☯︎ Убийца ☯︎

Цзай Цзе сегодня очень нехорошо себя чувствовал. Его старые ноги совершенно отказывались ходить, однако мужчина заставил себя подняться рано утром и, как обычно, выгнать небольшое стадо своих коз на пустынное пастбище. Семья Цзай, состоящая из отца, сына, невестки и маленькой внучки, жили кочевниками. Они держали небольшое количество животных, делали сыр, творог, масло из молока на продажу. Этим и зарабатывали. Кочевали с места на место для поиска пастбищ с травой. Здесь на западных пустошах и в предгорье земля была каменистой и песчаной, но именно здесь можно было найти сухую травку зимой, необходимую для корма. Скоро им предстоит сниматься и со всем нехитрым скарбом перебираться на южные земли - там теплее, и корма для животных в разы больше. В последнее время Цзай Цзе очень трудно справлялся со своими делами – он очень устал. Годы уже брали свое, но денег в семье было ничтожно мало, поэтому старик всеми силами старался продлить отпущенные ему дни, помогая детям. Как обычно утром он выгнал своих козочек на пустынные земли, где виднелась молодая травка – отличный корм для сладкого молока. Может, в этот раз они получат чуть больше надоя и смогут продать его выгоднее. Пока его невестка начала готовить нехитрый завтрак из лепешек с творогом и зеленью, сын отправился заготавливать дрова для печи. Цзай Цзе устало плелся по песку холмистого берега реки Хуанхэ, однако, обогнув наиболее большую песчаную насыпь, вдруг увидел сплошную черноту. Эта тьма надвигалась с огромной скоростью, и в какое-то мгновение у Цзай Цзе совершенно отказали ноги от страха. Присмотревшись, старик понял, что на него двигалась огромная армия – ее численности не было конца. Мысли пожилого мужчины застыли, он не успел даже вскрикнуть, когда стрела с силой вонзилась в грудь. Посланные вперед разведчики быстро устранили свидетеля. Солдаты Цинь пересекли реку по заранее подготовленным мостам, разведка впереди выбирала лучший путь. Здесь земли оставались довольно пустынны, ведь почва не была плодородной. Поэтому на пути пока встречались лишь местные жители – кочевники. Армия Цинь, насчитывающая около шестисот тысяч воинов, уже смяла небольшие уделы Чу и Шу по пути, не встретив практически никакого сопротивления. Труп старика остался лежать на берегу. Его сын продолжал рубить дрова, невестка – жарить свежие лепешки, не подозревая, что их в следующее мгновение смоет вражеское черное море захватчиков с запада. Солдаты Цинь не оставляли выживших. Лишь горы трупов и сожженные деревни. Цзань Си Юань знал о начале вторжения. Он передал Ин Гао Дэ все сведения, до которых смог добраться, хотя их оказалось маловато. Либо все министры в Поднебесной относятся к своим обязанностям спустя рукава, либо они крайне осторожны. Цзань Си Юань ждал... Новость о беременности Ци Мейли выбила его из равновесия, молодой чиновник вдруг ощутил смутное беспокойство. С одной стороны, убить эту девушку на глазах умирающего Императора – идеальная месть. С другой, он так долго грезил об играх с ее телом, что так просто убить никак не мог, хотя подозревал, что просто принимает рыбьи глаза за жемчуг. Может, и не стоит эта женщина такого внимания... Конечно, ребенок – это отличный рычаг давления. Вот только в данный момент беременность скорее мешала намеченным планам. Цзань Си Юаня настораживало одно – Император слишком неспешно... Умирал. Человек, давший ему этот яд "Куйнин", сказал, что жертва долго не замечает его внутреннего воздействия, но как только симптомы проявятся, разрушение происходит очень быстро. Жертва испускает дух в мучениях через неделю. Юн-ди должен был отправиться на тот свет уже давно. Его жизнь продлевают каким-то лекарством? Может, нашли противоядие? По собственным подсчетам, новость о вторжении армии Цинь должна достигнуть столицы минимум за два дня, максимум – через неделю. Все будет зависеть от многих обстоятельств и способов оповещения. Он подождет общей паники... Расчет Цзань Си Юаня оказался крайне верным. Когда новости достигли столицы, поднялся настоящий ужас! Поднебесная с умирающим Императором, наследника нет, а враг уже свободно разгуливает по их территории! В один момент перепуганные и обезумевшие министры собрали совет, но договориться не получалось. Одни тянули в свою сторону, другие – в свою, а третьи убеждали согласиться даже на унизительный мир, лишь бы спасти жизни. Один из старых генералов, услышавших такое предложение от придворного тайфу, выхватил меч и одним ударом снес ему голову: - Жалкий изменник! Будь проклят твой род! – обведя притихших сановников, взиравших на генерала с ужасом, угрожающе прорычал. – Еще кто-то хочет предложить сдать всю Поднебесную на блюде варварам Цинь?! Предателей убивают на месте! Не было такого позора! Министры кричали, наперебой обвиняя друг друга. Ни правый, ни левый чэнсян не могли утихомирить панику среди государственных мужей. Не смотря на то, что в отсутствие Императора власть передается именно премьер-министрам, не менее титулованные чиновники в такой момент просто отказывались слушать. Каждый доказывал, что его точка зрения верна, приводил свои аргументы. Весь ужас заключался в том, что власти хотели все, но вести солдат на битву, брать ответственность на себя и свой род в случае поражения не хотел никто. Кто смелый сядет на Трон Дракона? Кто поведет войска? Именно в момент очередного жаркого обсуждения Цзань Си Юань выскользнул из общего зала. Он только слышал, как кричавший министр податей Вэнь пытался обратить на себя внимание среди общего гула: - Вы не понимаете! Цинь уже уничтожила больше десяти деревень! Наши поля и посевы сожжены! В живых людей не оставляют! Эти варвары идут саранчой по нашим землям. А мы пытаемся делить власть! Надо спасать Поднебесную! Их больше шестисот тысяч! - Этот солдат берет свою армию и выдвигается им навстречу! Пусть оставшиеся генералы поддержат этого подданного! – вторил ему генерал Мяо. – Мы умрем, но не дадим этим варварам дойти до столицы! Те воины, что первыми приняли удар и пали в бою, навсегда будут вписаны в историю Тянь-ся! Краем глаза Цзань Си Юань вдруг заметил нескольких степенных генералов, стоявших в стороне и смотрящих на это представление совершенно спокойными глазами. Выдержка не изменила опытным воякам, они словно оказались вне этой общей ауры волнения. Это было странно... Но Цзань Си Юань не осмелился приблизиться к ним – все равно ничего не скажут. Какое-то внезапная неуверенность кольнула молодого человека. Но отступать от плана было поздно. Все уже готово, верные люди ждали в назначенном месте. Он тихо проскользнул к себе в кабинет.

***

На Син Шихонг с утра навалилось много работы: госпоже было нехорошо, тошнило. Ее хозяйка почти ничего не съела с утра, но к обеду вдруг у нее проснулся совершенно безостановочный аппетит. Даже те травы, которые выписал лекарь Е и которые каждый день свежие заваривала Син Шихонг, не могли справиться с этими перепадами. Во Дворце творилось что-то не очень хорошее, судя по сплетням слуг, но Син Шихонг, как всегда, держала рот на замке. Что ее странно смущало – к ней тоже никто особо не подходил. Евнухи держались подальше от девушки, даже солдаты не смотрели дольше мгновения, сохраняли равнодушный вид и проходили, словно ее и не существовало вовсе. Что-то с ней не так? Она подурнела? Нет, Син Шихонг не искала пристального внимания мужчин – от него девушка видела лишь боль. Но все же, она ведь молодая незамужняя барышня... Почему мужчины, даже евнухи, смотреть на нее не хотят? Юная служанка поднялась по ступенькам, ведущим в покои госпожи, сосредоточенно неся в руках горячий укрепляющий отвар, даже не замечая, что внешняя охрана вдруг куда-то исчезла. Девушка настолько была погружена в свои мысли, что так же совершенно не заметила осторожно идущих в след ее шагам чужие. Когда ни один евнух не встретил ее и по пути к покоям, Син Шихонг почувствовала неладное - она вдруг подняла голову и резко обернулась. Последнее, что увидела Син Шихонг – человека в поношенном темно-сером дуань да и с черной плотной маской, закрывающую нижнюю часть лица. Его сильная рука зажала грубо девушке рот, и острое лезвие вонзилось в плоть, легко разрывая нежную кожу, обагряя одежду кровью. Боль не успела еще вспыхнуть в полной мере, как лезвие вонзилось вновь. Кричать не было сил. Остался лишь безграничный ужас в затухающем сознании... Ци Мейли, поглаживая еще плоский живот, увлеченно ела засахаренные цукаты. Кто бы ей сказал, что она будет так счастлива? Беременность, дети – эти слова оставались настолько далеки от ее прежней жизни. В том мире Ци Фэй даже подумать о них не могла. Кому, в конце концов, нужна нищая оборванка-детдомовка? Ни одна приличная семья не захотела бы ее. А рожать одной – это просто умереть с голоду еще и с малышом... Сейчас же девушка, отодвинув все страхи, с большей уверенностью смотрела вперед. По крайней мере, голод им не грозит. Ее малыш родится не в крестьянской хижине, а на шелковых одеялах. В материальном аспекте девушка была спокойна. Хотя не так она себе это представляла... Ох, не так. К тому же, ее беременность проявилась в такое сложное для них время! Но, видимо, Небесам виднее. Ее ребенок! Собственный! Даже если Мин Лэ Ян не сможет полюбить его полноценно как отец, она будет любить за двоих! Никогда ее малыш не почувствует, что значит быть брошенным и одиноким. Ци Мейли улыбалась, гладя себя по животу. Посмотрев на горящую свечу, отсчитывающую время, девушка подумала, что ее служанка где-то сильно задержалась. Внезапно двери тихо приоткрылись, и в комнату спокойно вошел мужчина в потрепанном костюме слуги. Такие работали, как правило, на самой тяжелой и грязной работе во Дворце. Однако черная ткань, прикрывавшая половину лица, рассеяла любые сомнения. Убийца! Его открытые глаза смотрели спокойно и даже высокомерно. Сердце Ци Мейли подпрыгнуло к горлу, конечности в миг ослабели. Попытавшись вскочить с дивана-архата, девушка лишь без сил рухнула обратно на подушки. Вошедший убийца ступал бесшумно и тихо. Он медленно приблизился и остановился перед девушкой, не сводя с нее взгляда. Могла ли Ци Мейли не узнать эти красивые глаза Феникса? Глаза Цзань Си Юаня оставались выразительными, словно нарисованные великолепной кистью художника и напоминали цветом расплавленный янтарь. Он оставил открытой самую запоминающуюся часть лица. Ци Мейли вонзила ногти себе с ладонь. Боль заставила девушку подобраться, с усилием подняться и сесть ровно, сохраняя спокойствие и царственное достоинство. - Цзань Си Юань, прежде чем одеваться в маскарадный костюм низших слуг, стоит закрывать свои глаза. Они тебя выдают, – с некой издевкой тихо сказала Ци Мейли, разглядывая нежданного гостя. К черту вежливость! Мужчина, опешивший на секунду, вдруг рассмеялся, стаскивая вниз самодельную маску. Он отбросил весь пафос этикета, сейчас перед Ци Мейли стоял абсолютно иной человек: без скованных осторожных движений, без подобающей вежливости взгляда. - Ты просто удивительна. Маскарадный костюм? Уверяю тебя, этот костюм– самый настоящий. Твоя служанка уже оценила его по достоинству. О, – вдруг добавил он, – и твоя охрана. Ты знала, что тебя охраняют лучшие стражи внутренних покоев Его Величества? Пока я добрался до тебя, мне пришлось убить в общей сложности десятерых, и больше часа провести в засаде. Странно, что нет тайной стражи - ты стала менее ценна для Императора? Или его шкура важнее? Ци Мейли похолодела от ужаса. Низ живота скрутило, проступала тянущая несильная боль. - Зачем? - Почему ты не с Его Величеством? Он умирает, а Его любимая супруга сейчас одна наслаждается сладостями и покоем... Странное проявление любви... Я искал тебя, ожидая возле покоев Императора, но был удивлен, так не обнаружив тебя там. - Син Шихонг... Что ты сделал? - до Ци Мейли вдруг дошел смысл сказанных ранее фраз. "Убил десятерых... Син Шихонг! Нет..." - Сделал не то, что планировал... Девчонка дернулась в последний момент, и я, вместо того, чтобы тихо перерезать ей горло, вынужден был бить несколько раз, зажимая рот... Вот, испачкался, – показал вошедший свои руки, на которых виднелись засохшие пятна крови. – Да и один охранник не хотел просто так умирать, тоже полоснул меня клинком... – задумчиво посмотрел на свое плечо Цзань Си Юань. В прорези одежды виднелась кровавая полоска. Ци Мейли хотелось разрыдаться, но ради своего ребенка, ради своего мужчины, ради себя самой, в конце концов, она изо всех сил старалась не впадать в панику. Однажды в детдоме группа малолетних хулиганов загнала ее в темный сарай-пристройку, где хранился рабочий инвентарь для уборки территории. Они заперли девочку там и бросили, смеясь. Как бы ни кричала Ци Фэй, как бы не стучала в дверь, поблизости не проходил никто из работников или персонала. В полнейшей темноте и холоде девочка провела много времени. Как любой нормальный ребенок, сначала она долго плакала, сжавшись в комок у стены. Но затем, когда слез почти не осталось, а руки перестали так сильно трястись, Ци Фэй нащупала что-то вроде палки - как оказалось потом, это была садовая лопата - и принялась бить по двери. Энергичные движения помогли разогнать кровь, стало не так невыносимо в холодном неотапливаемом помещении, а упорство отгоняло подкатывающий страх. Сколько часов прошло Ци Фэй не представляла, но вдруг услышала приближающиеся шаги. Вскоре дверь осторожно открылась, и в глаза ударил свет - шум услышал местный уборщик, который следил за прилегающей территорией детского дома. После этого случая Ци Фэй отчетливо поняла - благословен тот, кто не сдается. Милость Небес даруется лишь храбрым. - И что тебе нужно, Цзань Си Юань? Кто ты? - Цзань Си Юань мертв, если тебе это интересно, – буднично заметил молодой человек. – Давно мертв. А насчет вопроса, что я здесь делаю... Видишь ли, Добродетельная Супруга Лули попросила этого чиновника убить тебя, дабы не создавать смуту в ее стремлениях к власти. Это глупая женщина хотела использовать меня словно свою марионетку, однако при всей ее красоте, у нее никогда бы этого не вышло. Такие как она меня не прельщают. Хотя первое впечатление от этой наложницы – самое очаровательное: лицо ее как пудра, а губы - как киноварь. Но эта женщина сообщила мне кое-что интересное... Она сказала, что Ци-гуйфэй беременна. Это правда? Мысли Ци Мейли судорожно метались, страх усиливался. Как Лули-шуфэй могла узнать? Ци Мейли не понимала, что сейчас лучше делать. Что сказать? И самое главное - сколько у нее времени? - Это как-то повлияет на твою решимость убить меня? – сипло спросила девушка. - Я не собирался убивать тебя по началу... - как-то задумчиво протянул опасный гость. - Ты гораздо полезнее живая. Но твой ублюдок все испортит. Поэтому мне придется избавить тебя от этого балласта. - Что?! – побелела девушка, прикрывая живот. – Ты сумасшедший? - Дерзкая и грубая! Этот жалостливый подчиненный сердечно пришел предложить сделку, а ты называешь его сумасшедшим.. – вздохнул показательно Цзань Си Юань, поджимая губы. – Император умирает. Чтобы с ним не делали ваши чудо-лекари, он встретит свой конец очень скоро. Этот яд они не уберут... - Ты?! – резко воскликнула вдруг девушка. – Это ты ранил его?! - Конечно я. Поэтому знаю, что говорю. Через день или два он закроет глаза навсегда. Пока министры будут распиливать трон, всех наложниц похоронят вместе с императором. Я увезу тебя отсюда. Одно твое слово! Ты какое-то время будешь сопровождать меня. Мне очень интересно узнать, что такого в тебе есть, раз Император сошел с ума и даже не взглянул на меня. В глазах Ци Мейли читалось желание убивать. Страх растворялся в дикой злости. Вот кого имел в виду Мин Лэ Ян! Продажный выродок! Он пытался убить ее мужчину, а сейчас хочет убить ее ребенка?! Мысли автоматически обратились к острой золотой шпильке, украшавшей сегодня замысловатую прическу. Рука дернулась, но Ци Мейли удержала себя. Цзань Си Юань ощущал гнев Ци-гуйфэй - казалось, его можно потрогать руками, и от этого ему становилось даже весело. Девушка плюнула ему в ноги. - Ты не притронешься ко мне! Цзань Си Юань снова рассмеялся. - Когда госпожа избавится от ублюдка в своем животе, она очень быстро привыкнет к удовольствию, которое будет дарить ей этот скромный чиновник. Император не найдет покоя в подземном мире, когда увидит, как используют его обожаемую хуангуйфэй. Я дам госпоже гораздо больше ощущений! Либо Ци-гуйфэй просто умрет с другими наложницами. Что думает любимица Его Величества? - Ты и правда меня научишь? Чему? Думаю, это я могу научить тебя кое-каким вещам. Ты еще слишком юн... - вдруг с издевкой парировала Ци Мейли. Лицо Цзань Си Юаня потемнело. - Увидим, госпожа. Дай мне свой ответ. Ци Мейли медленно, не делая резких движений, встала с дивана. - Старший сын лэхоу Чжун Бэя - это гордый титул, он не подходит такому жалкому существу как ты. Кто твой настоящий хозяин? - Тебе не стоит забивать этим голову, госпожа. Жалкий я или нет, ты решишь, когда будешь крепко насажена на мой жезл. - Император никогда тебя не хотел. Он всегда хотел лишь меня, – разжигала злость в его сознании Ци Мейли, стараясь найти больное место в самолюбии мужчины. Банально заговорить этого подонка и потянуть время. – У тебя не было шансов. И со мной нет. Цзань Си Юань был мне интересен лишь как помеха перед моим супругом. Я знала, что ты интересуешься им. Чувствовала. И ревновала. Значит, Ци Мейли его тоже использовала... Ци-гуйфэй ревновала Императора к нему, сам Его Величество ревновал свою супругу к нему же... И в итоге он остался лишь разменной монетой в их играх. Цзань Си Юань ощутил злое неверие. Невозможно! Никто не мог устоять... Рано или поздно их руки тянулись коснуться ядовитого цветка и вкусить обещанную сладость. - Скажи, ты и впрямь использовала темную магию? – с усмешкой на холодном красивом лице поинтересовался молодой человек, беря себя в руки. Сегодня он узнает ответы на все свои вопросы... Благо, им теперь никто не помешает еще некоторое время. – Ни один монарх не станет хранить верность единственной женщине, когда вокруг полно ароматных трав и цветов. Это нелепо и противоестественно. Думаю, ты опоила чем-то Его Величество. Лули-шуфэй права? Ци Мейли оставалось лишь продолжать этот нелепый диалог. Хотя в данный момент ей больше хотелось добраться до кинжала или шпильки. Но... Она не владела боевыми искусствами - ее скорость не сравнится с его. Нужно лишь ослабить бдительность этого предателя - шпилькой в шею Ци Мейли точно попадет... - Есть судьба, Цзань Си Юань или кто ты там. Есть воля Небес. Сколько ей не противься, ничего не выходит. Его Величество просто следует за своими собственными желаниями, а не идет на поводу устоев. Это делает ему честь. Но даже эта гуйфэй не знает, кто будет в сердце Императора через несколько лет... Неволить, привязывать магией? Нет, эта супруга не настолько бесчестна. - Я мечтал... - улыбнулся вдруг ей молодой человек почти нежной улыбкой. - Попробовать тебя на одном ложе с Ним. Мы бы пользовались тобой одновременно... Ты даже не представляешь такого удовольствия... Ци Мейли слушала с нарастающим ужасом, видя перед собой безумца. Однако безумие еще и сочеталось с такими извращенными мыслями... Да что с ним не так?! Между тем Цзань Си Юань вытащил из рукава длинный острый кинжал, обагренный кровью его прошлых жертв, и положил небрежно его на столик рядом. В полах халата мелькнул укороченный клинок на поясе. Ци Мейли как никогда в жизни мечтала о пистолете. Цзань Си Юань медленно пошел на жертву, заставляя пятиться и загоняя в угол. Ци Мейли отходила небольшими шажками ни жива ни мертва. Мужская рука осторожно потянулась, и тонкие длинные пальцы несильно обхватили нежную нефритовую шею. Цзань Си Юань играючи сжал ее, наклоняясь к губам. Долго, очень долго он рассматривал лицо девушки, из-за которой он испытал такое сильное унижение. Его губы коснулись ее, обдавая теплым дыханием. Ци Мейли резко сжалась и отвернулась. Цзань Си Юань усмехнулся. Власть над этой недоступной женщиной опьяняла. Интересно, какова на вкус ее кровь? Он посмотрел на белое предплечье жадным взором. - Какая скромница... Вы, женщины, умудряетесь прикидываться невинными овцами, пока мужчина не вытащит наружу вашу сучью натуру. Дай мне пару недель – ты будешь умолять меня о ласках... Ци Мейли вновь взглянула в лицо убийце, надеясь придумать, как выхватить шпильку и нанести удар человеку, чье мастерство превосходит ее во много раз. Она не успеет даже глазом моргнуть, как будет скручена. Однако если сейчас не попытаться, ее ребенок просто умрет - достаточно одного удара в живот. Боковым зрением Ци Мейли вдруг увидела легкое движение за темной тяжелой бархатной ширмой. За ней пряталась небольшая дверь, ведущая в императорскую купальню. Еще один человек появился словно из ниоткуда, материализуясь в просторных расшитых занавесках на окнах. Абсолютно бесшумно он соскользнул в комнату. Его поступь была легка, невесома, какое-либо оружие на его одежде отсутствовало. Девушка ощутила, как сердце забилось тяжелыми толчками. Мин Лэ Ян! Как же он не похож сейчас на себя обычного! Это был такой же наемник, проникший в комнату за своей жертвой, с аурой смерти и явным желанием крови. Поражаться быстрой смене личностей своего супруга девушка не устанет, наверное, никогда. Главное, он успел! Ци Мейли тяжело и загнанно дышала. Силуэты людей она видела лишь слегка - боялась отвести взгляд от лица мнимого господина Цзаня и выдать ему тем самым чужое присутствие. Ци Мейли опустила глаза: одной рукой Цзань Си Юань удерживал девушку за шею, другой - уже подцепил завязки светло-сиреневого халата, расшитого цветами лотоса на манжетах, с круглой горловиной. Он что-то говорил ей про рассмотрение цветка, ради которого он заложил голову, но голос звучал словно на периферии сознания Ци Мейли. Все, что нужно – не допустить, чтобы мнимый Цзань Си Юань заметил Мин Лэ Яна раньше. Ради этого девушка намеренно шла на риск. Она вдруг медленно подняла руку и провела ею по груди Цзань Си Юаня. Ци Мейли была безоружна, поэтому мужчина лишь опешил, но не стал мешать ее действиям. Ему стало интересно. Рука девушки спускалась все ниже и ниже, пока не добралась до напрягшегося члена. Обхватив чужую плоть через ткань, она приятно сжала ее, легко стимулируя пальцами. Цзань Си Юань застыл на мгновение, ошарашенный такой смелостью. Страх в глазах девушки скрылся за вызовом опасного удовольствия, словно подначивающего его самого той самой сладостью, прочно засевшей в мечтах. Этого мгновения Мин Лэ Яну хватило, чтобы занять лучшую позицию, рука осторожно нырнула в полы темного дорожного костюма. Кровь ударила мужчине в голову, наблюдающему за движениями Ци Мейли, он вдруг перестал сдерживать свои эмоции. Цзань Си Юань слишком поздно среагировал на упавшую температуру в комнате. Холод, который он привык ощущать от Императора, коснулся его затылка, но мгновением раньше сверкнула серебристая вспышка – лезвие промелькнуло перед глазами, и Цзань Си Юань с ужасом увидел, как рука, которой он держал шею Ци Мейли, отделилась от его тела. Пленница рванулась прочь, метнувшись за широкую спину спасителя. В ужасе отступив, Цзань Си Юань смотрел на свою обрубленную руку и на ту ее часть, что теперь безвольно лежала на бордовом ковре. Мужчина, не веря в происходящее и потому не чувствуя боли, в шоке уставился в темные злые глаза. Император! Здесь. Живой. Он отступил на шаг. Оглянувшись, Цзань Си Юань словно сквозь пелену увидел силуэты людей в черном, которые проникали в комнату и отрезали ему путь к любым попыткам бежать. Молодой человек вновь посмотрел на монарха немного растерянным взглядом. Нет. Перед ним стоял не Император. Перед ним стоял такой же убийца. Цзань Си Юань, следуя многолетней муштре, точно ударил себя по всем точкам, запечатывающим кровотечение. Пусть он выиграет немного времени, но этого должно хватить... Красивый мужчина в костюме слуги не обращал внимания на боль – он жил с ней много лет. - Хуаншан, – выплюнул Цзань Си Юань. – Вы, смотрю, живучий. - А ты хотел бы видеть Нашу кончину? - Ваш раб ее ждал... - Чтобы протянуть руки к Нашей женщине? Мин Лэ Ян не торопился. Сейчас можно не спеша и с расстановкой пообщаться с этим мальчиком. Вернуть долги... Каждый из этих подосланных шпионов считает себя умнее всех. Ну, что ж... Пусть Ци Мейли послушает, ей будет полезно понимать, откуда берутся враги и кто ими может оказаться. А за этот вольный жест – отвлечение внимания соблазнением - он с супругой поговорит отдельно... - Не скрою, мечтал поваляться с ней на простынях – Вам на зло. Вы так показательно игнорировали меня ради нее, Ваше Величество. Даже обрюхатили своим отпрыском. - Следи за словами, падаль... Ты говоришь об императорском наследнике, – холодно оборвал браваду Мин Лэ Ян, закрывая спиной от него Ци Мейли. Женские тонкие нежные руки лежали на его спине, словно прожигая, изгоняя внутреннюю панику. Благо, что он был неподалеку от Дворца, в местном тайпине западной части города. Его шпион из тайной охраны, приставленный к этому предателю, кинулся с донесением, едва Цзань Си Юань переоделся и стал следить за монаршими покоями. Эти никчемные внутренние стражи императорской гвардии оказались бесполезны... Лучшие среди лучших? Им повезло, что каждый из этих охранников уже мертв... Цзань Си Юань рассмеялся. - Что Хуаншан мне сделает? Убьет? Этот раб давно готов к смерти, – лгал он. – Но мой хозяин все же отомстит за меня. - Отомстит за тебя? Мы сейчас говорим об одном и том же ублюдке – Ин Гао Дэ? Твой извращенец-хозяин не рассказал своей марионетке, что он для него – пыль? У него давно уже новый любимчик. Ты лично его выбрал, помнишь? Цзань Си Юань с трудом дышал, превозмогая боль. Тайные стражи позади не двигались, а Мин Лэ Ян легко играл мечом в руке, на котором не осталось ни единой кровавой капли - казалось, ничто не может испачкать благородный клинок. - Что Вы знаете? Мой господин уничтожит и Вас, и Ваш Трон! Верный раб сделал для этого все! Мин Лэ Ян вновь посмотрел прямо в глаза молодому человеку. С усмешкой он спросил: - Ты и правда считаешь себя настолько умным? Или ты думаешь, что ты первый, кто явился к Нам? Чем ты выделялся, кроме смазливой внешности? Умом? Есть умнее. Красотой? Есть желаннее. Ты – жалкий раб, сломленный и брошенный на растерзание. Чжэнь подозревал тебя с самого начала – с твоего появления в лесу. Ты не задумывался, почему при всей благосклонности, Цзань Си Юань не имел доступа к действительно важным государственным делам? Глупый шпион отправлял лишь те сведения, что ему позволяли находить. На сегодняшний день твой правитель слеп словно крот. И в эту ловушку позвал его именно ты, ничтожество. Слова падали тяжело, очень холодно, убийственно для понимания Цзань Си Юаня. Его разум отказывался признать, что с ним лишь играли все это время. Во всем... Его вели словно куклу, марионетку, подбрасывая кости вместо мяса, создавая иллюзию симпатии и расположения, но в итоге... Он оказался в дураках. Цзань Си Юаню казалось, что еще немного и он сойдет с ума. Может, это просто бравада? - Вы не смогли увернуться от яда. Его Величество не всесилен! Почему же Вы выжили? Как? - этот момент оставался для него неясен. - Твой дротик Нас и правда задел. Однако твой яд не представлял для Нас опасности. Уже, – зловеще улыбнулся Мин Лэ Ян. – Верные люди в лагере подменили твои дротики, пока ты изучал карту деревни с другими генералами и советниками. Ты ведь вынужден был оставлять их, выходя на вечерний ужин, ограничиваясь лишь обязательным мечом... Мог ли ты их надежно спрятать в палатке? Собственно, все твое оружие было заменено. Каждая стрела была очищена от яда. - Как Император мог узнать? – прорычал Цзань Си Юань. Его глаза покраснели от злости и отчаяния. - Чжэнь просто наблюдал за тобой. Изначально. Поэтому видел больше, чем ты бы хотел. Мы думаем, что светская беседа затянулась. Ты и с одной рукой попытаешься Нас убить, верно? Мы дадим тебе такой шанс. - Что? – воскликнула позади Ци Мейли. – Ты спятил! Не лезь к нему, пусть его прибьют твои люди! В дрожащем голосе девушки слышался сильный испуг. Мин Лэ Ян лишь улыбнулся на эти грубые неосознанные приказы. Что же с ним будет, когда она действительно осознает свою власть над ним? Страшно представить. Мин Лэ Ян с нетерпением ждал этих стычек, а пока... Он немного повернулся и легко погладил перепуганную девушку кончиками пальцев по щеке. – Испугалась? – нежно спросил он, а когда Ци Мейли неуверенно кивнула, наклонился к ее уху и прошептал. - Прости меня. Я опоздал, не оградил тебя от опасности. Думал, моя лучшая стража стоит больше... Тело Ци Мейли в следующий миг обмякло – Мин Лэ Ян быстро нажал на точку сна. Он легко подхватил бессознательное тело и аккуратно перенес на застеленную кровать. Цзань Си Юань хотел растерзать этого человека – огонь ненависти горел в груди ярким мучительным пламенем. Еще мгновение – и загнанный в тупик молодой человек готов был броситься на монарха со спины, и плевать на его сторожевых псов! Тело непроизвольно дернулось вперед, выхватывая здоровой рукой клинок, но Цзань Си Юань вдруг словно запнулся, не сделав ни шага – его остановил взгляд Императора, которым он посмотрел на почти поверженного, но не сломленного врага, оторвавшись от спавшей безмятежным сном Ци Мейли. Этот острый клинок взгляда перевернул все в душе Цзань Си Юаня. Казалось, перед ним вдруг появился совершенно иной человек, спрятанный под личиной сдержанного и величественного монарха. Да и человек ли? Сейчас этот мужчина в черном дорожном костюме больше напоминал демона. Холод его давления моментально достиг застывшего Цзань Си Юаня. В черных глазах осталось лишь обещание страшной смерти. Мужчина вновь легко покрутил меч в руке, словно раздумывая. Цзань Си Юань в ужасе понял, что впервые в жизни видит настоящую личину этого человека, настоящее Я, замаскированное в роскошные одежды и величественные, дорогие украшения, словно редкий дорогой нефрит. - Нападай, – коротко приказал надвигающийся противник. Его силуэт в глазах Цзань Си Юаня вдруг словно увеличился, разросся и заполнил всю комнату. Липкий страх осел сухостью на языке. Однако монарх просто пристально смотрел на раненого мужчину. – Бей первым. Это твой единственный шанс. Победишь – выйдешь отсюда. Цзань Си Юань никак не мог преодолеть силу пугающего взгляда человека напротив. Темнота ауры словно лишала воли, холод властного давления замораживал тело, в голове остался лишь шум. Было страшно даже представить, что с ним сделает это проявившееся чудовище. Его хозяин - Ин Гао Дэ, правитель Цинь - тоже был чудовищем, однако представший в своей сути Император Тянь-ся наглядно показал, что чудовища в человеческом обличье могут быть еще страшнее... Цзань Си Юань в один миг перестал видеть человека - перед ним предстал оживший собственный страх, материализовавшийся прямо у него на глазах. Этот ужас подходил к нему все ближе и ближе... За ничтожную жизнь в виде игрушки разных хозяев молодого человека много раз мучили, разрывали тело насилием, заставляли жить исключительно животной сущностью, стирая из памяти, что он – человек... Но еще ни разу Цзань Си Юаню не было настолько страшно. Дышать становилось труднее, перед глазами появилась белая пелена. Молодой человек силился поднять свой специальный короткий меч наемных убийц, который вдруг стал неимоверно тяжел. - Кто ты? – слегка безумно прошептал Цзань Си Юань. – Кто ты такой... Оживший черный страх словно и не слышал. Он просто усмехался в ответ. Цзань Си Юань ощутил удар лишь в последнюю секунду благодаря выработанным инстинктам. Колебание воздуха. Также инстинктивно он парировал выпад своим мечом. В этот момент что-то внутри молодого наемника-шпиона оборвалось, словно этот оживший страх полностью поглотил сознание, затопил обезумевшие янтарные глаза. Сила давления Императора была настолько велика, что Цзань Си Юань упал на колени, роняя меч. В голове снова и снова звучал звук плети, бившей и бившей его тело, приручавший его, словно непослушную скотину.«Пес! Ты всего лишь пес у ног хозяина! Будешь гавкать по команде за объедки и лакать воду с пола». Цзань Си Юань тонул в панике, в воспоминаниях о своей сущности, его разум исчез. Следуя вбитым рабу правилам, он на четвереньках подполз к черным шелковым сапогам стоявшего напротив демона и, принявшись облизывать их языком, заскулил: - Этот пес заслужил наказания! Эта собака готова искупить свои грехи, служа новому хозяину. Этот пес будет жить на цепи и в будке – как новый хозяин скажет... Мин Лэ Ян холодно взирал на эту жалкую картину, но в то же время подспудно ждал нападения. Либо этот мальчишка сломан окончательно и его рассудок помутился, либо это просто хитрый ход. Он отпихнул от себя сгорбившееся тело на четвереньках. Этот красавец с глазами Феникса... Что Ин Гао Дэ делал с ним? Мин Лэ Ян очень хотел хорошей драки, но быстро понял, что с этим жалким подобием ничего не выйдет. Перед ним сейчас всего лишь сломленная шлюха, которая научилась нескольким приемам с ножом и луком. Он ему не противник. Видимо, придется подождать личную встречу с хозяином этой падали... - Думаешь, – тихо заметил все еще стоявший неподвижно Мин Лэ Ян убийственно-спокойным голосом, – впал в безумие, стал псом и на этом все? От наказания уйдешь? Ты только что, грязный раб, пытался убить Нашу супругу с Нашим наследником... Ты правда решил, что твое унижение спасет тебя? - Этот пес ничего не делал! Он служил хозяину! – раз за разом покорно повторял Цзань Си Юань. Подняв красивые, но совершенно сумасшедшие глаза на мужчину в черном походном костюме, он вдруг начал судорожно раздеваться. – Этот раб будет служить хозяину, как он захочет! Этот пес будет целовать ноги хозяина за любую милость... Мин Лэ Ян не проявил ни сочувствия, ни пощады. Конец этого молодого красавца-раба мог быть совершенно иным – не согласись он с планом неблагодарной суки, возомнившей себя Фениксом. Более того, этот жалкий шпион хотел забрать Ци Мейли себе, протянул к ней свои руки, хотел ее ласк, однако был готов при этом и убить беременную женщину... Внутренняя злость Мин Лэ Яна разрасталась словно ком, наслаивая друг за другом воспоминания о флирте Цзань Си Юаня с его супругой, обольстительных улыбках, адресованных ей, сладких словах. Последнее, что мелькнуло в голове – Ци Мейли ведет рукой по груди этого ублюдка и опускается ниже – к его паху... Меч вновь взметнулся серебряной молнией, нанося сильный быстрый удар. Кровь любимой луны Ин Гао Дэ брызнула крупными каплями. По комнате прокатился истошный крик. Смертоносное лезвие вспыхивало ярким блеском в солнечных лучах, опускаясь на плоть поверженной жертвы. Удар, удар, удар. Мин Лэ Ян в тот момент словно заново видел ужас и страх на лице Ци Мейли по вине этого подосланного шпиона. Это ничтожество пришло отнять ее! Мин Лэ Ян едва не потерял своего ребенка! Меч падал словно топор мясника. Крики жертвы, бившейся в предсмертной агонии, тонули в пустых комнатах и коридорах. Ци Мейли тихо и безмятежно продолжала пребывать в спокойном мире глубокого сна. Она не могла лицезреть то чудовище в нескольких шагах от нее, которое пробудил и разозлил любимый раб-наложник монарха Цинь. Иногда незнание - блаженство.