V. Здравствуй, Нью Йорк! Немного об особенностях перемещений и...

      Самый лёгкий, для Джера, способ переместиться из точки в точку, это, конечно, просто представить место, где ты хочешь оказаться. Для подобного трюка, само-собой, надо побывать там заранее, чтобы представлять оное как можно более детально. Чаще всего же перенос осуществляется, если не наобум, что чревато впечатыванием в стену, а то и внутрь скалы, то по магическим вехам, которые оставил кто-то задолго до рождения Джера. Иногда, по ощущениям, многие условные столбы, или вехи у перекрёстков, так он их называл для простоты восприятия, про себя, — тянули изрядной древностью. В редких случаях перед глазами маячили знаки, словно их начертил неведомый маг огненной руной прямо в воздухе, или в ничто. Они пульсировали, веяли холодом, или полыхали огнём, тянули к себе, звали, уговаривали. По-разному, в общем. Некоторые были весьма настойчивы, возникали перед глазами, даже если их не звать, порой в любой, самый неожиданный момент, или даже во сне. Это, как-то вот, было несколько неприятно, если не сказать, что просто доставало — спишь себе, мечтая отдохнуть, после трудов праведных, или не очень праведных, не суть, а тут к тебе врывается всякое. Или всякие, потому что за знаками порой стояли определённые личности, иногда весьма странной наружности. Некоторые со временем забывались, терялись в памяти, на смену им приходили другие, более настойчивые. Последнее время чаще всего врывался в сон высоченный, вроде как, худой тип-альбинос. Потому как патлы были белые, брови и ресницы тоже, а глаза отблёскивали алым. За окном у типа чаще всего полыхал то ли закат, то ли зарево пожара — от чего глаза может и казались красным, бездна его разбери. Хотя может и горело что, как-то казалось, что там дела идут не особо, потому как во сне тип не отличался радушием, ругался — слов не разобрать, но ощущалось, — а когда поворачивался и замечал Джера, то орал на него. Что-то вроде: Мне нужна помощь, Иорр, сколько ты будешь медлить? Кто такой Иорр, чем он там может помочь красноглазому и что у них за дела, Джеру было совершенно по фигу, и он старался побыстрее проснуться, разорвать связь. Поначалу получалось плохо — знак, пылающий у альбиноса за спиной, вроде как фоном, сам по себе, не отпускал, удерживал. Но потом Джер наловчился представлять, что стирает его взмахом руки, на подобие как стирает рисунок и стало проще разрывать связь. Иногда виделся другой знак — за ним виднелись смутные фигуры, словно сотканные из тени. Они ни о чём не просили, занимались своими делами, но вроде как тоже чего-то ждали. К слову, тот знак, что привёл его сюда, — в этот мир — на лестницу к двери блондинки с ручной крысой, Джер тоже видел раньше. Вспомнить не мог, при каких обстоятельствах, всё разве упомнишь, но вот видел точно. Никто его сюда не звал, не ждал и не ругался, потому, наверное, и выбрал именно этот перекрёсток из сотен иных. Если б знал! В этот раз просыпаться было даже противней и больнее, чем за несколько часов до этого. В груди и руке горело огнём, в голове стучало колоколом, во рту словно кошки нагадили, так ещё и одна кисть прикована к койке. Джер скосил глаза и ругнулся. Зато в комнате никого — это плюс. И даже одёжу не успели всю стащить, а то знает он этих лечебников — перво-наперво всё барахло порежут, потом обратно никакой магией уже не восстановишь. Повезло — он валялся на узкой койке в штанах и даже сапогах, видать не до того было. На груди пришлёплены амулеты — толку от них никакого — ему точно не помогало, он чуял, хотя, кто их знает, местных, может наоборот из Джера по тонким нитям силы выкачивали в белый ящик, куда они вели. Со здешних станется. Поэтому всё от себя он оторвал. Браслет щёлкнул и отпустил — надо же, даже замка против магии на оковы не поставили. Джер сел, подождал, пока в голове перестанет крутиться и осмотрелся, пытаясь отыскать свои вещи. Сумку и куртку уже упаковали в прозрачный мешок, но пока никуда не отнесли, а вот рубаху, вместе с окровавленными тряпками, он заприметил в корзине, видать для мусора. Скривился. Рубахи тоже было жаль, своё же. Хотя ладно, разживётся чем-то здесь, не проблема. Прихватил мешок и попытался сунуться за дверь, вот, хорошо, что прислушался заранее. В коридоре ошивался страж и Эсто коротко ругнулся. Сил и так не хватало, а приходится тратить их на всяких недоумков, но чтож делать — пульнул в затылок коротким разрядом, как раз удачно успел выхватить из слабеющих пальцев кружку с местным напитком. Ничего так, сладко. Молока можно было побольше, но терпимо. Страж гулко ударился головой о лавку, падая, и Джер испытал вспышку мстительного удовлетворения. Опустошённую кружку, надо же, тонкая какая, аж в пальцах гнётся, пристроил рядом. Заглянул в пару дверей по пути, пока не нашёл кладовку со всяким-разным и не прихватил с полки рубаху. Широкая, тонкая, зато на ощупь ничего так, не шершавая, пока сойдёт. Куртку натягивать не стал — кровь сначала свести надо, просто вытряхнул сумку из странного мешка, переупаковал и, стараясь не спешить, поторапливался к выходу. Почти вышел, как сразу случилось две вещи — впереди замаячил другой страж. Толстый, бормочущий что-то в переговорную пластину. И Джер заприметил на лавке у стены блондинку, довольно грустную с лица, но это она ещё его не заметила, ха! Рывком, пока девица не сообразила, что к чему и не кинулась бежать — играть сейчас в догонялки у Джера сил не было, — он потянул девушку вверх за плечо и толкнул перед собой. Прикрылся, как щитом, во второй раз, да. Сейчас, правда, выходило херовее. Страж был впереди, а позади кучей собирались лекари, тоже добра от них ждать не приходилось. Прыгать в окно не вариант — его по близости просто не было.       — А, демоны с вами, — ругнулся Джер себе под нос. Подтянул девушку ближе к себе и предупредил на ухо.       — Замри. Не вздумай бежать или дёргаться, я не удержу — ты умрёшь, поверь. Закрыл глаза и попытался призвать «дорогу». Вехи, как на зло, ускользали, смывались. Может место неудачное для «прыжка», может он слаб настолько, но незримый путь не давался, скользил под ногами, пространственная ткань растекалась рваным туманом, обещая выбросить, как вздорная волна на берег, туда же, где Джер и находился. Маг сжал крепче пальцами плечо девушки и сосредоточился. Из всего, что успел увидеть за последнее время, вспоминалось только жильё блондинки — но там могли оставить стражу, про всякий случай. А ещё кусок чужой, странной до невозможности, улицы, где останавливалась повозка, в которой его везли. Всё, что успел лёжа рассмотреть через окно, Джер сейчас вспомнил в мельчайших деталях. Перенос всегда был делом неприятным — тебя крутило, сжимало, тащило, вроде как по булыжникам, порой разносило на мелкие клочья, чтоб затем медленно сращивать заново, вот сейчас было как раз всё, вместе взятое. Да ещё чуть с ног не сбили, стоило почувствовать землю под ногами.       — Слушай, у вас что, праздник какой? Ярмарка? Чего народу так много? Их буквально угрожали затоптать снующие туда-сюда чумовые горожане, пришлось девушку оттащить к стене. Причём она сопротивлялась! Зато взбодрилась живо так, а ведь в лекарне уныло совсем смотрелась.       — Прекрати меня дёргать! — девушка попыталась ткнуть Джера в плечо, рассмотрела повязку под новой рубахой и в последний момент остановилась.       — Обычный день, нет никакой ярмарки. Просто город большой, — она поёжилась и недоумённо огляделась. Даже пощупала стену, возле которой они стояли и на него эдак глянула, что Джер, угадывая её намерение и его тоже потрогать отодвинулся во избежание. Хватит с него пока, лекари натрогали уже.       — Как мы здесь оказались? — и брови так хмурит, словно с крысой своей разговаривает. Ну, снова-здорово, приехали.       — Переместились, — буркнул Джер. Его гораздо больше интересовало откуда жратвой пахнет, потому что от голода снова начинало темнеть в глазах. А ещё люди эти, мелькали перед глазами, как зачарованные, вот точно. Ничего не видят и не слышат, семенят помалу, глаза вылупив.       — Смотри, куда прёшь! — огрызнулся первым Эсто, когда его снова толкнули. — Ой, простите, мы не местные. Только из Ванкувера приехали, на экскурсию, — непонятно объяснилась за него блондинка и повисла у Джера на локте, хорошо хоть, что на той руке, что здоровая.       — Ты просто идёшь не в том направлении, вот тебя и толкают, — прошипела на ухо. — А куда мы идём?       — К еде, — коротко бросил маг, потому что видел цель — небольшой фургон с жаровней, откуда упоительно пахло мясом, — и кроме неё ничего.       — Поня-ятно, — смирилась Фрэн с тем, что её буксируют к будке с хот-догами, и проверила в кармане, не потеряла ли кошелёк в больнице, пока бланк на страховку заполняла. Ясно же, что платить ей придётся. Хотя не жалко. Давно на неё так завистливо не косились проходящие мимо девицы, да и тётки постарше тоже. Поначалу её пироманта рассматривали, конечно, а потом косились. Фрэн покатала на языке приятное слово «мой», и решила, что даже колу вероломному типу в камзоле купит. Лучше, конечно, чтобы в ассортименте была диетическая, но если и обычная, то ладно. Джеронимо, или как там его, лишние калории точно не страшны.