Глава 10. Отрицание.

Я не могу перестать думать о Хане. Зачем он назвал меня своей девушкой? Может, он надеялся, что я передумаю и начну с ним встречаться? Даже если так, зачем заранее называть меня девушкой? Или он хотел таким образом оградить меня от других ребят из Stray Kids? Разве в этом был какой-то смысл? Я и так ни на кого из них не претендовала. И что он сказал Феликсу и Хёнджину? Это все еще остается загадкой. Если попытаться спросить об этом Хана, признается ли он мне? Да почему я вообще об этом переживаю? Из-за Хана у меня теперь проблемы. Точнее, из-за его лжи. В этой ситуации я являюсь пострадавшей, и имею полное право напрямую спросить Хана о произошедшем. Даже если он обидится и не захочет говорить, что с того? Доверие к нему потеряно. Я не уверена, что после всего этого мы сможем остаться друзьями. Поэтому единственное, что сейчас должно меня волновать — это узнать всю правду. Я взяла телефон и набрала сообщение Хану: «Привет. Нам надо поговорить. Когда сможем увидеться?» Джисон долго не отвечал. Видимо, он решил избежать ответа… Но мне нужно докопаться до правды, мне это жизненно необходимо. Из-за его лжи моя жизнь пошла под откос. Поэтому я отправила ему еще одно сообщение: «Нам правда нужно поговорить. Напиши, когда у тебя есть время, и я приеду.» Снова тишина…

***

Вечером Хан наконец-то ответил мне. «Привет. Да, я видел твои сообщения, но был занят и не мог ответить. У меня есть время в среду в 12 дня. Если тебе удобно, то давай встретимся и поговорим.» Радует, что Джисон не убегает от ответственности и готов к диалогу. А, может, он и не считает себя виноватым? Что ж, в среду узнаю.

***

Хан снова предложил встретиться в кофейне, но уже в другой. После того случая с фанатками мы уже не можем встречаться там, где раньше. Уверенна, те школьницы каждый день туда ходят, высматривая айдолов. Новая кофейня оказалась дальше и не очень удобной по расположению. Я едва не потерялась, пытаясь найти её, поэтому немного опоздала. Когда зашла в кофейню, внутри было много народу. Ну да, уже время обеда, и многие офисные работники вышли прогуляться и попить кофе. Надеюсь, среди них не окажется фанатов Stray Kids, иначе поговорить не получится. Я осмотрела кофейню, но Хана нигде не было. Внезапно пришло сообщение в Kakao Talk: «Я сижу возле входа. Обернись.» Я обернулась и увидела Джисона. Он сидел в куртке и капюшоне. Видимо, тоже опасается, что его могут узнать. — Привет, — сказала я, садясь за столик. — Привет, — улыбаясь, произнес айдол, — Я заказал тебе латте. Нормально? — Да, спасибо, — улыбнувшись, сказала я. — Я знаю, о чем ты хочешь поговорить, — перестав улыбаться, произнес Хан, — Но прежде я хочу знать, что именно сказал тебе Бан Чан. — А это на что-то повлияет? — растерянно спросила я. — Думаю, у нас с ним разные версии событий. Что это значит? Я не понимаю. Почему разные версии? — Бан Чан сказал, что ты назвал меня своей девушкой. Джисон тяжело вздохнул. — Я так и думал, что он это скажет, — произнес айдол, — Но все было совсем не так. Я не говорил, что ты моя девушка. — Так, а что ты сказал? — растерянно спросила я, — Как все было? Расскажи подробно. — Я собирался на встречу с тобой. Это было еще до фотосессии. Я собирался и ко мне подошел Минхо. Он начал подкалывать меня и говорить, что я собираюсь на свидание. Я отрицал, сказал, что иду на встречу с другом, но он продолжал прикалываться надо мной и говорить, что я иду к своей девушке. Потом еще подошли Бан Чан и Феликс, и они втроем начали подкалывать меня. В итоге, я в шутку сказал, что действительно иду к своей девушке. Мы все посмеялись, а потом разошлись. Но это же была просто шутка. Я не говорил всерьез. — Звучит, правдоподобно, — задумавшись, сказала я, — Но откуда ребята узнала, что именно я та самая девушка? Когда ты позвал меня на фотосессию, как ты представил меня ребятам? Как своего друга? Или как свою девушку? — Да не говорил я, что ты моя девушка. Я просто сказал, что сегодня придет мой друг. — Друг? — решила уточнить я, — Именно так ты сказал? — Ну, да, так и было, — улыбнувшись, сказал Хан, — Я сказал, что сегодня придет мой друг, чтобы помочь нам на фотосессии. Но Минхо опять начал свои шуточки про девушку, и пацаны тоже подключились. Все начали подкалывать меня и говорить, что наконец-то познакомятся с моей девушкой. Я говорил, что ты не моя девушка, но они меня не слушали. И да, я снова подыграл им и сказал, что придет моя девушка. Я сказал это в шутку. И все смеялись. Так что это была просто шутка. Я думал, что все это поняли. И не знал, что кто-то всерьез считает тебя моей девушкой. Да, я понимаю, что тебе это неприятно. Это была глупая шутка, но я просто пошутил со своими друзьями. Я не думал, что у этого могут быть последствия. — Значит, ты сказал это в шутку? — Да, это была просто шутка. Неудачная, но шутка. Я всерьез не называл тебя своей девушкой, поэтому не понимаю, почему пацаны поверили. Я сам удивлен. Даже не знаю, что и думать… Может, действительно все было так? Хан пошутил, а ребята поверили… Это звучит правдоподобно, но стоит ли мне верить? Это ведь действительно могла быть просто неудачная шутка… Или нет? А что он сказал Феликсу и Хёнджину? — А ты ведь что-то сказал Феликсу и Хёнджину перед встречей со мной, не так ли? — спросила я. Джисон удивленно посмотрел на меня. — Я ничего им не говорил, — уверенно ответил он, — С чего ты это взяла? — Но вы явно обсуждали меня. Я же была рядом и слышала, как Феликс сказал «Почему ты не предупредил, что это она?» А потом его отношение ко мне резко изменилось. Что это было? Хан улыбнулся. — Я ничего особенного ему не говорил. Просто сказал, что сегодня придет мой друг. И я не знаю, почему он изменил свое отношение к тебе. Я здесь не при чем. Нет, в это я точно не поверю. Я же знаю, что он что-то сказал им. Феликс почти проговорился мне. Я бы узнала, если бы Хан не пришел. Так что я не поверю в эту ложь. — А Хёнджину ты что сказал? — спросила я, — Запретил ему давать мне автограф? — Нет, конечно, — улыбаясь, ответил айдол, — Я ничего такого ему не говорил. И я не знаю, почему он был так груб с тобой. Наверно, у него просто было плохое настроение, и я не имею к этому никакого отношения. Нет, все не может быть так просто. Я точно знаю благодаря Феликсу, что сейчас он врет. Зачем он это делает? Если я продолжу давить, мне придется признаться, что Феликс проболтался мне, но я не могу его подставлять. Нет, я не скажу Хану, что поймала его на лжи. Но… если сейчас он врет, как я могу быть уверена, что до этого он сказал правду? А что, если все это ложь? — А зачем толкнул Хёнджина на записи клипа? — спросила я. Хан удивился. — Откуда ты об этом знаешь? — Мне Бан Чан рассказал. — Зачем он сказал тебе? — недовольно спросил Джисон, — Это не нужно было рассказывать. — Почему? — Это личное. Но раз уж ты знаешь… Да, я действительно толкнул его. — Намеренно? — спросила я. — Да, намеренно, — тяжело вздохнув, ответил айдол, — Я вспылил и не горжусь этим. Я разозлился из-за того случая… Ну, про вашу ссору возле кофейни. Вот и толкнул его. Да, я знаю, что повел себя как идиот и чуть не сорвал расписание. Мне очень стыдно. Я уже извинился перед Хёнджином, перед пацанами и менеджером. Больше этого не повториться. Я буду контролировать себя и не мешать работу и личное. Это было непрофессионально с моей стороны. Ну, в это я могу поверить. Он действительно мог вспылить и толкнуть Хёнджина. Кажется, сейчас он говорит правду, а до этого лгал? Последнее звучит как правда, а до этого соврал. А первое было правдой? Так называл он меня своей девушкой или нет? Раздался звук из приложения Kakao Talk, выводя меня из раздумий. Джисон достал телефон из кармана и проверил. — Мне надо идти, — сказал он, — Если у тебя остались еще вопросы, то продолжим в следующий раз. Но в любом случае я не хотел тебе навредить. Это просто недоразумение. — Да, я понимаю, — улыбнувшись, произнесла я, — Иди. Хан помахал мне на прощание и вышел из кофейни. И что теперь? Что делать дальше? Я не получила ответы на свои вопросы. И, видимо, от Хана правды ждать не стоит. Тогда что делать? У кого спросить? У Феликса? Это было бы идеально, но я не знаю его номер телефона. Может, написать Бан Чану? А стоит ли его беспокоить по таким пустякам? Он сейчас очень занят… Нет, ему писать не вариант. Тогда что делать? Похоже, я зашла в тупик…

***

В воскресенье я шла домой после работы. Подходя к дому, я заметила подозрительную мужскую фигуру. Я напряглась. Кого принесла нелегкая? Подойдя ближе, я узнала в незнакомце Хёнджина. — Что Вы опять здесь делаете? — недовольно спросила я. — Здравствуйте, — вежливо ответил айдол, слегка поклонившись, — Я пришел извиниться. — Снова? Это уже не смешно. — Я не причиню Вам вреда, — уверенно сказал Хёнджин, — Я просто хочу поговорить и прояснить некоторые моменты. По идее, мне нужно сейчас же прогнать его и не тратить свое время. Этот человек принес мне массу проблем, но… Мне нужны ответы, и у него они точно есть. Похоже, он пришел, чтобы рассказать свою версию событий. Что ж, будет интересно послушать. — Хорошо, — согласилась я, — Мы можем поговорить. Но не здесь. — А где? — удивился Хван, — Сейчас на улице много людей, и мне нельзя светиться. — Тут недалеко, — сказала я, показывая рукой, — Вон там есть хорошее место. Хёнджин кивнул в знак согласия. Мы прошли в небольшой парк, находящийся на склоне горы. Здесь открывается неплохой вид на город, поэтому я часто провожу здесь время. Может, место не самое подходящее для разговора, но всяко лучше, чем стоять на дороге. — А здесь мило, — произнес Хван, осматривая ночной город. — Вы пришли поговорить или видами любоваться? — недовольно спросила я. Хёнджин смутился. — Поговорить, — ответил он, — Точнее, извиниться. Я думал, что Вы девушка Хана, поэтому… — Поэтому Вы решили, что меня можно оскорблять? — перебив его, спросила я. — Вовсе нет, — уверенно ответил айдол, — Я не хотел оскорблять Вас. Так получилось, и я этим не горжусь. Я думал, что Вы девушка Хана, поэтому у меня сложилось неправильное мнение о Вас. — А почему Вы решили, что я его девушка? Хан не говорил это напрямую. Он сказал, что просто пошутил, но все почему-то решили, что я его девушка. — Пошутил? — растерянно переспросил Хёнджин, — В каком смысле? — Он в шутку сказал, что я его девушка. — В шутку? Нет, Хан не шутил. Он на полном серьёзе представил Вас как его девушку. Так-так! А с этого места поподробнее… — Что именно он сказал? — спросила я, — И когда? Это было до фотосессии? — Это было перед фотосессией, — ответил айдол, — Когда мы переодевались, Джисон сказал, что сегодня придет его девушка. А также попросил, чтобы все вели себя прилично и не отпускали никаких глупых шуток в Вашем присутствии. Минхо обиделся и сказал, что его глупые шутки самые лучшие. А Бан Чан сказал, что будет следить за пацанами. — Значит, Хан сказал это всерьез? — решила уточнить я. — Да, — подтвердил Хёнджин, — Он был абсолютно серьезен. — А говорил ли Хан что-то Вам и Феликсу? Ну, может, не давать мне автограф? Было что-то такое? — Да, было. Он запретил нам разговаривать с Вами. Что???! Запретил разговаривать? Да как такое вообще возможно? Нет, наверно, я что-то неправильно поняла. Не мог же он всерьёз запретить им разговаривать со мной? — Запретил разговаривать со мной? Вот так и сказал? Хёнджин кивнул в знак согласия. Да что это за приколы? Я не понимаю. — И Вы согласились? — растерянно спросила я. — Да, — уверенно ответил Хван, — Я согласился. — Но… Но… Почему? — Он мой друг. И я могу понять, почему он попросил меня об этом. — И почему же? — растерянно спросила я. — Я не могу Вам сказать, — улыбнувшись, ответил айдол, — Лучше сами спросите у Хана. Опять загадки? Хоть кто-нибудь из них может говорить открыто? Или я многого прошу? — Я заметил, как Вы на меня смотрите, — продолжил Хёнджин, — И понял, что интересен Вам. Я хотел подойти и поговорить с Вами, но Феликс остановил меня. Он сказал, что Вы девушка Хана. И тогда я разозлился. — Почему разозлились? — Я подумал, что Вы использовали Хана, чтобы добраться до меня. Мне стало обидно за друга. А потом Вы еще подошли за автографом. Я растерялся. Мне же нельзя было с Вами разговаривать. Я не знал, что мне делать, я же не мог просто сбежать от Вас… Поэтому я не придумал ничего лучше, как оскорбить Вас. Извините. Мне правда очень стыдно. Я повел себя незрело. Я до сих пор чувствую себя виноватым и не уверен, что когда-нибудь смогу себя простить. — Да не стоит так переживать, — уверенно сказала я, — Я уже давно не злюсь. И потом из-за чувства вины Вы отправили сотрудника следить за мной? — Да, — подтвердил Хван, — Я чувствовал себя ужасно и хотел извиниться, но не мог сделать это напрямую из-за Хана. Мне жаль, что я доставил Вам столько неудобств. Пока звучит правдоподобно… Вполне все могло быть именно так. Или нет? — Но зачем Вы пришли ко мне домой? — продолжила спрашивать я, — В этом не было смысла. — Я уже говори Вам ранее: хотел убедиться, что Вы получили мой подарок. — Это было так важно для Вас? — удивилась я. — Да, это было очень важно. Я чувствовал себя виноватым и хотел искупить свою вину. Кстати, как Ваше колено? — Уже давно все зажило, не беспокойтесь. Но почему Вы отправили анонимный подарок? Как я должна была догадаться, что он от Вас? Айдол немного растерялся от моего вопроса. Выдержав небольшую паузу, он ответил. — Мне не хватило смелости отправить его открыто. — И поэтому Вы лично пришли сообщить мне об этом? — растерянно спросила я. — Да, — согласился Хван, — Я хотел, чтобы Вы знали, от кого этот подарок. Это было важно. Почему для него это так важно? Неужели его настолько замучила совесть? Кто бы мог подумать? — А как Вы оказались в той кофейне? Вы следили за мной? Хёнджин смущенно улыбнулся. — Нет, — сказал он, — Я правда оказался там случайно. — И в какой момент Ваше чувство вины переросло в ненависть ко мне? — недовольно спросила я. — Я не испытываю к Вам ненависти, — уверенно ответил айдол, — И раньше не испытывал. Да, я злился, но ненависти не было. — Но Вы не стали себя ограничивать и решили выплеснуть свою злость на меня? — недовольно спросила я. — То, как Вы смотрели на меня на фотосессии… Я знаю этот взгляд. Я думал, что Вы встречаетесь с Ханом. И не хотел быть тем, кто разрушит вашу пару. Поэтому решил, что пусть лучше Вы будете ненавидеть меня. Тогда моя совесть будет чиста. — А… Оу… Это смелое решение для человека, кто пытается восстановить свою репутацию. Значит, Вы просто пытались… Избавиться от меня? — Да, Вы все верно поняли, — уверенно сказал Хёнджин, — Я хотел, чтобы Вы держались от меня подальше. Но ведь Феликс сказал, что они зашли в ту кофейню из-за меня… Или Феликс неправильно понял мотивы Хёнджина? Мог ли Хёнджин действительно увидеть своего одноклассника? Не похоже, что я его интересую. Или он не договаривает? Стоит ли попытаться узнать у него правду? Не будет ли это слишком? То, что он пришел сюда и извинился, это уже говорит о многом. Извиняться всегда непросто. И не каждый человек способен признавать свои ошибки, особенно, если у человека есть много денег. Поэтому не стоит на него давить. В любом случае, это наша последняя встреча. Разве что пересечемся еще как-нибудь. Друзьями нам уже точно не стать. Но у меня останется хотя бы одно приятное воспоминание о нем. Наверно, это больше, чем достаточно. Он имеет право не говорить, если не хочет, ведь, по большому счету, это ничего не меняет. Наверно, и правда зашел туда случайно, а Феликс просто ошибся. Не может же Феликс знать о чувствах Хёнджина больше самого Хёнджина? — Могу ли я что-то сделать для Вас? — неожиданно спросил Хван, — Может, Вам что-то нужно? — Нет, что Вы? Нет, мне ничего не надо. — Я бы хотел еще раз извиниться перед Вами… — Вы уже достаточно извинились. Хёнджин задумался. — Что Вы делаете завтра в девять утра? — спросил он. — Что? В девять утра? А почему Вы спрашиваете? — Я хочу пригласить Вас на утреннюю прогулку. — Прогулку? — растерянно спросила я, — Вы и я? Вдвоем? — Втроем, — улыбнувшись, ответил айдол, — Феликс тоже придет. — А Феликс тоже хочет увидеться со мной? — Нет, но мы ведь не можем гулять вдвоем. У этого могут быть неприятные последствия. Если нас увидят, то могут пустить слух, что Вы моя девушка. Ни мне ни Вам это не нужно. Поэтому Феликс тоже пойдет. Я была бы не против этого слуха… Но ладно, с Феликсом будет не так неловко. Он будет смягчать неловкость всего мероприятия. Да и мне наконец-то удастся поговорить с Феликсом и узнать его версию событий. Так я смогу разобраться: кто врет, а кто говорит правду. — Девять утра-это как-то рано, не находите? — задумчиво спросила я. — В это время в парке никого нет, поэтому время идеальное. Идеальное, чтобы убить меня и спрятать тело? Если так, то да. Только не нужно говорить это вслух, а то он сочтет меня сумасшедшей. — Хорошо, давайте, — согласилась я, — Пришлите мне место в Kakao Talk, где хотите встретиться. — У меня нет Вашего номера, — улыбнувшись, сказал Хёнджин. Обмениваться номерами — это плохая идея. Нельзя, чтобы у меня был его номер, иначе я могу позвонить ему по пьяни и наговорить всякую чушь. Да и зачем брать номер, если мы не собираемся продолжать общение? — Тогда просто скажите, куда нужно подойти, — произнесла я. — Как насчет парка Ёидо? — Да, нормально. Значит, завтра в девять утра в Ёидо? — Верно, — улыбнувшись, сказал Хван, — Подходите к мосту. — Да, поняла, — произнесла я, вспоминая, где там мост. Хёнджин попрощался со мной и ушел. Это такое странное чувство… Человек, которого я так ненавидела, теперь кажется даже приятным. Но ведь это скользкая дорожка… А что, если он снова понравится мне? Что тогда я буду делать? И зачем я согласилась на завтрашнюю прогулку? Наверно, это все испортит… Но с другой стороны, с какой стати мне снова влюбляться в него? Он же айдол. Я могу только со стороны наблюдать за ним и восторгаться. А реальных чувств быть не может, потому что он нереальный…

***

На следующее утро я еле встала с кровати, поела, собралась и поехала в парк Ёидо. Когда я прибыла на место, то увидела в далеке одинокую фигуру, стоящую на берегу реки. Я подошла ближе и узнала Хёнджина. Он что-то фотографировал. — Доброе утро, — улыбнувшись, сказала я. И в этот момент услышала звук затвора фотоаппарата. Я растерялась. — Вы сфотографировали меня? — Да, — улыбнувшись, сказал Хёнджин, — Кадр был удачным. — Покажите. — Вот, смотрите, — произнес Хван, показывая мне камеру, — Здесь очень здорово свет падает. Если сделать фото чуть светлее и добавить теплых оттенков, то будет вообще идеально. — Да, выглядит и правда неплохо, — согласилась я, — Но Вы же не собираетесь выкладывать это фото в социальные сети? — Я оставлю его себе, — улыбнувшись, сказал айдол. Зачем Хёнджину мое фото? Это как-то странно… Не знаю, как на это реагировать. Но у меня же есть его фото в телефоне. Наверно, это будет справедливо. — А Феликс не пришел? — удивленно спросила я, оглядываясь по сторонам. — Переживаете, что мы вдвоем в этом парке? — улыбаясь, спросил Хван. — Ц-ц, нет, — уверенно ответила я, — Я Вас не боюсь. Так где Феликс? — Отошел ненадолго. Сейчас придет. — Какие у Вас планы на эту прогулку? — поинтересовалась я. Хёнджин пожал плечами. — У меня нет особых планов. Просто хотел показать Вам утреннюю реку Хан. Вам не нравится? — Нет, здесь красиво, — уверенно сказала я. — Хотите сфотографироваться со мной? — неожиданно спросил айдол. — Что? Нет, — растерянно ответила я. Зачем ему со мной фотографироваться? Это уже слишком. — Это просто фотография на память, — улыбаясь, сказал Хёнджин, — Ничего такого. Вы не хотите? — Зачем Вам фотография со мной? — растерянно спросила я. — Вы хорошо получаетесь на фото. Камера любит Вас. — Вовсе нет. Я совершенно не фотогеничная. — Вы ошибаетесь, — улыбаясь, сказал Хван, — Давайте сфотографируемся, и я Вам это докажу. Ну, это же просто фотография? Если Хван Хёнджин хочет со мной сфотографироваться, то чего я ломаюсь? Это глупо. — Хорошо, давайте, — согласилась я. — Подойдите ближе, — сказал айдол. Я подошла ближе и посмотрела в объектив камеры. — Вы не влезаете, — произнес Хёнджин, — Подойдите еще ближе. — Да куда еще ближе? — недовольно спросила я, — Я и так уже близко стою. Ничего не сказав, Хван положил свою руку на мое плечо и притянул меня к себе. Я растерялась и покраснела от неожиданности. — А, простите, — неловко улыбаясь, сказал айдол и убрал руку, — Я не хотел Вас трогать. — Нет, верните руку назад, — краснея, произнесла я, — Так лучше будет смотреться на фотографии. Хёнджин вернул руку на мое плечо. — Смотрите в объектив, — сказал он, — Готовы?. — Ага, — произнесла я, но вместо этого посмотрела на его профиль, на его шею, а затем на губы… Я зависла, разглядывая его лицо с такого удачного ракурса. Но в этот момент я услышала звук затвора фотоаппарата. — Что Вы сделали? — испуганно спросила я, — Зачем Вы сфотографировали? Я не была готова. — А получилось интересное фото, — улыбаясь, ответил Хван. — Удалите его сейчас же! — краснея от своего позора, воскликнула я, — Удалите его! — Не хочу, — улыбаясь, сказал Хёнджин. — Вы не имеете права! — возмутилась я, — Это не Ваше фото, а общее. Если я есть на этой фотографии, то Вы обязаны её удалить по моему требованию. — Это мой фотоаппарат, поэтому мне решать: удалять фото или нет. — Удалите сейчас же! — Нет, — решительно сказал айдол и поднял фотоаппарат на вытянутой руке. — Ах, так? — недовольно произнесла я. Я схватила Хёнджина за руку, пытаясь достать фотоаппарат. Он сопротивлялся, но я все больше тянулась вверх, пытаясь достать камеру. В какой момент я поняла, что просто навалилась на него всем телом, и мне стало дико неловко. — Простите, — краснея, сказала я, и отошла в сторону. Конечно, это был отличный момент, чтобы облапать его, но так делать нельзя. Иначе он будет считать меня извращенкой. — Привет, — улыбаясь, сказал подошедший Феликс, — Развлекаетесь тут без меня? — Мы фотографируемся, — произнес Хёнджин, — Хочешь с нами? — Конечно, хочу, — радостно сказал Феликс и подошел ближе. Мы сделали несколько совместных фоторафий, позируя в разных позах. Порой в каких-то совершенно нелепых, но на фото это выглядело неплохо. А потом Хёнджин сказал, что хочет немного пофотографировать парк и отошел в сторону. — Я хочу извиниться перед Вами, — сказал Феликс, — Я думал, что Вы девушка Хана. — Хан правда сказал, что я его девушка? — Да, он так сказал. — Он сказал это всерьез или в шутку? — решила уточнить я. — Всерьез, — уверенно произнес Феликс, — Это не было похоже на шутку. И Хёнджин так сказал… Выходит, он говорил правду. — А запрещал ли вам Хан разговаривать со мной? — Не скажу, что это был именно запрет, — смутившись, сказал Феликс, — Но да, он настоятельно рекомендовал не разговаривать с Вами. Когда меня посадили к Вам в кресло, я не знал, что Вы его девушка. Ну, в смысле, я знаю что Вы не его девушка… В общем, Вы меня поняли. Я не знал, что это Вы. В тот день работала еще другая иностранка. Она была ассистенткой. Я подумал, что она девушка Хана. А потом узнал, что это Вы. Хёнджин тоже сначала подумал на нее. Поэтому я предупредил его. — И Вы просто так согласились с условиями Хана? — растерянно спросила я, — Вам не кажется, что это как-то слишком? — Он же мой друг, — улыбнувшись, ответил айдол, — Как я могу отказать ему? — Но это как-то не по-дружески. Разве друзья запрещают что-то друг другу? — У Хана есть на то причины. — И Вы знаете эти причины? Феликс смутился. — Я не должен Вам рассказывать. Это личное. Лучше сами спросите у Хана. Они сговорились что ли? Почему никто не хочет отвечать мне на этот вопрос? К нам подошел Хёнджин и попросил Феликса попозировать для него. Они отошли в сторону, оставив меня одну. Я прошла к лавочке и села. Выходит, Хёнджин сказал правду, а Хан соврал. Но зачем Хану врать? Раз я уже поймала его на лжи, почему нельзя было во всем признаться? Почему он продолжил врать мне? Может, думал, что я никогда не узнаю правду? Да, наверно. И что мне теперь с этим делать? Я не хочу злиться на Хана, но разве я могу закрыть глаза на его ложь и продолжить общаться как раньше? Я почувствовала, как мне на ладонь упало что-то мокрое. Огляделась и увидела, что пошел снег. Пушистые снежинки падали словно хлопья. Я убрала руки в карманы и постаралась побольше спрятаться в шарф. Я посмотрела на парней: они радовались выпавшему снегу, бегая по берегу реки. Так здорово видеть их такими настоящими… Спустя пару минут почувствовала, что замерзаю, поэтому я подошла к парням. — Пожалуй, я уже пойду домой, — сказала я. — Почему? — растерянно спросил Хёнджин, — Вам скучно? — Мне холодно, — улыбнувшись, ответила я. — Давайте я куплю Вам горячий кофе, — предложил Хван. — Да, нет, не стоит. — Вы сразу согреетесь. Я быстро сбегаю и принесу. Хван Хёнджин хочет купить мне кофе? Ради этого можно остаться. — Тогда я буду латте, — сказала я. — Хорошо, — улыбнувшись, произнес Хёнджин, — Я сейчас принесу. — Нет, лучше я схожу, — вмешался Феликс, — Я как раз видел, где тут кофейня. И они уже открылись. Так что я быстрее найду. А ты оставайся с Кирой. — Идет, — сказал Хван, — Только не задерживайся. — Я приду вовремя, — загадочно улыбаясь, сказал Феликс и ушел, снова оставив нас наедине. — Простите, что оставил Вас одну, — произнес Хёнджин, — Я не должен был этого делать. — Все в порядке. Раз уж мы снова одни, то давайте вернемся к тому фото. Вы его удалили? — Я не хочу его удалять, — улыбнувшись, сказал айдол, — Мне очень нравится это фото. У Вас там такой взгляд… как у щеночка. Это очень мило. О, Боже… Мне конец. Я не хочу быть щеночком. — Прошу Вас, удалите его, — настаивала я. — Если оно Вам так не нравится, давайте сделаем другое совместное фото. Что скажите? — Давайте хотя бы так, — согласилась я. Я подошла ближе к айдолу и посмотрела в объектив камеры. — Мне положить руку Вам на плечо? — спросил Хван. — Разумеется, — уверенно ответила я, — Мы же переснимаем тот кадр. Он приобнял меня, и в этот момент мне стало так тепло и уютно. Я совсем забыла про холод. Хотелось просто стоять с ним рядом и ничего не говорить. Я снова посмотрела на Хёнджина. Сейчас он так близко, что даже не верится. Мне нужно смотреть в камеру, но я не могу оторвать взгляда от его губ. Это как гипноз, я не могу сопротивляться… — Кира, смотрите в камеру, — произнес айдол. — Ага, — пробормотала я, — Я смотрю. — Вы не смотрите в камеру, — улыбнувшись, сказал Хван, — Посмотрите в камеру. Я пытаюсь, но… Можно я еще немножко посмотрю на тебя? Когда еще у меня будет такая возможность? Ты так близко, что я, кажется, слышу, как бьется твое сердце… Или это моё? Хёнджин посмотрел на меня в ответ, и наши взгляды встретились. Мы застыли, не решаясь что-либо сказать. Просто стояли и смотрели друг на друга, не замечая мир вокруг. Казалось, что время остановилось… Я смотрю на него, и моё сердце бешено бьется, намереваясь выпрыгнуть из груди. Что со мной? Неужели я… Нет, мне нужно собраться, взять себя в руки. Но он так близко, всего в нескольких сантиметрах от меня… Могу ли я поцеловать его? Или это будет слишком нагло? Я напугаю его? И что? Мы же все равно видимся в последний раз. Могу ли я пойти на такой отчаянный шаг? Нет, я буду выглядеть жалко. Как безумная фанатка, наконец-то добравшаяся до своего айдола… — А, да, — дико смущаясь, сказала я, — Надо смотреть в камеру. — Да целуйтесь уже, — внезапно раздался голос Феликса. Я испугалась и тут же отпрыгнула от Хёнджина. — Что? Феликс? Когда Вы пришли? — спросила я. — Вы были так заняты, что даже не заметили, — улыбаясь, ответил Феликс, — Вот Ваш кофе. Я взяла кофе и немного выпила, чтобы прийти в себя. — Почему не поцеловались? — продолжил Феликс, — Такой момент был хороший. — Мы и не собирались, — улыбнувшись, сказал Хёнджин, — У нас не такие отношения. — Но ты же хотел? — улыбаясь, спросил Феликс. — Вовсе нет, — уверенно ответил Хван, — Я даже не думал о таком. — Ой, да ладно, — радостно сказал Феликс, — Не думал он. Я-то тебя знаю. Хёнжин слегка толкнул друга в плечо. — Перестань, — улыбаясь, произнес он, — Не слушайте его, он несет какой-то бред. Я правда не думал ни о чем таком. А мне бы хотелось верить, что у меня был хоть малейший шанс понравится тебе… — Я тебе тоже кофе взял, — сказал Феликс, протягивая стакан другу. — Горячий? — спросил Хван. — А ты хотел со льдом? — Да, со льдом был бы лучше. — Так зима же на улице, — удивилась я, — Как можно зимой пить американо со льдом? — Для американо со льдом не бывает плохой погоды, — улыбнувшись, сказал Хёнджин. — Лучше пей горячий, а то еще заболеешь, — обеспокоенно произнес Феликс, — Ты же знаешь, что сейчас нет на это времени. — Да, скоро ведь Новый год, — сказала я, — Нельзя болеть в Новый год. — У Вас есть какие-то планы на Новый год? — спросил Феликс. — Даже не знаю, — задумчиво ответила я, — А у Вас? — У меня нет планов, — уверенно сказал Феликс, — А у тебя, Джинни? — Ты же знаешь мои планы, — улыбаясь, произнес Хёнджин. — Спать? — усмехнувшись, спросил Феликс, — Это твой план? — Да, — подтвердил Хван, — Я планирую выспаться перед утренней тренировкой. Кира, а Вы что будете делать в Новый год? — Буду отмечать, — сказала я, — В России это самый важный праздник в году, поэтому я думаю устроить небольшую вечеринку. — Позовете друзей? — спросил Хёнджин. — Ну… У меня не так много друзей. Позову Соён, но, если она не сможет, то буду одна. — Вам не будет одиноко? — обеспокоенно спросил Феликс, — Кажется, это звучит не очень весело. — Мне не бывает одиноко, — улыбаясь, ответила я, — И я всегда найду, чем себя развлечь. Боже, это звучит так убого. Будто у меня совсем нет друзей… — В Новом году мы все станем старше, — радостно сказал Хёнджин, — Разве это не здорово? — Кто-то старше, а кто-то старее, — проворчала я себе под нос. — Старее? — удивился Феликс, — А сколько Вам лет? — Мне двадцать девять, — смущаясь, ответила я. Парни растерянно переглянулись. — А, Вы выглядите моложе, — сказал Феликс, — Я думал, что Вы младше нас. Если бы я знал, что Вы старше, то разговаривал бы с Вами уважительнее. — Да, мне тоже неловко, — произнес Хёнджин, — Простите. — Да ладно Вам, — улыбаясь, сказала я, — Я же не совсем старая. — Нет, нет, Вы не старая, — взволнованно произнес Феликс, — Вы совсем на чуть-чуть старше, как старшая сестра. Можно я буду называть Вас нуной? Нуна?! Только не снова… — Нет, не стоит, — смутившись, сказала я. — Но почему? — спросил Феликс, — Обращаясь так, я показываю, что отношусь к Вам, как к близкому человеку. Вам не нравится? — Лучше зовите меня Кирой. — Не смущай её Феликс, — вмешался Хёнджин. Блин, теперь они знают, что я намного старше их. Как же неловко… Хван проверил свой телефон. — Нам нужно возвращаться в агентство, — сказал он. — Да, я понимаю, — произнесла я, — Конечно, идите. Парни попрощались со мной и побежали, видимо, уже сильно опаздывая. Я смотрю им вслед и понимаю, что это конец… Я больше никогда их не увижу. Я больше никогда не увижу ЕГО. И что теперь мне делать? Раньше я просила Вселенную, чтобы не видеть его, не встречаться, случайно не пересекаться на улице, а теперь… Теперь я убить готова, лишь бы снова увидеть его, прикоснуться к нему, услышать его голос… Я была так близко, но упустила свой шанс. Свой последний шанс… И что теперь? У меня нет его номера телефона… Черт, надо было взять у него номер телефона. Почему я такая глупая? Теперь я понятия не имею, что мне делать дальше. И, кажется, у меня снова есть к нему чувства… Но какое это имеет значение, если я больше никогда его не увижу? Не увижу из-за своей глупости… Что же я наделала? И как мне теперь дальше жить?