Глава 145

Новосибирск, следующий день. Мирослава впопыхах отвела Юлю в садик и помчала на работу, чтобы написать заявление на увольнение. Получив помощь от брата, девушка решила не сидеть, сложа руки, а схватить удачу за хвост. Первым делом, которым она решила заняться, было увольнение с опостылевшей работы. Если просто работать кассиром ее устраивало, то администратор, ее непосредственный начальник… Слишком уж часто распускал руки для “случайности” и делал очень сомнительные предложения. Нет, с этим мириться она не будет! Мира понимала, что средства от брата рано или поздно кончатся, как и вся его поддержка в целом - слишком уж тот был непостоянным. А потому полученные средства девушка потратит с умом - часть отложит, часть, так уж и быть, потратит на Юлечку и себя, а на последнее - будет искать новую работу. Поближе к дому, с условиями получше. Что-нибудь точно найдет. А если брат действительно продолжит помогать с деньгами, то можно будет и вовсе уволиться, перейдя обратно на очное отделение. Но для этого ей нужно убедиться в том, правда ли ее брат стал другим человеком. Тем, кому можно доверять. Новосибирск, немногим позднее. Ох, как хорошо чувствовала себя Мирослава, выйдя из магазина. Мудак чуть ли не благим матом крыл ее за желание уволиться, обещал ей все кары небесные обрушить на голову. Но, к счастью, эту сцену застала директор магазина и подписала заявление Миры. И, в качестве компенсации, позволила не отрабатывать положенные две недели. А теперь, разобравшись с самым главным делом на сегодня, девушка решила отправиться в библиотеку. Увы, собственного компьютера дома у них не было, как и выхода в интернет. А потому, чтобы разузнать поподробнее про этот лабораторный комплекс, ей потребуется помощь. Которую, за вполне скромную плату, ей оказали. Милая девушка на входе не только проводила к компьютеру, убедившись, что ее посетительница умеет им пользоваться, но так же предложила налить чашечку чая, от которой Мира решила не отказываться. И вот, вооружившись компьютерной мышью, выходом в интернет и терпким, черным чаем, девушка отправилась серфить по сети. Через чуть более получаса активного изучения сети, Мирослава сидела перед монитором с раскрытым от удивления ртом. Ее брат мало того, что смог каким-то чудом добраться из России до Украины, так еще и устроился там на работу в одну из самых передовых лабораторий! Так мало того, его фотография была у них на сайте как лучшего работника месяца! И подпись под ней гласила: “Чернов Георгий Александрович, младший научно-полевой сотрудник лабораторного комплекса Янтарь, почетный работник месяца.” — Как тебя вообще угораздило? — тихо, чтобы не помешать другим посетителям, вопрошает девушка у изображения на пузатом мониторе. Но брату стоило отдать должное, солидная доля уверенности в нем у нее появилась. Однако ей еще предстоял разговор с тем, чей номер ей оставили. Уж у того человека она все спросит! Левый Берег, окрестности Опачичей, то же время. В этот раз удалось переночевать не в лесу, как это было в последние несколько дней, а в избушке этого горе-охотника. Пройдя по его следам, смог выйти на логово, где он занимался своей обычной деятельностью. Странно, что тот решил поселиться поодаль от поселка, но, наверное, какой-то резон в этом был. О нем мне теперь уже не узнать. Сам домишко был возведен относительно недавно, где-то около года назад, и представлял собой типичную избушку три на три метра. Никакой кухонной зоны внутри не было, лишь кровать, пара шкафов, притащенных сюда наверняка из Опачичей, и несколько этажерок, на которых хранилась всякая всячина от сушеных собачьих хвостов и до замаринованых щупалец кровососа в спирту. Решения очень и очень странные. Помимо живодерских наклонностей, охотник также был заядлым любителем пособирать грибы и разные травки. Что первые, что вторые висели под самым потолком на тонких веревках и сушились. Брать что-то из этого для собственного пользования я поостерегся - доверия к чужому труду не было никакого. Мало ли с какой он выгребной ямы достал ту или иную травку или гриб? Так что нет, просто переночевал в его кровати, основательно так выбив старый матрас и постелив поверх него собственный спальник. Теперь мне оставалось решиться - буду ли я заходить в Опачичи или нет. Вопрос оказался сложен и прост одновременно. Никаких дел с сектантами мне иметь не хотелось, а потому выбор казался прост и очевиден. Но… у меня подходили к концу запасы еды и воды. И если с едой справиться просто - подстрелить какого-нибудь кабана не составит для меня труда, только его еще найти надо. То вот с водой… я очень сильно намучился еще в том лесу. Понятное ведь дело, что из Припяти не стоит даже пытаться пить - уверен, фон там стоит такой, что вмиг облысею и кровью харкаться начну. Ха-а, и что я из себя строю? Будто смогу найти хоть какой-нибудь другой источник воды в окрестностях. Так что выбора, по сути, и не было. Куплю еды, воды и дам деру оттуда на всех парах. Выхожу из избушки и крепко прикрываю дверь, спускаюсь с небольшой лесенки и, сверившись с направлением, иду в сторону поселка. Пройти десять с небольшим километров - дело пары-тройки часов. Опачичи, несколько часов спустя. Чем ближе я подбирался к селу, тем беспокойнее становилось на душе. Издалека оно походило на полностью вымершее поселение - здания покрылись мхом и стариной, заборы покосились и сильно накренились навстречу земле, а стены очень обветшали. И, несмотря на всю эту серость, убогость и деревенскую смерть, люди там были. Много людей. Таясь за россыпью придорожных кустарников, вдоволь смог насмотреться на стоящих на посту сектантов. Те были вооружены очень даже достойно - в руках одного лежал калаш, а вот второй держал целый винчестер. Такой себе выбор, но от зверья отстреляться - вполне себе. Перебарывая собственные чувства, выхожу из кустарников, и прямым ходом иду к охранникам. Те от моего появления сильно напряглись, но это обычная реакция на внезапное появление вооруженные человека. Тот, что с дробовиком, выходит вперед и жестом руки останавливает меня. — Кто ты, сталкер? — спрашивает он, смерив меня долгим взглядом. — Обычный путник, — отвечаю ему. — Пришел закупиться провизией и двинуться дальше по тернистой дороге жизни… — Хм, — мужчина передо мной поджимает губы. — Тогда тебе лучше пойти отсюда прочь. Мы не торгуем с инакомыслящими. — Почему сразу не прогнал тогда? — Ждал, что ты, заблудшая душа, будешь жаждать света нашего учения, — охранник качает головой. — А ты лишь низменный падальщик. Иди прочь отсюда. — А если я скажу, что очень-очень хочу узнать про вашу веру, ты впустишь меня? — попробовать стоило. Но вместо ответа он наставляет на меня дробовик и кладет палец на спусковой крючок, его товарищ отвечает тем же. Перекошенные от гнева лица явно говорят мне, что я снова сказал что-то не то. А ведь я даже был согласен послушать одну или пару проповедей… — Ладно-ладно, мужики, — извиняюсь и отхожу на пару шагов. — Прошу прощения за свои слова… Пойду я тогда, ладно? — А это уже будет решать Отец Сергий, куда ты пойдешь! — вклинивается автоматчик. — Поверить не могу, такое святотатство! Тебе была дана возможность пойти с миром, но ты… решил опорочить имя нашей веры грязными устами? Гнусный ты пес! — Автомат и пистолет на землю! — приказывает второй. — И только попробуй что-то выкинуть! То же место, то же время. Сталкер безмолвно делает так, как они ему велели. Выкидывает оружие на землю, убирает руки за спину и делает несколько шагов вперед под их пристальным взором. Оба охранника сдвигаются в сторону, желая пропустить инакомыслящего перед собой, как в челюсть правого прилетает сжатый кулак с такой силой, что охранника бессознательной куклой бросает на землю. Второй пытается поднять перед собой калаш, на ходу клацая затвором, но сталкер буквально вырывает его из рук и ударом ноги сбивает человека перед собой. — Полезно быть сильным и быстрым как кровосос, — тихо замечает он, занося приклад автомата для удара прикладом. То же место, то же время. Как только вопрос с постовыми был решен, продвигаюсь дальше по улице, стараясь сильно не отсвечивать. С одной стороны прикрытие у меня есть - всегда могу сказать, что пришел ознакомиться с их верой, потому что… мои прошлые религиозные взгляды не отвечают на те вопросы, которые я ставлю перед собой. Условно. С другой же, если я не попадусь никому на глаза, а просто пополню припасы, будет гораздо лучше. И все это желательно сделать до того, как кто-то заметит лежащую на земле грозную охрану. Чувство беспокойства продолжало во мне нарастать, пока я шел по практически безлюдному поселку. За занавешенными окнами в каждом доме было невозможно что-то разглядеть, но даже так все выглядело крайне запущенным. Если в Ивановке некоторые реально старались создать себе место, куда хочется возвращаться, то люди здесь… просто забили и предпочли жить в свинарке. Не удивлюсь, если у кого-нибудь из них остался лежать мусор со времен настоящих жильцов этих мест. Ни единой, мать ее, души я так и не встретил за полчаса блужданий по поселку. План быстро со всем разобраться и пойти дальше по своим делам тихо начал идти по швам - было абсолютно непонятно, куда именно мне надо лезть за припасами. А дороги спросить мне было не у кого. Вот стою сейчас в тени ветвистого дерева, чьи длинные ветви достигали проводов, и чувствую себя таким идиотом. Забрался на вражескую базу, вырубил охрану и… потерялся здесь. Уверен, так и проваливают свои задания крутые диверсанты. И, словно мой внутренний клич смог кого-то привлечь, за забором послышались торопливые шаги. Я прячусь в тени, готовя на всякий случай автомат. Но этот некто останавливается и громко, на всю улицу, произносит: — Отец Сергий знает о тебе, сталкер, — голос оказался мужчиной лет тридцати. — Иди в клуб на окраине. Тебя никто не тронет. Вновь зазвучали торопливые шаги, и вскоре я оказался совсем один, недоуменный и немного злой. А я знаю, на какой окраине у вас находится клуб? — Ха-а, ну раз уж зовут, как не пойти… Клуб, несколько десятков минут спустя. Найти здание клуба на окраине было той еще задачкой - хоть поселок и не был особо большим, но я по невезучей случайности обыскал сначала три неверные окраины… А мне все это время нужно было на юго-запад. Но вот я здесь. Клубом оказалось одноэтажное здание, обшитое старыми досками бирюзового цвета и надписью “Клуб” над входной дверью. Крыша была выложена обычным шифером, в общем, никаких изысков и чего-то такого здесь не было. Приоткрываю красную дверь, заглядывая в темный и длинный коридор. Осторожно захожу и едва не выпрыгиваю обратно на улицу - такое ощущение, будто что-то липкое и холодное коснулось моих мозгов. Странное, очень странное чувство, почти забытое… Иду дальше по коридору, пока не оказываюсь в главной клубной комнате, освещаемой лишь солнечным светом. Сцена укрыта от глаз бархатным занавесом, а стулья раскиданы по всему помещению. Никого нет. — Ты пришел, — прямо в моей голове раздается тяжелый, скрежещущий голос. — Странный собрат. — Собрат? — спрашиваю я в ответ, пытаясь прогнать это противное и липкое чувство, щекочущее мою голову изнутри. Ничего не выходит… — Кто ты? Вместо ответа плотный занавес начинает разъезжаться как в дешевом фильме, и на сцене я вижу сразу двух… существ. Один из них это человек, в христианской робе, украшенной золотом, но на груди вместо обычного креста - перевернутый. Лицо… не выражало абсолютно ничего, словно передо мной стоит кукла. И рядом с этой куклой, на тяжелом и резном стуле, сидит никто иной как контролер. Сплюснутая сверху массивная голова, изуродованное лицо и тело, укрытое старыми и бинтами. Тварь ухмыляется от моей реакции. — Ты человек, но в то же время нет… Ощущаешься как свой, но чужой, — его мысли внутри моей головы текут тягуче и медленно, обволакивая разум. В груди разжигается паника, что он в один момент может завладеть мной. — Интересный… Зачем пришел? — Купить у этих людей еды и воды, — отвечаю честно, решая, что же мне предпринять. — Сейчас, — существо на миг поворачивается в сторону украшенного батюшку, и тот практически бегом направляется к двери из зала. — Принесут столько, сколько пожелаешь, мой ущербный брат. — Раз уж такое дело, позволишь сделать одну фотографию? Это безвредно, — почему бы и не сфотать такой экземпляр. Контролер, сидящий в кресле… Марья будет рада. — Что за Марья? — вместо согласия спрашивает существо. А я и забыл, что контролеры на такое способны. — Все по той причине, что ты так и не развил свои способности, несмышленыш. — Я бы не хотел это обсуждать с тобой… Так что насчет фото? — Твоя наглость не знает предела, — усмехается оно в моей голове. — Делай, что хочешь… Пока я достаю фотоаппарат, контролер наклоняется и прямо из-под стула достает оторванную конечность, все еще кровоточащую. Я нервно сглатываю образовавшийся в горле комок, убеждая себя в том, что это вполне естественно. Делаю несколько фотографий. Как он подносит руку к своему рту, как раскрывает его и как впивается в плоть… М-м, Марья будет несильно этому рада. — Позволь еще спросить, что ты делаешь здесь? И почему под контролем держишь только главу секты? — существо отвечает мне, не отрываясь от трапезы. — Мне… интересно, — он жует настолько смачно, что тошнота становится только сильнее. Казалось бы, кусок мяса и кусок мяса. Но то, что это именно человеческое мясо, делает все гораздо хуже. — Я познаю мир. Мне стало любопытно, почему людишки беспрекословно слушаются этого человека… Секта, так это называется. Это интереснее, чем просто держать рабов. Завораживает, будоражит кровь, веселит… Если я скажу Сергию что-то сделать, он сделает. Если я скажу ему, чтобы тот сказал кому-то другому что-то сделать, второй сделает. Без моего приказа. Просто так. Интересно. Понятно, контролер открыл для себя мир игрушек-стратегий… Только вместо юнитов у него настоящие, пусть и с приветом в головах, люди. — И как давно ты здесь? — Солнце взошло шесть раз с тех пор, как я пришел. Вскоре дверь в зал открывается, и в проеме оказывается Сергий несущий в охапке несколько фляг с водой и множество банок тушенки. Он сваливает их в неаккуратную кучу прямо у меня под ногами. Я же… активирую артефакт, хватаюсь левой рукой за Отца, удерживая того перед собой и достаю револьвер. Чужая воля огромными тисками сковывает мою голову, рука практически не слушается, но прямого контакта между мной и контролером нет, а потому! Следует несколько громких выстрелов, навылет прошивающих тело главы секты. И липкое чувство навек исчезает. Умирающее тело падает на пол, заливая тот кровью. А я принимаюсь быстро накидывать сумку тушенкой и флягами с водой, пока сюда не прибежали другие сектанты. Увы, Сергия было уже не спасти - слишком давно на его разум начал воздействовать контролер, слишком оголтело тот выполнял его желания. Так что от сознания у того осталось целое ничего… даже сейчас проповедник лежит на полу совершенно безмолвно. Он не кричит и не хрипит, не пытается что-то сказать… Ничего. Безвольный раб, со смертью хозяина которого тот полностью теряет смысл существования. Ну, хоть от плохого посмертия его освободил. За дверью слышатся быстрые шаги, и я в едином прыжке достигаю окна и выпрыгиваю прямо в него. За спиной раздаются обозленные и удивленные голоса, пока я бегу со всех ног. Вслед доносятся косые выстрелы, в ответ начинаю петлять, пока не скрываюсь за первым рядом лесных деревьев. И, не сбавляя скорости, продолжаю бежать прямо на юг - стрелять по обманутым людям мне не хотелось. А поэтому… надо сбежать как можно дальше, чтобы они не смогли меня преследовать. Следующая остановка - комплекс Медведь!