2. Джервиус Эсто.

И сгубила-то мальца случайнейшая случайность. Сунул руку в карман к толстяку торговцу, промышляя на воскресном базаре, а тот возьми и почуй! Да заори! А тут и стража мимо проходила — вот прям один к одному непруха. Пришлось бежать, а скрыться особо некуда: тут стена, там толстяк, позади стража. Ему бы, дураку, замереть, сдаться. Ну, поймали бы, ну, выпороли, чай, не впервой. А он с перепугу раз — и переместился. За стену, что торговую площадь огораживала. И вот тут-то крылась наиглавнейшая неприятность, что случается раз в сто лет, как пришествие Эйо, пусть дни её будут коротки, а ночи длинны. В тот момент через базар шёл, по своим каким-то надобностям, не просто маг из другой страны, опытный, прожжённый, способный заметить и понять метания Джера, (сообразил бы, да и ладно), а проклятый Охотник. На нечисть, на беглых преступников и магов. Потому как в соседнем королевстве, магов искали, ловили, учили и «привязывали». К храму, или городу, или к королевскому посаднику, ограничивая перемещения и клеймя калёным железом. А ещё была в том королевстве Цитадель. Там хранилась тайная библиотека, там учили магов, и стены, высотой в два человеческих роста, состояли из особого минерала, что мешал применять дар. Попадёшь туда, ворота захлопнутся, и прощай твоя воля на веки вечные! Сможешь выйти только по заданию Цитадели, в сопровождении воина. Или шпиона. Или барона-графа-герцога, которому понадобились некие магические услуги, и он в состоянии их оплатить. Вот Цитадель — как крепость, орден, как символ силы, со всеми прислужниками, вместе взятыми, Джер, имя которого, записывая в фамильные грамоты удлинили до Джервиус Эсто, чтоб благороднее звучало, ненавидел от всей души и неустанно старался удрать. С одной стороны, ему было проще других: у него был редкий, наиредчайший дар перемещаться в пространстве. С другой — его и сторожили строже остальных, редко оставляя в одиночестве. Летописи, а их о похожих способностях сохранилось в огромной библиотеке всего-то три штуки, — полуистлевших, с полустёртыми письменами, — вещали, что носители подобного дара могут перемещаться и между мирами, реальностями, даже эпохами, стоит им научиться достигать Перекрёстка — некой отправной точки вне пространства и времени. Джер здорово в подобном сомневался. Иногда верил, иногда нет, мечтая попробовать, хватило бы сил. Судя по летописям, для подобных попыток нужны были специальные обряды, да чтоб совпало время, расположение лун, планет, сработали артефакты. Годы шли, Джера научили всякому разному по магической части: от лекарства до начального управления стихиями, но служил он всё больше «прыгуном». То бишь доставлял из точки в точку послания, грузы, людей, этих только двоих за раз. Мог и больше, но тогда здорово выматывался, а слушать, что магу нужно время на восстановление, богачи не желали. Потому — чем меньше о его силах знают, тем лучше. Но до сих пор Джер неистово мечтал сбежать. Вернее, он и сбегал, но его находили — порой сразу, иногда через несколько месяцев отыскивали по магическим тату, меткам-привязкам на теле. Ловили и возвращали. Били, конечно, но посидеть в подземелье пару недель — это ж тоже отдых. А потом он сбегал снова. Последнюю попытку не готовил вообще, случайно вышло. Доставил двоих дворян в их мрачный замок, устроился в кресле у камина, дожидаясь, пока назад надо будет перемещаться. Задремал даже. Проснулся в сумерках. Огонь погас - дрова прогорели, вокруг шум-панка-суета. На замок то напали! Давняя дворянская забава, «отожми добро соседа с боем» называется. И вот тут Джер понял, что это его шанс. Был у него друг, ну, как друг, в Цитадели каждый другому волк, но общались. Сделал он для Джера артефакт, сам-то Эсто не силён был в подобных штуках, силу накапливать, чтоб потом легче перемещаться, если устал. Копил энергию Джер достаточно долго — просто незачем было тратить. А вот сейчас черпнул по полной, всё, что было в себе и в амулете. И загадал не место даже, ни страну, ни материк, а… куда подальше, чтобы не достали. Почти успел уйти — двери распахнулись, в комнату ввалились сражающиеся люди, вот же незадача, они ещё из арбалетов стреляли! И Джер, уже не в силах уклониться, ощутил, как обожгло плечо. Обычно при прыжке реальность размывалась перед глазами на несколько секунд или минуту, в зависимости от дальности «переброса». В этот раз не только плыло, кружило, а смело начисто, сплюснуло, размазало, вывернуло наизнанку, а в конце так словно вообще разорвало в клочья. В очень мелкие клочья, которые срастались назад с большим трудом. Неохотно. Болезненно. В себя Джер приходил тоже медленно и неохотно. Тихо сполз по стене, присел на ступенях. Уже яснее — под задницей, значит, лестница. По бокам стены, впереди окно. Большое, как в зажиточном доме, а воняет мочой кошачьей, застарело, аки в трущобах. Нечистый знает, куда занесло. Может, хоть материк другой, таки сил вытянуло немало. Во рту привкус крови до сих пор, да и плечо… С плечом была незадача — из него торчал арбалетный болт. Вытаскиваться мокрыми от крови пальцами не желал, скользил, на чертыхания тоже не поддавался. Пришлось здоровой рукой шарить в кармане, искать амулет скорого выздоровления, активировать. Кровь, вроде, течь перестала, зато зверски захотелось жрать. Правильно, резерв, он же восстановления требует. И в сон клонило, тоже верно, чтоб не мешал лечебной магии. Только место-то незнакомое, вообще не известно где выкинуло, нельзя тут вырубаться. И Джер боролся с дремотой, пытаясь выпрямиться, когда услышал внизу шаги. Поднимался по лестнице вроде человек, вроде один, и вроде даже женщина: топала не сильно, пыхтела только странно. Зато потянуло благовониями, даже кошачью вонь слегка перебило. Эсто сжал ладонь, пряча файербол. Незнакомка шла спокойно, нападать вроде не собиралась. Впрочем, совсем вспышку Джер не гасил, мало ли.