Глава 5

25 сентября 1998 года

— А знаешь, Гарри, я ведь так и не поговорила с тобой о Малфое, — Гермиона подняла заплаканный, но совершенно пустой взгляд на друга. — О Драко? — Гарри изогнул бровь, он уже давно не называл Малфоя по фамилии. Гермиона в его глазах была последним человеком, который стал бы говорить о Малфое, тем более спустя несколько часов после похорон Рона, тем более в Норе.

***

Это было действительно страшно. Наверное, самое страшное событие после того, что каждый из присутствующих здесь пережил. Тело Рона скрылось за крышкой гроба, в которую забывались последние гвозди. Его тело скрылось так же быстро, как и надежда на то, что что-то может измениться, что всё будет как прежде, что он окажется жив. На миссис Уизли и Джинни было больно смотреть — и если первая бесперестанно плакала и причитала что-то, выглядя при этом сходящей с ума волшебницей, то вторая — рыдала в голос, кидалась проклятиями и просто выбивалась из сил. Каждый переживает горе по-своему, каждому становится легче по-разному. «За что эта семья понесла такое наказание? Сначала Фред, теперь Рон. Кто так издевается над семейством Уизли? Кому надо было убивать Рона? И зачем? Зачем кому-то его глаза? Что за больные ублюдки сделали это?» — Гермиона, — Гарри окликнул девушку, которая явно находилась где-то глубоко в своих мыслях, стоя практически напротив свежего надгробия их лучшего друга, — пошли. Она посмотрела на спину удаляющегося Поттера, который взял Джинни за руку, и повернула в сторону Норы. Они пробудут здесь выходные, директор Макгонагалл разрешила. Хотя она и сама присутствовала сегодня здесь, как и множество прибывших учеников. Даже Малфой и Забини. Их присутствие здесь никто и не заметил особо, но это присутствие так же означало, что парни действительно стали…друзьями? Во всяком случае, Гермионе показалось именно так. Но они вместе с Макгонагалл и другими учениками отправились в школу после всей церемонии. Наверное, это и было к лучшему. Да, семья Уизли знала о примирении парней и принимала их дружбу с большим энтузиазмом, но сейчас… Навряд ли его присутствие было бы уместным. Зайдя в дом, Гермиона прошла в зал, к мистеру и миссис Уизли, чтобы хоть как-то успокоить их, если это вообще было возможно. Гарри же увёл Джинни в комнату, чтобы попытаться заставить ту заснуть, но не без помощи зелий естественно. Что касается Билла, то он аппарировал практически одновременно с Макгонагалл, Флёр была беременна и он не хотел оставлять её одну в такой день надолго, она была впечатлительна. Перси, Чарли и Джордж сидели рядом с отцом и матерью. Они просто молчали, потому что не хотелось ничего, абсолютно.

***

— Это надо было сделать раньше, но я забегалась со старостатом и учёбой, и весточка от целителей пришла как раз, в общем, — Гермиона тяжело вздохнула, — не до этого было. Гарри наливал горячий чай в чуть ли не литровые кружки, которые так любил Рон, потому что тогда можно было действительно насладиться любым напитком. — Сначала я пыталась узнать подробности от самого Малфоя, но он был немногословен. И, знаешь, Гарри, он сказал, что ты в курсе и чтобы я спросила у тебя, — она подтянула кружку к себе и сделала глоток. Гарри сделал глубокий вдох. Вот и наступил тот разговор, о котором его так просил и предупреждал Драко Малфой.

***

Двумя неделями ранее

— Грейнджер видела меня в запретной секции, а потом пыталась узнать, что я там делал, — начал Драко, — и она была безумна, вернее, выглядела именно так. Она подставила мне палочку к горлу. — Гермиона? Палочку к горлу?! — казалось, что Гарри не слышал всего того, что до этих слов поведал слизеринец. — Да, палочку, чёрт бы её побрал, к горлу. Я говорил вам, что нужно было сразу ей всё рассказать? — Я не хотел, чтобы она ввяз… — Ввязывалась в это и была подвергнута опасности и чтобы провела повторный год в тишине и спокойствии, — Драко перебил его, — да, Гарри, всё это я уже слышал. Но ты сам-то себе веришь, а? Как будто ваша Грейнджер будет стоять в сторонке и ничего не замечать. Да у вас талант такой — быть там, где не следовало бы, в то время, в которое не нужно. — Ладно, ты прав, — Гарри понуро опустил голову и действительно понял, что совершил ошибку, не сказав всё Гермионе заранее. — Я знаю. И учти, она теперь придёт и будет зла. И, благослови тебя Мерлин, не подставит палочку к горлу.

***

— Ладно, только обещай, что не будешь кричать и возмущаться. По крайней мере не сейчас, — и Гарри кивнул в сторону зала, будто говоря, что Уизли всё услышат. — Как будто у меня есть силы на это, — Гермиона скрестила руки и посмотрела прямо в глаза лучшего друга и…ничего. Она не увидела никакого блеска и была рада этому. — Мы с… Роном, как бы это сказать, авроры под прикрытием, ну во всяком случае Рон был им ещё неделю назад, а Малфой нам помогает как…как эксперт. Гермиона была в шоке. Она знала, что мальчики собирались идти работать аврорами после выпуска, но чтобы сейчас и под прикрытием — зачем? Ещё и Малфой, его то как туда приняли? Словно увидев немой вопрос в глазах подруги, Гарри продолжил: — Малфой не аврор, он просто эксперт по тёмным артефактам. Его взяли в расследование этого дела именно из-за артефакта. «Дело? Мерлин, они расследуют дело»

***

Изначально, всё началось летом. Гарри и Рон вообще не планировали возвращаться в Хогвартс. Вместо этого они ходили на подготовительные курсы в аврорат, а Малфой иногда разделял с ними такой, так называемый, досуг — по причине частого нахождения в Министерстве из-за семейных дел, но особого рвения не проявлял. Но сама история случилась в конце августа. Парни пришли в Министерство, чтобы подать прошение о несколько досрочном возвращении палочки Драко, естественно под обоюдную ответственность Поттера и Уизли. Они втроём зашли в кабинет к Кингсли и практически обо всём договорились, как залетел патронус, видимо, одного из действующих авроров. «Министр, очень странное дело. Найдена девушка и, скорее всего, одна из дочерей Гринграсса. Озеро Вайтенгтон» — проговорил волк голосом того самого аврора. — Гринграсс?! — Малфой побледнел, хотя казалось, что быть более бледным вообще невозможно. Гарри и Рон инстинктивно переглянулись и нахмурились, ожидая неладное. Это было привычкой и предчувствием, которое они выработали ещё на войне. Кингсли тоже нахмурился, неосознанно и совершенно случайно трое парней были втянуты в это дело. Разговор с министром заиграл новыми красками. Про палочку Драко забыли сразу же, как только волк произнёс заветную фамилию Гринграсс. Теперь Кингсли пытался отговорить новую троицу от необдуманных решений, но они даже и не думали отказываться. Драко из-за знакомства с обеими Гринграсс, Гарри и Рон из-за собственной натуры. И, скорее всего, все признавали тот факт, что рады отсутствию Гермионы — пусть она отдохнёт от этого, тем более она занята своими родителями. Прибыв на место преступления, парни вместе с Кингсли стояли возле трупа Дафны Гринграсс. На теле не было ни следа — ни царапины, ни синяка — ничего. Только отсутствие глаз. И ладонь — в ней был кусочек зеркала. — Это обряд. Древний, — сказал Драко. Именно за эту фразу и уверенность в ней его и притянули к этому делу. Он вроде информатора и эксперта — ищет информацию по артефактам и пытается испробовать некоторое их действие, чтобы попробовать подобраться к разгадке. Гарри и Рон же были приняты в это дело, так как сам Малфой заявил о работе только с этими двумя. Да и так было проще поддерживать связь, плюс военный опыт всех троих играл только на руку. А «под прикрытием в Хогвартсе» возникло также само собой — Малфою обязательно нужно было продолжать обучение, а Гарри и Рон были тёмными лошадками этого дела. Да и за младшей Гринграсс следовало бы присмотреть.

***

Гарри Поттер закончил свой рассказ и ожидал от Гермионы именно следующих слов — Я с вами, — она посмотрела на него опять и одинокая слеза скатилась по опухшей щеке, — тем более после того, что случилось. — Я знаю. Мы…я был идиотом, что не рассказал тебе об этом раньше и… Рону запретил, а оно вот как вышло, — теперь слёзы катились из глаз Гарри, было понятно — он винил себя в смерти друга. Гермиона пересела ближе к нему и обняла. — Гарри, не вини себя, ты не знал, никто не знал. И я обещаю, что мы найдём их. Мы найдём тех, кто убил Рона, Дафну. Мы найдём и уничтожим их. Теперь очередь Гарри была удивляться — он никогда не слышал такого от девушки. — Ты любила его, да? — такой простой, но в то же время сложный и ненормальный вопрос сорвался с губ Гарри. — Точно так же, как и люблю сейчас тебя, — Гермионе нечего было скрывать, особенно после того, как они с Роном всё решили. И Гермиона была благодарна Мерлину и себе за то, что всё-таки решилась тогда на разговор с Роном. Если бы она не сделала этого тогда, то не сделала бы уже никогда и ни за что. Она знала, что извела бы себя по этому поводу, а учитывая его смерть —извела и сошла бы с ума от безысходности. Сейчас её стало чуточку легче и понятнее. Во-первых, стало ясно, что Рона хоронили не только как Героя войны, но и как аврора. А, во-вторых, она узнала часть правды, но в то же время горечь обиды крючком начала ковырять где-то внутри. «А ведь правда, если бы они рассказали мне раньше, смогли бы мы спасти Рона? А если бы он не погиб — узнала бы я вообще?»