Глава 192

Бункер учёных, спустя около часа. Долговцы на проходной пропускают меня без единой проволочки, и я сразу же направляюсь к основному бункеру. Если кому и надо показать тело, так это Сахарову. Он точно решит, что с ним делать… Надеюсь, не зря я его тащил сюда, всё-таки, первая жертва мини-установки из местной лабы - должно заинтересовать науку. Один из прилетевших с нами лаборантов услужливо помогает открыть мне дверь, после чего сразу же направляюсь под светлы очи учёного старца. Тот, как и прежде, обнаруживается в своём кабинете-комнате, разбираясь с документацией и прочими насущными проблемами. — Э-э, — он непонимающе смотрит сначала на меня, потом на лежащее на моих плечах тело. Хмурится, поджимает губы и тяжко вздыхает. — Ты снова кого-то подобрал? Так, Георгий, ты к нам всю Зону устроишь работать… — Нет, Андрей Дмитриевич. Не в этот раз, — вздыхаю я, сгружая мёртвого сталкера на пол. — Это зомби, прямиком с территории завода… — Зомби с территории? — переспрашивает Сахаров, приподнимая бровь. — И что с того? Забрёл, наверное, со стороны Мёртвого города. — Он встал на моих глазах, — отвечаю, продолжая стоять как истукан перед его рабочим столом. — Я увидел лежащее тело прямо на входе на территорию завода, когда приближался ко второй точке для замеров. Решил понаблюдать, и, спустя буквально пару минут, зомби поднялся и попытался на меня напасть. — Хм-м, — протягивает задумчиво учёный. — Тогда это полностью меняет дело. Обычные зомбированные, как и жертвы контроллёров, неплохо изучены… На основании этих и некоторых других исследований из смежных областей мы сможем многое понять о сути заводского пси-излучения. Ты хорошо постарался, молодой человек. Как и всегда, выполняешь и даже перевыполняешь работу. Но от замеров это тебя всё равно не спасёт. Так, бери тело, и пойдём в лазарет, положим его пока в морозильную камеру, а там… Бункер учёных, ближе к вечеру. Всё! С замерами покончено. Теперь можно спокойно выдохнуть, прилечь и немного повтыкать в экран ноутбука на какой-нибудь фильмец или игрушку. Жаль, ха, сталкер в этом мире так и не вышел - по какой-то непонятной для меня причине, никто из разработчиков так и не заинтересовался темой сталкерства. Хотя, глядишь, через пару лет что-то подобное и слепят. Хоть самому компанию по разработке сталкера организовывай, честное слово… Но вот чего у этого мира не отнять, так это Пикника на обочине. Сей труд не только имеется в наличии во всех книжных, но и частенько переиздаётся, как одна из самых популярных работ братьев Стругацких. И мне было невероятно интересно вновь окунуться в историю Рэдрика, учитывая, что я и сам стал сталкером. Чувствовалась особенная связь между мной и Рыжим Чёртом, что-то такое, что знать и чувствовать могли только такие как мы. Предельная близость опасных аномалий, крепкое плечо верного товарища и искушение… Сам Рэд, чисто как человек, импонировал мне слабо - никогда не пойму тех, кто изменяет. Но вот судьба его дочери, как и его собственная… Это взяло меня за живое. Так что единственное о чём я могу сейчас думать, так это о том, что, слава Зоне, я попал не в Пикник на обочине! Умер бы там как очередная отмычка или сложил бы голову в разборках между правительством и сталкерами. — Есть! — встречает меня тонкий кошачий голосок, как только я открываю дверь собственной комнаты. Чешир, спавший вплоть до моего возвращения в бункер, вытягивается на кровати. Его передние лапки, прямо как и задние, сильно дрожат. Открывается зубастая пасть, показывается розоватый и шершавый язык… — Дай! — Сейчас, — усмехаюсь я, проводя ладонью по его дымчато-серой шерстке. И лезу в сумку за пачкой сухого корма из сублимированной курицы. Коричневые катышки задорно стучат о стенки металлический миски, а сам котофей уже нетерпеливо тыкается мордой вглубь чашки. — И воды налью… Как только кот был обслужен, наконец-то выделяю время для себя. Снимаю комбинезон, немного морщась от запаха вспотевшего тела, и, взяв сменные вещи, направляюсь прямиком в душевую. А вернувшись оттуда, незатейливо пододвигаю зевающего Чешира немного в сторону и ложусь рядом с ним на кровати, вытягиваясь в полный рост. У-а-а. Вроде и спать хочется, а пока ещё слишком рано, чтобы ложиться… И тут желудок играет голодную трель. Придётся открывать тушёнку. Увы, на данный момент столовая, как и большая часть других мест научного бункера, не работает. Вчера прибыла только малая часть персонала, которая должна заняться подготовкой мобильной лаборатории к началу работы. Плюсом, решение вылететь именно вчера Сахаров принял по большей части спонтанно из-за возросшей пси-активности в нашем районе - так что до полной укомплектации бункера работниками придётся подождать неделю-две. Ну, сталкеру к тушняку не привыкать. Вытаскиваю из-под кровати сумку с припасами и выуживаю на свет несколько банок - курица в собственном соку, шпроты в масле, говядина… Птицу, как и рыбу, отправляю обратно, а вот к корове добавляю упаковку галет и… В дверь настойчиво постучали, прерывая меня на самом интересном. С сожалением откладываю вилку с насаженным куском желейного мяса и встаю, чтобы посмотреть, кого это принесло ко мне поздним вечером. — Добрый вечер, коллега, — с улыбкой приветствует меня Круглов и протягивает сухую ладонь для рукопожатия. — Не помешал? — Добрый. Совсем нет, — бессовестно вру, но такова вежливость. — Что-то случилось? — Не совсем, — профессор буквально сияет после моих слов. — Тут такое дело… Я хочу отправиться в небольшую экспедицию для сбора растительных и животных образцов. Сахаров поддержал мои начинания, но крайне посоветовал обратиться к вам, как к самому опытному из присутствующих здесь сталкеру. — Та-ак, — попахивает новым приключением. — Что именно требуется от меня? Сопровождение? Составление маршрута? Консультация? — Всё сразу, — Круглов заинтересовано смотрит на Чешира, который отвечает ему тем же - недовольно глядит на побеспокоившего его человека. — Я человек в Зоне новый, ничего, кроме материалов из курса подготовки, о ней не знаю. Будет лучше, если моя работа пройдёт под присмотром опытного ментора вроде вас. — В таком случае, далеко от бункера лучше не отходить, — качаю головой. Взять с собой Круглова, несколько долговцев… Ничего сложного в этой задаче для меня нет. — Но я сильно сомневаюсь, будет ли вообще польза от такой экспедиции. Зона ещё не оправилась после зимы - толком нет ни трав, ни зверей. Какие именно образцы мы наберём в таком случае? — Ха-ха! — коротко смеётся мой собеседник, единожды хлопая в ладоши. — Теперь я ещё больше уверен в вашем профессионализме, Георгий Александрович! Да, вы правы в своём суждении, что сейчас не лучшее время для подобной работы. Однако стоит учесть, что зимней выборки в данный момент у учёных нет от слова совсем - ни по мутантам, ни по растениям, ни по чему бы то ни было ещё. Как минимум, гибернация зоновских растений не изучена вообще. Да, вряд ли механизмы спячки у местной флоры отличаются от обычной, но проверить это всё-таки стоит, пока природа не проснулась в полной мере. И… как мне кажется, первый мой выход в Зону лучше провести именно сейчас, когда сталкеры и мутанты ещё не успели наполнить её… — Хм… Да, соглашусь. Для учебного выхода за территорию бункера апрель подходит как нельзя лучше, — тут поспорить сложно, как и со всей остальной его аргументацией. — Хорошо. Я предлагаю завтра утром провести встречу с вами, Сахаровым и Марьей, чтобы наметить маршрут и приблизительные цели нашей группы. — Марьей Витальевной? — переспрашивает профессор. — Зачем? — Ну, — пожимаю плечами. — Мы с ней сотрудничаем. Если вы не против, мне бы хотелось уточнить у неё, вдруг ей требуются какие-то образцы или данные для её работы. — А-а, — понимающе протягивает он, хитро улыбаясь. Затем он делает шаг назад от моей двери и слегка кивает. — Что вы. Ничего не имею против. Ну, раз мы договорились, то встретимся утром. Доброй ночи, Георгий Александрович! — И вам, — отвечаю, закрывая за ним дверь. Бункер учёных, утро. Провести небольшое собрание было решено в одной из пустующих сейчас комнат - доставка оборудования ожидается к концу этой недели. Поэтому её, как и другие пустые помещения, в данный момент использовали в качестве склада, пока лаборанты всё не рассортируют. Увы, но некоторую часть материалов ни в коем случае нельзя хранить в складском ангаре из-за нарушения условий хранения… Комната встречает нашу бойкую компанию кучей коричневых коробок, перекленных скотчем на множество слоёв, и небольшим хаосом. Честно, у меня даже глаза начало рябить от того, как криво сложены некоторые из них друг на друга, так и хотелось поправить. Но этот порыв всё-таки удерживаю в узде, вместо этого вытаскивая находящийся в углу комнаты стол в центр. Круглов помогает расставить стулья, Сахаров раскладывает карту ближайших окрестностей, а Марья ставит поднос с кружками кофе и небольшой партией сочных бутербродов. — Право слово, — завороженно смотрит наш новый коллега. — Так неудобно, что из-за меня вам пришлось с самого утра начать работать… — Об этом надо было думать раньше, — ухмыляется Сахаров, усаживаясь на центральный стул. Я пристраиваюсь напротив него, по правую руку от меня - Марья, по левую - сам Круглов. — Ну-с… М-м, какой вкусный кофе! — Я старалась, — улыбается девушка, подцепляя один из ломтиков хлеба. — Так, какие цели перед собой ставит эта экспедиция, Антон Витальевич? — В большей степени я хочу посмотреть на Зону вживую, — бодро отвечает Круглов, запивая кофе. — Набраться опыта, если позволите так выразиться… В остальном - собрать весенние образцы растений и некоторых мутантов, если получится. Честно сказать, я так удивился, когда узнал, что тема ботаники в Зоне практически никогда не поднималась. — Тут отвечу я, — берёт слово Сахаров. — Из-за примера Рыжего леса долгое время было принято считать, что огромные и длительные дозы радиоактивного излучения начисто убивают растения. Поэтому никто никаких грантов на изучение флоры и не выделял. Направление считалось бесперспективным, особенно на фоне всколыхнувших научное сообщество артефактов. Да, каждый из сидящих здесь знает, что растения в Зоне живут, цветут и пахнут! Но тенденция такова, что изучение артефактов активно набирает обороты и останавливаться не планирует. Финансовые потоки там просто бешеные - все частники и даже государства боятся, что проиграют денежную гонку. Так что… — Пока не будет совершено громкое открытие, никто и не подумает вливать деньги в эту сферу, — мрачно кивает Антон. На его лице появляется слабая улыбка. — Что ж, попытаюсь этого добиться. Чует моё сердце, что не всё тут так просто… Но пока давайте перейдём к обсуждению предстоящей вылазки. Круглов на мгновение замолкает, приподнимается из своего места и задумчиво водит пальцем по окрестностям янтарного озера, пока тот не замирает у реки Припять - практически напротив завода. — Мы сможем пройти здесь? — спрашивает он, обводя меня и Сахарова блестящим взглядом. — С этим никаких проблем нет, — утвердительно отвечает старый учёный и обводит пальцем заводскую территорию, немного заступая за линию забора. — Пси-излучение покрывает относительно небольшую площадь. Тут больше стоит смотреть на аномальную активность в том районе… Старый растяпа! Извиняюсь, коллеги, забыл прихватить с собой ПДА с новой картой аномалий… Сейчас вернусь. Комната ненадолго погружается в тишину, перемежаемую работой челюстей и сюрпаньем кофе. Бутерброды выдались на славу - мягкий хлеб с нежной докторской колбаской, тонко нарезанным огурчиком и небольшим слоем майонеза для общей сочности. А уж в сочетании с ароматным кофе… То, что нужно для начала дня. И, пока Сахаров отсутствовал, я решил присмотреться к карте - хотелось понять, куда именно хочет повести нас Круглов. М-м, похоже, что нашей доблестной компании придётся идти мимо американского бункера. Тут возвращается старый учёный, держа в руках устройство, но случается неожиданное. Слышится ужасающе громкий грохот, а затем и мощный удар, от которого сотрясается земля. Не удержавшись на местах, все мы валимся на пол - перевернутая тарелка с недоеденными бутербродами падает прямиком на мою голову, следом за ней прилетает и кружка с горячим напитком. Переворачивается стол, коробки, кто-то из нас кричит! Полная вакханалия, что закончилась столь же неожиданно, как и началась. Кое-как принимаю вертикальное положение, осматривая насквозь испачканную в майонезе и кофе белую футболку, чувствуя, как что-то жидкое течёт по моему лицу. У остальных видок был ничуть не лучше - растрёпанные и очень помятые. — М-м! — громко стонет упавший Сахаров. Мы с Кругловым моментально оказываемся рядом с ним и усаживаем на поставленный стул, подле нас через мгновение оказывается Марья, у которой на левой щеке наливался синевой огромный синяк. Похоже, она больно приложилась головой. — Дядя Андрей, ты как? — спрашивает она с заботой и волнением, внимательно осматривая старика. — Жить, кха, буду, — произносит он с сильной одышкой. — Ушибы, не более… Сейчас отдышусь… Палач, проверь, что там на улице… — Я с вами, — мигом отзывается Антон, и наш дуэт, оставив Сахарова на попечение девушке, вываливаемся из кабинета в общий коридор. Пустая кишкообразная комната практически не пострадала, если не считать парочки разбросанных коробок и разлетевшейся кипы бумаг. На ходу забегаю в свою комнату, подхватываю автомат, и уже в таком виде несусь на улицу. Времени на переодевания в комбинезон, к сожалению, нет. Надо узнать, что именно случилось! На Выброс это не похоже, скорее, на… Не успеваю закончить мысль, как мы с Кругловым дружно высыпаем на улицу - внутренний двор нашего лагеря сильно пострадал. Высокий металлический забор напоминал сейчас не неприступную стену, а детскую гармошку… его смятые части беспомощно свисали, держась на честном слове. Досталась и ангарам, которые зияли кучей вмятин от влетевших в них предметов, и самому бункеру. И, что главное - людям. Долговцы, стоящие на страже нашего покоя, уже были во всеоружии. Но… некоторая часть из них безмолвно лежала на сырой земле, не шевелясь и не подавая никаких признаков жизни. — Что произошло?! — рявком спрашиваю я, выхватывая одного из снующих повсюду сталкеров за плечо. — Метеорит! — громко отвечает он, указывая рукой в сторону реки Припять. — Огромный горящий камень упал вон туда! Мы ничего не успели предпринять, как… На этом я его отпускаю, и тот отбегает прочь к одному из своих лежащих на земле товарищей, пронзённому арматуриной прямо в шею. Жухлая трава под его телом была окрашена в багровый цвет. Этому бедняге, как и некоторым остальным уже ничем не поможешь... Мне же оставалось только дивиться тому, что произошло. Метеорит? В две тысячи двенадцатом? В Зоне? Что за чертовщина… Почему это вообще произошло? Этого ведь не должно было случиться вообще! Голова шла кругом от всей этой ситуации настолько, что я даже не слышал того, что мне пытался сказать Круглов. Он, словно в припадке брызжа слюной, указывал рукой в сторону упавшего небесного тела и пытался утянуть меня за собой. — Скорее, мы должны!.. Пока другие не успели, Георгий! Давай!.. — с трудом восприятие, но возвращается ко мне. Увы, вернулось оно вместе с болью в пострадавших от падения конечностях. — Ну же!? Ой! Резко одергиваю его за локоть и слегка встряхиваю, чтобы тот поскорее пришел в себя. Как бы не хотелось рвануть в ту сторону прямо сейчас, сперва мы должны позаботиться о других, более важных вещах.