Часть 2

Весь оставшийся день после встречи с Декампом в раздевалке Мишель чувствует себя спокойнее. Они пришли к какому-то примирению, и ей интересно посмотреть, как будут развиваться их отношения дальше. Будут ли они теперь просто игнорировать друг друга? Ведь Декамп не игнорировал её, когда последовал за ней в раздевалку. Ему не было нужды там находиться, так зачем было заходить? Чтобы увидеть её? Этого не может быть. Она закатывает глаза, когда идёт домой, думая о том, как он назвал её принцессой, но чувствует жжение в нижней части живота, вспоминая, что ещё он сказал, когда схватил её за плечи: «Ты будешь кричать только потому, что я заставлю тебя чувствовать себя так хорошо, что ты больше ничего не сможешь сделать». Мишель знает, что не слишком хорошо разбирается в представителях противоположного пола из-за опеки своей семьи. Она знает, что такое близость и поцелуи, но не более того. Канат открыл ей новые ощущения, которые она не совсем понимает. Но как крик может ассоциироваться с чем-то приятным и с тем, что он может сделать именно с ней? Лабрак привлекал её внимание всё то время, пока Декамп отсутствовал, но теперь, когда он вернулся… он словно магнит, и она не может не притягиваться к нему. Джозеф немного загадочен для Мишель. Она ничего не знает о нём, кроме того, что он хулиган с одним глазом. Может быть, он занимался спортом, а теперь всё потеряно из-за того, что он лишился бинокулярного зрения? Она помнит, как узнала о том, что из-за монокулярного зрения теряется восприятие глубины. А ведь Джозеф носил очки! Ходит ли он с ослабленным зрением на правом глазу, или у него есть контактные линзы, которыми он пользуется сейчас? Почему она беспокоится о парне, который хотел опозорить её перед всем классом и смеялся над ней? Мишель знает, что он заслужил это… но всё же не хотела, чтобы кто-то пострадал. Было удивительно, что Жан-Пьер встал на её защиту, ведь он так старался игнорировать сестру. Она рада, что брат это сделал, даже несмотря на то, чем всё обернулось. Когда Мишель возвращается домой, ей приходится делать домашнюю работу, пока она работает на кассе в мясной лавке своих родителей. Это лучший магазин в городе, и она работает до тех пор, пока не приходит время ложиться спать. Такая работа, совмещённая с учёбой, не способствовала улучшению её успеваемости. Математика не её сильная сторона, и она не знает, как справиться с ней после сегодняшнего провала на контрольной. Но это уже вопрос для другого дня. В конце концов, брат возвращает ей пиджак Декампа, и она закрывается в своей комнате на ночь. Она так торопилась отдать пиджак Жан-Пьеру, что у неё не было времени рассмотреть его, кроме как отметить, как он ощущается в руках — мягкий и качественный. Теперь, присмотревшись, она видит, что Декамп определенно более обеспечен, чем её семья. Она сжимает тёмно-серый пиджак в руках и подносит его к лицу. Медленно, глубоко вдыхает. На нём есть лёгкий запах средств, которыми пользуется её брат, но под ним чувствуется весь Декамп: земляной аромат табака и свежий запах чего-то цитрусового. Он напоминает ей о лете, её любимом времени года. Осознав, что она только что сделала, Мишель быстро кладёт пиджак на кровать и отходит от него. Чтобы отвлечься, она направляется к шкафу и начинает переодеваться. Но как только она оказывается в лифчике и нижнем белье, то снова возвращается к пиджаку. Это плохая идея, но ей всё равно. Она хватает его и, глядя на себя со стороны тщеславия, закутывается в одежду Декампа. Так поступают только влюблённые, но в уединении её спальни никто об этом не узнает. Пиджак слишком велик для неё. Комически велик, из-за чего её плечи кажутся слишком широкими, а руки исчезают в глубине рукавов. В нём удобно и тепло голой коже. Она вертится в пиджаке и хихикает про себя над тем, что из-за длины он больше похож на платье. Что бы подумал Декамп, узнав, что его пиджак касался её кожи и нижнего белья? Ему бы стало мерзко или понравилось? Учитывая то, как Джозеф вёл себя в раздевалке, неудивительно, что он заинтересовался её поведением. Мишель вздохнула и сняла пиджак, чтобы надеть пижаму и лечь в постель. Пиджак лежит рядом с ней. Она не натягивает его на себя, потому что не хочет, чтобы он помялся, но смотрит на него в слабом свете луны, пробивающейся в окно. Неужели она лежит с частью одежды Декампа, потому что думает, что это даст ей ответы на вопросы о нём? Мишель не знает, что с ней происходит и почему она ведёт себя так, как ведёт. Она до сих пор не знает, почему Джозеф так любезно предложил ей свой пиджак. Мишель засыпает с мыслью о том, как ей набраться смелости и отдать пиджак Декампу, ведь это значит, что им, скорее всего, придётся снова пересечься… и дело не в том, что она боится его увидеть. Нет, всё гораздо хуже. Мишель в восторге от перспективы снова поговорить с ним.

***

В конечном итоге Мишель не берёт с собой пиджак в течение нескольких дней. Ей нравится, как он смотрится в её комнате, и она примерила его ещё несколько раз. Она даже его гладит. Декамп никогда не спрашивает об этом. На самом деле он вообще с ней не разговаривает, но когда она смотрит на него в течение всего учебного дня, он уже не отводит от неё глаз. Кажется, что Джозеф ждёт, когда она решится подойти к нему. Это странно и вызывает восхищение, заставляя её думать о нём ещё больше. Чего он добивается, ведя себя подобным образом? Выяснить это можно только одним способом, поэтому на следующий день, когда они с Симон вместе идут в школу, пиджак красиво перекинут через руку Мишель. Они здороваются с Пишоном, когда идут по улице, а затем останавливаются, чтобы посмотреть на Лабрака, который паркует свой мотоцикл прямо у входа во двор школы. Симон отлучается, чтобы поговорить с деканом, и теперь Лабрак и Мишель стоят вдвоём. Симон определенно сделала это специально, и у Мишель не хватает духа сказать ей, что её привлекает не Лабрак, потому что это смущает даже её саму. Подруга этого не поймет. — Что ты читаешь? — спрашивает Мишель у Лабрака, указывая на книгу в его руках. За плечом Лабрака она видит, как Декамп смотрит на неё, выкуривая сигарету. — «Молчание моря». — Это та, которая с китом? Лабрак смеётся. — Нет, это Моби Дик. — И о чём же она? — спрашивает Мишель. — Ни о чём, что могло бы тебя заинтересовать. Слегка задетая этим утверждением, Мишель не знает, что ответить. Её глаза снова блуждают, и она замечает, что Декамп приближается к ним. Неужели он заметил пиджак в её руках и решил подойти? Она не узнает об этом, потому что кто-то подходит к ней и Лабраку. — Ну что? — говорит парень с наглой улыбкой на лице и сигаретой в руке, — Ты не здороваешься со старыми друзьями? Он смотрит прямо на Лабрака, который заметно напрягся. Этот парень из тех, кого Мишель видела в округе, кто не пошёл учиться дальше. С ними родители запрещали ей общаться. Она не знает, что с ними не так, кроме того, что родители твердили, будто рок-н-ролл расплавил им мозги. — Привет, Ив, — без энтузиазма отвечает Лабрак, — Что тебе нужно? — У нас сегодня гонки. Ты нам нужен. — Я не могу. Занят, извини. — Занят чем? Читаешь и точишь карандаши? — от молчания, повисшего после его слов, Ив впадает в отчаяние, — Ну же! Нам бросили вызов ребята из Val d'Or. Ты нам нужен! — Лабрак закатывает глаза, — Лабрак — наш чемпион! — Это уже не моя проблема, — говорит Лабрак. Декамп стоит за воротами. За ним следует компания его друзей. Все они переговариваются между собой, но его внимание приковано к месту, где стоит Мишель. Он с презрением смотрит на Ива. Неужели он тоже его знает? — Господин Вольтер забыл своих старых друзей, — он показывает на Мишель, — Твоя новая подруга может прийти. — Я сказал «нет». Расстроенный Лабраком, Ив обращает своё внимание на Мишель. — Как тебя зовут? — Мишель, — отвечает она с небольшой улыбкой. Этот парень немного заносчив, но он не сделал ничего плохого. Он даже немного забавный. Почему Лабрак так его ненавидит? — Что ж, Мишель, если захочешь прийти на гонки, то ты приглашена. Лабрак явно рассержен этим предложением, Ив подмигивает ему и уходит прочь по улице к своим друзьям, которые поглядывают на них. — Вы гоняете на мотоциклах? — с неподдельным интересом спрашивает Мишель, — Я не знала, что ты чемпион. — От этих парней одни неприятности. Держись от них подальше, — взгляд Лабрака останавливается на пиджаке, который она держит в руках, — Это Декампа? Я могу отнести его ему. — Спасибо, но я сама! — она быстро обходит Лабрака, пока он не принял за неё ещё одно решение, и идёт прямо к Декампу, который всё ещё смотрит на неё. Друг Декампа, Жан Дюпен, отвлекает его внимание, обхватив Джозефа за плечи в шутливой манере, и тогда она понимает, что не может просто подойти к нему с этим пиджаком. Как они объяснят всему классу, что между ними произошло? Вместо этого она проходит мимо него и его друзей, и направляется в школу на первый урок. И именно после этого урока Симон признается ей, что встречается с кем-то! Во время полуденного перерыва, когда они все проводят время на улице, Мишель расспрашивает Симон об этом загадочном парне. Теперь она знает, что его зовут Юджин и они познакомились через кузину Симон. — Как думаешь, вы поженитесь? — спрашивает Мишель, когда они садятся на ступеньки. Она откусывает яблоко, ожидая ответ Симон. — Тебе не кажется, что еще слишком рано для этого? — Да… — соглашается Мишель, — но я надеюсь, что скоро найду мужа и смогу уехать из родительского дома. — Они настолько плохи? — удивлённо спрашивает Симон. — Не знаю, как это объяснить, но я чувствую себя там словно в клетке. Они всё решают за меня, мне это уже надоело. Если я не найду кого-нибудь, кто заберёт меня от них, боюсь, я до конца жизни буду работать в мясной лавке и ничего не узнаю о мире. Мишель чуть не прикусила язык. Она никогда и никому в этом не признавалась. Ведь она всегда была немного одинокой. Внимание её родителей было сосредоточено на Жан-Пьере, а не на ней. Всё это вышло наружу, потому что ей комфортно с Симон. В итоге она мечтает о том, чтобы кто-то избавил её от жизни, которая ей совсем не нравится. — Они не прогрессивны, даже учитывая то, что позволили тебе поступить в эту школу? Поступление в эту школу — единственное положительное событие, что случалось с ней за последние годы, думает Мишель. — Они разрешили мне учиться здесь только потому, что здесь учится Жан-Пьер, и здесь дешевле, чем в других школах. Как только он выпустится, меня сразу же заберут, и тогда я нигде не буду учиться. — Они не хотят, чтобы ты поступала в университет? — Симон потрясённо смотрит на неё. Мишель качает головой: — Нет. Они разрешат Жан-Пьеру, но тогда они будут ожидать, что я буду работать в магазине, а бизнес принадлежать ему. У меня ничего не будет. Симон делает недовольное лицо на этих словах, но больше вопросов не задаёт. Мишель часто задумывается о том, каково это — иметь поддерживающих родителей, которые уважали бы любой её выбор. Это сложно представить, но даже в этом случае она не видит себя в качестве студентки университета. Если не считать раннего замужества, она не слишком задумывается о своём будущем. Мишель не самая лучшая в школе, но если не учёба и не работа в магазине, чем бы она хотела заниматься на самом деле? Ей нравится идея переехать в город, побывать в Париже, а не в этом провинциальном городке. Но если она окажется в Париже, что будет дальше? Чувствуя тревогу за себя, Мишель оглядывает двор и машинально находит Декампа. По какой-то причине его присутствие успокаивает её. Джозеф прислонился к стене возле уборной и курит сигарету. Он преступно привлекателен. Затем она замечает очередь мальчиков, стоящих у туалета с наличными. Все они выходят с широко раскрытыми глазами и раскрасневшимися. Что они могут делать в туалете? Дюпен, охраняя дверь, выглядит так, словно занимается бизнесом. Мишель обращает внимание на дядю, который направляется к лестнице, где сидят они с Симон. В его руках книга, которую Лабрак держал ранее. Та самая, которая, как он сказал, ей не понравится. — Дядя Поль! — она быстро встаёт и с улыбкой приветствует его, прежде чем он успеет пройти мимо, — Могу я одолжить эту книгу? — О! Привет, Мишель, — дядя улыбается, — эта книга тебе не понравится. — О чём она? — спрашивает Мишель. — О Французской революции. — Мне нравится! — лжёт она. Её дядя вздыхает. — Это слишком для взрослых, Мишель. Я найду книги, более подходящие для тебя, и принесу их, когда соберусь к вам в гости. Он разворачивается и продолжает подниматься по ступенькам, прежде чем она успевает возразить. — Что значит «для взрослых»? — раздражённо бормочет Мишель, опускаясь рядом с Симон. Почему никто ничего ей не говорит? Они с Лабраком одного возраста, так что для него это тоже должно быть слишком взрослым! — Ты заметила, что мальчики ведут себя странно? — шепчет Симон, оглядываясь на уборную. — Да, — Мишель снова резко встаёт, всё ещё недовольная Лабраком и дядей, — пойдём, узнаем, что происходит. Что могут замышлять мальчики? Она видела, как Анник укоризненно качала головой и избегала их сегодня любыми способами. Неужели она знает, что происходит? Они сразу же направились к Пишону, который недавно вышел из туалета. — Пишон! — говорит Мишель достаточно громко, чтобы он вскочил со скамейки, на которой сидел. — Да? — он заикается. — Что происходит в туалете? — Ничего, — быстро отнекивается он и пытается пройти мимо неё. Мишель с насмешкой прикладывает руку к его груди и толкает обратно к тому месту, где он стоял раньше. — У тебя всё лицо красное. — Оно не красное! Она поворачивается к своей подруге. — Симон, у него красное лицо? — Оно красное. Очень красное. — Это просто мой цвет кожи! — практически кричит Пишон, прежде чем убежать. Мишель и Симон вместе закатывают глаза. Позже, на уроке английского языка у мадемуазель Куре, Мишель узнаёт немного больше. Даниель Эпплбаум, друг Пишона, приходит на урок с опозданием очень смущённым. Дюпен говорит Пишону, чтобы тот вернул ему что-то, иначе он оглохнет? Это вызывает смех у остальных мальчиков. Когда Эпплбаум начинает протягивать журнал, Анник хватает его и рвёт. Когда Дюпен пытается выхватить у неё журнал, она бросает его обратно Эпплбауму. И он отбрасывает его назад, прямо на стол Мишель. Её глаза расширяются в полном шоке от того, что на обложке журнала изображена обнажённая женщина. Она поднимает глаза и встречается взглядом с Декампом, который сидит, положив подбородок на руки, и выглядит на удивление спокойным. Мадемуазель Куре подбирает журнал, прежде чем Мишель успевает провести дальнейшее расследование, и занятие, по сути, отменяется, поскольку все мальчики должны явиться в кабинет её дяди. Теперь Мишель не остаётся ничего другого, кроме как доделать домашнее задание и ждать, когда их отпустят. Она подходит к Анник. — Анник, ты знаешь, что это был за журнал и почему мальчики шутят, что они оглохли? — Да, — недовольно отвечает Анник. — Не могла бы ты мне объяснить? — Нет. — Почему нет? — возражает Мишель. — Потому что, — отмахнулась Анник, — лучше останься невинной. Блондинка развернулась и быстрым шагом направилась в уборную, прежде чем Мишель успела переварить сказанное.

***

В конце концов, мальчики расходятся, и все вместе покидают школу. Пиджак Декампа по-прежнему накинут на руку. Никто не заметил, а если и заметил, то никак не прокомментировал. Она планировала отдать его Джозефу, когда они будут уходить, отказавшись от мысли остаться с ним наедине. Но, находясь в коллективе, не так-то просто передать его. Даже сейчас парень находится всего в паре футов от неё, но кажется таким далёким. Они останавливаются перед воротами, когда Пишон сообщает, что если они не признаются, кто принёс журнал, то до конца года каждый четверг в наказание будут сидеть после уроков. — Даже девочки?! — кричит Анник. — Да, — слабо признаётся Пишон, — Я сделал всё, что мог. Анник молча разворачивается и уходит. Симон следует за ней, прощаясь. Тётя ждёт её. Мишель осталась с остальными мальчиками. — В четверг я работаю на ферме, — раздражённо говорит Лабрак, — это всё Эпплбаум виноват. — Я тут ни при чем, — смущённо говорит Эпплбаум. — Я думал, вы оглохли, — огрызается Лабрак. Все мальчики смеются, и Мишель чувствует себя лишней. Когда Лабрак покидает их группу и направляется к своему мотоциклу, она следует за ним. — Лабрак, что значит «оглохнуть»? Это имеет отношение к журналу? — Ты не поймешь, — он вздыхает, — это мальчишеские дела. Не думай об этом. — Я не думаю, я просто хочу знать! — говорит она, когда он уходит, не оглядываясь. От чего они все её защищают? Все считают её ребенком! От досады ей хочется топнуть ногой в землю, но это лишь подтвердит их правоту. Поэтому она скрещивает руки на груди и смотрит, как Лабрак уезжает. — Эй, принцесса, — раздаётся голос позади неё, — ты можешь спросить меня. Декамп. Мишель вскакивает и поворачивается к нему лицом так резко, что чуть не врезается в грудь высокого юноши. Она пытается заговорить, но слова застряли у неё в горле, когда он облизнул губы, глядя на неё сверху вниз. — Спроси меня, — непринуждённо говорит он, — я ждал этого весь день. Она выпрямляется, вскидывая подбородок. — И почему я должна тебе доверять? Декамп ухмыляется. — Похоже, твой любовничек тебе не доверял. Она смеётся в ответ на то, что он называет Лабрака её любовником, но смех прерывается, когда Джозеф подходит к Мишель так близко, что ей приходится приподнять голову, чтобы посмотреть на него. Парень наклоняется к ней, заставляя девушку глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться, однако её накрывает его запах. — Кажется, все относятся к тебе как к ребёнку, но я знаю, что ты им не являешься. Давай, спроси меня. — Что вы делали в уборной? — вопрос сорвался с её губ. По какой-то причине она верит, что он ей расскажет, в отличие от остальных, — Почему все говорят, что глохнут? — Это миф, что если слишком много мастурбировать, то можно оглохнуть. Эту чушь придумали пуритане, чтобы выставить людей грешниками за то, что они делают нечто естественное. Глаза Мишель растерянно прищурились. — Что… что значит «мастурбировать»? — Ты не знаешь об этом, даже имея брата? — Джозеф смеётся, — Ты действительно чиста. Мишель оглядывается на остальных ребят, которые, похоже, заняты, и, наклонившись к нему, берёт его за голое предплечье. От этого прикосновения он удивлённо замирает. — Декамп, в чём дело? — шепчет она, — Мне надоело не знать того, что знают все мальчишки! Он берет её руку и легонько проводит ладонью по своей промежности. Её глаза удивлённо распахнулись, когда девушка увидела, насколько близко её рука находится к нему там, внизу; запретная зона, по словам её родителей. Принимая вызов, она не отпускает свою руку, несмотря на то, как неуместно это выглядит. Декамп отвечает на её вопрос, шепча на ухо, отчего у неё подскакивает пульс. — Это когда ты прикасаешься к интимным частям своего тела ради удовольствия, — она чувствует тепло его дыхания, касающееся её кожи. По позвоночнику пробегает волна возбуждения. Она ёрзает, снова ощущая жжение в животе. Только он заставлял её чувствовать себя так. — Дай мне знать, если у тебя возникнут ещё вопросы, — бросает он, прежде чем отстраниться, и её рука падает с его предплечья. — Твой пиджак! — она торопливо протягивает ему вещь и толкает в грудь. — Спасибо, — искренне говорит он. — Декамп! — кричит Дюпен, но Декамп не сводит с неё глаз, — Пошли! — снова кричит Дюпен, явно раздражённый. Они ничего не говорят, только смотрят друг на друга. Неужели он ждёт, что Мишель задаст ещё один вопрос? У неё их миллион, но сейчас не время. Не сейчас, когда Дюпен видит их в таком ракурсе. Наконец, Декамп бросает на неё последний взгляд и, развернувшись на пятках, уходит. Мишель смотрит, как он уходит со своим другом. Даже его походка манит. Один раз он оглядывается и бросает ей своеобразный знак почтения, поднимая пиджак в руке. Из всех людей только Декамп не обращался с ней как с ребёнком. Несколько мальчишек, друживших с Ивом, проезжают мимо на мотоциклах, и у Мишель появляется идея. Обретя уверенность в себе благодаря Декампу, она решает немного побунтовать. Мишель покажет всем, что она не ребёнок и заслуживает достойного отношения к себе. Вместо того чтобы отправиться домой, как ей следовало бы, она идёт в противоположном направлении и следует за мальчиками на байках. Девушка узнает, почему Лабрак не хотел, чтобы она общалась с его старыми друзьями, и решит для себя, хочет она быть там или нет. И пока она идёт одна по улице, всё, о чём она может думать, — это Декамп и их последний разговор. Её рука, которая держала его, кажется, покалывает в предвкушении, когда она вспоминает о том месте, где он взялся за штаны, но не знает почему. Разве то, что Мишель почувствовала с канатом, можно считать мастурбацией? Прикосновение к интимному месту вызвало у неё приятные ощущения. Очень хорошо. Желая узнать больше, она должна расспросить Декампа, чтобы всё выяснить. Вот только… как она застанет его одного?