства, — стараюсь приободрить парня, но получается еще хуже. — Я не влюблен в Тэхена, ты все неправильно поняла, — строгим голосом пытается вразумить меня Чон. — А картину ты просто так написал, да? Чонгук, не знаю, возможно, я сейчас прозвучу не толерантно, но мальчики, которым нравятся девочки не засматриваются на голых мальчиков и тем более, не изображают на полотне в таком виде, а если ты заинтересован, то значит… — Ничего это не значит! — последняя капля и чаша терпения переполнена. Чонгук тянет меня за руку, притягивая еще ближе и накрывает мои губы своими, заставляя понять, что ему нравятся девушки. Умный парень решил найти действенный способ мне это доказать, а эта картина просто недоразумение, которое Чонгук сможет мне объяснить позже. Целует нежно, доводя до крайней степени наслаждения, его поцелуй легкий, трепетный, деликатный абсолютно отличающийся от нетерпеливого и глубокого поцелуя Тэхена. Переминает губы ласково, почти невесомо, выбивая последний воздух из легких. А я не понимаю, что со мной происходит, вроде как я должна визжать от радости в этот момент, но не могу успокоится и перестать сравнивать, выбросив Тэхена из головы. Этот поцелуй сладкий, словно сахарная вата, Чонгук боится спугнуть меня, поэтому не настаивает на большем, не использует язык, чтобы не смутить меня, а я не могу разобраться в своих эмоциях. Не хочу признавать, но этот поцелуй хоть и пьянящий, но не вызывает у меня таких сильных чувств, он не заставляет забыться, изгнав рассудок. Этот поцелуй милый и невинный, слегка игривый, но никак не страстный, не будоражащий кровь настолько, чтобы вызвать исступление и необузданное желание, чего смог добиться Тэхен. Мне нравится целовать Чонгука, здесь не может идти и речи, он обволакивает теплом, пробуждая сотни бабочек внутри, в то время как Тэхен затуманивает страстью, завязывая обжигающий узел внизу живота. Давлю на крепкие плечи, заставляя отстранится. Парень нехотя отрывается с легким причмоком, прислонившись к моему лбу и опаляя горячим дыханием и без того зардевшиеся щеки. С нежностью смотрит на меня, не разнимая сплетенных на талии рук и ожидая реакции. Я вижу его ласковые глаза, слегка опухшие раскрасневшиеся уста, что так мягко улыбаются мне и не могу пошевелиться, подбирая подходящие слова, чтобы сказать хоть что-то, поэтому мы не находим ничего лучшего, чем стоять, прислоняясь друг к другу, заглядывая в прекрасные глаза напротив и слушать музыку чужого сбившегося сердцебиения. — Вы такие милые, что прям хочется облить вас бензином и сжечь, — бьет по ушам такой язвительный баритон, отдаваясь эхом прямо в мозг, моментально выводя из состояния транса. Слова отрезвляют нас, и мы как замеченные за чем-то ужасным, отскакиваем друг от друга. Словно нашкодившая поднимаю голову, встречаясь с пронзительным, недовольным взглядом глаз цвета черного, горького шоколада, смотрящим прямо на нас. Не понимаю, почему, но мне становится невероятно стыдно, и я чувствую себя виноватой, его глаза вызывают во мне такое чувство, Тэхен смотрит на меня так, словно я провинилась перед ним и заставляя не соображающей, полностью пустой голове пытаться судорожно придумать глупые оправдания и объяснения своего плохого, не примерного поведения. — Хен, а что ты здесь делаешь? — Чонгук нарушает глупое молчание, смущаясь также, как и я, не понимая, зачем его лучший друг появился здесь так не вовремя. — Пришел за портретом, ты же сам сказал, что он будет готов к этому времени, — недовольно осматривает, — или ты забыл, найдя занятие поинтереснее? — теперь уже в мою сторону летят пропитанные циничностью слова в компании с презрительным взглядом. Ума не приложу, почему даже поцелуй Чонгука не смог вызвать у меня таких острых ощущений, в то время как один только взгляд потемневших глаз заставил испытать целую гамму разнообразных эмоций, изменить пульс несколько раз, а тело задрожать и тут же покрыться жаром. — Картина, точно, — слегка стукает себя ладонью по лбу Чонгук, — она почти готова, осталось несколько штрихов, давай ты зайдешь за ней немного позже, — из-под опущенных ресниц виновато проговаривает Чон. Мне становится невыносимо от всей той нелепости, которая произошла здесь до прихода Тэхена, как я могла подумать на хорошенького парня Чон Чонгука такое, как могла обвинить и усомниться в его сексуальной ориентации, смело заявляя, что он влюблен в своего лучшего друга, а самое главное, какого было самому Чонгуку — крепкому, мужественному парню, традиционных взглядов, услышать подобную ахинею на свой счет. Парень просто выполнял портрет на заказ, перенося на холст своего заносчивого, самовлюбленного до чертиков товарища. Теперь содержимое картины не кажется странным и вызывающим недопонимание, анализируя поведение самого объекта, изображенного на рисунке я даже удивлена скромности и закрытости его внешнего образа. Зная, невыносимый характер Тэхена, а также безграничную любовь к своей персоне, я поражена, как это он не попросил изобразить себя в образе нагого божества или какого-нибудь великого короля всего мира, восседающего на троне в богатейшем одеянии. Не выдерживаю всей дурости этой ситуации, начиная заливисто смеяться, так что даже слезы собираются в уголках глаз, обращая к себе два абсолютно растерянных и недоумевающих в чем причина моего веселья взгляда. — Мэй? Что случилось? — смотрит на мое состояние Чонгук. — Ничего, — еле выговариваю, продолжая хохотать, чувствуя, как начинают побаливать мышцы живота, — это так по-дурацки, извините, — закрываю лицо руками, пытаясь хоть немного успокоится. — Чонгук, тебе нужно улучшить навыки своих поцелуев, они не должны смешить, — насмехается Тэхен. — Хен! Я уверен, что не это является причиной ее смеха, а вот ты со своим портретом — очень даже может, — не остается в стороне и не дает задеть мужскую гордость Чон. — Вы оба хороши, — видя повисшее в воздухе напряжение, немного успокоившись и отдышавшись, проговариваю. — Думаю, мне пора, не буду мешать вашим договоренностями, — еще немного смеясь направляюсь к выходу, пытаясь избежать разговора, который может перерасти в не самый приятный для меня. — Мэй, — заставляет повернуться Чонгук, — давай встретимся после занятий в столовой, ладно? — с надеждой смотрит так, будто от этого зависит что-то по-настоящему важное. — Что? — теряюсь, не зная, что ответить под пристальным, обжигающим взглядом Тэхена, не понимаю, почему он так смотрит на меня, но прихожу в себя видя слегка грустные глаза Чона, — а-а, да, конечно, давай покушаем вместе, — киваю и мило улыбаюсь парню, закрывая глаза на теперь уже видимые, не вооруженным глазом, языки пламени во взгляде Кима. Выхожу в коридор и чуть ли не бегом срываюсь в нужную аудиторию, чтобы успеть до начала занятия.