Часть 21. Отблески бури.

      Холодный ноябрьский ветер гулял по Запретному лесу, шелестя голыми ветвями и заставляя студентов Отряда Поттера плотнее кутаться в мантии. Лунный свет, пробиваясь сквозь редкую листву, отбрасывал длинные, зыбкие тени, превращая знакомую поляну у ручья в сцену для таинственного ритуала. В центре, окруженный сосредоточенными лицами, стоял Гарри. Его взгляд, острый и оценивающий, скользил по ученикам, выстроившимся парами для спарринга.       – Снова! Быстрее! Протего не щит, за которым можно прятаться вечность! Это мгновенная защита и возможность для контратаки! – его голос, резкий и требовательный, резал ночную тишину. – Дин, ты открываешь левый фланг на долю секунды дольше, чем нужно! Пэнси, не жди, пока заклинание долетит – предугадывай! Экспеллиармус после Протего, как мы отрабатывали! Марк!       – Пара – Дин Томас и Пэнси Паркинсон (неожиданно показавшая себя старательной ученицей после негласного перемирия между факультетами в Отряде) – снова скрестили палочки. На этот раз щит Дина вспыхнул ярче и раньше, а Экспеллиармус Пэнси вылетел почти одновременно, заставив Дина отпрыгнуть, но не упасть. На губах Гарри мелькнуло подобие улыбки.       – Лучше. Следующая пара: Уизли, Гринграсс! Покажите им, как это делается! Рон, пыхтя от усердия, и Дафна, с холодной сосредоточенностью Слизеринки, заняли позиции. Их спарринг был яростным и точным – огненные змейки Дафны встречали ледяные струи Рона, щиты звенели от ударов, земля взрывалась под ногами от точечных Бомбард. Гарри наблюдал, одобрительно кивая. Прогресс Рона был очевиден – страх перед практикой уступал место уверенности, подогреваемой успехами в Отряде и желанием не ударить в грязь лицом перед Гермионой... и перед Малфоем, который язвительно комментировал с края поляны.       – Браво, Уизли! Всего полгода тренировок, и ты уже почти не напоминаешь мешка с костями! Хотя... почти. – Драко лениво оперся о ствол дуба.       – Заткнись, Малфой, или выйдешь следующим! – огрызнулся Рон, не прерывая дуэли.       – Концентрация, Рон! – рявкнул Гарри. – Он этого и добивается! Дафна, Инкарцеро в ноги, пока он отвлекается!       Дафна молниеносно выполнила команду. Веревки опутали лодыжки Рона, и он с грохотом рухнул на спину, выронив палочку. Все рассмеялись, включая самого Рона, когда Дафна помогла ему подняться.       – Видишь? Цена потери фокуса, – Гарри подошел, помогая Рону отряхнуться. – Но в целом, хорошо. Оба. Гермиона, твоя очередь с Эрни. Работа над точностью Ступефай на движущейся мишени.       Пока Макмиллан неуклюже пытался увернуться от точно посланных Гермионой оглушающих заклинаний (она использовала зачарованные мячики, скачущие по поляне), Гарри отошел в сторону, к Грэйему Ли'Эраню. Старый мастер наблюдал за тренировкой с каменным лицом, но в глазах его светилась одобрительная искорка.       – Они крепчают, – тихо произнес Грэйем, не отрывая взгляда от действа. – Сырье, конечно, разное. Но огонь в глазах есть. Особенно у твоей змейки.       Он кивнул в сторону Дафны, ловко парировавшей атаку Луны Лавгуд, тренировавшейся с ней рядом.       – Спасибо, дядя, – Гарри почувствовал теплую волну гордости. Слово дядя все еще звучало непривычно, но правильно. Без твоих уроков по контролю маны и точности жестов... я бы не смог их так учить.       Грэйем хмыкнул. Ты губка, Гарри. Впитываешь быстро. Но не забывай, почему ты их учишь. Это не игра. Амбридж не успокоится. Министерство следит. А Тот-Кого-Нельзя-Называть... он ждет.       Тень пробежала по лицу Гарри. Воспоминания о кровавом пере, о бессильной ярости, о разговоре Грэйема с Амбридж (после которого кровавое перо таинственно исчезло, а сама Долорес стала заметно осторожнее в присутствии мастера-артефактора) были свежи. Я знаю. Поэтому мы и здесь. Ночью. В лесу. Рискуя.       – Риск оправдан, если цель – выживание, – философски заметил Грэйем. Твоя Ожидаемая Неприятность работает как часы. Никто не подберется незамеченным. Он кивнул на почти невидимый барьер из мерцающей энергии, окружавший поляну – сложный артефакт-сигнализацию, первый серьезный проект Гарри под руководством мастера, успешно воплощенный в жизнь.       Внезапно тихий, но настойчивый звон, похожий на зов крошечного хрустального колокольчика, раздался у Гарри в кармане. Он вытащил плоский, отполированный камень с выгравированными рунами – персональный сигнал тревоги от артефакта.       – Нарушение периметра. Восточный сектор, – мгновенно сфокусировался Гарри, голос стал командным. – ВСЕМ ПРЕКРАТИТЬ! Тишина! Занять оборонительные позиции за деревьями! Палочки наготове! Никакого света!       Суета сменилась мгновенной, вышколенной тишиной. Ученики, как призраки, растворились среди деревьев по краям поляны. Даже Малфой, бледный, но собранный, прижался к стволу. Гарри, Грэйем, Дафна, Гермиона и Рон образовали ядро обороны, обратившись лицом к востоку. Гул магии повис в воздухе – десятки палочек были направлены в темноту, десятки сердец бешено колотились.       – Из чащи, осторожно раздвигая кусты, вышел... Сириус Блэк. Его лицо было напряжено, в глазах – тревога, смешанная с облегчением, когда он увидел собравшихся.       – Фух, нашелся. Ваша сигналка работает на ура, крестник, – Сириус поспешно подошел, игнорируя вздохи облегчения и опущенные палочки. – Извините за ввод в ступор. Дело срочное. Плохие новости.       – Что случилось? – спросил Гарри, подходя. Дафна неотрывно смотрела на него, ее рука инстинктивно сжала его локоть.       – Амбридж. И Фадж. Они не сдаются, – Сириус понизил голос, хотя артефакт Гарри создавал зону неуслышимости вокруг группы. – Только что от Дамблдора. Министерство выпустило новый Образовательный Указ № Двадцать Четыре.       – И что теперь? – процедил Рон.       – Теперь, – Сириус мрачно усмехнулся, – все ученические организации, общества и клубы требуют обязательного утверждения Высшим Инспектором Образовательных Стандартов... коим является наша розовая фурия. А также предоставления полного списка участников, тем занятий и расписания. Под угрозой немедленного исключения организаторов и участников.       Ледяное молчание повисло над поляной. Даже ветер стих, будто прислушиваясь. Гермиона ахнула, прикрыв рот рукой. Рон выругался шепотом. Малфой скривил губы в презрительной усмешке, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на... разочарование?       – Они знают, – тихо сказала Дафна. Ее голос был спокоен, но пальцы на руке Гарри сжались так, что костяшки побелели. – Они знают про Отряд.       – Возможно, не знают наверняка, но подозревают, – поправил Грэйем. Его лицо было непроницаемо, но глаза метали молнии. – Это превентивный удар. Затянуть удавку. Лишить вас возможности учиться защищаться.              – Что будем делать, Гарри? – спросила Луна своим мечтательным, но теперь лишенным обычной рассеянности тоном. Все взгляды устремились к нему.       Гарри чувствовал тяжесть этих взглядов. Страх, надежда, ожидание. Он посмотрел на Сириуса, на Грэйема, на Дафну, чье доверие горело в ее глазах как зеленый маяк, на своих друзей, на учеников, спрятавшихся среди деревьев. Вспомнил лицо Амбридж, ее сладенький голос, несущий угрозу. Вспомнил холодный смех Волан-де-Морта, боль от потери кисти, страх за друзей.              – Мы не остановимся, – его голос прозвучал тихо, но с такой железной уверенностью, что все замерли. – Отряд Поттера не организация. Это... группа друзей, которые вместе готовятся к СОВ. Совершенно неформально. Никаких списков. Никакого утвержденного расписания. Он окинул взглядом всех. Мы встречаемся, когда можем. Где можем. Чтобы подготовиться к экзаменам. Все понятно?       На лицах учеников начал появляться понимание, а затем – решимость. Рон хмыкнул. Гермиона задумчиво кивнула, ее ум уже просчитывал возможные лазейки иконтраргументы. Малфой фыркнул, но кивнул – его семейные связи делали его уязвимым, но и давали понимание министерских игр. Дафна сжала его руку в знак поддержки.       – Риск возрастает в разы, – предупредил Грэйем. – Амбридж будет охотиться. Шпионить. Подлавливать.       – Пусть попробует, – ответил Гарри. В его глазах вспыхнул тот самый огонь, который Сириус видел у Джеймса, а Грэйем – у юной Лили. Огонь бойца. – Мы будем осторожнее. Менять места встреч. Усилим Ожидаемую Неприятность. Грэйем, ты можешь...?       – Уже думаю над модификациями, – мастер кивнул. – Добавим слои. Иллюзию. Может, даже небольшой портал для экстренного отхода. Артефакторика, Гарри, она на то и нужна, чтобы давать преимущество.       – А я позабочусь о отвлекающих маневрах, – Сириус оскалился в волчьей ухмылке. – Наша милая Долорес скоро будет так занята расследованием моих хулиганских выходок в коридорах и неуважения к должности, что у нее не останется времени на слежку за студенческими посиделками. Обещаю, это будет эпично.       Небольшая улыбка тронула губы Гарри.       – Спасибо, крестный. Гермиона, Рон – вам нужно подготовить всех. Объяснить новую легенду. Мы – группа взаимопомощи по подготовке к СОВ. Никакой защиты от темных искусств как предмета занятий. Только теория магии, трансфигурация, заклинания... в практическом применении, разумеется.       – Понял, капитан, – Рон отдал шутливый салют, но в его глазах была серьезность.              – Сделаем, Гарри, – подтвердила Гермиона. – Я подготовлю памятку. С аргументами из учебного плана.       – Хорошо, – Гарри вздохнул, напряжение немного спало. Он посмотрел на группу. Сегодня на этом все. Расходимся по одному, разными путями. Максимальная осторожность. Следующую встречу объявлю через связные камни. Он достал из кармана горсть небольших гладких камушков с едва заметной руной С (Связь) – еще один результат его практики под руководством Грэйема. Камни разошлись по старостам и доверенным лицам. Ученики начали рассеиваться в темноте леса, как призраки. Грэйем кивнул Гарри и Сириусу, молча растворившись в тенях – ему предстояло работать над усилением защиты.       Сириус хлопнул Гарри по плечу.       – Держись, крестник. Ты все делаешь правильно. Джеймс гордился бы. С этими словами он тоже исчез, направляясь, вероятно, готовить свои хулиганские выходки.       На поляне остались Гарри, Дафна, Рон и Гермиона. Тишина леса снова сомкнулась вокруг них, теперь наполненная иным смыслом – не тренировочным азартом, а тяжестью надвигающейся бури.       – Это война, Гарри, – тихо сказала Гермиона, глядя ему прямо в глаза. – Маленькая, пока. Но война.       Знаю, – ответил Гарри. Он посмотрел на Дафну. Ее лицо в лунном свете было прекрасно и непроницаемо, как всегда, но в глубине изумрудных глаз он видел ту же решимость, что и в своих. Но мы не одни. И мы готовимся. Он взял ее руку. Пойдем? Провожу до входа в подземелья.       Они шли молча, плечом к плечу, Рон и Гермиона чуть позади. Только хруст веток под ногами нарушал тишину. Дафна неожиданно заговорила, ее голос был низким, только для него:       – Ты был великолепен там. На поляне. Когда все смотрели на тебя. Лидер. Она сделала паузу. И когда сказал, что не остановимся. Это... важно.       Гарри сжал ее руку в ответ.       – Без тебя... без всех вас... я бы не смог. Ты моя опора, Даф. Моя Протего Максима. Она слабо улыбнулась в темноте.       – Взаимно, Поттер. Взаимно.       Они вышли из леса у озерца. Замок Хогвартс высился вдалеке, темный и молчаливый, лишь в нескольких окнах горел свет – возможно, бодрствовала Амбридж, строча доносы. Или Дамблдор, обдумывающий следующий ход в сложной игре. А может, просто первокурсник зубрил зелья.       – Смотрите, – прошептал Рон, указывая на небо.       Над Запретным лесом, высоко-высоко, прочертив небо светящимся шлейфом, пролетела яркая звезда. Падающая звезда.              – Красиво, – вздохнула Гермиона.       – Предзнаменование? – пробормотал Рон.       – Просто звезда, Рон, – сказал Гарри, но его взгляд еще долго следил за гаснущим следом в ночном небе. Предзнаменование или нет, но путь был ясен. Идти вперед. Учиться. Защищаться. Держаться вместе. Гроза сгущалась, но они не были безоружны. У них были знания, растущее мастерство, верные друзья, семья и огонь в сердцах, который не могла погасить никакая Амбридж и никакое министерство. Затишье кончалось. Но они были готовы к буре.       – Пошли, – сказал Гарри, последний раз окинув взглядом темный лес и мерцающий след на небе. – Завтра новый день. Новые уроки. Новые вызовы.       И четверка друзей, плечом к плечу, направилась к освещенным огнями Главного входа замка, оставляя за спиной таинственный мрак леса и отблеск упавшей звезды – символ надежды в надвигающейся тьме.