Акт шестой: Медведь-шатун

Григорянц и Гольянов ждали такси у аэропорта. Оба были в напряжении, ведь не знали, что они увидят на этом адресе. Дождавшись такси, они сели и отправились в путь. -Вы впервые в Болгарии?-внезапно заговорил таксист на русском. -Да, мы сюда по работе. -А где работаете? -В РЖД. Здесь собрание какое-то, шеф позвонил, сказал, что мы здесь нужны. А что находится по этому адресу? Просто нам даже не сказали. -Здесь хуторок небольшой, его один мой знакомый держит. Частенько там выходные провожу. Кстати, слышали новости? -Какие? -Из местного зоопарка медведь сбежал. Остальную часть поездки трое людей ехали молча. Наконец доехав до хутора, Григорянц и Гольянов зашли в один из домов, который был отмечен на адресе. Они с полчаса сидели за столом и просто молчали в ожидании чего-то неизвестного. Внезапно дверь в дом распахнулась и в дверном проёме возвышался Глазунов. Высокий и статный лысый мужчина в элегантном пальто. Сняв пальто и повесив на вешалку, он достал из него огромную дорогую бутылку коньяка. Гольянов достал рюмки и поставил на стол. -Что ж… Думаю, мы все здесь оказались по одной и той же причине. -А почему Алексей Евгеньевич не полетел с нами? -Алексей Евгеньевич чуть позже прилетит. Ближайших самолётов нет, а с нами не полетел, потому что дела ещё были. Ну там, с документами, всякими другими бумагами… До сих пор наверное жжёт это всё. -А что нам теперь делать? -Жить, товарищи… Здесь, в Болгарии. Сурков обещал тайник Фурманова вскрыть и его бабки нам отправить. Ему всё равно уже нахуй не нужны. -Почему? -Так его ж грохнут к хуям вот буквально с минуты на минуту. -Пиздец какой-то… Что в мире-то происходит. Наверное среди этого пиздеца самое безобидное то, что медведь из зоопарка сбежал. -А вы откуда знаете? -Таксист рассказал. -Сейчас я байку вам расскажу. 20 лет назад, когда Исаковский старший пропал на острове, тоже вот такие поиски были. Только без вот этого всего и длились они неделю, а сейчас его даже не искал никто. Так вот, мы же с Сурковым в Болгарию часто отдыхать ездили, тот год не стал исключением. Только с нами ещё один мужик был, он со спецназом дела какие-то делал. Рома Орехов. Ёбнутый был наглухо, вот честно. Я когда с женой в 2004 на Бали летал, он мне звонит: «Ты где?», я говорю, ну, мол, в аэропорту, он: «Хы, а я тоже». В Беслан летел. Так и вот… Мы когда с ним и с Сурковым сюда приехали, нам эту байку и рассказали. Что, мол, здесь ещё с давних времён ходит грозный медведь-шатун и убивает всех подряд. Мы сочли за шутку, а потом нам звонят и говорят про растерзанный труп Орехова в лесу. Пиздец какой-то,-Глазунов опрокинул рюмку коньяка. -Глазунов, ты давай мне здесь человека не пугай, ему и так хуёво. -Вот сука, Гольянов, ты как трусом был, так и остался. Ещё совсем пиздюком тебя помню, бегал по крепости «Мальчик подай-принеси-пошёл-нахуй». Допив коньяк, мужчины улеглись спать в пьяном бреду. Глазунов и Гольянов настолько крепко спали, что не услышали, что происходило ночью, а наутро обнаружили в прихожей голову Григорянца и медвежью шерсть. Гольянов с похмелья не сразу понял, что произошло. Глазунов же, отошедший от вчерашней пьянки, быстро вывел Гольянова на улицу и вызвал такси. -Ебать Санёк шутник однако. Надо ж такую реалистичную бошку сделать… Вот как будто знал, что ты эту байку про медведя расскажешь. -Оно самое. -А у тебя пиво ещё осталось? -Осталось, но я тебе не дам. Мне самому ещё надо,-соврал Глазунов, чтобы Гольянов не отрезвел. Наконец дождавшись такси, они поехали в другой хутор. Обустроившись в одном из домов, Глазунов уложил Гольянова спать, ведь на часах было 5 утра и ещё не рассвело. Сам же Глазунов позвонил Суркову: -Шутку хочешь? -Удиви. -Тут походу Саня решил судьбу Орехова повторить. -В смысле? -Его медведь сожрал, в смысле. Ночью в хату забрался и сожрал. -Блять, ну Олег, ну разве нужны мне такие новости с утра пораньше? Я до сих пор с бумагами разбираюсь, помог бы лучше. -Фурманов ещё держится? -Да не поверишь. Они походу на какой-то компромисс вышли, так что Кириши тоже убьют. -Ха блять, вот шакалы оказывается дипломаты. -А тут не в шакалах дело, уже верхушка взялась. -Какая нахуй верхушка? -Ну, тот, о ком стараются молчать. -… -Ну, сечёшь ведь, что к чему? -Господи… Хочешь сказать, Бледный оружие в руки взял? -Угу. Тут уже никто не поможет. Бледный никого не щадит.