Глава 143

Но вместо того, чтобы сразу начать рассказ, сталкер осматривается вокруг нас, тяжко вздыхает и грузно присаживается на табурет, начиная сворачивать удочку. Старая такая, со следами ржавчины и местами слезающим покрытием. — А я даже и не знаю, что тебе рассказать, сталкер, — он бросает на меня краткий взгляд исподлобья. Сначала говорит, что все, слушай, а потом идет на попятную? — Но постараюсь. Ты куда вообще идешь? — Ты же знаешь, что о таком спрашивать не принято? — склоняю голову набок. — Допустим, иду на юг. — Юг, значит, к ученым… И ты этого, конечно, не говорил, — рыбак горько усмехается. — Эти русские… гниды те еще, не советую. Ни за что, ни про что ребят посылают на верную смерть, а потом платить не желают! — А чего так? — Ой, да я и не знаю, — старик сплевывает густую и вязкую слюну себе под ноги. — В общем… иди на свой страх и риск. Не знаю, как там все устроено у вас на Правом Берегу, но здесь все точно иначе. В Ивановке, в селе, что к югу отсюда, поселились другие сталкеры - если хочешь больше информации, то обратись к ним. А дальше этого села идти не советую - последний Выброс будто поделил наш берег на две части, аккурат за Ивановкой. Аномалий настолько много, что через эту плотную завесу пройти точно нельзя. — Ты же понимаешь, что этого недостаточно? — мне остается только вздохнуть. За отданные деньги я получил только ахи-вздохи-плохие русские, а еще вон там тоже можно поспрашивать. — Где какие есть архианомалии, какая живность водится в округе, куда лучше вообще не ходить, почему… — Та я ж откуда знаю, я тут рыбалю понемногу, в остальное не лезу, — слегка возмущается в ответ сталкер, пожимая плечами. Бесполезный. Или только таким притворяется… Будет мне наука - сначала информация, и уже после нее оплата. — Но деньги не отдам, я сказал тебе достаточно! — В Ивановку, говоришь, заглянуть надо… Ладно, бывай, старик-обманщик, — мне остается только махнуть на этого бродягу рукой и пойти по своим делам дальше. — Эй, если в Ивановку идешь, так может вместе пойдем? Оно всяко веселее будет, да и безопасне… — окликает меня рыбак, как только я начал подниматься по небольшому пригорку, чтобы выйти на старую и пыльную дорогу. — Сам дойдешь, — бросаю ему напоследок. — А если за мной увяжешься - пристрелю как собаку. Будь здоров. Такие персонажи, если задуматься о каких-то примерах из жизни или игр, зачастую имеют немало врагов… И вполне естественно, что эти самые противники есть. Уж слишком ведут себя как гниды - деньги взял, а толком мне ничего не рассказал, поведав только об одном сталкерском лагере, а потом технично слился. “Я не я, моя тут только рыба, ничо не знаю”. Тьфу, тварь. К чему это я веду? А к тому, что вполне может оказаться так, что через пару-тройку сотен метров выйду на нескольких сталкеров, которые вовсю ищут одного деда-рыбака. И увяжись за мной этот черт… Даже думать об этом не буду. А если бы такого и не случилось, с него бы сталось напеть всем в Ивановке, что мы чуть ли не лучшие братаны, и я готов за его банкет заплатить или что-то в этом роде. Ха-ха, успел уже всякого разного про этого мудака надумать. Но ладно, плевать. Мне надо двигаться дальше. Взбираюсь, наконец, по пологому и небольшому склону на разбитую дорогу и направляюсь на юг. Дорога же… растрескавшийся асфальт, которого в некоторых местах вообще нет, а кое-где из-под серо-черных кусков проклевывалась зелень. А так же неподалеку от себя заметил несколько скоплений аномалий - парочка воронок на самом асфальте, и еще несколько трамплинов вдоль обочины. Позади слышится сердитое сопение рыбака, и я, не обращая на это внимания, медленно направляюсь вперед. Здесь очень красивые места. По левую от меня руку журчит бликующая на солнце вода, изредка слышатся громкие всплески, и могу поклясться, что один раз даже заметил выпрыгнувшую из водной глади рыбу. Та была по-настоящему огромной, с переливчатой чешуей и огромными плавниками на спине, брюшке и по бокам тельца. Водится, значит, в Припяти живность… На миг даже задумался, а пробовал ли кто-то питаться такой рыбой? То, что сталкеры жрут кабанов, плотей и слепышей, это мне известно даже на собственном примере. А ведь наверняка есть и те, кто едят снорков там, кровососов и прочих, кому не повезло стать жертвой эксперимента. Кстати, читал когда-то давно, что каннибализм приводит к целому букету страшнейших заболеваний, если им злоупотреблять. И чем же, в таком случае, могут захворать любители полакомиться мутированной человечиной? — Хм, — поджимаю губы, на миг останавливаясь. — Хоть самому диссертацию писать… Влияние мутированной человеческой плоти на организм недо-каннибалов. Жаль, правда, что никакого профильного научного образования у меня нет… От этой мысли в голове сразу всплывают воспоминания о прочитанном в документах. Мое альтер-эго училось в целом хорошо - четверки и пятерки, закончило одиннадцать классов и пошло учиться в медицинский вуз. Только вот забросило учебу на первом же курсе и отправилось служить срочную службу. После восстанавливаться никуда не стал, явно перебиваясь случайными и, почти наверняка, не очень законными способами заработка. Там же, поди, про Зону и узнал, рванув сюда за деньгами. Родители… погибли точно так же, как и в моем мире, оставив после себя не только меня, но и внезапно появившуюся младшую сестру Мирославу. Несчастная девчушка уже в свои двадцать с небольшим мать-одиночка, едва вытягивая учебу, работу и воспитание ребенка. Какой-то мудак запудрил ей мозги на фоне автокатастрофы, в которой погибли родители, обещал жениться и… заделал ребенка, уйдя в закат через несколько месяцев, когда аборт уже было нельзя сделать. Алиментов, понятное дело, никто никаких не платит - Мира не стала подавать в суд и как-то пытаться доказывать отцовство. А больше по этой ситуации ничего написано и не было. И, как я и думал, все мои родственники мудаки, да и сам Георг, мое альтер-эго, далеко от них не ушел. Никто из многочисленной толпы кровных прихлебателей ей не помогает, а единственный прямой родственник где-то потерялся… Конечно же, оставить эту несчастную девочку совсем одну я не мог. И хоть до отпуска вне Зоны еще далеко, но все-таки я договорился с Сахаровым, чтобы тот от моего лица переслал часть заработанных с контракта денег. Так же при помощи ученого записал небольшое голосовое сообщение на диск, чтобы ее подбодрить и пообещать приехать под конец ноября. Считаю, что свой минимальный братский долг я выполнил. За всеми этими размышлениями я даже не заметил, как ноги меня привели почти к самой цели - вдалеке виднелась выцветшая табличка с надписью “Ивановка” Дорога резко свернула вправо, уйдя в густой и заросший лес, полный берез и сосен. А Припять же осталась позади, хоть ее журчание было слышно даже и сейчас. Подъезд к поселку был заполонен аномалиями, между которыми по следам сапог виднелась хорошая такая тропка - уже прохоженная. Начинаю медленно приближаться сначала к знаку, а потом и к первому попавшемуся мне дому, который на поверку оказывается простой и безлюдной развалиной. Продвигаюсь вглубь поселения, отмечая все больше и больше признаков человеческой жизни здесь. Свежие на вид окурки, консервные банки, запах блевотины и даже мочи в одном особо злачном дворе. Местные сталкеры точно не похожи на Волка - за попытку “щенка” помочиться на его территории того ждала не только кастрация. А тут… просто мерзко. Местами. Вскоре я вырулил на небольшую детскую площадку с песочницей, каруселью и парой сломанных качелей посреди огороженного островка земли. На вросших в землю деревянных лошадках сидело трое сталкеров, разной потрепанности, и тихонько что-то обсуждали. Было бы, наверное, полезно вслушаться в их разговор, но разговарили уж больно они тихо. — Здарова, мужики, — окликаю их и здороваюсь одновременно, подходя ближе. При моем приближении те хватаются за стволы, но так, просто показывая, чтобы я не дурил. — Ответите на парочку вопросов от путника? — И тебе привет, ковбой, — усмехается патлатый сталкер, чьи длинные волосы свалялись и скомкались в один жуткий колтун. — Че надо от нас? — Да вот, хочу спросить, где у вас тут можно информацией разжиться? — отвечаю я. — Ха, говоришь как в дешевых книжках по ЧЗО, — усмехается его товарищ - сталкер, у которого не хватало пары передних зубов. В руках он держал маленькую стопку, на дне которой собралось несколько капель. Похоже, что я прервал веселье. — Если какие-то вопросы есть, то шуруй в магазин. Отсюда прямо, на первом повороте налево… Там все наши собираются обычно. — А вы почему здесь, раз все ваши там собираются? — Полегче, сталкер! — бычит патлатый. — То, что ты весь из себя такой крутой, не дает те… — Да тише ты, Лохмач! — вмешивается беззубый. — А тебя, бродяга, это вообще волновать не должно. Иди куда шел, не мешай людям отдыхать. Приходится последовать его словам, чтобы не нажить себе лишних проблем. Если беззубый и Лохмач просто на меня поглядывали исподлобья, то вот третий их событульник, чье лицо было похоже на испещренную кратерами поверхность Марса, смотрел на меня очень даже угрожающе. По-зверски. Словно был готов наброситься прямо там, на детской площадке. Дойти до поселкового магазина труда не составило, и даже с улицы можно было услышать несколько громких мужских голосов, разговаривающих на повышенных тонах. Подхожу ближе, чтобы получше все расслышать. — … как вы мне все дороги! — с надрывом кричит мужчина, переходя на хрип, и его дальнейшие слова расслышать становится невозможно. — Сам иди к черту, конченная пьянь! Чтоб ты сдох, а твой труп еще собаки насиловали! — в ответ срывается другой сталкер. Назревает какая-то потасовка… Влезать или нет? Ну, как минимум, посмотрю. Слышится еще порцию отборной ругани, которая стихает, как только я громко открываю входную дверь. Не рассчитал силы, и та с грохотом и треском врезалась в стену узкого коридорчика. Чертыхнувшись, осторожно прикрываю ее, и прохожу дальше, чтобы лицезреть уставившиеся на меня несколько пар глаз. Не обращая внимания, сперва обвожу взглядом все помещение. Некогда продуктовый магазин ныне переоборудован в сельский бар. На полу затертая плитка и грубо сколоченные из досок небольшие столики, у которых роль стульев исполняли бочки и ящики да голые стены с парой рулонов оставшихся держаться на соплях обоев. Никаких продуктовых полок или чего-то, что могло напомнить о былом, не было. В одном из углов помещения стоял крепкий на вид стол, на котором расположилась газовая конфорка - здесь, видимо, еще и готовят на вынос. — Ты кто, мля, такой? — сипло спрашивает сталкер, что страшнее атомной войны. — Ты че влез в наши разборки!? Ты, мать… Но тут его прерывает, судя по всему, хозяин заведения. — Прохор, итить твою налево! Не впутывай в свои пьяные бредни посторонних! — грозно прикрикнул на него высокий мужчина с блестящей в свету единственной болтающейся под потолкам лампы, разгоняющей полусумрак. Прохор же, кинув гневный взор, подхватывает манатки и практически сбегает отсюда, задев меня по дороге плечом. — А ты, брат-сталкер, не серчай на этого алкаша… Хочешь чего-нибудь? Поесть, выпить, закусить? — Зашел сюда поговорить и узнать о местных раскладах, — сразу же отвечаю, подходя ближе. — Хочу узнать, какие опасности могут меня ожидать по дороге на юг… Я сам-то нездешний, пришел с Правого Берега. — Давненько из ваших краев никто не захаживал к нам, — осклабился в улыбке бармен. — Меня Васильком кличут, скажу сразу - увлекался по молодости ботаникой, оттуда и прозвище мое. Шутить будешь - все зубы повыбиваю. — Очень мудро начинать разговор с угрозы, — хмыкаю на его замечание. — Палач, как-то топором отрубил голову кровососу. Так что ты тоже будь поосторожнее, лады? — Но сейчас при тебе топора нет, не так ли? — Зато есть огнестрел. И, раз уж мы закончили мериться письками, — Василек издает громкий смешок, пока веселье у остальных посетителей этого местечка начинает набирать обороты. Говорили мы полушепотом. — Чего мне стоит ожидать по пути на юг? — Смотря на какой юг держишь путь, — пожимает плечами бармен, опираясь спиной о стену. — На строгий. — Ну-у, — на миг он задумывается. — Несколько брошенных деревень, пара крупных поселков, мутанты, сектанты и грабители вперемешку с контрабандистами. — Вот это разговор, — мысленно улыбаюсь я. Наконец-то какая-то конкретика. — Расскажи обо всем поподробнее. Но вместо ответа Василек поднимает руку и трет большим пальцем о сложенные вместе указательный и средний, явно намекая на взятку. Приходится дать ему несколько свернутых вместе сотен, чтобы развязать его язык. — Насчет деревень и поселков - все, кроме Опачичей, лучше обходить стороной. Что-то нехорошее там поселилось, много сталкеров пропало без вести, — Василек переводит дыхание. — Причем те, кто решает по чисту полю идти, спокойно возвращаются и хабар набирают. Иная судьба ждет тех, кто решает зайти в старую деревеньку на ночлег… Из мутантов, да как и везде: собаки, кабаны, кровососы… Ах, да, у нас еще банда изломов заявилась - грабежом путников промышляют. Но, правда, берут только еду - остальное не трогают. А нашим мужикам проще консервой откупиться, чем патроны тратить и шкурой рисковать. — Понял, увижу изломов - кину консерву, — киваю, надеясь, что это реальный совет, а не попытка развести доверчивого сталкера. — Ты еще про сектантов говорил… — В целом, ребятки мирные, — пожимает плечами бармен. — Но кукушка у них повернута наглухо. Один знакомый, которому можно доверять, нашептал мне, что эта секта не здесь образовалась, а из-за Периметра пришла. Мол, проблемы с законом и прочее, проповедник их всех в охапку взял да и повел сюда, в Зону, обживаться. Собственно, Опачичи под ними и находятся. Торгуют со всеми сталкерами, водку с консервой чтут за второго святого, но… все-таки, с ними надо вести себя поосторожнее. Глядят иногда очень и очень недобро, как будто с потрохами сожрать готовы. Ты, кстати, мог парочку из них и у нас увидеть. В бар, понятное, дело не впускаю их, но пожрать-выпить продаю. — Кажется, видел одного, сидел с парой ваших неподалеку отсюда, на детской площадке, — поддерживаю беседу. — Смотрел именно так, как ты описал. — А-а, опять эти пьяные проповеди начались, — вздыхает Василек, качая головой. Кто-то позади меня бросит добавки. — Сейчас!.. Так, на чем мы остановились? А, точно! В общем, к сектантам постарайся не лезть, чтобы не нажить проблем ни себе, ни нам. Про бандитов и контрабандистов, думаю, рассказывать не стоит… первые убивают и грабят, вторые покупают краденое и продают товары из-за Периметра втридорога. Про юг, вроде бы, все тебе рассказал. — А про непроходимый слой аномалий прямиком за Ивановкой почему не сказал? — Кто тебе эту дурость ляпнул? Все там проходимо, две аномалии всего лишь! — возмущается бармен, раздувая ноздри. — Ты, сталкер, не думай, что я как-то надурить тебя пытаюсь. Вот выживешь ты в западне какой и пойдешь мне потом мозги вышибать. А мне это надо? Так что, если вдруг что-то будет надо, то спрашивай у меня, а не у всяких… встречных-поперечных. Ух, Рыба-ак, повезло тебе, что сразу тебя тогда не застрелил, гаденыш. Скормил мне, уродец, утку за деньги. Впрочем, ладно, хоть рассказал, где можно разжиться стоящей информацией. И из всего этого выходило, что придется идти по лесу и проселочным дорогам, в обход деревень и сел. Разбираться с какой-то деревенской хтонью в мои планы не входит, как и как-то контактировать с сектантами - уже хватило Темных. Да и, к тому же, можно будет пофотать для Марьи нескольких изломов. Думаю, те не откажутся от фотосессии в обмен на тушняк. На этом моменте сердечно прощаюсь с барменом и направляюсь на выход. Памятуя о двери, осторожно открываю ее, придерживая, и выхожу на улицу. Где я сразу встречаю Прохора в компании Лохмача, сектанта и Беззубого, перептывающихся за углом бара. Из-за того, что я вышел тихо, те сразу меня не заметили… И я решаюсь тихонечко подойти поближе, чтобы прислушаться к их разговору. — … не вышло драку начать, какой-то идиот пришел и дверью со всей силы по стене лупанул, все сразу успокоились, — жалуется на меня Прохор, говоря уже не таким пьяным голосом, какой был в баре. — А потом и Василек вмешался… — А я тебе говорил, — голос сектанта звучит очень глубоко, как будто передо мной какой-то диктор рот раскрыл. — Не надо было того сталкера в бар отправлять! — Да я думал, что брат Прохор воспользуется возможностью и пришлого в оборот возьмет! — чуть громче нужного отвечает Лохмач. — Начнись потасовка, всех жертв можно было бы списать на чужака, а мы будто бы и не при чем. Интересно девки пляшут. Сектантское лобби пытается захватить власть в одном отдельно взятом и полностью пропитом сталкерском селе? Обязательно бы поучаствовал во всем этом, но мне, к сожалению, надо идти.