Часть 7

1

Эта встреча была для нее неожиданной и на удивление оказалось приятной. То, что ехать с сокурсницами по ночным клубам, не зарядив телефон и не взяв побольше денег, глупо, было очевидно с самого начала, но почему-то напрочь вылетело из головы в тот момент, когда она прыгала в машину, желая как можно скорее убраться подальше от дома и отвлечься. То, что новоявленные подружки быстро нашли себе спутников и также быстро решили проводить их до дома, тоже не стало чем-то особенным. Примерно так и заканчивалось большинство их ночных прогулок и Ичиго даже не удивилась, обнаружив себя в компании исключительно коктейля посреди пьяного хаоса, творившегося вокруг. Грохот музыки и веселый гомон отдыхающих, приправивших свое настроение изрядными порциями алкоголя, напрочь вытеснял из головы все мысли. Девушка лениво наблюдала за десятками двигающихся в так музыки тел, откинувшись на жесткую спинку стула, и покачивала ногой. Она просто наслаждалась своеобразным спокойствием и отсутствием шквала мыслей в голове, в которой ползали лишь несколько ленивых бесполезных замечаний. В себя девушка пришла, обнаружив себя замерзшей на улице с севшим телефоном и пустым кошельком, оставившим свое содержимое в баре, когда ей пришлось оплачивать пьянку за себя и сбежавших спутниц. На улице стояла глубокая ночь, дневная жара сменилась резким холодным ветром и сыростью, оставленную прошедшим дождем. Где-то еще слышались приглушенные раскаты грома, а злые порывы ветра так и норовили забраться под совсем легкую одежду. Ичиго тяжело выдохнула, закурила сигарету – к счастью, их она с собой прихватить не забыла – и бесцельно уставилась в уже окрасившееся в серо-синее небо. Ветер не только ненавидел всех оказавшихся на улице людей, но и быстро уносил с собой грозовые тяжелые тучи, а значит попасть под дождь можно было не опасаться. Для полной картины везения ей сейчас не хватало только этого. Несколько часов блаженного расслабления дали о себе знать в полной мере. Телефон сел и вызвать такси она не может, общественный транспорт еще не ездит, а гулять в легком платье до утра она не сможет из-за холода на улице. Ичиго докурила сигарету, бросила бычок под ноги, прислушиваясь к шипению уголька в луже, и достала из сумки еще одну, на секунду обдавая руки приятным теплом зажигалки. Выбора у нее особо не было. Очень хотелось добраться до дома и забраться под теплое одеяло, поэтому пришлось смиряться со своей глупостью и топать в сторону дома пешком. Конечно, она бы не дошла, но в душе теплилась надежда, что она поймает по дороге какое-нибудь такси, да и идти все лучше, чем стоять. Еще остается шанс немного согреться, если достаточно активно передвигать ногами. Именно по пути домой ее и окрикнул уверенный, неприятно знакомый, мужской голос. Куросаки встала столбом, обхватив голые плечи руками в попытке хоть как-то защитить их от холода. Изо рта вырывались частые облачка теплого пара, растворяющиеся в предутреннем холоде, ноги промокли, а волосы отсырели от измороси, висевшей в воздухе. Как-то резко и совсем не к месту в голову ворвалась мысль, что лето закончилось и дальше ждет затяжной холод. Она не любила холод, не любила мерзнуть, и иногда ей казалось, что готова отдать все за возможность оказаться в тепле прямо в эту секунду. Девушка мотнула головой, скидывая с себя оторопь, и торопливо зашагала вперед, стараясь сделать вид, что не слышала окрика. Лучше всего было бы, если бы мужчина решил, будто опознался и просто поехал бы дальше по своим делам. Но ей сегодня не везло. Сзади послышались быстрые шаги и в следующую секунда на плече сомкнулась сильная теплая рука, настойчиво развернувшая Куросаки на 180 градусов. В нос ударил приятный аромат духов и кофе, взгляд уперся в широкую грудь, видневшуюся из-под распахнутого ворота черной рубашки, а сердце забилось быстрее прежнего. Ноги стали ватными и подкосились от страха. Единственное, что не позволило ей упасть, это сильная хватка на руке, которой ее удерживали. Девушка мягко высвободила руку, стараясь не делать резких движений, дабы не нервировать мужчину, отошла на полшага назад и трясущимися руками достала из сумки сигареты, в надежде, что столь незамысловатое действие выиграет немного времени и даст ей возможность успокоиться и начать что-то соображать. Она все также не осмеливалась поднять глаза и взглянуть в лицо неожиданно встреченному знакомому. Если его вообще так можно назвать. Сам мужчина тоже не спешил заводить разговор и просто стоял напротив, спрятав руки в карманы брюк. Он чуть наклонил голову к правому плечу и просто смотрел, как девушка судорожно глотает едкий дым, подрагивая. Он не мог точно сказать, дрожит она от страха или от холода – скорее всего и от того, и от другого, но вот бледные губы и покрывшаяся мурашками кожа точно говорили о том, что она замерзла. Они не виделись уже лет пять, проведя до этого несколько паршивых ночей вместе. Тогда она еще не заимела привычку тянуть в рот вонючую никотиновую дрянь, не отрастила волосы и не гуляла по ночам одна в откровенных платьях по загородным дорогам. Он даже было принял ее за проститутку, пока не узнал отвратительно знакомый огонь волос. Он и сейчас не был уверен, что она не ловит здесь клиента. Взгляд медленно прошелся с ног до головы и обратно, оценивая повзрослевшее, сформировавшееся тело. Недолго думая, он схватил ее за руку, вырвал из замерзших пальцев тлеющую сигарету, не обращая внимания на уголек, задевший кожу и оставивший после себя жгучую точку, и потащил упирающуюся девушка к машине, моргавшей аварийками на обочине. Куросаки была вся ледяная и про себя мужчина отметил, что она определенно точно тряслась скорее от холода, чем от страха. Хотя ее нервное, рваное дыхание и нетвердость походки с головой выдавали ее страх перед ним. Ему было немного даже смешно и тешило самолюбие, что она его боялась. Единственным, что он от нее услышал за все это время, стало возмущенное звонкое «Эй!» когда он схватил ее за руку и дернул вперед, увлекая за собой. В машине тихо играла музыка, пахло все тем же, уже знакомым древесным ароматом, кожей и, самое главное, было тепло. Заскрипела кожа под тяжестью опустившегося на водительское сиденье тела, загорелая рука быстро метнулась к приборной панели и тихо загудела печка. От теплого воздуха замерзшая кожа покрылась мурашками. - Спасибо, - девушка накинула на плечи пиджак, предложенный ей, запахивая его на груди. Мягкая ткань пахла точно также, как и мужчина. Они ехали молча. Она смотрела в окно, на пролетающие мимо деревья, он – прямо на дорогу, отвлекаясь на мгновение, чтобы бросить взгляд в зеркала и снова уставиться вперед на освещенную фонарями мокрую дорогу. Для него такое молчание было несвойственно, а ее разморило от алкоголя и приятного тепла, и говорить не хотелось. Да и не о чем им было говорит. Они никогда не были ни друзьями, ни даже приятелями. Случайно знакомые, которых столкнули лбами. Он, гордый, самоуверенный и безумно красивый. И она… - Скучала? – машина плавно остановилась недалеко от ее дома, затикал аварийный сигнал, и мужчина развернулся к ней в пол оборота, забросив небрежно одну руку на руль, а второй упираясь в сиденье. От него веяло уверенностью и силой. - Нет. – Ичиго отстегнула ремень, собираясь выйти из машины, - Спасибо, что подвез. - А ты не была такой сукой, - он усмехнулся, - Не пизди, Куросаки. Это ты тогда на меня залезла. Малолетняя пиздючка. - Ты был поводом отвлечься. Не более того, - девушка выбралась из машины, захлопнула дверь и направилась в сторону дома, доставая из сумки сигареты. Он не разрешил курить ей в машине, сразу сказав, что оторвет голову если закурит. Сам он не курил и не переносил запах горящего табака вперемешку с дымом. За спиной хлопнула дверь и на плече второй раз за ночь сомкнулась его рука, рывком останавливая и разворачивая. Но на этот раз он не ограничился просто разворотом. Мужчина выхватил из ее пальцев только закуренную сигарету, выбросил, а саму ее толкнул ее, заставляя сесть на капот машины. Голые ноги коснулись мокрого металла, вызывая табун мурашек. - Я был у тебя первым. - И что с того? Это ничего не значит. – Куросаки первый раз за вечер посмотрела ему в глаза, – Ты ничего не значишь. - Хочешь, я докажу, что ты пиздишь? - Ты все доказал в прошлый раз, - Ичиго достает из сумки сигареты и опять закуривает, на этот раз успев увести руку до того, как ее перехватили. – Сейчас опять изобьешь? - Заткнись! – мужчина заставил ее подняться, потянул на себя, открыл заднюю дверь, затолкал ее в машину и навалился сверху, придавливая своим телом. – Ты хочешь меня. Я вижу, что хочешь. - Нет. Я тебя ненавижу. - А что тогда села в машину? Сейчас ты можешь о себе позаботиться. Ичиго чувствовала его горячее дыхание на своих губах, жар тяжелого мускулистого тела, прижимавшего ее к сиденью, чувствовала, как его рука скользнула по талии и вниз, сжимаясь до боли на бедре. Лицо горело, с правой ноги слетела туфля и она угодила ею прямо в лужу, перед глазами кружился мир, а в голову лезли совершенно глупые мысли, далекие от происходящего. Ей хотелось, чтобы время остановилось или хотя бы замедлило свой ход. В голове было одновременно не протолкнуться от разнообразия мыслей и пусто, вся ее вселенная в одно мгновение схлопнулась до заднего сиденья машины. - Я бы трахнул тебя прямо сейчас, если бы секс с тобой не был таким поганым, - мужчина растянул губы в улыбке, обнажая зубы. - Взаимно. Мне тоже не нравилось, - Ичиго скопировала его улыбку, откинула голову чуть назад, показывая шею. В шею сразу же вонзились зубы, прикусывая нежную кожу, вырывая вскрик. Груб, как и тогда, ничего не изменилось. Мужчина прижался еще сильнее, запуская руку под короткую юбку. Девушка вцепилась ногтями в его шею, когда его пальцы скользнули в нее, с губ сорвался протяжный, сдавленный вдох. Давно она нашла в его страсти утешение. Точнее, хотела думать, что нашла. На самом деле же они провели несколько пьяных, отвратительных ночей, заполненных ее болью и его злобой. Он был прав, говоря, что это она залезла на него, ведь именно так все и было. Он стал первым и, до свадьбы Рукии, оставался единственным. То, что между ними произошло, никому из них не принесло желаемого. Ей было погано из-за сказанного Бьякуей, ему хотелось доказать, что она ничего не значит. Он приходил сорвать зло, брал ее грубо и жестко, совершенно не заботясь о ее ощущениях, а потом сразу же уходил. Они никогда ни о чем не говорили, а она после его визитов напивалась еще сильнее и часами сидела в горячей ванной, стараясь смыть с кожи его запах. Ему быстро надоело, и он больше не приходил. - Мне через час надо быть в аэропорту, - он остановился также резко, как и ввалился опять сегодня в ее жизнь. Глаза заволокло пеленой желания, волосы прилипли к влажному лбу, а в бедро недвусмысленно упирался член, - Вали домой, Куросаки. Ичиго нахмурила брови, уперлась руками ему в грудь и резко толкнула назад, заставляя его вылезти из машины. Она выбралась следом, одернула юбку, надела потерянную обувь. - Мудак, - девушка взяла с переднего сиденья сумку и торопливо зашагала в сторону дома. Вдогонку донеслись слова, что он вернется через два дня. Пусть. Она не скажет, что будет ждать. Уже дома девушка вспомнила, что так и не отдала ему пиджак. И не хотела – он пах им. Дома было тихо, мерно перебирали стрелками часы, в гостиной на диване спал капитан шестого отряда, подаренные им цветы все также лежали на полу, а на ее губах растянулась дурацкая мечтательная улыбка. Она будет ждать их встречи с нетерпением, и пусть это опять плохо закончиться. Он прав каждый раз, когда говорит, что она дура.