Глава 8: Про сломанную руку и признание в любви.

You know you take all of my stress right down, Help me get it off my chest and out. Ed Sheeran — 2step

POV Локвуд

      — Будьте любезны, представьтесь, сэр. — Пожилая дама в белом халате опустила очки и недоверчиво оглядела меня своими мутными глазами. Ее не убедили моя быстрая речь и встревоженный вид. Женщинам за больничной стойкой регистрации всегда было плевать на спешку.       Я расправил плечи и вскинул подбородок, возвращая себе прежний собранный вид.       — Энтони Локвуд, владелец агентства «Локвуд и Компания», и один из моих агентов, Стив Блэкман, лежит у вас в отделении с переломом руки, а теперь, будьте добры, пропустите меня. — Я натянул улыбку и склонил голову к плечу.       — Ваше удостоверение личности? — не меняя своего прежнего вида, спросила дама.       Я потянулся к внутреннему карману пальто и нащупал карточницу рядом с пачкой сигарет. Если я не выкурю хоть что-то в течение двадцати минут, я попаду в реанимацию по причине острого стресса на фоне никотиновой недостаточности, либо же стану таким агрессивным, что мне уже будет все равно: стоит передо мной старушка или боец сумо.       — Пожалуйста. — Я протянул свой паспорт.       Дама в белом халате еще секунду пялилась на мой документ так, будто читала английские буквы впервые, затем вернула мне его, нехотя проговаривая:       — Шестой этаж, палата номер шестьсот двенадцать. Только не бегайте! — крикнула она мне вслед.       Использовать лифт — глупая идея, поэтому я выбрал вариант с лестницей. Мои мышцы были достаточно сильными, чтобы в кратчайшие сроки преодолеть десяток лестничных пролетов. Как только я добежал, сразу отметил для себя выход на балкон, а после нашел нужную палату, где на больничной койке лежал мой юный агент — Стив. Рядом с ним на коленях стояла Диана, она сжимала его здоровую руку, нежно поглаживая по предплечью, и еле сдерживала слезы.       Несмотря на больничную обстановку, я заулыбался этой картине. Ребята очень походили на нас с Люси в первые года работы моего агентства. Диана — точно вылитая четырнадцатилетняя Люси. Со Стивом у нас мало общего, но я прекрасно видел и понимал, что между ними происходит. Мне не хотелось разрушать их идиллию, но как боссу мне пришлось это сделать.       — Молодежь, — окликнул я, и Диана моментально отпрянула от больничной койки, — как жизнь, бойцы?       — Мистер Локвуд, — Стив приподнялся и пожал мне руку, выдавливая улыбку, — врачи сказали, жить буду.       — Признавайтесь, кто кого толкнул? — Я подтянул к себе ближайший стул и всмотрелся в лицо Дианы, выжидая ответа.       Мои дети не часто ломали руки и другие конечности на заданиях. В последние года несчастные случаи свелись к минимуму, поэтому я делал ставки на обычную агентскую шалость и оплошность.       Диана сглотнула и скрестила руки на груди, переглядываясь со Стивом. Он ей кивнул, и она начала объясняться:       — Мистер Локвуд, мы уничтожали обычного Луркера. Он не был злым, и, даже несмотря на это, мы соблюдали все меры предосторожности. Я удерживала духа, хотя он даже в этом не нуждался, а Стив поднимался по лестнице на чердак, чтобы обезвредить Источник. Все было хорошо, честно, — она приложила руку к груди и подняла брови, — но в комнате внезапно появился другой дух, совсем на мгновение. Он скинул Стива с лестницы, а потом исчез в окне яркой зеленой вспышкой. Меня чуть не вырвало от его присутствия.       — Это правда, я сам почувствовал его влияние, хоть уже лежал на полу с вывернутой рукой. — Стив пожал плечами, но через мгновение пожалел об этом.       Оба моих агента выглядели растерянными, и я не думал, что они мне врут.       — Может, ваш Луркер был не таким уж и добрым? — Никогда бы не подумал, что смогу назвать какого-либо призрака добрым.       — Мы думаем, что было два духа, — утвердительно сказала Диана.       Я закусил щеку и сжал зажигалку в кармане, раздумывая над ее словами. Этот случай был точно из ряда вон выходящим, и я даже не мог сопоставить его с чем-либо. Чем больше тревога прокрадывалась в мой мозг, тем больше недостаток никотина напоминал о себе. Я бы и дальше продолжал бессмысленно дышать в кулак, если бы меня не отвлекла медсестра.       — Освободите палату на минуту, мне нужно поставить укол. — Молодая женщина в медицинской маске держала в руках поднос с лекарствами и шприцами. Я не видел ее лица, но я понимал, что непослушания она не потерпит.       Мы с Дианой покинули палату.       — Я спущусь вниз за конфетами, вам что-то взять? Может, чего-то покрепче? Вы выглядите уставшим. — Она усмехнулась уголком губ. Пусть она звучала неуместно для своего возраста, но я не стал ее отчитывать.       — Спасибо, но не стоит. — Я достал свою банковскую карту с нагрудного кармана и протянул ей. — Лучше купи конфет своему будущему парню.       Издеваться над молодыми и зелеными, а в особенности явно влюбленными агентами, — особый вид моего удовольствия. Уши Дианы покраснели, она сжала губы, но все равно молча взяла карту. Если Диана Моргенсен делала что-либо молча, то она либо спала, либо смущалась.       Через секунду она убежала к лифту, а я с такой же скоростью направился к балкону.       Сегодняшний майский вечер не жаловал на прохладу, но это даже к лучшему. Железная зажигалка быстро подпалила сигарету своим теплом, а я в очередной раз провел подушечкой большого пальца по гравировке, прокручивая в голове написанную фразу, словно излюбленную пластинку, что согревала не только нервы, но еще и душу.       «Любовь невидима, но ощутима, особенно когда она с тобой».       Увидев своих агентов, я значительно успокоился. Боевого духа они не потеряли; рука заживет, раны затянутся, но главное, что они живы и относительно здоровы. Одно меня смущало: внезапное появление злого духа. Я не допускал мыслей о второй волне Проблемы, ведь я потратил так много сил на уничтожение Фиттис, что я считал бы себя мазохистом, если бы постоянно мозговал о возможном ухудшении положения. На моей груди зиял длинный шрам, напоминающий о последний битве, и я до сих пор безуспешно прятал его от Люси. Поначалу она расстраивалась, когда видела меня по пояс голым, но со временем свыклась.       Я достал телефон из кармана и быстро отправил Джорджу сообщение о случившемся, возможно, этот гений уже слышал что-то о похожих случаях, это бы значительно помогло с разгадкой. С каждой затяжкой нервы отступали, весенний воздух уже не казался таким холодным; я облокотился на пошпаклеванную стену и прикрыл глаза, докуривая сигарету.       Внезапно умиротворенную тишину пробил писк нового уведомления. Я скоро буду дергаться от каждого такого сигнала, ведь это мог быть кто угодно и что угодно.       «Хреновый из тебя начальник, Энтони Локвуд, если ты не можешь уследить за своими оперативниками, согласись».       Согласись, согласись, согласись.       Только не это. Если раньше анонимные сообщения вызывали у меня лишь раздражение, то сейчас я превратился в настоящего параноика. На правах ревнивого парня я подозревал нового литературного агента Люси, но мои предположения очень сильно смешивались с негативными чувствами к его персоне, а с тех пор, как он сблизился с моей девочкой, я забыл, как правильно дышать. Этот вариант висел в воздухе.       Я оглядел балкон, но не нашел признаков живого и неживого. У меня появился сталкер? Тогда зачем ему это нужно? Где Люси? Черт возьми, где она?       Я почувствовал, как капелька пота бежит по позвоночнику, а сердце отбивает больной ритм. Я написал ей час назад, но она мне так и не ответила. Ее молчание в любом его проявлении ужасно выводило меня. Дверь со стуком распахнулась от моего сильного толчка, и я быстро зашагал по коридору к палате.       Мне нужно предупредить своих агентов, что я уезжаю. Мне стоит забрать Люси с этой глупой вечеринки. Мне стоит…       — Вы не поверите, но это правда. Джордж держался одной рукой за деревянную перекладину, второй отгонял злого духа рапирой, но перекладина не выдержала его веса и с треском сломалась, и он упал…       Люси сидела ко входу спиной, на том самом стуле, где сидел я еще несколько минут назад. Она активно жестикулировала и распиналась о смешном случае с Джорджем, который мы иногда рассказывали в качестве байки для наших агентов. Дети обращали на нее все свое внимание и заливисто смеялись на каждом моменте.        Люси стала любимицей среди моих оперативников, они буквально вешались ей на шею, стоило ее персоне явиться на пороге дома на Портленд-Роу. Я разрешал ей помогать с мелкой работой в агентстве, но не позволял ей выходить с детьми на задания, по объективным и не очень причинам.       Как только я услышал первые ноты ее голоса и почувствовал родной запах, все мое раздражение улетучилось, оставив за собой только чертову усталость, что отдавалась сухостью в моих глазах.       До этого я не понимал смысла любви, не понимал смысла отношений, но сейчас, когда только одно ее присутствие заставляло мое настроение перемениться из агрессивного в приемлемое, я понял значение слова «любовь».       Я подошел к ней сзади и прикрыл ей рот рукой, договаривая «Басню о Джордже» за нее.       — Он упал, сломал плечо, а потом его еще несколько недель выхаживала Фло. — Люси попыталась укусить мою руку, но у нее ничего не вышло. — Она никого к нему не подпускала, и делала она это отлично, ведь запах речной тины делал это за нее. — Дети рассмеялись, а я, довольный, отпустил руку, ловя блестящий взгляд Люси.       Она встала и легко поцеловала меня в щеку, соблюдая все правила приличия.       — Не при детях, мистер Локвуд. — Ее гордый взгляд скользнул по моей шее, останавливаясь на губах. Реакция тела моей девочки полностью противоречила ее словам.       — Миссис Локвуд, — шепотом сказал я, чтобы агенты меня не услышали, — если я называю их детьми, это не означает, что они такими являются. — Я кивнул на Диану, что влюбленным движением поглаживала Стива по руке.       Люси скрестила руки на груди и мельком посмотрела на детей. Ее взгляд потеплел, и она прижалась плечом ко мне.       — Они мне кого-то напоминают. — Она потерла подбородок указательным пальцем, сделала задумчивое выражение лица и щелкнула пальцами. — Я такую сцену видела в фильмах и в книгах читала, точно-точно!       Я фыркнул и вернул ей ее маленький поцелуй, обнимая хрупкие плечи в коричневой водолазке. Атмосфера в помещении значительно потеплела с ее приходом, я не мог найти объяснений этому явлению. Стоило полагать, что я выбрал себе в девушки настоящее солнце.       — Спасибо, что приехала. Мы бы справились без тебя, но с тобой справляться приятнее. — Моя рука провела линию по водолазке, и я отметил, что ткань слегка влажная у поясницы. Люси, скорее всего, очень спешила сюда.       — Всегда к вашим услугам, мистер Локвуд. Было тяжело пробраться через стойку регистрации, но я встретила Диану у автомата с конфетами, поэтому мне повезло. — Она пожала плечами, по-странному всматриваясь в мои глаза.       Я вспомнил ту неприятную женщину, потребовавшую мой паспорт, и моя благодарность к Люси возросла вдвое.       — Поедем домой? — тихо спросил я. Она кивнула. Я поднял взгляд на Стива и Диану, которые совсем забыли о нашем присутствии. — Молодежь, вы доедете до агентства живыми?       Они синхронно кивнули.       — Встретимся в понедельник, мистер и миссис Локвуд, — сказала Диана, огибая больничную койку. Она бросилась к Люси в объятия, сжимая ее в тиски.       — Мы напишем, как доберемся домой, вам не стоит переживать. — Стив улыбнулся, а у меня отлегло от сердца.       Я потрепал его по волосам, пожелав скорейшего выздоровления, и мы с Люси вышли из палаты.       После нашей первой случайной близости, что случилась зимой, мы избегали лифтов, заранее зная, чем заканчивается наш контакт в любых закрытых пространствах, поэтому, даже не раздумывая, мы выбрали лестницу.       Держась за руки, мы быстро спускались ступенька за ступенькой, пока Люси меня не остановила, дернув за руку.       — Энтони, стой. — Если она обращалась ко мне по имени, то за ее словами всегда стояло что-то, что не касалось чужих ушей. — Мне не нравятся твои глаза, что с тобой, милый?       Я обернулся, чтобы увидеть ее обеспокоенное лицо. Люси встала на одну ступеньку выше, а наши головы поравнялись. Ее ладони обняли мои щеки, а мягкость кожи заставила тело выдать табун мурашек. Она провела большими пальцами по нижним векам, где с утра я нашел синяки, и по очереди поцеловала мои прикрытые глаза, оставляя нежные прикосновение губами.       — Я не уверена, что это поможет, но твои щеки порозовели, — словно ребенку, прошептала Люси, — только скажи мне, что не так?       Чертова ее интуиция, в этот раз она не сыграла мне на руку. Рассказать ей про анонима я никак не мог, ведь я сам даже на сантиметр не подобрался к разгадке, чувствуя себя беспомощным идиотом, поэтому выбрал поделиться одной из причин своего подавленного состояния:       — Я переживал за Стива. Ответственность за их молодые души на моей совести, а когда такие инциденты случаются, я бы предпочел сломать себе все конечности, лишь бы мои дети были живы и здоровы. Возможно, я просто плохой босс? — Я пожал плечами и потупил взгляд на ступеньки, осматривая ее и мою обувь.       — Подними глаза, Энтони. — Люси взяла мою голову и провела пальцами по границе между лбом и волосами. — Ты — владелец лучшего агентства в Лондоне и успешный бизнесмен. Твои дети тебя любят, и не только дети. — Она поцеловала меня в лоб. — Возможно, я нечасто напоминаю тебе, какой ты классный парень и как мне хорошо с тобой, но ты должен помнить, что любовь невидима, но ощутима, особенно когда она рядом.       Я смотрел на ее красивое лицо и горящие глаза и не мог поверить, что эта девушка, что одним лишь словом успокаивает всех моих демонов, — моя. Если я когда-то потеряю ее, моя смерть будет наименьшим наказанием, которого я заслуживаю.       — Я люблю тебя. — Эти слова прозвучали легко и нативно, но я чувствовал, как взрывается вулкан из палящих эмоций, а мои черты смирно сидят на адской скамейке и выжидают ее ответа.       Люси на секунду приоткрыла рот, бегая глазами по моему лицу, а после желтый цвет ее глаз засветился диамантами, и она ответила моим демонам:       — Я тоже люблю тебя, милый, любила и буду любить всегда. — Она опустила руки на мои плечи и притянула к себе, зарываясь носом в область между плечом и шеей.       Я моментально обхватил ее за пояс, прижимая к себе крепче, так крепко, чтобы почувствовать и запомнить все ее светлое существо именно сейчас, в этой больнице, между четвертым и третим этажами отделения скорой помощи. Мы еще минуту стояли на ступеньках, прижимаясь друг к другу телами и душами, но Люси разорвала наши объятия первой, беря меня за руку.       — Нам нужно снять твой стресс, и я даже знаю один проверенный способ, пойдем. — Она потащила меня за руку вниз по ступенькам, не оставляя права на ответ.       Это моя девочка.